Парад снеговиков

Кто главный?

В зимнем лесу царило праздничное настроение. Ёжики делали гирлянды из сушеных ягод, грибов и яблок. Белки уже нарядили лесную красавицу сосульками и развешали снежинки из веточек берёзы. Сорока приволокла со свалки жестяную блестящую банку и водрузила её на макушку. А снегири и синички сами расселись на ветках, как разноцветные игрушки. Лиса с медведицей лепили деда Мороза со Снегурочкой и другие снежные фигуры, а волчица с волчатами заливали горку.

В сторонке под дубом маленький Мишутка наблюдал за работой взрослых: «Красиво получается. Но что-то не так?!»

Мимо бежал зайка.

– Стой, Пушистик! Погоди минутку, – остановил его Мишутка. – Тебе не кажется, что чего-то не хватает?

– Да, вроде, всё у нас есть: ёлка, Дед Мороз, Снегурочка и Снеговик. Видишь, я ему веточки для рук несу и морковку для носа. – Зайчик задумался, нахмурил пушистый лобик. – Даже не знаю!

Мишутка тоже нахмурился.

– Символа Нового года! – осенило его.

– Так у нас Дед Мороз, Снегурочка и…

Мишутка перебил:

– Вижу! А мне мама на днях говорила, что у каждого года свой символ: животное, птичка, или что-нибудь сказочное, например, Дракон.

– Как интересно! Расскажи мне, – попросил зайка.

– Позже, – отмахнулся медвежонок. – Сейчас надо что-то придумать.

– Давай костюмы сделаем, – предложил зайчик.

– Не успеем. Лучше пойдём в деревеньку и пригласим телёнка с петушком.

– А почему их? – удивился Зайка.

– Следующий год будет Годом Быка – по китайскому календарю и годом Кричащего Петуха – по славянскому. Вот мы и сделаем всем сюрприз! Согласен? – Мишутка обнял Пушистика.

– Да, хорошо. Только я должен это для снеговика отдать. Ловите! – Зайка бросил волчатам веточки и морковку.

Друзья направились по тропинке к деревне. Зверюшки так торопились, что не заметили сороку на ближней берёзе.

– Ха-ха-ха! Куда это вы собрались? – застрекотала она. – Медок с Задирой не согласятся с вами в лес пойти. У них со вчерашнего вечера трам-тара-рам творится! Спорят, кто из них главный в наступающем году. Скоро дело до драки дойдёт.

– Значит, мирить их пойдём!

– Точно! – подпрыгнул Пушистик. – Перед Новым годом нельзя ссориться.

– Полкан по улице бегает, вас в деревню не пустит, – не унималась сорока.

От слов белобоки зайчонку стало не по себе. Он замер, прижав уши.

– Чего встал? – удивился Мишутка.

– Боязно, – признался Пушистик.

– Тогда тут жди, пока в деревню схожу.

Зайчонок огляделся и двинулся вслед за медвежонком – одному на тропинке сидеть ещё страшнее. До околицы добрались быстро. Остановились, осмотрелись – тихо. Сорока опять над ними кружится.

– Ха—ха—ха! Посмотрите, что удумали! Да вас никто и слушать не будет.

– А ну, лети отсюда! – метнул в неё снежок Мишутка.

– Чего швыряешься?! – возмутилась птица и уселась на ветку дикой яблоньки. – Идите прямо по улице до конца, поверните направо. Третий дом от угла, там и живут эти ваши символы.

– А где Полкан? – спросил дрожащим голосом Пушистик. – Что-то его не видно и не слышно.

Сорока покрутила хвостом и миролюбиво ответила:

– В лес с хозяином ушёл.

– Тогда зачем ты нас пугала?

– Да я просто хотела вас отговорить. А вы смелые ребятишки, не испугались и не повернули домой.

Подошли зверюшки к калитке. Постучали. Никто не ответил. Нашли они в заборе щелочку, прильнули к ней и увидели: стоит во дворе пятнистый бычок, голову к земле пригнул, копытом землю бьёт. А перед ним петушок скачет, крыльями машет. Но о чем говорят, не слышно. Тогда сорока спикировала на забор и выпалила:

– Эй вы, спорщики, открывайте скорее! К вам гости пожаловали.

Медок к калитке кинулся.

– О-о-о, – пробасил он, уставившись на Мишутку. – А ты почему не спишь?

– И ты туда же? Взрослые пристают, – насупился медвежонок, – почему да почему? Мама разрешила. Это мой второй Новый год. Первый я проспал

– Заходите, заходите, – выскочил вперёд Задира, кукарекнул и приветливо закивал шелковой бородушкой.

Мишка с зайкой вошли во двор. Они с опаской косились на уток, гусей, коров.

На заборе затараторила сорока, подпрыгивая от собственной важности:

– Приглашаем вас на новогодний праздник к нам в лес, на ёлку!

– Никогда в лесу-у-у не был, – протяжно замычал Медок.

Петушок насторожился:

– А почему вы нас зовёте?

– Мы всех зовём, – ответил Мишутка. – А вас особенно, потому что вы символы наступающего года.

– Ку-ка-ре-ку-у-у! – победно запел Задира.– Я же говорил, что это год Кричащего Петуха, а ты, Медок, мне не верил!

– Правильно! По славянскому календарю твой год, а по-восточному мой, – Медок гордо вскинул голову с маленькими торчащими рожками. – А ты кричишь всё время и слова не даёшь мне сказать.

– Ладно, – петушок взлетел на плетень, – раз Мишутка сказал, что мы оба символы – значит так и есть.

– Мир, мир, мир!!! – закудахтали куры.

Когда шум утих, послышался тонкий писклявый голосок:

– А год Мыши бывает? – серенький мышонок на перевернутом ведре нетерпеливо дрожал в ожидании ответа.

– Бывает! – скатился с крыльца огромный рыжий кот.

– Тимоша, привет! – поросенок Фунтик подбежал к коту и толкнул его в толстый бок розовым пяточком. – Ты в доме живешь, общаешься с нашими хозяевами. Наверное, много слышишь и знаешь?

– Да, я передачи по телевизору вместе с ними смотрю, – кот запрыгнул на бочку и оглядел всех. – Хотите, расскажу, какие звери и птицы попали в календари?

– Да, да! – раздалось со всех сторон.

Во двор вбежал Полкан:

– Что за сборище?

– Ой, собака! – зайчонок зажмурился и спрятался за Мишутку.

– Не бойся меня. Я добрый, – пёс примостился на снегу рядом с зайчиком.

Кот нашёл глазами мышонка:

– В восточном календаре двенадцать символов, и начинается он с года Крысы, или Мыши…

– Ага! Я первый! – заплясал на ведре Мышонок. – Значит, я самый главный!

– Ах ты, хвастунишка! – Утёнок хотел ущипнуть его за хвостик, но мышонок прыгнул на шею бычка, схватился за рожки и застыл с гордо поднятой головой.

– Тиш-ш-ш-е, тиш-ш-ш-е! – зашипели гуси.

– Слушайте дальше! – кот поднял лапку, призывая к порядку.

– За годом Мыши идёт год Быка, за ним – Тигра. А потом… – Тимоша помолчал немного и торжественно произнес, гордо распушив рыжий хвост: – год Кролика или Кота!

Мишутка обнял своего дружка:

– Твой год тоже есть!

– За годом Кота следует Дракон, за ним – Змея, – важно расхаживал кот по бочке.

– Ой, какие страшные существа, – звери с волнением тесней прижались друг к другу.

– Совсем не страшные, – возразил Тимофей. – На востоке, а особенно в Китае, их очень почитают. Сам в передаче слышал.

– Продолжай, продолжай, – нетерпеливо заскулил Полкан.

– Так вот, друзья, за Змеёй наступает год Лошади!

– И-го-го! – Жеребёнок Изюм, взбрыкнув тонкими ножками, галопом промчался по заснеженному двору.

– Далее идут год Козы или Овцы.

Козочка Беляночка и овечка Марта тут же подали голоса: «БЕ – Ме», как будто спели дуэтом, чем очень рассмешили зверушек.

– Потом год Обезьяны, за ним следом – год Петуха.

– Вот видишь, Медок! Мой год есть и в восточном календаре! – Петушок гордо вскинул голову с красным гребнем.

– А следующий год – год нашего Полкана! – произнёс кот.

– Мой год? Год собаки? – Полкан завертелся волчком на снегу.

– А завершает этот круг – год Свиньи! – закончил речь Тимофей.

– Хрю-хрю! – радостно заверещал Фунтик.– И до меня очередь дошла. Мы теперь каждый год будем праздновать чей-то год!

– А о славянском календаре можешь рассказать кратко? – попросил кота Мишутка. – Солнце уже к закату пошло. Новый год скоро.

– А надо? – мурлыкнул кот.

– Да, да! – закричали звери.

Кот приосанился.

– Хорошо. Буду краток! В славянском календаре шестнадцать существ – звери, птицы и насекомые. Я просто перечислю всех. А вы слушайте и запоминайте.

Звери навострили уши.

– Первым идёт год Тёмного Соха или Лося. За ним следуют Жалящий Шершень или Оса, Притаившийся Лют или Волк, Огненная Векша или Белка, Жемчужная Щука, Бородатая Жаба, Дикий Вепрь или Кабан, Белый Филин, Шипящий Уж, Крадущийся Лис, Свернувшийся Ёж, Парящий Орёл, Прядущий Мизгирь или Паук, Кричащий Петух, Златорогий Тур или Бык. И завершает список Огнегривый Конь! – Тимофей зевнул, потянулся. – Понятно?

– Вот всё и прояснилось! Повезло тебе Медок! Два года подряд твой праздник! – Зверюшки приветливо толкали бычка, хлопали его по бокам.

– Да, на следующий год я буду настоящим быком! И рога у меня вырастут большие! – важно произнёс Медок.

– Мы тебе их золотой краской покрасим, чтобы блестели! – гавкнул Полкан и побежал открывать калитку. – Кто с нами в лес идёт? Подарки лесным жителям не забудьте!

На бычка погрузили большой мешок. Петушок у него на спине рядом с мышонком примостился.

Сорока впереди летела.

– Мишутка с Пушистиком идут, домашних зверей на праздник ведут! – на весь лес кричала она.

И началась возле ёлки кутерьма: домашние звери и птицы лесным жителям подарки раздавали и сами от них дары получили. В радостной суматохе никто не заметил, как снежные Дед Мороз и Снегурочка ожили.

Дедушка волшебным посохом к ёлочке прикоснулся, и побежали яркие разноцветные огоньки к её макушке, а в небе праздничный салют вспыхнул.

Рисунок Вероники Смирновой, 10 лет. Ростов-на-Дону

– Как здорово! – восторженно ойкнул Мишутка.

– Я же тебе говорил, – скакал около него Пушистик, – Новый год даже лучше дня рождения!

И закружился у ёлки хоровод. Мишка так плясал, что обессилив, плюхнулся в сугроб.

– Мама, – позвал он, – я спать хочу.

– Вот и правильно, – медведица подхватила сыночка на руки, – природу не обманешь. Медведям зимой спать нужно.

«Какая разница кто главный? – думал Мишутка, посасывая лапу. – Новый год и без символа наступит. Даже если ты спишь в берлоге, он всё равно придёт».

Мишка прижался к тёплому маминому боку и довольно засопел.

Иван-царевич и Зелёный Дракон

В тридевятом царстве в большом красивом тереме рядом с лесом жил-был Иван-царевич. По молодости лет к управлению царством отец его не допускал, по хозяйственной части использовал, чтобы опыта набирался. Вот и новогодний праздник Ивану организовать поручил.

Собрал Иван жителей царства, каждому задание дал: тебе ёлку украшать, тебе горку заливать, тебе столы расставлять. А сам с ребятишками соседскими крепость снежную строить начал, да с подружкой, царевной Алисой, снеговика слепил. Глаза-черносливы, нос-картошка, а на голове – вязаная красная шапочка. Красивый получился!

Солнце за лесом спряталось, сиреневый вечер на землю опустился. Замёрзли все. Решили по домам разойтись: чай с мёдом пить да блины со сметаной есть.

Проводил Иван-царевич Алису и её младшего брата Егорку до калитки. Попрощались, утром встретиться договорились, чтобы работу продолжить. А ночью проснулся Иван от шума. Быстро оделся, выскочил в сени, а там людей собралось! Кричат, плачут – ничего понять нельзя.

– Замолчите все! – приказал Иван. – Что случилось? Кто-нибудь один пусть говорит. Вот ты, Егорка.

Егорка слёзы рукавом рубахи вытер и дрожащим голосом произнёс:

– Домой мы с Алисой пришли, трапезничать собрались. А тут сестра и говорит: «Пойду свою любимицу жар-птицу проведаю. Покормлю, водицей напою и доброй ночи пожелаю». Ушла в комнату, где клетка с жар-птицей стояла, дверь за собой закрыла. Ждали мы Алису, ждали: целый час прошёл, а её всё не было. Тогда я осторожно дверь приоткрыл… а в комнате нет никого! Пропала Алиса, а с ней и клетка с жар-птицей. – Егорка всхлипнул: – Окно распахнуто, в комнате холодно-о-о…

– Не плачь, Егорка, – говорит Иван-царевич. – Пойдем и на месте разберёмся.

В горнице у Алисы Иван-царевич во все углы заглянул, всё внимательно осмотрел. На подоконнике три глубокие царапины увидел.

– Был здесь Зеленый Дракон из тридесятого царства, – сказал Иван. – Он Алису с жар-птицей похитил. Поеду-ка я вызволять подругу из неволи.

Вернулся домой, в путь-дорогу стал собираться. Лук и стрелы взял, сапоги-скороходы, скатерть-самобранку: всё в походную котомку побросал. За пазуху любимую говорящую Лягушку-квакушку спрятал. Кликнул Волка, вскочил на него – и был таков.

Долго ли, коротко они по полям, по долам скакали. К вечеру болото широкое путь-дорогу преградило. Устал Волк, остановился, прилёг отдохнуть. И Иван-царевич рядом расположился, вынул из-за пазухи Лягушку-квакушку и говорит ей нежно, ласково:

– Спой мою песню любимую.

Запела Лягушка дивным голосом. Всё вокруг замерло, слушает.

И вдруг забурлило болото, показалось Чудо-Юдо. Как закричит оно хрипло:

– А-а-а, пришли-приехали, гости незваные?! Знаю, знаю, куда собрались!

Иван-царевич поздоровался с Чудищем вежливо и говорит:

– Разреши нам через болото твоё перейти. Спешим мы очень.

– А плата за это какая будет? – просипело Юдище.

– Бери мои сапоги-скороходы, – предложил Иван.

– Зачем? Я не собираюсь путешествовать – мне и в болоте хорошо.

– У меня ещё лук и стрелы есть, – показал Иван на резной колчан.

– Ха-ха-ха! Они мне и подавно не нужны, – захохотало Чудище болотное.

Вытащил Иван-царевич скатерть-самобранку из котомки, протянул Юдищу:

– Тогда её бери.

– Да не люблю я ваши каши-борщи! У меня в болоте вкуснее еда есть, – отмахнулось Чудо-Юдо.

Призадумался Иван: не знает, что и делать. Чудище скривилось и говорит:

– Отдай свою Лягушку. Тогда разрешу через болото пройти. А не отдашь…

– Нет! Не отдам тебе друга любезного, – запротестовал Иван.

А лягушка посмотрела на Чудище:

– Зачем я тебе?

– Колыбельные на ночь петь будешь.

– А сам не хочешь петь красиво? Голос мой забери, а нас через болото пропусти. – Она смолкла на секунду, а потом заквакала: – Ква-ква-ква!

Чудо-Юдо вздрогнуло, рот раскрыло и неожиданно запело, да так звонко и красиво, что всё вокруг вновь замерло от восторга. Махнуло Чудище лапой: идите, мол, дунуло на болото – оно ледяной коркой покрылось. Иван-Царевич с Волком быстренько по льду заскользили.

К полудню добрались они до леса дремучего да колючего. Ни пройти, ни проехать. Иван на пенёк примостился, а волк рядом пристроился. Иван краюху хлеба жуёт, Волк шкуру радужную после гонки в порядок приводит. Сидят, молчат, головы ломают, как чащу непроходимую преодолеть.

Откуда ни возьмись над ними Ворон закружил: летает, крыльями машет.

– Кар-кар-кар! Думу думаете? А ничего не придумаете. Не сможете через лес дремучий да колючий пробраться. Выкуп Лесному Духу нужен. Кар-кар-кар!

Иван послушал Ворона, поклонился ему:

– Добрый Ворон, подскажи, что же Духу Лесному от нас надо? Какой выкуп? У меня есть лук и стрелы, скатерть-самобранка и сапоги-скороходы. Могу всё отдать, лишь бы Дух нам пройти разрешил.

Ворон сел на плечо Ивана:

– Нет, такие сокровища ему не нужны. Лес этот заколдованный. А расколдовать его может только Волк, если пожертвует шкурой волшебной.

Не успел Иван-царевич понять, что происходит, как Волк вскочил, глянул на друга умными голубыми глазами и бросился бежать. И где бежал, сразу лес светлел, деревья расступались, и солнце играло на снегу разноцветными искрами. Иван за Волком вдогонку припустился. Там, где клочья волшебной шерсти на снег падали, распускались цветы красоты необыкновенной.

Когда они с Волком на опушке оказались, увидел Иван, что волчья шкура обычной серой стала, опечалился. А Волк ему и говорит:

– Не грусти, Иванушка. Нам задерживаться нельзя. Новый год скоро, а мы Алису и жар-птицу ещё не нашли и от беды не спасли. Садись на меня верхом, спешить надо.

Долго Волк по оврагам бежал, через речки перепрыгивал. Наконец, добрались они до горы Окаянной. На вершине пещера огромная, а перед входом Зеленый Дракон.

– Спускайся, Драконище, разговор к тебе есть! – закричал Иван. – Отдай, что без спроса взял.

Дракон пасть раскрыл да как рыкнет: из пасти огонь и искры разноцветные в небо полетели. Такой фейерверк получился! Замер Иван на мгновенье от восторга, рот открыл, даже с Волка свалился.

– Красота-то какая… Вот бы нам на Новый год такой салют. Людям на забаву.

– Ты что, меня на встречу Нового года в тридевятое царство приглашаешь?

Рисунок Лены Даниной

– Пригласил бы. Но верни сначала Алису и жар-птицу.

Дракон взлетел, и вскоре Алиса и клетка с жар-птицей стояли перед Иваном.

– А теперь отвечай: зачем похитил Алису и её любимую птичку? – строго спросил Иван-царевич.

– Да обиделся просто я. Никто меня никогда на праздники не звал, подарков не дарил. Пролетал мимо терема, увидел эту птицу в золотой клетке. И так она мне понравилась… Вот и решил сам себе подарок сделать. А эта вредная Алиса вцепилась в клетку, пришлось и ее прихватить. – Дракон понурил голову и попросил: – Прости меня, Иванушка, пожалуйста.

– Ладно уж. За чистосердечное признание прощаю. Будь на празднике почётным гостем!

Дракон обрадовался, кинулся обнимать Ивана с Волком.

– Садитесь на меня. Я вас мигом домой доставлю. Держитесь крепче. Взлетаем!

– Давайте Чудо-Юдо и доброго Ворона прихватим. Пусть и они повеселятся.

Новый год встречали песнями, плясками. Хоровод вокруг ёлки водили двумя царствами-государствами. Чудо-Юдо до слёз растрогалось: Лягушке голос вернуло и Волку шкуру волшебную. Пока Лягушка голос проверяла, Чудо-Юдо дёрнуло Волка за хвост. Тот от испуга как подпрыгнет! В воздухе трижды перевернулся, а на землю уже радужным приземлился.

Жар-птица хотела Дракону самое красивое перо из своего хвоста подарить. Только он отказался, сказал, что лучший подарок – Новый год со всеми вместе встречать. Всю ночь он огненное шоу показывал, а потом детей в небе над царствами-государствами на себе катал. И Чудо-Юдо в долгу не осталось: представление с фокусами из мыльных пузырей устроило. Ворон всему народу добрые предсказания накаркал.

Весело Новый год встретили! А люди говорят, как Новый год встретишь, так его и проведёшь. Хорошо встретили, значит, и жить счастливо будем!

Марфушечка-Душечка

С утра бушевала метель, но к обеду ветер утих. Выглянуло солнце. Легкие снежинки, плавно кружась, падали на землю. Приближалось Рождество – праздник, в который происходят разные чудеса.

Женщина достала пирог из печки и подумала: «Сегодня моя кровиночка вернется домой». Тут же распахнулась дверь, и в избу вошла Марфа.

– Доченька, – бросилась к ней мать, запричитала: – где же ты так долго была? Я соскучилась. А похудела-то как. Одни глазищи остались. Да ты одёжку скидывай. Сейчас чаем напою, пирожками накормлю.

– Ох, маменька, рассказать всё, не поверите, – Марфа сняла пуховый платок, скинула полушубок и расположилась за накрытым белой скатертью столом.

Мать пристроилась рядом и не сводила глаз с любимого дитяти. Марфа отхлебнула горячего чая и начала рассказ.

– Отвез меня тятенька в лес, а сам уехал. Сижу под сосной, калач жую, молоком запиваю и жениха жду. Подъезжает карета дорогая, а в ней не добрый молодец, а… – Марфа потянулась за плюшкой.

– Ну, не томи, рассказывай дальше, – не утерпела матушка.