Замок на Гиблых Болотах

– Алекс, ответь! Я ведь, как дура, бросила все, пошла за тобой!..

В реале такие мгновенья заканчиваются либо всплеском безудержной страсти, либо полным разрывом. Мы – два комка оголенных нервов, которыми сейчас правит отнюдь не разум.

Ее губы дрожат. Колючий холодный взгляд пронзает, но не отталкивает, вызывает мучительную жажду обладания несбыточным…

Мрак подкрадывается все ближе, окутывает нас.

Едва различимые тени выдавливает из мглы. Энея тоже заметила их, и вдруг горько выдохнула:

– Покончим с этим!..

Мы ударили одновременно.

Острие посоха прошло в миллиметре от моего виска, клинок в стремительном выпаде тусклым росчерком вонзился в сгусток тьмы над ее плечом.

Мы прильнули друг у другу и замерли, глядя, как два сумеречных силуэта обретают черты чародеев, закутанных в лохмотья истлевших одежд.

Чувствую, как трепещет ее сердце…

От выброса адреналина гудит в ушах.

Проклятие Риона коснулось нас, можно сказать – зацепило вскользь, показав, сколь глубока, бездонна пропасть чувств, как коварен ее край, где оступиться легко, а падать – долго.

– Молчи… – дрожащая ладонь Энеи коснулась моих губ. – Ничего не говори…

– Назад… – хрипло выдохнул я, чувствуя, как холод становиться все пронзительнее.

Десяток ступеней вниз, плавный изгиб стены, и мы остановились вне клубящейся границы тьмы, подле приоткрытой двери оружейной комнаты.

Энея тяжело дышит, смущенно отводит взгляд.

Я испугался за нее. Очень сильно испугался.

– Почему на тебя воздействовало проклятье замка?!

– А не должно было? – она уловила мою тревогу, но не поняла ее источника.

Зато я живо представил ее в окружении голограмм. На обычного игрока воздействуют визуальные образы, аудио эффекты, свою лепту добавляет генератор окружающей среды – Энея ощущает запахи, изменения температуры, дуновение ветра. Тактильные датчики передают взаимодействие с предметами. Шоковые мембраны имитируют получение урона.

Все вышеперечисленное создает реалистичный „эффект присутствия“, но не более! И лишь одно устройство способно внушить мысли, спровоцировать шквал эмоций.

Нейроимплантат!

– Что заставило тебя так сильно переживать?!

– Алекс, честное слово, я не знаю! Это как наваждение, словно рассудок на минуту помутился. Извини, ладно? Я, если честно, порядком устала. Новый комплекс с непривычки выматывает. Вот, наверное, и сорвалась…

– Опиши это чудо технологий! – потребовал я.

Ломая мое представление об уровне современного „железа“, она ответила:

– Вирткапсула нового поколения. Наполнение – сенсорный гель. Одна из недавних разработок. Есть функция обратной связи и эмуляторы усилия. Эффект присутствия – просто потрясающий.

– Но это не объясняет воздействия заклинания на твой рассудок! Коснись правого виска. Чувствуешь что-то постороннее?!

– Алекс, прошу, не психуй. Ну чего ты завелся?!

Я упрямо жду.

– Ну ладно, – Энея коснулась виска. Вернее, ее аватар повторил движение, которое она совершила в реальном мире.

– Ну? Нашла что-нибудь?! Говори же!

– Здесь какой-то чип, – она пожала плечами. – Да их в сенсорном геле полно! А в чем дело?

– Ты должна уйти в логаут! Немедленно!

– Не поняла? – Энея пристально взглянула мне в глаза. – Это что такой способ расстаться? Ничего лучшего не смог придумать?

Меня обдало жаром.

Она ничего не знает! Ее просто использовали! Вслепую! Сделали частью эксперимента?!

– Алекс, я жду. Либо объясни, либо я действительно уйду! – теперь Энея не на шутку разозлилась и обиделась.

– Нужно найти безопасное место! – я взял ее за руку, затащил в оружейную, плотно закрыл дверь.

Энея уселась на опрокинутый бочонок, смотрит на меня исподлобья.

Я с трудом задвинул массивный засов, присел рядом с ней, и спросил, стараясь сдерживать кипящие внутри эмоции:

– Знаешь, что такое „нейроимплантат“?

– Впервые слышу.

– Это устройство, обрабатывающее все игровые события и напрямую передающее в рассудок пользователя результат взаимодействия с виртуальной реальностью.

– Область фантастики, – она мне не поверила. – Я заказывала самое передовое оборудование. Консультировалась со специалистами. Брала только лучшее. Но о таких технологиях никто даже и не заикался.

– Выйди в сеть. Найди хронику происшествий от восемнадцатого марта этого года.

Взгляд Энеи затуманился, а затем кровь вдруг отхлынула от ее лица.

– Алекс, но ведь это ты! – она совершенно растерялась. – Тут сказано: погиб в автокатастрофе!..

– Слегка преувеличено. Я выжил. Но мне пришлось пойти на сделку с „Инфосистемами“, чтобы не остаться калекой, брошенным на произвол судьбы.

Энея затаила дыхание, слушает, находясь в состоянии сильнейшего эмоционального шока.

– Мне предложили рискнуть. Принять участие в испытании нейроимплантата. Дали возможность жить в мире „Хрустальной Сферы“.

– А твое физическое тело? – едва слышно спросила она.

– В камере поддержания жизни. Над ним работают медики.

Слово за слово, и пришлось рассказать ей все, без утайки. О том, как Криста внезапно продала свой аккаунт в „Средиземье“, как я отыскал ее в реальном мире, и чем это, в конце концов, обернулось.

– Боже мой, Алекс… Я не верю!..

– Это правда. От первого до последнего слова. Я боюсь за тебя, понимаешь?! Мне-то терять нечего! Знаю, за что рискую! А ты, ничего не подозревая, могла запросто погибнуть от болевого шока во время схватки с Кристой! Энея, прошу, уходи в логаут! Разорви нейросенсорный контакт! Позвони отцу. Расскажи ему все. Он наверняка сумеет тебя защитить. Тут без шуток. Угроза реальная!

– Зачем мне вообще подсунули этот чип?

– Понятия не имею! Возможно, уже откалибровали имплантат по уровням обратной связи, и теперь негласно расширяют рамки эксперимента. Информация от ничего не подозревающих пользователей для разработчиков – на вес золота!

И снова в ее расширившихся зрачках я увидел безумный блеск.

Энея повела себя странно. Закрыла глаза, зачем-то встала, затем легкими прикосновениями вдруг начала набирать какой-то код, словно перед ней находилась сенсорная панель ввода. Одновременно в окошке боевого видеочата я увидел мир ее глазами: всколыхнулась неприятная на вид желеобразная масса, тусклый свет дежурного освещения витркапсулы резанул по глазам. При этом Энея постоянно прижимала пальцами правой руки крошечный чип, чтобы тот не соскользнул с виска, не исчез в сенсорном геле.

Мягкий полушлем с проекционным забралом повис, слегка раскачиваясь на тонком кабеле. Картинка смазалась помехами, но сразу же восстановила четкость. Зашипела пневматика, верхняя часть вирткапсулы приподнялась, смещаясь вверх и в бок.

Она выбралась наружу, но, вопреки ожиданию, канал обмена данными не прервался!

Энею тут же окружили десятки модулей, свободно перемещающиеся на антигравитационной тяге. Насколько я помню, один такой „бытовой помощник“ по цене и сложности технологической начинки, не уступает спортивному флайкару…

Они быстро привели девушку в порядок, убрали остатки сенсорного геля. Энея закуталась в теплый халат, села в глубокое мягкое кресло и…

Ее аватар открыл глаза.

Шокирующий эксперимент. Окошко боевого видеочата свернулось в трей.

Неяркий свет „Посоха Гидры“ озаряет лицо Энеи. На чешуйках уникального сета стынут крохотные блики. Из ее прически выбрался Мачо, замер на плече, затем вдруг резко ударил лапой, пронзив шипом крохотного паучка, и тут же проглотил добычу.

Она не обратила внимания на питомца, тихо спросила, глядя мне в глаза:

– Ты чувствуешь абсолютно все?

– Да.

В наших глазах – безумие вспыхнувшей страсти.

– Я тоже… Совсем не так, как раньше. Острее, глубже… – она коснулась моей щеки робким поцелуем. – Алекс, я никуда не уйду… – горячий шепот обжег. – Даже не думай об этом…

Мои пальцы утонули в локонах ее волос. Мягкие прикосновения губ сводят с ума.

– Я не уйду, – упрямо шепчет она между поцелуями.

– Они же отыщут тебя!..

– Пусть… Мне все равно, Алекс… Я хочу быть с тобой…

Мы не в силах оторваться друг от друга. По ее щекам текут слезы. Глаза блестят. Наши нервы сгорают…

…

Тьма отступила под напором новой силы, что пришла в мир „Хрустальной Сферы“.

Вы зачистили второй уровень донжона.

Вы получили новый уровень.

Вы получили новое достижение: „Свет страсти“.

Находясь рядом с любимым человеком, вы получаете +1 ко всем характеристикам.

…

Мы оба вздрогнули.

– Разработчики следят за нами…

– Или движок адаптивно реагирует на ситуацию?.. – Энея доверчиво прижалась ко мне, обвела взглядом пыльную, захламленную комнатушку. – С ума сойти, Алекс… Я словно во сне… и не хочу просыпаться. Жаль, что раньше ничего не знала, а то поговорила бы с Кристой…

– Она нас обоих ненавидит.

– Брось. Наверняка – нормальная девчонка. Просто устала от боли и одиночества. Затесалась не в ту компашку, а теперь сорвалась и падает.

– Откуда такая уверенность?

– Из реала. Думаешь, я не хлебнула горя? Мамы нет, отец в большом бизнесе. Элитная школа, с полным пансионом, где одни избалованные, капризные сучки. В общем, извини, не хочу вспоминать. Лучше на таймер взгляни. Пять часов осталось! – она дерзко заглянула мне в глаза. – Хочу светлый и чистый замок! Пошли! – Энея решительно встала, потянула меня за руку. – Пошли искать подсказки!

– Ну хорошо. Остаешься до утра. Только не спорь. Я знаю, как воздействует нейроимплантат. Выполним задание, и ты сразу уходишь в логаут, отсыпаться. Это не обсуждается!

– Ладно. Договорились, – легко согласилась Энея, а я подумал:

„Жди утра, Артем Сергеевич, нам есть о чем потолковать, благо свиток „призыва“ ты мне выдал…“

На улице стало лишь чуть светлее. По-прежнему нет ни луны, ни звезд.

Древние укрепления вздымаются этажами руин.

Черная мгла, окутавшая замок, теперь клубится где-то далеко вверху.

Фокусирую внимание на ближайшей площадке, – она расположена метрах в пятнадцати над нами. По краю естественного скального выступа видны огрызки стен: эта часть донжона подверглась ураганному обстрелу из осадных орудий. Думаю, где-то на островках среди болот мы сможем отыскать позиции требушетов, – только они способны метать камни весом в несколько центнеров на дистанцию до двухсот метров.

Темные фигуры появились в проломе стены. Медленно проявились фреймы:

…

Падший воин. Уровень 22.

Падший чародей. Уровень 20.

Падший страж. Уровень 25.

…

Последний наиболее опасен.

– Что будем делать? – шепнула Энея.

– Когорта разбрелась по донжону. Сможешь телепортировать нас наверх?

– Да. Посох значительно усилил мои способности.

– Тогда бей стража „молнией“ и сразу – телепорт. Дальше, по возможности, только лечишь, поняла?

Энея кивнула.

– Готова?

Ударил разряд молнии. В результате внезапной атаки страж получил критический урон, – полоска его жизни сократилась наполовину.

Раздался характерный хлопок. Энея телепортировала нас на площадку укрепления и тут же, с разворота, вонзила острие посоха в горло чародею.

„Сердце Гидры“ бешено запульсировало. Черная кровь, шипя, обагрила древко. От источающего алое сияние драгоценного камня вдруг брызнули тонкие багряные разряды, и лохмотья падшего моментально вспыхнули, нанося дополнительный урон огнем.

Я рубящим ударом рассек доспехи воина и одновременно провел каст: кисть моей левой руки озарилась сполохом заклинания. Пытавшегося атаковать стража сковало „Стужей“, – он оцепенел, не завершив выпада.

Мой клинок вычертил отработанную связку ударов. Воин, хрипя, повалился набок, голова стража, оставляя след черной крови, откатилась на несколько метров.

– Мачо, не смей есть всякую падаль! – Энея раскраснелась, ее глаза горят, локоны волос выбились из прически.

Заметно подросший богомол удивленно повернул треугольную голову, но ослушаться не посмел, брезгливо стряхнул с шипа кусочек плоти, который успел поймать на лету.

Вход в башню расположен неподалеку, но я, убедившись, что больше на площадке противников нет, посмотрел вверх, на следующий уступ внешних укреплений. До него метров десять. Стены почти не разрушены. Неизвестно кто или что поджидает нас там, но прорубаться через внутренние помещения – вообще не вариант. Там полно падших и нас быстро отправят на перерождение.

Уровень маны у Энеи уже восстановился. Она кивнула, давая знать, что готова к следующему телепорту.

– Подожди… – я крепко сжал рукоять клинка и запас ментальной энергии мгновенно перетек в руны, – вязь надписей, идущая вдоль кровостока, осветилась примерно наполовину.

Мой уровень маны восстанавливается намного медленнее чем у Энеи. Пришлось еще немного задержаться, пока индикатор не заполнился наполовину.

– Погнали!

Хлопок телепорта. Секунда тьмы, затем – неровный свет факелов, глухой рык, рвущийся из-под опущенного забрала, гул рассекающей воздух стали.

Я резко пригнулся, – лезвие секиры выбило сноп искр над моей головой, оставив глубокую отметину в камне стены.

Коренастый орк, облаченный в каргонитовый доспех, намного выше меня по уровням. Дела плохи. Секира в его ручищах выглядит, как игрушка. В скупых движениях угадывается опыт бывалого воина.

Шлейф сумрака, – неизменный атрибут наложенного на когорту проклятья, тянется за ним, мягко обволакивая разбросанные повсюду обломки.

– Энея, туда! – острием клинка я успел указать на фрагмент разрушенного каменного моста, в прошлом соединявшего два укрепления. Его средний пролет еще держится над пропастью, опираясь на потрескавшиеся колонны.

Коротким, рискованным телепортом Энея переместилась на недосягаемую для врагов площадку. Теперь она оказалась в относительной безопасности и может работать дистанционными заклинаниями.

Падших пятеро. Шанс выстоят против них – ничтожен. Выбираю эльфа крови, равного мне по уровням, атакую его, успев отправить в боевой чат короткое сообщение:

Энея, орк!

…

Поняла!

…

Удар молнии выжег мрак, на миг осветил округу. Брызнул расплавленный каргонит. Орка сбило с ног. В его нагруднике зияет дыра, одежда тлеет, гневный рык дробит тишину.

Энея полностью выложилась на самое мощное из доступных ей заклинаний и теперь секунд пять-семь будет восстанавливать ментальную энергию.

Эльф ловко уклоняется от моих атак. Разорванная в давней схватке, но так и не зажившая верхняя губа кривится в презрительной усмешке. Еще двое падших подбираются сбоку. Мой запас маны восстанавливается слишком медленно, поэтому экипирую щит, используя слот быстрого доступа.

Шлейфы сумрака скрадывают очертания предметов. Из внутренних помещений донжона доносятся крики, слышится лязг оружия, – каждую ночь тут разыгрывается одна и та же кровавая трагедия. Если не снять проклятье, то замок Рион никогда не станет нашим домом.

Внезапно с треском вылетел переплет оконной рамы, жалобным звоном рассыпалось мозаичное стекло. Едва живого воина выбросило наружу, – он с лязгом грохнулся на каменные плиты двора, но тут же вскочил, опираясь на меч, пошатнулся и глухо выкрикнул:

– Предатели!

Эльф, едва не отправивший меня на перерождение, не завершил атаку, резко отскочил в сторону, обернулся.

– Хелмуд! Наконец-то мы поквитаемся! – он бросился на рыцаря, увлекая за собой остальных падших.

Недолго думая, я рванулся на выручку незнакомцу, – тот медленно отступает, едва сдерживая натиск.

– Держись!

Рыцарь отбивается из последних сил.

Сбоку на меня несется орк. Рана в его груди истекает мглой. Я ошибался, локации тут не адаптивные, чем выше поднимаемся, тем сильнее становятся квестовые НПС.

Энея успела наложить на меня „стойкость“, и вовремя – удар секиры едва не сшиб с ног, вдребезги разбил щит, заставив пошатнуться.

Полоска жизни просела процентов на десять. Боли пока не чувствую, в крови кипит адреналин, – нейроимплантат постоянно вносит свою лепту, меняя рисунок боя, – забыв об осторожности бросаюсь вперед, ловлю орка на взмахе, – он раскрылся, занося секиру для добивающего удара.

Мой клинок разрубает сталь и смердящую плоть.

Орк пошатнулся, припал на одно колено, злобно нечленораздельно рычит, пытаясь встать, но силы его подводят, руки уже не слушаются, во фрейме появился дебаф „смертельная рана“.

Этот теперь не в счет! Сам сольется! Резко разворачиваюсь. Рыцаря прижали к стене, от двуручного меча остался обломок, град ударов высекает искры из его брони.

Разряд молнии впился в падшего, выгнул его дугой.

Ныряю под рассекающий воздух взмах алебарды, провожу рискованное комбо.

Черная кровь шипит на камнях. Меня окутало сияние полученного уровня, системные сообщения мелькают в фоне, успеваю заметить, как эльф сбил рыцаря с ног, вонзил стилет в зазор между пластинами брони, мстительно вырвав коротки хрип боли.

Хлопок телепорта заставил эльфа резко вскочить, обернуться.

Смертельно раненый воин все же здорово нам помог. Он дрался так отчаянно и умело, что практически обнулил хиты противников.

„Аура Хищника“ сработала безотказно. Движения падших замедлились, – Энея расчетливо рискнула, телепортировалась в самую гущу схватки, лишая врагов возможности отреагировать на мои атаки.

Через пару секунд эльф мешковато повалился набок, а последнего из проклятых воинов Когорты пригвоздило к стене „ледяным копьем“.

Я бросился к незнакомцу, протянул ему руку:

– Вставай! Сейчас тебя подлечим!

Хватка у воина поистине железная. Богато инкрустированные доспехи изрублены, филигрань, гравировка и чеканка потускнели, их тончайше узоры смяты.

Энея наложила на него „малое исцеление“, но сполохи заклинания породили лишь красивый спецэффект, не более.

– Бесполезно, – глухой голос донесся из-под помятого забрала. – Сила проклятья довлеет над всеми.

– Но ведь ты не из падших, верно?

– Я, Хелмуд, – рыцарь, не поддавшийся магии демонов. Вот толку от моей стойкости немного. Они, – обломок меча указал на изрубленные тела, – хотя бы не помнят содеянного. А в нас жива память. Каждую ночь мы пытаемся изменить предначертанное. И всякий раз проигрываем.

– Как снять проклятие?

– Никак, – ответил воин, тяжело присев на обломок каменного зубца. – Оно в душах падших.

– Но должно же быть решение! – вырвалось у меня.

Жизнь покидает Хельмуда. Глухой голос становиться все тише:

– Мрак в их душах… Свет камня… растопит… Кровь демона… – в последнем усилии он разжал ладонь, протянул мне что-то тусклое, продолговатое, затем вдруг вздрогнул всем телом, тяжело повалился набок и затих.

– О каком камне он говорил? – тихо спросила Энея.

– Понятия не имею. Задание не обновилось.

– А что он тебе дал?

Я показал ей каргонитовый медальон на длинной цепочке из такого же сплава.

– Странно. Характеристики не читаются. Опять только знаки вопроса, как и поначалу было с посохом, – вздохнула она, печально взглянув на рыцаря. – Алекс, мы явно что-то упускаем! Нам ведь дают подсказки!

– Хорошо. Давай подумаем. Он намекнул, что падшие поддались воле демонов из-за слабости духа. Но Когорта сотни раз сталкивалась с силами тьмы и всегда ее воины выходили победителями. Что же случилось в ту ночь?

– Нужно вернуться в „Зал Возрождения“. Туда, где получили задание! Кстати, заметил, там на стенах есть барельефы! – воскликнула она. – Может, ответ среди них?

– Ладно, – согласился я. – Все равно силой здесь ничего не решишь. Мы видели самых слабых из Когорты Падших, и едва справились с ними.

В „Зале Возрождения“ тьму вновь разгоняет трепетный огонь светильников, – они зажглись при нашем появлении.

Стены действительно украшены барельефами, на которые я толком и внимания обратить не успел, слишком быстро развивались события.

Энея взяла меня за руку. Наши пальцы сплелись. В реале мне за тридцать, но сейчас ощущаю себя мальчишкой. Мы молча идем вдоль стены, пристально изучая древние изображения. Многие пострадали от времени, и смысл сцен, запечатленных в камне, уже почти невозможно угадать.

– Смотри! – взволнованно произнесла Энея.

Очередной барельеф отображает какой-то ритуал. Существа различных рас выстроились в длинную очередь. В центре показан прозрачный, как слеза, камень. Перед ним преклонил колено воин.

– Что бы это значило?

Я всматриваюсь в символы языка Ушедших.

– Вот тут написано „клятва“, – указываю на слово, знакомое по тексту заклятья „смертельная преданность“, выгравированного на моем клинке.

– Капля крови, – Энея указала на крохотный рубин, украшающий изображение.

– А рядом написано: „камень“, – добавил я. – Получается „камень клятвы“?

– Да, точно! – Энея сверилась с текстами изученных заклинаний. – Вот эти символы можно прочесть. Означают „кровь“.

– Если сложить все вместе, то получается: „воин приносит клятву, свидетельствуя ее каплей крови?“

– Подожди. Сейчас поищу в сети…

– Попробуй поиск по запросу „камень клятвы“.

Энея кивнула:

– Есть! На стороннем ресурсе! Блог одного геймера, называется „Хрустальная Сфера“. Перспективы развития». Интересно… Тут идет речь о неких сюжетных ветках, не вошедших в релиз! Пост создан два года назад.

– Прочти. У меня нет доступа в глобальную сеть. Только внутриигровая.

– Слушай: «Привет всем! Разработчики „Хрустальной Сферы“ настолько уверены в своем детище, что приступили к формированию сюжетов, рассчитанных на перспективу. Свой источник раскрыть не могу, но есть инфа, что развитие игрового мира приведет нас к мифу об Ушедших Богах, якобы правивших в древности всей Вселенной. Среди интересных артефактов, которые планируется ввести установкой специального обновления, появятся изделия из каргонита (очень прочного сплава, секрет которого утерян).

Среди планируемых локаций наиболее любопытны руины квестовых замков, ранее служивших оплотами Ордена Последователей. Мой источник намекнул, что завладеть ими будет нелегко, ибо цепочки заданий завязаны на некие „камни клятвы“»…

– Это все?

– Да. Блог был удален, остались только фрагменты некоторых постов.

– Ладно. Значит обновление уже установили. Давай посмотрим, упоминается ли «камень клятвы» в энциклопедии?

– Да, есть. Но и тут крохи информации. Сам взгляни, – она сбросила мне линк на статью.

…

«Камень клятвы» – мифический (до сих пор не найденный) артефакт. По преданию, создан Ушедшими, подчиняется «магии крови».

…

Ввожу следующий запрос.

…

«Магия крови», – утерянное в современности учение, создающее неразрывную связь между предметом и его владельцем. После исчезновения Ушедших Богов «магия крови» утратила практический смысл, – подвластные ей артефакты крайне редки, а последствия их использования – непредсказуемы.

…

Опять тупик? – размышляю, сжав в пальцах невзрачный, потемневший от времени каргонитовый медальон.

Близится рассвет, а мы все еще далеки от разгадки.

Светильники по периметру зала светят тускло. Некоторые вообще угасли. Скоро и здесь воцарится тьма.

– Есть одна идея, – я крепко сжал медальон в ладони. – Видишь символ?

– Такой же у меня на посохе. Только непонятно его значение.

– Думаю, это знак принадлежности к истинным защитникам замка. Попробую его активировать.

– Опять кровь? Не боишься связать себя невыполнимыми обязательствами? Каким силам мы будем подвластны?

– Я доверяю интуиции Мачо. Питомец, по определению, не способен причинить вред хозяйке, но все-же он уколол тебя.

– Ладно. Попробуй. Но, все равно не понимаю, что это даст?

– Сейчас узнаем. Говорю же, – есть идея, – острием «таинственного клинка» делаю глубокий надрез на подушечке указательного пальца.

Кровь хлынула щедро, обагрила древнюю вещь, заполнила углубления.

Секунда… Вторая… Третья…

Руны на клинке неожиданно вспыхнули, – все разом, но лишь на миг. Меня пронзило холодом, затем окатило жаром. Центральный символ на медальоне брызнул золотистыми лучиками, озаряя мое лицо.

…

Вы получили предмет: Амулет Власти (предмет из комплекта).

Ограничение: только истинный владелец замка Рион.

Эффект при использовании:

Скорость регенерации маны +10 единиц в секунду.

Сила атаки +10 %, выносливость +10 %.

Находясь на территории замка Рион, вы наделяетесь «Щитом Разума» (действует аналогично древнему заклинанию, добавляя 50 % сопротивляемостью к любым видам магии, воздействующей на рассудок).

Аура Амулета Власти дает 50 % сопротивляемости к ментальным атакам всем членам Клана, чьей твердыней является замок Рион.