- -
- 100%
- +
После нескольких попыток дозвониться, он набрал Федерико и, убедившись, что Мейв не вернулась в автобус, открыл мессенджер и набрал текст:
«Мейв, это ни в какие ворота! Я не звоню сейчас миссис Серра ровно по одной причине: несмотря на твоё сегодняшнее поведение, я всё ещё тебе доверяю (и скорее всего, это ошибка)! Если у вас с Франческой будут проблемы, ответственность за них ляжет на ваши с ней плечи. Я сейчас очень зол и буду злиться сильнее, если ты продолжишь не отвечать на мои звонки. Когда ты сегодня вернёшься домой, мы серьёзно поговорим. А пока: возьми трубку!»
Галочки рядом с сообщением моментально стали зелёными. Прочитала. В следующее мгновение пришёл ответ:
«Трубку не возьму, на остальное ОК. Счастливо оставаться!»
Вот же засранка…В голове бегущей строкой возникло традиционное для таких случаев: «Твою мать!». Мать, это всё генетика Грейс, другого объяснения быть просто не может.
Дышать. Нужно просто дышать. Тео снова набрал номер. Звонок сбросили. Набрал ещё. Сброс. Повторил. Сброс.
В этот момент в поле зрения возникли леопардовые кеды. Тео поднял глаза и столкнулся взглядом с мисс Имоджен Тейт.
– Тео, прошу прощения, я знаю, сейчас свободное время, – деловито начала она, – Но братья Теддер и Том Дарби просили передать, что они возвращаются в отель на метро. Нейту и Тому стало плохо с животом. Обоим нужно отлежаться.
– Ого, – Тео понимающе закивал, – Хорошо, спасибо! Я проведаю их, когда мы вернемся в отель.
– Хорошо, спасибо! Тогда я-а…, – она указала в направлении кафе, на веранде которого её уже ожидала Элизабет.
– Да-да, конечно! Хорошего отдыха! – Тео растянул губы в вежливой улыбке, но как только мисс Тейт отвернулась, снова сосредоточился на попытках дозвониться до Мейв.
Судя по всему, теперь она отключила телефон. Вместо протяжных гудков в трубке раздавалось стандартное: «Il numero da lei chiamato non è al momento raggiungibile»* (Вызываемый абонент сейчас вне зоны действия сети).
***
Рим её вымотал. За день Олив успела пройти маршрутом от Площади Берберини до самого Ватикана, где застала золотой час, окрасивший город в тёплые цвета. Толпы туристов были повсюду: группы и одиночки с картами и аудиогидами заполонили город, встречаясь даже в тихих с виду закутках. В результате Олив удалось попасть только в Пантеон, и то совсем ненадолго.
На улице стоял сильный зной, и единственным здравым решением казалось пройти по мосту Виктора Эммануила II и добраться на оживлённый рынок Кампо-деи-Фиори. Прогулка в наушниках среди торговых рядов наполненных запахами свежих фруктов, сыров и морепродуктов оказалась одним из лучших впечатлений за день. Жажда приключений подтолкнула Олив к тому, чтобы продолжить маршрут до фонтана Треви, но последний отрезок изнурил её окончательно. К счастью, неподалёку от Пантеона, на который Олив вышла в попытке выбраться из лабиринта улочек, оказалось заведение с французскими блинчиками.
Живот скрутило в голодном спазме, как только она увидела цветастую вывеску, подсвеченную гирляндой. Массивная дверь, открывшись, привела в движение висевший над ней колокольчик. Уютный звон разлетелся по большому светлому помещению, в центре которого круглая стойка-витрина была заполнена разнообразными начинками для блинов. Олив с наслаждением втянула сладкий ванильный аромат с кофейными нотками, обошла несколько столиков, и, подойдя к бару, облокотилась на светлую деревянную стойку в ожидании своей очереди. Несмотря на поздний час, свободных мест в зале почти не осталось, но ей подумалось, что было бы отлично забрать заказ с собой, прыгнуть в такси и поужинать дома на открытом балконе.
Весь день Олив пыталась не думать о том, насколько глупо она могла выглядеть со стороны вчера ночью. Олив настолько увлеклась глубиной своих переживаний что, почувствовав за спиной мягкую поступь депрессии, решила бросить в бой тяжёлую артиллерию и достала из глубин Spotify всю свою терапевтическую музыку. Домашняя одежда, балкон, травяной чай и Creep – Radiohead поспособствовали правильной атмосфере, а так как на часах было уже далеко за полночь, ей и в голову не могло прийти, что на пустой улице может быть кто-то ещё. Конечно, стойку на балконе напротив вполне могло снести ветром, или какое-нибудь домашнее животное натворило делов, пока хозяева спали. Однако Олив допускала, что свидетелем её вчерашнего безумия вполне мог стать какой-нибудь человек, и потому она, схватив с пола чашку, поспешила скрыться в своей комнате. К счастью, сон настиг её, как только чашка опустела, и потому времени покопаться в себе и поразмышлять о случившемся у Олив попросту не осталось.
Теперь же она сделала заказ, села за стойку в ожидании и, достав из кармана телефон, проверяла сообщения. Бен скинул несколько фоток и ссылку на сегодняшний эфир с места событий. Когда же Олив открыла строку ответа, на экране высветилось предупреждение о низком заряде батареи.
– Вот же чёрт, – пробормотала она себе под нос, и, заблокировав экран, закинула бесполезный гаджет обратно в сумку.
Колокольчик над дверью снова зазвенел, и боковым зрением она заметила субтильную фигуру, упавшую на стул у бара. Девочка-подросток с копной кудрявых рыжих волос, тяжело дыша, опёрлась обеими руками о стойку и, оглянувшись на широкое витринное окно, замерла, будто высматривая кого-то в оживлённой толпе туристов. Когда к ней обратился бариста, девочка вздрогнула, но тут же, нервным движением сжав небольшое меню в тонких пальцах, что-то ему сказала по-итальянски. Тот кивнул и удалился, а девочка отодвинула меню, оперлась локтями о стойку и уложила на ладони аккуратный подбородок. Замерла, вздохнула, но будто вспомнив о чем-то важном, выудила из кармана огромный смартфон в ярком фиолетовом кейсе.
Узнавание пришло сразу. Мало ли в Риме девочек с длинными рыжими кудрями и веснушками во всё лицо? Должно быть немало, но идущий с ними в комплекте ярко-фиолетовый кейс, усыпанный несуразными блестками, наверняка, встречается не так часто. Пока Олив пыталась скрыть удивление, уткнувшись в меню, где-то справа полилась речь с ирландским акцентом, которую не сумели заглушить посторонние звуки.
– Мне правда жаль, что я не отвечала, – донесся до Олив звонкий голос, – Да, я очень виновата. Я…Я уже на пути домой. Сейчас же возьму такси и буду в Сан-Лоренцо…минут через двадцать. Нет, за мной не нужно приезжать. Правда, всё в порядке. Я…
– Ваш заказ, – раздалось над ухом.
Олив опустила меню и в этот момент взглядом наткнулась на пару внимательных глаз в зеркальной стенке за баром. Девочка что-то ещё пробормотала в трубку, опустила телефон и ошеломлённо уставилась на Олив. Подведённые блеском губы сложились в форме «О».
Олив выдавила из себя извиняющуюся улыбку и приветственно кивнула, не зная, куда себя деть. Они ведь даже не знакомы. Подумаешь, столкнулись в аэропорту.
Девочка же повернулась на стуле с явным намерением начать разговор.
– Извините, если вторгаюсь, – начала она, робко улыбнувшись, – вы, может быть, не помните меня. Я та чудила, что налетела на вас в аэропорту. Хотела узнать, всё ли мы тогда собрали и вообще в порядке ли вы? Я ужас как быстро сбежала с места преступления, и мне до сих пор жутко стыдно.
Вот тут Олив уже не сдержала удивления.
– Что вы, – выдавила она в ответ, – Всё в полном порядке, и да, вроде бы ничего не потерялось.
Она схватила со стойки пакет с заказом и уже хотела скрыться, как вдруг заметила на лице у девочки следы от потёкшей туши.
– А вот всё ли в порядке у вас? – она провела по своей щеке кончиком указательного пальца, многозначительно посмотрев на девочку.
Нежданная собеседница не сразу сообразила, о чём речь, но вдруг на её лице проступило понимание. Девочка подняла смартфон на уровень глаз и, кажется, включила фронтальную камеру.
– О-о чёрт, – она схватила со стойки салфетку и начала интенсивно тереть по уже подсохшим бледно-серым ручейкам на обеих щеках, – Спасибо, что сказали.
Олив, недолго думая, открыла сумку и достала упаковку влажных салфеток.
– Думаю, это поможет лучше, – протянула её незнакомке.
Та благодарно закивала.
– Кажется, я перестаралась, – с досадой произнесла девочка, когда на месте потёкшей тучи проступили красные пятна.
– Да-а, есть такое, – Олив вгляделась в лицо напротив и цыкнула языком, – Если у вас с собой нет пудреницы, то это уже не замаскируешь.
В ответ девчушка, горестно вздохнув, пробормотала:
– Дядя точно докопается с вопросами, – ещё раз осмотрела себя в экране и заблокировала его.
– И всё же, – Олив закрыла сумку и снова внимательно всмотрелась в лицо девочки, – Всё ли у вас в порядке? Тушь не растекается просто так.
– Да, полный порядок, – пожала плечами девочка, – Просто получила отличный жизненный урок и отработала навык отшивания всяких придурков. Но, наверное, вам это не сильно интересно.
Олив осталось лишь понимающе кивнуть в ответ.
– Я-а невольно подслушала, – протянула она, сложив руки на груди, – Вам ведь нужно добраться до Сан Лоренцо? Я собралась ловить кэб…точнее такси до Тибуртины. Могу подкинуть, если вдруг эти самые придурки всё ещё бродят где-то здесь, – Олив кивнула на витринное окно, за которым уже зажглись фонари.
Девочка в ответ лишь удивлённо подняла брови.
– Тибуртина? Да ла-адно, – но тут же, опомнившись, добавила, – В смы-ысле, туда мне и надо вообще-то, – она помедлила, явно сомневаясь, – Вот только с чего вдруг такая щедрость? – карие глаза прищурились с подозрением.
– Скажу прямо, я понятия не имею, где сейчас искать такси, – честно призналась Олив, – И у меня сдох телефон, поэтому Uber тоже не вариант.
– Оу, Uber тут не работает, – девочка понимающе закивала, – Оке-ей, я примерно представляю, где раздобыть машину.
– I tuoi pancake al cioccolato e limonata da portare via, – раздалось у Олив за спиной.
Девочка сорвалась с места со звонким «Grazie», подхватила пакет со стойки и, развернувшись на пятках, протянула Олив свободную руку для пожатия:
– Что ж, если вы не серийная убийца, тогда по рукам! Я Мейв, кстати.
– Олив, – рука у Мейв оказалась ледяной, – Я страшно боюсь насилия даже в кино, так что переживать не о чем.
– Хах, серийный убийца так бы и сказал, – хохотнула Мейв, – А чем по жизни занимаетесь?
– Я книжный редактор, – Олив отметила про себя, что с трудом не тушуется перед таким напором.
– Ого, круто! Я могла читать что-то из того, что вы редактировали?
– Боюсь, аудитория моих авторов чуть постарше, – улыбнулась Олив.
– Значит, однажды, – Мейв указала на дверь, – Мой дядя в таких случаях говорит Allons-y, – и двинулась вперед.
– Не представляю, что это значит, – Олив поспешила за ней.
– Вроде как «вперёд» по-французски, но я не уверена, – отозвалась Мейв.
– Твой дядя из Франции? – спросила Олив, когда они вышли на оживлённую улицу.
– Упаси боже, французский я не вывожу вообще-е, – хихикнула Мейв, указывая направление, – Он ирландец и обожает смотреть Доктора Кто. А вы-ы из Лондона?
Олив сдержала улыбку.
– Не совсем. Сейчас живу в Лондоне, но совсем недолго, я из Глазго.
– О, в Глазго круто! Мы с мамой ездили туда в научный центр в прошлом году. Она повёрнута на всей этой теме с научпопом.
– Наукой сложно не очароваться, – хмыкнула Олив, – Хотя сама я в этом центре не была, как-то всё не хватало времени.
– А так всегда, – Мейв понимающе закивала, – На исследование собственного города не особо хватает сил. Мне кажется, если бы дядя не работал в туризме, я бы так и не посмотрела Рим как следует. Всегда кажется, что раз приезжаешь куда-то часто и надолго, тут друзья, дела и список литературы из школы огромный, то побродить по городу всегда можно и потом. Я Лимерик знаю отлично, но на бытовом уровне. А вот когда Тео приехал из Рима на рождественские каникулы, мы весь его исходили, и оказалось, что я очень много где не бывала.
Они свернули за угол крошечной улочки и вышли на оживлённый перекрёсток.
– А Тео – это…? – Олив огляделась в поисках стоянки такси.
– Дядя, – Мейв кивнула на автобусную остановку неподалёку, рядом с которой стоял ряд белых автомобилей с шашечками, – Как раз тот, который сейчас будет убивать меня за то, что пропала почти на весь день.
– Оу, держит тебя в ежовых рукавицах, – Олив прибавила шаг, с трудом успевая за девочкой.
– Обычно нет, – та пожала плечами, – Но тут я сама нарвалась. Хотела сгонять с подружкой в Тиволи, он не разрешил, ну я его и кинула. А потом еле спаслась от парочки придурков из группы туристов, для которых он водит экскурсии. Короче говоря, на его месте кто угодно психанул бы.
– Оу, – Олив поджала губы, – Что ж, нечто подобное по дурости случалось со всеми хотя бы раз в жизни. И дядя твой, думаю, не был исключением.
– Это хороший аргумент, – задумчиво протянула Мейв, – Возьму на вооружение.
Они подошли к одному из таксистов, что стоял, привалившись к машине. Мейв тут же заговорила с ним, не оставив Олив ни шанса своим идеальным итальянским выговором:
– Quanto costa arrivare in via Tiburtina?
– Prenderò trenta euro, – последовал ленивый ответ.
– Он говорит, что довезет за тридцать, – Мейв обернулась и, дождавшись согласного кивка Олив, продолжила свой диалог с водителем, – Noi siamo in due.
– OK, – отозвался водитель и, открыв заднюю дверь для пассажирок, обошёл машину и сел за руль.
Переглянувшись, Мейв и Олив сели на заднее сидение.
– У меня на фоне адреналина, кажется, случился прорыв в итальянском, – хихикнула Мейв и пристегнула ремень, – Хотя знаю я, наверное, фраз пятьдесят, если не меньше.
– Это на пятьдесят больше, чем знаю я, – Олив откинулась на спинку сидения и в этот момент машина пришла в движение.
Глава IV. Виа Тибуртина
Когда Тео было шестнадцать и скандалы с родителями стали уже привычным явлением, он не переставал повторять себе, что, оказавшись однажды в роли взрослого, никогда не опустится до чтения нотаций. В отношениях с Мейв это оказалось нетрудной задачей: она всегда была внимательной, отвечала на телефонные звонки и если опаздывала домой, то не больше чем на полчаса. Однако сегодняшний день ярко продемонстрировал, что в укладе жизни с подростком нет ничего постоянного.
Ему впервые захотелось выплеснуть все свои негативные эмоции прямо на племянницу: раскричаться, воззвать к остаткам совести, окружить запретами и посадить под домашний арест.
Позже, все же взяв себя в руки, Тео вышел на улицу, встал под фонарём у ведущих во двор ворот и стал наблюдать за проезжающими мимо автомобилями, стараясь дышать как можно глубже. Злость на племянницу не уходила, но спустя пару минут такой «медитации» желание портить вещи и кричать не своим голосом начало медленно уходить.
Во всей этой ситуации больше всего его раздражало то, что никакие её извинения сейчас не смогут погасить ту ярость, что разгорелась в его душе за сегодняшний день. Это надо просто пережить, перетерпеть и не сорваться. Не стоит класть на алтарь собственных переживаний отношения с племянницей, доверие и любовь которой он завоёвывал годами. Надо сдержаться. Вдох. Выдох.
– Не смей на неё орать, – почти беззвучно пробормотал Тео, прикрыв глаза.
В размышлениях об экологичных способах справиться с гневом, он не сразу заметил, как к тротуару подъехало белое такси. Задние двери с двух сторон открылись, и на тротуар вышла невысокая девушка в белой безрукавке и светлых брюках. Она как раз принялась собирать пшеничного оттенка волосы в высокий пучок, когда из-за её спины показалась знакомая фигура. Мейв хлопнула дверью, обошла машину и, поправляя рюкзак на левом плече, поравнялась с незнакомкой. Что-то ей сказала, на что девушка ответила «Брось». Мейв двинулась было к входным воротам, но тут наткнулась взглядом на Тео и моментально изменилась в лице. Незнакомка же проследила за взглядом девочки и, обернувшись, нашла глазами Тео.
– Это твой дядя? – донесся до него полушёпот.
– Да-а, – еле слышно протянула Мейв обреченным голосом, – Было приятно познакомиться, Олив. Жаль, что я, кажется, не доживу до нашей следующей встречи.
– Брось, он не выглядит опасным, – девушка положила руку на плечо Мейв и, слегка подтолкнув её вперёд, пошла за ней следом, – Давай провожу тебя до двери.
Тео так и остался стоять, привалившись к стене со скрещенными на груди руками.
– Доставка блудных подростков, – провозгласила незнакомка, как только они оказались совсем близко.
Мейв неуверенно переступила с ноги на ногу и исподлобья посмотрела на Тео, явно пытаясь прочитать что-то в его лице. Девушка же, кажется, тоже ощущала себя неловко, но так и продолжила стоять рядом с Мейв в качестве молчаливой поддержки. Тео сдвинул брови и испытующе посмотрел на племянницу.
– Мы всё обсудим дома, – ровным голосом проговорил он, из последних сил стараясь держать себя в руках, – Иди.
Он кивнул на дверь, и Мейв уже было двинулась в сторону калитки, но остановилась прямо перед ней и, помедлив несколько секунд, сделала два шага назад.
– Я знаю, ты злишься, и…И я виновата, прости, – затараторила она срывающимся голосом, – Даже представить не могу, как ты волновался и мне очень стыдно за себя. Но… Но просто вспомни, каково это быть на моём месте! Подобное случается со всеми хотя бы раз в жизни. И не говори, что это не так!
Тео едва удалось сохранить лицо. Сделав над собой ещё одно усилие, он закусил губы и повторно кивнул на дверь:
– Домой, – повторил он тихо и перевёл взгляд на девушку, на лице которой теперь читалась смесь сочувствия и лёгкого недоумения.
Боковым зрением он уловил, как племянница, потоптавшись на месте ещё несколько секунд, скрылась за деревянной калиткой, прошептав «Спасибо» в сторону незнакомки. Та лишь кивнула и заложила руки за спину. Он дождался, когда звуки удаляющихся шагов за воротами станут совсем не слышны, и, потерев переносицу пальцами, обратился к девушке:
– Простите за цирк. Мы в этих разборках совсем недавно.
Он прочесал пальцами волосы на макушке и всмотрелся в лицо напротив. Олив (она, ведь, Олив?) пожала плечами и понимающе улыбнулась.
– Спасибо вам за… доставку, – продолжил Тео невесело, – Сколько я должен вам за такси?– он потянулся за бумажником в задний карман.
Тут девушка будто отмерла
– Бросьте! – она небрежно махнула рукой, – Это ерунда. Если бы не Мейв, я бы так и блуждала сейчас где-то в районе фонтана Треви в поисках машины, – она чуть потрясла бумажным пакетом в своей руке, – В моем временном жилище нет микроволновки. Пришлось бы есть ужин холодным.
– Ну, хоть какая-то польза от подростковых выходок, – не сдержавшись, хмыкнул Тео, и тут его взгляд зацепился за большие наушники, словно ожерелье, обрамлявшие тонкую шею новой знакомой.
Он уже видел похожие вчера вечером. На другой девушке. Или не на другой?
– Все ошибаются, – её голос пробился сквозь поток сбивчивых мыслей.
Она пожала плечами, и спустя короткую паузу, будто опомнившись, добавила:
– Я Олив, кстати.
Тео шумно выдохнул. Во всех тревогах сегодняшнего дня он совсем забыл о вежливости.
– Простите, Олив, я должен был представиться. Тео, – он приветственно закивал, – Очень приятно!
– Не берите в голову. Мейв говорит о вас через слово, так что… – она замялась, так и не закончив предложение.
– А-а-а вы живёте где-то тут рядом? – мысль не успела за языком, и вопрос вырвался как-то сам собой.
Олив подняла брови.
– Эмм…Да-а, я буквально вчера поселилась у кузена в доме напротив, – одной рукой она указала себе за спину, продолжая неловко улыбаться.
– Что ж…– ругая себя за глупость, Тео попятился к воротам, – Мне пора проводить воспитательную работу. Был рад знакомству, Олив! Надеюсь, ваш ужин ещё не остыл!
В ответ девушка согласно закивала и выдавила из себя ещё одну вежливую улыбку.
– Удачи вам, Тео, – добавила она, делая два шага назад, тут же развернулась и двинулась в сторону дома напротив.
Осторожно перебежала дорогу и скрылась в арке, ведущей в соседний двор. Тео, поймав себя на том, что провожает её взглядом, поспешил войти в калитку.
***
Всю дорогу до квартиры он кропотливо перебирал связку ключей на кончиках пальцев. Сам того не заметил, как оказался в собственной гостиной перед дверью в комнату Мейв.
Воспитательная беседа. Надо поговорить. Однако ноги сами понесли его дальше на кухню. Тео осторожно отодвинул гардину от балконной двери и увидел, как зажёгся свет в окне напротив. Через пару мгновений из-за приоткрытой занавески мелькнул силуэт новой знакомой, и сомнений не осталось.
– Что ты там делаешь? – раздался тихий голос племянницы за спиной и на кухне тут же включился свет.
Тео вздрогнул, но сообразил схватиться за ручку балконной двери и распахнуть её.
– Хочу проветрить, здесь нечем дышать, – кашлянув, ответил он.
– Ты готовил? – Мейв бросила взгляд на пустую плиту, – Пахнет орехами.
– Готовил, – Тео подошёл к столешнице и убрал с противня вафельное полотенце.
– Это брауни? – спросила Мейв недоумённо, – Ты испёк нам печенье?
– Нет, Мейв, – мотнул он головой, – Я пытался деятельно не сойти с ума, пока полдня не мог до тебя дозвониться.
На кухне повисло молчание.
– Где ты была? – он опёрся руками о столешницу и внимательно посмотрел на застывшую у входа Мейв.
– Просто слонялась по городу, – она сложила руки на груди и немного поёжилась.
– Одна? – Тео сдвинул брови.
– За мной увязались братья Теддер, – после недолгой паузы, прозвучал ответ, – И ещё тот придурок, как его там, Том, кажется?
– Том? – понимание пришло молниеносно, – Том Дарби?! Что ему было нужно?!
– Я без понятия, – она небрежно дёрнула плечом, – Мы должны были встретиться с Франческой у вокзала, но она так и не пришла, наверное, струсила. А потом я заметила, что эти трое идут за мной, и единственным нормальным планом показалось идти по людным местам и при первой же возможности скрыться в толпе туристов. Я дошагала до Треви, а потом сделала ноги. А позвонила я тебе из той классной кафешки с французскими блинчиками. Ну, которая на пути к Пантеону, помнишь?
– Допустим, – Тео втянул носом воздух и, выдержав недолгую паузу, продолжил, – Почему не брала трубку?
Мейв плюхнулась на один из барных стульев и, запустив пальцы в волосы, начала нервно прочёсывать запутавшиеся кончики.
– Ты меня выбесил, – не поднимая на него глаз, начала она, – Мне… Мне показалось несправедливым то, что ты так резко обрубил любые мои попытки с тобой договориться. Это было ну…короче, так же как у миссис Серра… Это ужасно. И это твоё «Ты же обещала» и «Это детская, безответственная позиция», – она понизила голос на тон в попытке передать интонацию, – Это было не круто, ясно? Поначалу я думала, что было бы неплохо тебя проучить, а потом мне стало стыдно, и я не знала, что тебе сказать и как оправдать своё бегство. Во-от. Мне правда жаль, прости!
Её руки выпутались из волос и упали на колени.
– То есть всё дело в поездке в Тиволи? – Тео сильнее сжал край рабочей поверхности.
– Нет, не в поездке. Меня задела твоя реакция на мой вопрос и… Мне просто не хотелось видеть твоё лицо, – Мейв бросила виноватый взгляд на него, но тут же, сложив руки в замок, принялась увлечённо рассматривать собственные пальцы.
– Воу, – только и смог выдохнуть Тео в ответ, – Так, хорошо, допустим, я, правда, должен был выразить свою мысль иначе.
Он отлепился от стойки и, пройдя вдоль рабочей зоны, сел рядом с Мейв на барный стул. Дышать, просто дышать.
– Согласен, – продолжил он тихо, – Мейв, но так ведь просто нельзя! Ты не хуже меня знаешь, что пока ты здесь, я отвечаю за тебя, – он немного пригнулся, пытаясь поймать её внимание, – Мне понятно, что в четырнадцать не бывает дела до чужих переживаний, когда голова полна своими. С трудом, но всё же я могу вспомнить себя и понять твою обиду, правда. Но ты поступила очень жестоко.
– Я знаю, прости, пожалуйста, – Мейв всё так же сидела, сгорбившись и вперив взгляд в пол.
– Мы постараемся забыть о произошедшем сегодня, – Тео положил руку ей на плечо, – Извини, что так тебя «отбрил», но прошу, не делай так больше. Хочешь, вступай в спор, не знаю, топай ногами, но никогда так больше не пугай меня.
Мейв подняла на него глаза и, запрокинув голову, провела запястьями по щекам, вытирая выступившие слёзы.
– Завтра я откручу Дарби и компании ноги, – Тео развернулся на стуле и, взяв со стойки планшет, открыл план завтрашней экскурсии.
– Тео, нет, это бессмысленно, они станут отнекиваться и потом оставят на тебя плохой отзыв, – схватилась Мейв.
– Плевать, – он взял с противня печенье и, откусив кусок, одобрительно закивал, – Вышло, вроде бы ничего. Бери!
– Я купила нам блинчиков, – Мейв сорвалась с места и быстрым шагом направилась в прихожую, – Они в рюкзаке.