- -
- 100%
- +
И как ни в чем не бывало, закрыл дверь, предложил локоть. Вот, значит, как. А торкнуло, так-то. Еще бы, красивый, власть имеющий мужик тут передо мной расшаркивается, говорит всякое. Еще бы я не попалась на это все. Вот интересно, где подвох?..
До нашего столика, к счастью, находящегося в самом углу, проводили моментально. Я доверила заказ Баринову, а сама погрузилась в размышления.
– Тебе нравится работать? – милый и вежливый вопрос, спасибо. Еще надо о погоде поговорить, просто обязательно.
– И да, и нет. Расскажи лучше о себе? – Перевел тему блондин.
– В целом, что пишут обо мне в сети, все недалеко от истины, – улыбнулся Леша, – положение и деньги получил по наследству. Много путешествую. Я не из тех героев, кто из ничего стал всем, – он уже смеялся. Так, а я домой прихожу, лезу в интернет и читаю все про него, – обычная жизнь, бизнес, развлечения и… да все, пожалуй.
– У тебя есть братья, сестры?
– Да, две младших родных сестры и старший сводный брат. Сестры давно уже замужем, живут далеко от меня. Да мы и не были никогда особенно с ними близки, слишком уж большая разница в возрасте. И в мировоззрении. Брат, кстати, последнее время живет в России. Мы с ним поддерживаем отношения, – почему-то поморщился Алексей.
– А почему ты не женат? – Есть такой тип вопросов, которые лучше не задавать. И я исключительный спец по ним. Ну, по выпаливанию подобной фигни в самый неожиданный и неподходящий момент.
– Сразу к делу, – поднял бровь Баринов, – потому что не хотел. Еще ни одна женщина во мне не вызывала этого желания. А почему ты, мало того, не замужем, тут все понятно, но почему ведешь колонку?
– И что это тебе понятно? – возмутилась я.
– Просто еще не встретила того самого мужчину, – поднял руки ладонями вперед, точно обезоруживаясь, – Маш, не обижайся попусту. Ты красивая, образованная, воспитанная. Обеспеченная. Выходить замуж именно нужды у тебя нет. Значит ждешь чувства. Как и я. Но колонка меня поразила, – и снова улыбается. Очень обаятельный, вокруг него словно облако какого-то магнетического очарования. А я уже начала думать, каково будет, когда он меня поцелует… а он еще и читал мои статьи… с ума сойти!
– А что колонка? Знаешь, женщинам всегда требуется поддержка, чувство, что все не так страшно, не так плохо. Каждая, и я тоже, поверь, боится остаться одна, никому не нужная, неприкаянная. И очень тяжело в такой обстановке. Все давят. И вот читая, что можно жить спокойно, радоваться, быть счастливой и без брака, они успокаиваются. Я считаю, что лучше быть одной, с друзьями, любимой работой, увлечениями, целями в жизни, чем под пятой доморощенного тирана в растянутых трениках. Потому и веду эту колонку, поддерживая тех, кто решил для себя также. – Фуф, все сказала!
– Похвально, – кивнул он, – я как-то не задумывался об этом, – немного помедлил, – какие у тебя планы на будущее? Чего ты хочешь? – и посмотрел в глаза, спокойно и серьезно, с интересом. Словно ему и правда это важно. Странный.
– Пока жить как есть, мне нравится. Потом… может поездить по миру, хочу научиться фотографировать, рисовать. А потом… может и правда, встречу свою любовь. Может у меня будут дети. И домик в пригороде. Тогда заведу еще пару собачек. Как-то так мне видится будущее. То, которого я бы действительно хотела и то, которое, вероятнее всего, со мной и случится.
– Прямо пасторальная картинка. А по тебе и не скажешь, – усмехнулся Баринов.
– Так я и не чувствую себя особенной. Серьезно. Все люди, в целом, одинаковы. Их мало что отличает друг от друга. Одни и те же цели и желания. Просто кто-то их принимает, а кто-то нет. Вот и все.
– Так ты, значит, приняла? – он подался в мою сторону. Как-то это все в сочетании двусмысленно прозвучало.
Я не нашлась что ему ответить. Благо, принесли еду. Было вкусно. Практически сырой лосось, лишь опаленный, для запаха, свежие овощи с проростками в бальзамике, с грушей и вялеными помидорами. И вино. Сложно от такого оторваться. Баринов же довольствовался стейком слабой прожарки и картофелем. Но и эта, вроде бы нехитрая еда, определенно доставляла ему удовольствие.
– Хочешь десерт? – спросил Леша, когда мы закончили есть, – или еще вина?
– Нет, спасибо, – я улыбалась, – все было чудесно. Но мне пора домой. Там Рю ждет. – А внутри меня уже скребся опасный червячок сожаления. Все так быстро закончилось. Но это же и к лучшему. Мужчина совершенно волшебный, но это не моя лига, очевидно. Потому, пока еще есть возможность, надо валить с легкой улыбкой на устах и прекрасным настроением под благовидным предлогом.
– Тогда поехали, – бодро выдал Баринов, едва заметным жестом подзывая официанта.
В машине мы особо не разговаривали. Но было очень комфортно, так спокойно и приятно. Мне казалось, что знаю его уже много лет. Леша остановил АМГ у самого подъезда, откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня. Так пронзительно и долго. Если бы взгляд был материален… ох, нет, мысли мои совсем не туда. Как и обычно, впрочем.
– Еще раз спасибо…
– Ты не это хочешь сказать, Маша, – перебил меня Баринов и в его глазах блеснуло, словно алое пламя.
– Что ты от меня хочешь?! – я буквально выдохнула эти слова.
Он подался вперед, накрывая своей ладонью мою. Второй рукой притянул к себе, запуская пальцы в волосы, поглаживая затылок. И поцеловал. Нежно, мягко, пробуя на вкус, так осторожно. Я сжалась как маленький, испуганный зверек. Но он не отступил. Отпустив губы, тронул шею, подбородок, продолжая гладить, словно утешая. Я невольно застонала. И снова он коснулся моего рта, еле задевая языком, уговаривая раскрыться. Перебирал пряди моих волос, проводя пальцами по шее, плечам. Потом вдруг остановился и отстранил меня, о чем я искренне пожалела. Посмотрел пристально в глаза.
– Тебя. Просто я хочу тебя, – сообщил он сиплым шепотом.
О, сказать, что это было соблазнительно, это как назвать океан лужицей. Я еле дышала, сердце колотилось, все вокруг немного плыло. Но поступила просто эталонно. Для старшеклассницы. Открыла дверь и выбежала из машины. Нырнула в подъезд, полетела к лифту. Словно он за мной погонится. Дура ты, Машка, ой дура. Именно с этими мыслями я нервно нажимала кнопку вызова лифта со скоростью десять нажатий в секунду.
Ввалилась в свою квартиру, до этого долго провозившись с замком, ручки-то тряслись. И сползла по стеночке. Я, пожалуй, с удовольствием там и осталась бы. Уж слишком много потрясений за последние два дня. Но Рюша залезла на меня со всеми лапами и старательно вылизывала, местами легонько прикусывая от удовольствия. Ну конечно, надо же гулять. А я и так задержалась.
Трусливо выглянув в окно убедилась, что Алексей точно уехал. Рюша как раз побежала за поводком.
– Ладно, пошли, дурында, – ободряюще потрепала ее по шее и пристегнула карабин.
До соседнего парка совсем недалеко. Опустившаяся на город легкая, чуть влажная прохлада, после жаркого дня, в сочетании с ароматом роз настраивала на светлые мысли. Самое время гулять и наслаждаться. Предаваться мечтам и приятным размышлениям.
Мы с Рю припозднились и обычной нашей собачьей компании не встретили. Сначала кидала ей мячик, пока обеим не наскучило. В итоге я шла по тропинке, а белобрысая бегала рядом что-то вынюхивая, время от времени взглядом проверяя, в порядке ли ее хозяйка, не отстала вдруг, не требуется ли ей срочная собачья помощь. А то, знаете, мало ли что. Почему-то, четвероногие уверены, что их двуногих друзей всегда хотят украсть. Самый большой страх Рю, это если она поднимет голову от очередной собачьей "записки", а мамки-то все, и след уже простыл.
*****
В интернете про Алексея Баринова было очень много всего. Разного. И, самое трудное для меня, – море шикарных фотографий. В том числе без рубашки, в разных ракурсах. Мамо. А вживую он еще лучше. Как же теперь уснуть… в голове все крутится тот поцелуй, жаркий шепот, прикосновения… оххх… я схожу с ума!
Получается, что Алексей Баринов, младший сын в семье, на постоянной основе проживает в Швейцарии. В России у него мать, сестры и часть бизнеса. Ведет активную светскую жизнь. Встречается с моделями, актрисами, но ничего серьезного ни с кем, вроде бы, не было. Так, больше легкие интрижки, скорее раздутые прессой. Послужной список неплох. Да уж. А тут я. Может эта, я ему на органы нужна? Так группа крови у меня вторая, ничего уникального. Даже тут ничего особенного. Странно. Увлекается Алексей коллекционированием предметов старины, в основном редкие книги. Занимается благотворительностью. Идеален во всем и со всех сторон. Хотя, это было очевидно с самого начала.
Точно, мужчина мечта. Вдруг он это все от чистого сердца, со всей душой… а я, как дура, позорно сбежала. Ну, все, упустила ты свое счастье, Машка. И так чудом перепало, а теперь… больно нужна ему такая психическая. Хотя, мы и с Рюшенькой отлично проживем. И работы куча, и дел, и планов. Так даже лучше. А то потом будет очень тяжело возвращаться на землю.
Глава 3. Это еще цветочки
Утро. Кофе с молоком в термокружке. Рю. Но никаких пробежек, просто по "делам". Грустные карие глаза и корм в миску. Ссадины подживают, можно брюки надеть, белые. Блузка пудрово-розовая. Балетки. Завтракать нет сил. Мало спала. Где чертовы ключи от машины?! Опаздываю. К дьяволу макияж. Волосы в хвост. Духи. Звонок телефона.
– Машенька, бери свое белобрысое чудище на работу. Сегодня поснимаем вас, у Сани тут окно образовалось. Отряд красоты я уже вызвала! – Наденька, кто бы сомневался. Хорошо, что дома застала. Глянула на ногти, нормально, пойдет.
– А к чему спешка? – поинтересовалась я.
– Да у меня интервью сорвалось, будем тобой затыкать пустое место. На днях уже выйдет. Так что не тормози, статью хотя бы тезисно накидай на диктофон, девочки все расшифруют, поправят, сделают, – суетится и нервничает. Видать, реально беда с материалом. Ладно, сколько раз она меня выручала, теперь моя очередь. Тем более что заплатят.
Из дома мы вылетели с Рю пулей, та, довольная, устроилась на своем лежаке на заднем сиденье. Тваю мать, машину не помыла! Так, хорошо, пока пробка, статья. Назовем ее "Десять причин быть счастливой и самостоятельной". Превосходно. Ну, что ж, свобода, возможности, саморазвитие… да и всякое там. Затор быстро рассосался, и я заезжаю на парковку. А там уже Виталик. В полной готовности. Бдит.
– МарьСергевна, ключики давайте, я ее на мойку быстренько, а вас уже ждут в редакции, красоту наводить, – с энтузиазмом выпалил помощник.
– Одна царапина, Виталь, и ты… ну, понимаешь, – пригрозила я, проведя ребром ладони по шее.
– Понимаю, все понимаю! У меня права с восемнадцати и тут близко. А Рю со мной? – С полными надежды глазами уточнил он.
– Нет, она тоже красоту наводить, – умолчала, что на офис. И что понятие красоты у Рюнделя такое прям, свое. Полное авангардизма и экспрессионизма.
Скрепя сердце я оставила ключи, подхватила сумочку, Рю за ринговку и зашагала ко входу. Опять лифт, зеркало. А что, я очень даже ничего. Пудровые оттенки мне определенно к лицу, подчеркивают нежность и мягкость черт. Теплые тона выделяют глаза. Может и правда, в меня можно просто влюбиться?.. Даже такому, как Алексей Баринов…
Выйдя из лифта я попала в цепкие объятия штатного отряда красоты. То есть стилиста, визажиста и их помощников. Итак, голубые джинсы скинни, высоченные шпильки, черный жакет. Волосы локонами, макияж с акцентом на глаза. С местом решили не заморачиваться, поставили BRZ на солнечный участок парковки, пусть тени будут резкими, в этом есть свой шик, и вперед. Я облокотилась на крыло, Рю у ног, я выхожу из машины, Рюша выглядывает из-за спины, я открыла капот, а белобрысая держит клатч в зубах и все в этом духе. Банально, вроде, но смотрится исключительно круто.
Съемки шли весело. Все шутили, Рю отжала булку у прохожего, Саня так вообще был в ударе, вспоминал свою несостоявшуюся лондонскую фото-карьеру в красках и лицах. Ржали все. Так что счастье на лице даже и изображать не пришлось. А действительно, у меня очень хорошая, полноценная и насыщенная жизнь.
И вдруг все затихли. А Рю вырвалась и побежала. Я бросилась за ней и… ну, конечно, Баринов. Собственной персоной. Ведь у меня же все должно идти по самому идиотскому сценарию!
– Маша? – он трепал белобрысую предательницу по холке, подбирая конец ринговки, – вы с Рю восхитительны. – Улыбается. Поправил выбившуюся прядь. Мою.
– Сспассибо, Алексей… – да черт, я ж его даже отчества не знаю!
– Арикович, Маш, – он протянул мне шнурок ринговки. Господи, как он на меня смотрит… словно съесть хочет…
Второй побег, на этот раз публичный. Ааатлично! Чуть ноги не переломала на каблуках. Бросила машину, открытой, между прочим. Маша! Ну что же ты! Стоишь в кабинке туалета и трясешся. Рю радостно попыталась попить вкусной водички из унитаза. Это немного отвлекло. Стук в дверь.
– Маааш, – Наденька, конечно, кто же еще, – выходи. И объясняйся, быстро! – Удивительно, когда ей надо, Надя умеет выдавать вполне себе командный тон.
– Он ушел? – глухо уточнила я.
– Барин-то? Ушел. Спросил, что это за цирк мы устроили, и уехал. Он про съемки, а не про твое позорное бегство, – с явной долей сарказма выдала редактор, – тут он корректно промолчал.
Я вышла. Да, глазки-то у Нади горят новой сплетней. Сенсационной прям. А тут я еще и попалилась по полной программе. Ну почему у меня не может быть все нормально, как у людей?
– Ничего объяснять не буду. Сейчас вернусь, доснимаем и я работать. Тему больше не поднимаем. Или ты мне не подруга!
– Хорошо-хорошо! – подняла руки Надя. – Пошли давай, мне самой еще номер собирать. А про Барина сама все расскажешь, никуда не денешься, – и подмигнула, – я в этом плане терпеливая. Главное не пытайся мне врать, что ничего не происходит!
*****
Вернулась в офис, отдав ключи помощнику, чтобы завез Рюшу. Таки повезло ему с ней пообщаться. Текучки накопилось, надо все это делать и срочно. Да и мониторинги готовы. Я засела плотно, даже пропустила обед. Просто забыла про еду. Со мной такое бывает, когда чем-то сильно увлечена.
– Мария Сергеевна, – заглянул Виталик и положил ключи от машины и квартиры на стол, – я Рю отвез, ключи вот, и к вам тут курьер…
Да, охапка роз. Красивые, кстати, бледно-розовые. Он что, сумасшедший? Ну, карточка с подписью приложена. Сам написал, не секретарь, почерк, сразу видно, другой. Не в российской школе учился. "Не убегай". Он реально невменяемый. Хотя да, может извращенец просто, психички нравятся. Тут-то я да, впереди планеты всей, уверена. Такую буйно помешанную еще поискать надо.
Я немного посидела, походила, снова посидела. Постояла. Ладно. Орлова, ты взрослая тетка. Соберись! Зазвонил телефон. Внутренний.
– Маш, – Семен Моисеич, напряженный такой, – у Барина вопросы к тебе по отчету, требует на ковер, – а, ну кто бы сомневался, конечно. Ковер, значит. И отчет еще. Хоть не сразу на стол, и то хорошо и спасибо большое.
– Куда идти? И когда?
– Уже ждет. Засел в кабинете генерального. Маш, – шеф понизил голос, – он с утра злой как черт, на всех рычит по поводу и без. Просто кивай и улыбайся, может пронесет. Я твой отчет смотрел, не понимаю, что там может быть не так…
– Спасибо, Семен Моисеевич, – сказала я ровно.
Ой, сомневаюсь что пронесет. Ладно, на двенадцатый этаж, кабинет знакомый. Секретарь, кстати, у него свой, знойная брюнетка, как с картинки в глянцевом журнале. Ну, глупо было бы ждать другое.
– Алексей Арикович, – прощебетала в трубку красотка, – Мария Орлова в приемной, – дождалась ответа, – хорошо. Мария Сергеевна, – это уже ко мне, – проходите, пожалуйста.
Я зашла. Да, кабинет претерпел изменения. Вместо привычного по прежнему владельцу хрома, стекла и самомнения его украшал фундаментальный письменный стол с ноутбуком на нем. Пара картин, явно не репродукции. Но при этом и не известные полотна, Баринов определенно не стремился выставлять свое богатство. У окна переговорная зона. Все лаконично.
– Нравится? – Алексей закрыл ноутбук и внимательно посмотрел на меня.
– Да, стало как-то… ммм… благороднее, – пролепетала я.
– Знаешь, я, кажется, впервые в жизни пользуюсь служебным положением, чтобы завоевать внимание женщины, – серьезно глядя мне в глаза проговорил он.
– Спасибо за цветы, очень красивые, – выдавила из себя улыбку.
– Хорошо, – улыбается, – извиняться за вчера не буду. Тебе понравилось. – Вот даже и не знаю что на это ответить. Понравилось, да. И страшно очень. И почему вообще об этом надо говорить вслух?!
Встал. Черные брюки, в тон им тенниска. Баринов, как всегда, грациозен и бесподобен. Так, ладно, слюни подобрали. А он все ближе. Уткнулся в мою макушку, вдохнул. Прижал к себе и начал снимать резинку с волос.
– Что ты дделаешь?! – голос предательски задрожал.
– Соблазняю тебя. Получается? – прошептал практически на ухо, запустил руку в волосы и потерся щекой.
– Слишком, – выдохнула я.
– И еще, в следующий раз побежишь – догоню. Знаешь ли, это разжигает во мне инстинкт охотника, – он обвел большим пальцем мои губы, – будешь бояться, буду давить. А будешь прятаться – найду.
– А ты ничего не перепутал, Баринов?! – взвилась я, отталкивая его. – То, что ты… ну, это ты, не дает никакого права так себя вести и решать за меня, и давить, и преследовать, и вообще! – я резко развернулась и почти побежала к двери.
Незаметным движением, словно по волшебству, он оказался передо мной, я наткнулась на крепкую грудь. От него пахло… ох, как же от него пахло. Парфюм на каждом человеке приобретает индивидуальную окраску. И вот этот запах… ох…
– Нет. Не дает. Просто я схожу по тебе с ума. И не в силах держать себя в руках. – Он обхватил мое лицо ладонями и посмотрел в глаза, – но вижу, это взаимно.
Во мне словно что-то оборвалось. Я ему поверила.
– Маш, – он говорил тихо, – поцелуй меня.
Закружилась голова. И дальше все было как в тумане. Потянулась к нему, прижалась губами к его, и… и словно утонула. Все тело пронзило предвкушение. Мучительное, сильное, всеобъемлющее, такое сладкое. От которого не скрыться, не перетерпеть, не отвлечься, не забыть. Сметающее все на своем пути.
Я обвила руками его шею, прижимаясь всем телом. Леша подхватил меня на руки и опустил на стол. Обняла ногами, притягивая его к себе все ближе. Хотелось раствориться в нем, стать его частью. Вцепилась в короткие светлые волосы, и сходя с ума от страсти прикусила его нижнюю губу. Баринов охнул и резко отстранился. Наверное, я не рассчитала силы. Коснулся рта дрожащей рукой, на которой остался красный след и недоумевающе посмотрел на свои пальцы. Его зрачки расширились, превратив зеленые глаза практически в черные. И натурально зарычав набросился на меня.
Теперь он не просто целовал, ласкал меня. Совершенно нет. Он подчинял, покорял, завоевывал. Ставил свою метку. Зазвонивший телефон Баринов просто смел со стола. Рубашка на нем уже была расстегнута, как и мой пиджак. Так и не переоделась со съемки. Я потянулась к его ремню. И тут все кончилось.
– Нет, не так, – он бережно перехватил мою руку и поцеловал ладонь. Его голос звучал глухо. А вот меня словно ледяной водой окатили. Вырвала руку и слезла со стола, запахивая пиджак. Пуговиц на нем не осталось. Гребанные пассатижи. Обуви на ногах тоже. Он реально чуть не трахнул меня прямо здесь, а я была только за. И теперь он сам отказывается, когда я просто схожу с ума и готова на все, чтобы продолжить. С ума сойти! Я реально невменяемая и вокруг происходит… сама даже не знаю, что именно.
Баринов повернулся ко мне лицом, чуть облокотившись на стол, и с интересом наблюдал за дальнейшими действиями.
– Маааш, – протянул он. Издевается, гад, – да что у тебя в голове вообще творится?
– Что надо! – рыкнула я и продолжила искать вторую туфлю. Пальцы на полах пиджака задеревенели от напряжения.
– Да остановись ты! – в сердцах прикрикнул Алексей. Видимо, смотреть на этот цирк ему поднадоело.
Он моментально оказался рядом и схватил меня, прижав к себе. Попыталась выдраться, но безрезультатно, сильный же какой! Подождал, пока успокоюсь.
– Маш, я не хочу так. Прямо на столе, как очередную секретаршу, – он скривился, – за стеной все отлично слышно. Ты мне действительно очень нравишься, – он начал поглаживать мои пальцы, – и я безумно хочу тебя. Но мне важно, чтобы на этот раз было все как надо.
– У меня сейчас в голове последний таракан, кажется, в обморок грохнулся, – хихикнула. Баринов расхохотался.
– О, Темный бог, дай мне сил, – простонал он, корчась от смеха, – так, ладно. Как бы тебя вернуть на рабочее место, – резко сменил тон.
Ну да, в таком виде продефилировать до своего кабинета прямо не лучшая идея. Растрепанные волосы, размазанный, некогда шикарный макияж, с мясом вырванные пуговицы на пиджаке, который был на голое тело, между прочим. Без белья, то есть.
– Ну, можно всем сказать, что вымаливала у тебя прощения за ужасный отчет и в приступах самобичевания рвала на себе волосы и одежду, – задумчиво протянула я, разглядывая себя в камеру телефона.
Алексей, все в той же задумчивости глянул на обломки стационарного телефона у стола. Вздохнул. Выглянул за дверь.
– Рита, сгоняй к Орловой в кабинет. Принеси ее одежду. Быстро и чтоб никто тебя не заметил, – сухо приказал секретарю.
Нифига себе, а почему он так уверен, что там эта одежда вообще есть? Может я так приехала? Видимо, сомнение и удивление так ярко вырисовывались на моем лице.
– Маш, я видел, что ты приехала в другом, это раз, – выдал Баринов на мой дикий взгляд, – во-вторых, ты бы так на работу не нарядилась, понятно, что в кабинете есть нормальная одежда.
Он приблизился и поддев пальцем мой подбородок, заглянул в глаза. Мягко поцеловал, едва касаясь губ. И снова я уже готова на все, да что он со мной делает…
– Сегодня едем ко мне. Возражений не приму, – и притянул меня к себе поближе, разместив руки на талии.
– Зззачем? – пролепетала.
– Ну, вообще, я хочу показать тебе свою коллекцию книг…
– А, теперь это так называется, – хохотнула и зажала руками рот. Ой, дорогая, язык тебя до добра не доведет.
– Ты чудовище, Маша, – закатил глаза Баринов, – невозможное, – и тоже рассмеялся, что не помешало ему продолжать неторопливо изучать меня наощупь.
К счастью в дверь тихо постучали. Рита принесла мою блузку. Все происходящее нервировало, пугало. Казалось каким-то нереальным. Нравился ли он мне? – Да как может не нравиться такой мужчина? Приятны ли мне его ухаживания? – Настолько, что я не в состоянии сохранять даже тень спокойствия. Но страшно ужас. А что будет, когда он уйдет? Я вообще жить смогу нормально?
А такие всегда уходят. Мы разной породы, таких не скрещивают. Увлечься? – Да, запросто. Поиграть в любовь, экзотика, страсть, драйв. Но женятся они на себе подобных. Без исключений. Ох, и я точно права. Чувствовала, понимала, знала это. Но ничего не могла с собой поделать. От такого не отказываются.
*****
Моя машина осталась на парковке у офиса, там с ней ничего не будет. Заехали за Рю, на этот раз я даже захватила корма для нее, игрушки, миски и запасной походный лежак. Мы же обе останется там на ночь. Ой, конечно… Себе тоже немного вещей. И быстренько душ, переодеться, главное не переборщить с марафетом.
Вышла и застала Лешу с Рю. Белобрысая чертовка забралась к нему на колени, не зря же он черное надевал. И сосредоточенно обтиралась, видимо, чтобы оставить побольше своей белой шерсти на одежде. Но Баринова это не смущало, наоборот, он с явным удовольствием почесывал ей шейку.
– Готова? – Кивнула, – тогда по коням, нам еще за ужином ехать. Я персонал отпустил на сегодня.
– Даже так? – удивилась.
– Не люблю лишних людей. Это дом моей семьи, а в моем, личном, где я живу, такой толпы нет, только горничная, и та приходящая. Ну и он сильно меньше, конечно. А за участком и вообще следить не надо. Ну, увидишь, думаю, скоро.
Я предпочла промолчать. Просто спокойно улыбаемся. И машем. Это мы умеем, любим, знаем, практикуем. Пока прокатывало. Он строит какие-то планы, показывать мне какой-то дом, который, как я понимаю, еще и за границей… это же все несбыточно и нереально. Все что сейчас происходит продлится неделю, максимум две, пока ему не наскучит. И все. Какие дома?
Мы и правда заехали в небольшой ресторанчик, откуда прямо в машину вынесли пакеты. А теперь прочь из города. Снова лесная дорога, где нас застали сумерки. Это было действительно волшебно. Я всегда мечтала жить за городом. Так красиво вокруг, упоительно чистый воздух, тишина, спокойствие. Нет светового шума. Мне кажется жить в муравейнике многоэтажки тяжело и неугодно самой человеческой природе, хотя я и привыкла к этому. При работе в городе других вариантов немного.
И, наконец, я рассмотрела резиденцию Бариновых, благо, она прекрасно освещена. Огромный участок, длинный подъездной путь. Охрана. Очень много охраны, как по мне. Видимо, они Лешу не смущают, в отличие от горничных. Массивные откатные ворота неторопливо отъехали в сторону, пропуская белый АМГ. Мы проехали по асфальтовой дороге, с которой уже был виден шикарно подсвеченный особняк. Вот же огромный, одной горничной тут явно не обойтись.