Амазонки вне закона. Первая часть трилогии «Амазонки в Космосе»
- -
- 100%
- +
Если бы фантасты прошлого знали… Прыжок, растянутый в объективном времени на добрых полчаса, а зачастую и до часа, – это, скажу я вам, не раз плюнуть. Каждый атом вашего тела пытается покинуть бренную оболочку и устремиться к объекту, наиболее воздействующему на корабль и на вас в том числе. Через секунды вас рвёт уже в другую сторону. Значит, первый объект пройден и вектор приложения сил поменялся. Так вас и будет рвать в разные стороны, пока вы будете проходить гравитационные поля всех крупных тех, лежащих на вашем пути. Искусный навигатор так проложит маршрут, что враждебные вам силы окажут на вас минимум своего очарования, да и этот минимум скомпенсирует бортовой компьютер созданием антигравитации внутри корабля. Для этого тоже нужны точнейшие данные. Да где их взять-то, если космос совсем не исследован? А данные – это прикинутые на глазок массы звёзд, планет, туманностей. Астероиды и прочий мелкий мусор и вовсе в расчёт не идут. Потому-то и рвёт вас на кусочки это самое межзвёздное пространство. Ну, а уж если вас сбили с курса, и неучтённых данных куча, то тут и антигравитация невозможна, комп будет включать её по введённой программе, и тут уже угадай, что хуже.
А вот преследователям и вовсе не повезло. Они ушли в слепой прыжок, и вывести их из него сможет только чудо или «Глория». Если сама выберется. Но порвёт их основательно. Не скоро ещё после этого они решатся на следующий скачок. Мужчины хуже переносят эту процедуру, это уже доказанный факт. В этом и заключается шанс «Глории». Вынырнуть и снова уйти в прыжок. Вопрос в том, где и в каком состоянии они вынырнут.
Вой сирен и ужас внутри прекратились так же мгновенно, как и начались. Ну, почти мгновенно. Все из экипажа, кто уже вышел из состояния «я помер», были задействованы по штатному расписанию.
Особенно досталось медикам. После такого перехода случались и смертельные случаи. Не обошлось без них и на этот раз. Не выдержало сердце у совсем ещё молодого техника из НИИ, да у конструктора приключился инсульт. Ивона Витоцци, заведующая медблоком, пообещала быстро поставить его на ноги. Нынче инсульт – это далеко не смертельный диагноз.
– Дубчек уже приняла все необходимые меры, мужик уже подключён к жизнеобеспечивающей аппаратуре. Наша Паолина Дубчек вообще молодец. Лучшей помощницы и не пожелаешь. Да и невролог она классный.
– Ивона, а что с экипажем?
– Да всё нормально, некоторые доложились с небольшой задержкой, но в целом всё обошлось. Мы же не эти – козлобородые.
– Что да, то да. Слабоватый мужичок пошёл. Ну, что ты хочешь, это не офицеры космофлота, а книжные черви. Среди них всё больше сморчков да хлюпиков.
– Капитан, у нас неприятности, – по селектору прозвучал голос Юлии Сачко – старпома и очень весёлой девушки.
Нора в своей жизни не встречала человека жизнерадостней Юльки. Тревога в её голосе прозвучала нешуточная, и это сказало о многом без всяких слов.
– Юля, зайди в рубку, доложишься.
Через минуту в рубку влетела растрёпанная Юлька.
– Нора, мы ослепли. Эти уроды своим пуком уничтожили дальние радары. Лизи не может определить наше положение. Без радаров дальнего обнаружения мы как слепые котята. Ну, надо же, как эти уроды попали в нас из своей пукалки после выхода из прыжка? Наверное, у них там первоклассные конвоиры. Что будем делать, Нора? Да ещё и эти на хвост упали. Будем принимать бой?
– О чём разговор? Какой бой? Мы слепые, а самонаводящиеся торпеды им не страшны. Вот что, подготовить к вылету «Рапиды». Это наш единственный шанс обрести зрение. Вести огонь по их системам наведения с упреждением. Дебатов не будет. Боевая тревога.
По всему кораблю раздался сигнал боевой тревоги. Рита Данди и Сянь Дзинь уже занимали свои места в истребителях. Готовились к полётам и штурмовики «Су». Крейсер – не линкор, поэтому на борту они несли лишь по паре самолётов разного типа – по два истребителя «Иглз» и «Рапид», по два штурмовика «Су» и «Спидфайер» и два бомбардировщика «Голиаф». Малое количество вполне компенсировалось как мастерством пилотов, так и слаженными действиями экипажей.
Вступать в открытый бой не было смысла. Если с эсминцем при большом везении ещё можно потягаться, то с рейдером шутки вообще не шутят. Рейдер – это тяжеловооруженный крейсер. Малой авиации он несёт всего ничего, лишь звено истребителей, зато защита у него – дай боже всем такую. Силовая установка у него тоже не слабенькая, так что электронно-лучевые пушечки, как и лазеры, не уступают стационарным, а по времени подзарядки действуют, как пулемёт. Силовой экран с малой авиации не пробить, а самим подставиться проще простого.
«Рапиды» соскользнули со стапелей и, лихо развернувшись, порхнули в сторону, пытаясь подойти к преследователям с двух сторон. «Глория» замедляла свой ход, готовясь совершать оборонительный манёвр. Тормозные дюзы выплёвывали потоки протонов, преобразователи поглощали ДСВ с удвоенной скоростью, но процесс торможения длителен по времени. Преследователи не приближались. Очевидно, что их капитаны приняли аналогичное решение. Или боятся подойти на дистанцию стрельбы?
Как ни странно, но нервозности никто не испытывал. Всех охватил боевой азарт. Пришло время от учений перейти к делу, принять настоящее боевое крещение.
Юля Сачко даже что-то тихо напевала на своём непонятном украинском языке. Голос у неё приятный, а язык удивительно певучий. Если в рубке кого и лихорадило, то песня старпома внесла ноту успокоения. Юля же начала ещё и пританцовывать на месте, вертела бёдрами, и песня лилась уже почти в полный голос. Витоцци взялась ей подпеть мотив, и скоро уже вся рубка наполнилась дружным ля-ля-ля, тра-ля-ля. Изредка песню прерывали команды, отдаваемые капитаном, но в целом хор женских голосов звучал слажено. Юлька подмигнула хористкам, засмеялась и тоже перешла на ля-ля-ля, тра-ля-ля. Во чудачки, им и жить-то, может, осталось считанные часы, а они поют.
– Тихо!
На экране возник сигнал вызова из радиорубки.
– Капитан, на связи командир «Бекаса», соединяю.
– Вас приветствует командир космического рейдера «Бекас» капитан Хосе Кастро. Имею сообщение для командира «Глории» Норы Бургер.
– Капитан Кастро, капитан Нора Бургер слушает Вас.
– Капитан, не могли бы Вы включить видеосигнал?
– Не вижу необходимости. Слушаю Вас.
– Что ж, будь по-вашему. На борту вашего корабля находится экспериментальный образец прибора, являющегося собственностью Земной конфедерации. Также на борту у вас находятся конструкторы и техники, являющиеся гражданами конфедерации. От имени правительства я уполномочен предложить вам вернуть приборы и людей их владельцу, то есть на Землю. Земная конфедерация вступила в войну с цивилизацией альнитакцев, и эти образцы вооружения помогут нам выиграть войну и сохранить жизни многих землян. Наше появление в группе преследователей вами оценено неверно. Мы не несём вам угрозу. Экипажу объявляется полная амнистия за неподчинение приказу. После выполнения первой части требования экипажу предлагается вернуться в состав военно-космического флота конфедерации. Ваше предписание находится у адмирала Джовани Кортеца, являющегося командирующим экспедиционным корпусом и находящимся на флагмане флота линкоре «Крейзи». Все офицеры будут представлены к внеочередным званиям или награждены боевыми наградами.
– Кем конкретно вы уполномочены?
– Я уполномочен лично его превосходительством Диктатором Земной конфедерации Диего Гонсалесом.
– Звучит вычурно, но, капитан Кастро, не кажется ли Вам, что во главе конфедерации не может быть диктатор? А если уж диктатор, то это уже не конфедерация.
– Я не уполномочен вникать в такие тонкости, да и, по правде, не очень в этом разбираюсь. Я человек военный, мой удел – выполнять и отдавать приказы. Каков Ваш ответ по сути заявления?
– Я тоже человек военный. Как и Вы, я и весь мой экипаж присягали на верность лично президенту Сильвио Мадейросу. Помогите мне разрешить эту коллизию. Тот, кому мы присягали, низложен или, скорее всего, мёртв. Диктатору на верность экипаж не присягал. Конфедерация под властью диктатора юридически тоже не существует. Так что ни о каком невыполнении приказов не может идти речи. Как не может идти речи о переподчинении адмиралу Кортецу. Экипаж «Глории» не подчиняется самозванцам и не нарушает свои присяги.
Говоря всё это, Нора лихорадочно набирала текст на клавиатуре компа. Все с напряжением всматривались в экран компьютера. А экран гласил: «Всему экипажу по-тихому передать: „Через 7 минут по бортовому времени произвести экстренное торможение, перегрузки до 12 G. Все кормовые орудия развернуть в сторону преследователей. После этого занять перегрузочные кресла и ждать команды. После залпа резкий вперёд на 12 G“. Текст „Рапидам“, код X0Z: „Срочно координаты стрельбы через 180 секунд, код X0Z, уход аварийный. Точка рандеву прежняя. Отсчёт пошёл“». Все разбежались выполнять приказ, а переговоры между тем продолжались.
– Капитан, будьте благоразумны, это всё словесная казуистика. Отречётесь от одной присяги, примете другую. Вам всё равно бежать некуда. Да и запасы ДСВ скоро закончатся. Не ломайтесь.
– Как мне связаться с Кортецом?
– А что с ним связываться? Он здесь, рядом. Штурмует планеты в системе Альнитак в пяти часах хода строго по курсу. Мы сначала так и подумали, что вы спешите к театру военных действий (ТВД), но по кошмарному переходу поняли, что Вы случайно легли на этот курс.
– Возможно, что Вы правы, Кастро. Предоставьте мне немного времени, я хочу сверить координаты и сделать сообщение экипажу. Согласитесь, новость для экипажа не очень приятная. Как бы кто не взбунтовался.
– Согласен, положение у вас не позавидуешь. Но я уверен, всё уладится. Я лично приложу всё своё влияние, чтобы вы не пострадали.
Радисты сообщили поступившие данные по стрельбе, Шувалье тотчас передала координаты орудийным расчётам. Все экстренно занимали перегрузочные кресла. До торможения оставались считаные секунды.
– Капитан, я прошу Вас связаться с Кортецом и передать наши условия, пока свяжетесь, я успею сформулировать их. Простите, у нас по курсу метеоритный поток, совершаю вынужденный манёвр, связь не прерываю
Время истекло, теперь всё зависело от слаженности и опытности экипажа.
– Горкли, после окончания манёвра запеленгуй сигнал с «Бекаса». Подключи «Рапиды», если возможно. Код «Рапидам» X0Z.
Тело наливалось тяжестью, мышцы начали слазить с костей, глаза вылезли из орбит и зажили своей жизнью. Мочевой пузырь самопроизвольно опорожнился. Бедная Горкли: ей ещё работать в таких условиях. «Ну, паскуды, я вам ещё за это устрою. Вы у меня не только уссытесь, но ещё и усрётесь. Козлы долбаные, педики грёбаные, у… суки, чтоб вассс». Мозги по ходу начали растекаться внутри черепа. Сам череп сдавило обручем, и обруч сжимался всё сильнее и сильнее.
Всё, дело сделано. Стоп тормозные двигатели. Телу возвращаются прежние ощущения, через боль, ломоту, но кровь вновь потекла по венам. Мозг перестал кипеть, и даже появилось ощущение мокрых штанов.
– Настя, всё теперь в твоих руках.
– Поняла, работаем.
Дистанция между кораблями резко сократилась. На рейдере не сразу заметили этот манёвр, а когда заметили, не придали значения. Нора ведь успела сообщить Кастро про метеоритный поток, и это было поводом совершить такой манёвр. Хосе не заподозрил подвоха и принял этот фарс за чистую монету. Чуть позже он отдал команду быть готовым к обходному манёвру во избежание столкновения. Но никто и не подумал про силовой щит. Метеоритный поток не был обнаружен. Что там бабы, вообще ополоумели?
Радиорубка «Бекаса» пыталась наладить связь с «Крейзи», «Глория» между тем прекратила торможение. Если бы было время, навести орудия можно было и по ближним радарам. Но Нора и так не надеялась, что им позволят подойти так близко. Перед самим залпом Горкли поймала сигнал с «Бекаса» и взяла пеленг, ввела его в компьютер и вырубилась.
– Капитан, Вы уже готовы продолжить наши переговоры? О чёрт, что это? Вот сучка!
Связь прервалась. На «Бекасе» успели зафиксировать потоки энергии, устремлённые в сторону «Бекаса» и даже успели подать сигнал тревоги. Это было всё, что они успели.
Без силового щита корпус не может противиться плазменному потоку. Одним потоком вывело из строя навигационную рубку. По ней пронесся огненный смерч, не оставив там ни целых приборов, ни живых людей. Другим потоком слизало орудийную башню. Главный калибр был уничтожен.
Но больших бед принёс третий поток. Отклонившись от направляющих лазерной пушки, он, казалось, не принёс вреда. Но отклонился он так удачно, что прожег немалую дыру в месте соединения рубки управления с палубной надстройкой над ней. На двух уровнях произошла разгерметизация. Загерметизировать рубку не удалось, переборки были разрушены. Пришлось срочно блокировать рубку оставив там убитых и раненых. Хотя, каких там раненых? На несколько секунд, после чего они тоже стали трупами.
Перейдя на запасной КП, принялись подсчитывать потери. Погибшими числились 118 человек, среди которых оказались все канониры носовой части корабля, электронщики, навигаторы, навигаторы, штурман, старпом и координатор. Около сотни членов экипажа получили травмы различной степени тяжести.
Носовые орудия были снесены, а у тех, что остались, была уничтожена электронная начинка. Навигационное оборудование пострадало меньше, но выяснить степень повреждений в данный момент оказалось невозможно. Рейдер был выведен из строя.
А что же «Неустрашимый»? Вопреки названию, командир повел себя осторожно, если не сказать трусливо. Эсминец подкрался к рейдеру, убедился, что опасность миновала и только приступил к спасательной операции. Никто даже не заикнулся о преследовании беглецов. Запеленговали курс, которым уходила «Глория», и на этом решили дело сделанным.
Связавшись позже с Кортецом, Кастро доложил о всех обстоятельствах провала операции. На бедную голову Хосе посыпался град упрёков, угроз, оскорблений. Очень уж был необходим прибор «кокон» для флота. Все разработчики проекта находились на «Глории». С ними же сам прибор и чертежи. Да, дали они тогда маху, не проверили полученную вовремя информацию. Теперь локти кусают.
Глава 3
На ТВД дела шли все хуже и хуже. Тоже поспешили с нападением, не произвели толком разведку, не взяли ни одного языка. Доверились докладу с «Альбатроса». Вояки!
Реальность оказалась совсем иной и куда страшней. Планеты оказались не такими беззубыми, как докладывал Бенджамин Кларк.
Появление разведбота с «Альбатроса» не осталось незамеченным, как и сам «Альбатрос». После ухода рейдера к дальним орбитам в метрополию было отправлено сообщение о визите инопланетников. Система Альнитак была всего лишь периферийной колонией империи, принадлежавшей двум расам, которые населяли 10 планет в Поясе Ориона. В отличие от землян, альнитакцы не распыляли свои ресурсы. Всё, что требовалось, они добывали на незаселённых планетах на роботизированных шахтах. Руды обогащались на роботизированных заводах. Если позволяли условия, то на этих же планетах производилась продукция. Потом эта продукция распределялась по всем планетам империи.
По большому счету, это была раса аграриев. Лишь малую часть жизнедеятельности на этих планетах занимала промышленность. Альнитакцы берегли свои планеты, они заботились о своих потомках.
Второй расой в этой империи были минтакийцы – существа вполне гуманоидного типа, с лицами персидских котов. Гибкие, как кошки, обладающие острым зрением, обонянием и слухом. Они вполне могли бы доминировать и в дикой природе. Но эволюция одарила их ещё и разумом.
Получив сообщение из системы Альнитак, две эскадры минтакийцев выдвинулись к границам этой звёздной системы. Специалисты перепрограммировали спутники на большую мощность. Раньше в этом просто не было необходимости. На самих же планетах были расконсервированы и активизированы средства ПВО.
Появление инопланетян ещё не говорило о готовящейся агрессии, но сам факт появления рейдера настораживал.
За рейдером было организовано скрытное преследование. На дальней орбите был задействован спутник, начавший посылать странные сигналы. «Альбатрос» клюнул на эту примитивную уловку. Подойдя к спутнику, рейдер был атакован появившимся неизвестно откуда звездолётом. Все корректирующие двигатели были повреждены. Раненый рейдер на бешенной скорости устремился к туманности. Преследователь не отставал, но и не догонял. Со временем, прокручивая в голове всё произошедшее в этот злосчастный день, Кларк понял, что их просто загнали в смертельную ловушку. Разведчик был нейтрализован и выброшен из системы в опасную область туманности Конская голова.
Если читатель помнит, то с момента получения доклада с «Альбатроса» до столкновения прошло почти 6 земных лет. Альнитакцы и минтакийцы расслабились. Эскадры отправились в свои системы, оставив по звену для патрулирования рубежей империи.
Следует заметить, что физиологические отличия не позволяли иметь общие экипажи. Почти двухметровые минтакийцы с пятипалыми конечностями и низкорослые альнитакцы с четырёхпалыми руками просто не могли пользоваться одной и той же техникой. Но слаженность действий их экипажей была поразительной. Эти две расы очень любили друг друга, как родные. И это было удивительно.
Когда флот вторжения подошел к своей цели, то был встречен массированным огнём со спутников. Не ожидающие такого плотного огня, самонадеянные земляне не озаботились воспользоваться силовыми щитами. Ну кто будет думать о защите, катя в танке на полуголых аборигенов, вооруженных одними луками?
Земляне попали, конкретно попали. Огонь оказался не только плотным, но и достаточно мощным. Первые ряды наступающих были буквально сметены, не расчехлив, как говорится, пушки. Вся нелепость происходящего вогнала командиров экипажей в ступор. Учения учениями, а реальный бой – совсем другое дело. В реальности гибнет не твоя виртуальная версия на тренажере, а лично ты, собственной персоной. Не отключишь виртуальное падение на подбитом катере, а размажет тебя о поверхность планеты, как понос об стенку.
Вместо того, чтобы подавить спутниковую систему обороны, строй рассыпался на отдельные звенья, прикрывшиеся силовыми щитами.
Экипажи занялись своим любимым занятием – ожиданием приказов. Подбитые суда были брошены на произвол судьбы. Одни горящими метеорами летели к ближайшей планете, другие пытались совершить посадку под огнём средств ПВО.
В первой волне атакующих шли малые суда, целью которых была высадка десанта и захват плацдарма в районе месторождения ДСВ. Лишь немногим из них удалось целыми достичь поверхности. Кому это удалось, все попали в плен. К чести альнитакцев, всех раненых землян отправляли в госпитали. Несмотря на различия в биохимии, метаболизме и скелете, умереть никому не дали – медицина у альнитакцев оказалась на высоте.
Адмирал Кортец решил перегруппировать свои силы и возобновить массированную атаку. В бой вступали основные ударные силы: 8 авианесущих крейсеров, 26 эсминцев, оставшиеся в резерве десантные катера. Линкоры «Крейзи» и «Нимец» остались на страже тылов. Полсотни бомбардировщиков «Голиаф» сорвались со стапелей и устремились к планетам. Штурмовики вышли на линию атаки спутников. Итак, ставки сделаны, господа!
Часть десанта и малой авиации несли в себе транспортные суда. Там же размещались госпитальные блоки, наземная бронетехника, строительная техника, а также секции горно-обогатительного комбината для добычи и обогащения ДСВ. Под прикрытием крейсеров и эсминцев десантные суда устремились к планетам. Одновременный штурм трёх планет был обусловлен боязнью предоставить альнитакцам время для организации более действенной обороны. Первые потери показали, что лёгкой прогулки не будет.
Корабли землян превосходили корабли соперника почти во всем, но основным преимуществом земляне считали скорость и способность передвигаться в межзвёздном пространстве со скоростью, многократно превышающей скорость света. Тут-то и выяснилось, что никакого преимущества в скорости нет. Летать внутри звездной системы на сверхсветовых скоростях было просто невозможно, вести бои вблизи планет тем более. Превысил скорость – и ты уже вывалился из боя, а то и вовсе покинул пределы системы. Вход в атмосферу планет и вовсе происходит на относительно низких скоростях. Перегрузок при ускорениях и торможениях тоже никто не отменял.
Штабисты при разработке операции по захвату планеты не учли такой фактор как уравнивание скоростей в условиях боя вблизи планет. Как позже выяснилось, примитивный флот даже на жидком топливе способен нанести серьёзный урон агрессору.
И всё же, преимущество земных технологий давало землянам надежду на благоприятный исход этой компании. Теперь всё было в руках Джовани Кортеца и офицеров его штаба. Тут-то и выяснилось, что главнокомандующий просто некомпетентен, а среди штабистов светлые головы и вовсе встречались очень редко. Как часто случается, протекционисты и бездари всегда ухитрялись оттереть таланты на задний план. Немногие выдерживали такой прессинг. Многие просто ломались и ретировались на менее доходные и менее престижные должности. Если кто и осмеливался сопротивляться системе, то таких задвигали в самые низы, а то и вовсе подводили под трибунал. Единицам удавалось сохранять свои позиции и должности. Но и среди них некоторые становились частью этой системы. Вывод был однозначным – операция была обречена на провал.
Оставим на время перипетии боя и одним глазком заглянем на капитанский мостик линкора «Крейзи».
По иронии случая только на корабле с таким названием могло собраться такое количество неадекватных людей. Штаб флота оккупировал рубку управления. Капитан линкора практически утратил свою власть на своём же корабле. Он стал второстепенным придатком к штабистам, которые и вовсе вели себя не корректно по отношению к экипажу. Всё чаще капитан чувствовал себя человеком второго сорта и в его голове прочно засела мысль о суициде.
Капитан «Крейзи» Андре Марконе не был человеком глупым. В начале присвоение линкору статуса флагмана космической армады пощекотало его самолюбие. Он некоторое время пребывал в эйфории. На всевозможных учениях его экипаж проявлял отличную выучку, что и перевесило в присуждении почётного статуса при дебатах в генштабе. Пока ничто не противоречило мнению о том, что вторжение пройдет без сучка и задоринки.
Первая неудача не охладила пыла бравого капитана. Хотя второстепенная роль на собственном судне слегка замутила радужные перспективы. Но уже первые сообщения от штурмующих планеты экипажей развеяли розовую пелену с глаз Марконе. Он понял, что игры кончились. Забавы с оловянными солдатиками и макетами кораблей не имели ничего общего с действительностью. Бессилие что-либо изменить подталкивало его к суициду.
Случившееся дальше ввело в шок не только Марконе, но и весь штаб. Из глубин космоса вынырнули корабли, по своим характеристикам отличавшиеся от земных. Да и появились они не со стороны Солнечной системы. Капитан впал в ступор, тем самым самоустранился от командования кораблём. Штабисты и вовсе не имели понятия о том, что делать в такой ситуации, какие команды отдавать и кому их вообще отдавать. Марконе же застыл, как китайский болванчик. Ни крики, ни пощёчины, ни откровенные удары по голове не могли вывести его из ступора.
Доклады поступали со скоростью автоматных очередей, но никто на них не реагировал. Линкор охватила паника. Во всеобщей суматохе никто не заметил, что Марконе вышел из ступора, осмотрел весь этот бедлам безумными глазами, вытащил из кобуры пистолет, засунул дуло в рот и нажал на курок. Мозги разлетелись по всей приборной панели и это отрезвило присутствующих.
В рубку ворвался старпом, мгновенно оценил обстановку и принялся действовать. Оттолкнув от пульта Кортеца, он начал вызывать командиров всех подразделений, отдавая чёткие приказы. Отлаженный механизм пришел в движение. Со стапелей срывались оставленные в резерве истребители и штурмовики. Орудийные расчеты вводили данные для стрельбы. Был активирован силовой щит.
«Нимиц» между тем уже вступил в бой. Отсутствие штабистов благотворно сказалось на боеспособности экипажа. Здесь тоже было запаниковали, но оправились гораздо быстрее. Да и малой авиации в резерве здесь было намного больше. В погоне за славой именно с «Крейзи» была сформирована ударная группа штурмующих. Теперь же вся слава могла достаться летунам с «Нимица».
Наверное, стоит сделать отступление, чтобы сравнить характеристики и возможности земных и инопланетных кораблей.
Минтакийские и альнитакские корабли достигали световых скоростей, но и только. Их двигатели работали по другому принципу, что не позволяло их кораблям совершать межзвёздный переход. Возможно, что минтакийцы с альнитакцами просто не задумывались об иных способах передвижения в космосе? Достигли кажущегося предела и на этом успокоились. В пользу этой версии говорило и то, что и вся остальная техника была предназначена скорее для обороны, чем для атаки. Средства связи тоже желали ждать лучшего. Это обстоятельство не позволяло своевременно вносить изменения в ход сражения и оказывать своевременную помощь нуждающимся в ней.