- -
- 100%
- +
Что любопытно, одета девушка была совсем не так, как мужчине помнилось: никаких дорогих нарядов из добротных тканей, никаких украшений из драгоценных камней и металлов. На ней было лишь самое простое платье.
Самая обычная девушка, из самой обычной, даже бедной семьи, каких в этом городе тысячи.
И Линзи была не одна. Вместе с ней из того же переулка вышла целая стайка незнакомых женщин самых разных возрастов. И все в таких же простеньких и неброских нарядах. Горожанки о чём-то громко переговаривались между собой, одна из них сказала что-то Линзи, Линзи той что-то ответила, устало при этом улыбнувшись. А обсудив между собой что-то, несомненно, важное, стайка женщин разбежалась в разные стороны. И бывшая любовница состоятельного господина последовала их примеру, вздохнула тяжко и двинулась вдоль по улице. Шла медленно, голову себе под ноги опустила, по сторонам не оборачивалась. И, конечно же, по-прежнему не замечала идущего следом бывшего покровителя.
А сам Джимиан, внимательно присмотревшись к указателям, очень быстро сообразил, в какой именно район города его занесло. Это ведь почти самая окраина. И если идти прямо по этой улице, то можно оказаться в том самом пригороде… где стоит ветхий домик отца Линзи.
«Так, значит, она домой возвращается? Интересно, откуда? И кто были все эти незнакомки?»
В поисках ответов на все эти вопросы, ну и просто потому, что ему очень хотелось услышать голосок бывшей содержанки, мужчина ускорил шаг и громко позвал:
– Линзи!
Но та словно и не услышала.
– Линзи! – снова позвал Джимиан.
На этот раз девушка остановилась, помедлила секунду и нерешительно обернулась. И только тогда увидела мужчину, что шёл за ней по пятам.
– Джимиан – произнесла она тихо и удивлённо, словно никак не ожидала увидеть своего бывшего любовника здесь. Но что задело мужчину больше всего, никакой радости в голосе Линзи слышно не было. Да, бывший покровитель был абсолютно уверен, что девушка обрадуется их случайной встрече. Возможно, даже обратно попросится. А он, конечно же, сначала скажет ей, что подумает, а потом великодушно согласится. Ведь он успел соскучиться по Линзи, чего уж отрицать? Но… нет.
Джимиану девица даже не улыбнулась. Посмотрела холодно и отстранённо, словно они совершенно чужие люди.
– Ты что тут делаешь? – спросила она его таким тоном, словно обвиняла в чём-то, прищурилась – Или ты за мной следишь? Зачем?
– Да не следил я за тобой! – отозвался мужчина, сильно недовольный реакцией бывшей подружки на случайную встречу – Я всего лишь решил по городу прогуляться, да вот на тебя наткнулся.
– Ааа… – протянула Линзи и вроде как даже выдохнула облегчённо – Ну тогда… не буду мешать тебе гулять по городу и дальше. Тем более, что мне пора домой… Скоро стемнеет – и, действительно, развернулась, явно не намереваясь продолжать разговор.
– Погоди… – не удержался Джимиан от вопроса – Неужели ты совсем не рада меня видеть?
Девушка вновь обернулась, окинула бывшего любовника пристальным и всё таким же холодным взглядом, от которого тот даже слегка поёжился.
– Ну почему же не рада, рада – ответила сквозь зубы.
– Тогда почему так быстро убегаешь? – Джимиан сделала шаг навстречу Линзи, а та мгновенно отступила назад, ещё и ладонь выставила перед собой.
– А зачем мне оставаться? – спросила она, едва заметно усмехнувшись при этом.
– Ну как же… – растерялся немного мужчина – Мы ведь не чужие люди… столько времени были вместе. Как минимум нам есть, о чём поговорить, что вспомнить.
– Вспомнить? – переспросила Линзи – Я, наоборот, стараюсь поскорее забыть… – в её взгляде появилась знакомая тоска, отчего Джимиана вновь кольнуло привычное чувство вины.
– Неужто, ты просто так уйдёшь? – недоверчиво переспросил он.
– Не вижу смысла оставаться и вести с тобой бессмысленные разговоры – отрезала Линзи и тяжко вздохнула – Я так устала Джимиан. У меня и вчера, и сегодня были такие тяжёлые дни. И завтра мне вставать очень рано – головой покачала и посмотрела с лёгким осуждением, словно строгая мать на нерадивого подростка – А ты иди, дальше по городу гуляй, веселись, отдыхай… А мне пора. Прощай.
Девушка отвернулась и медленно двинулась в сторону своего дома, оставляя Джимиана совсем одного.
– Прощай – растерянно повторил он ей во след, чувствуя при этом всё нарастающее чувство тоски и большой потери.
Мужчина немного потоптался на месте, бросил последний взгляд в ту сторону, где скрылась бывшая любовница. После чего направился на соседнюю, более широкую и людную улицу. Махнул рукой вознице проезжающего мимо наёмного экипажа. А когда тот остановился, назвал нужный адрес. Спустя полчаса Джимиан высадился на знакомой тихой улочке. И нет, не в свой городской дом он вернулся. Он приехал в тот самый домик, который долгое время арендовал специально для Линзи, где и решил заночевать.
«Вдруг, жёнушка домой снова непонятно во сколько вернётся? Мне тогда опять перед матерью как-то оправдываться за неё придётся – именно так раздумывал мужчина – Нет уж, не хочу я сегодня ещё раз с матушкой сталкиваться. Лучше я здесь переночую, пусть там сами между собой как хотят, так и разбираются. А меня дома нет, и ладно».
Заснул Джимиан на удивление быстро. Если бы ему ещё не снились сны с участием милашки Линзи… В итоге, на следующее утро проснулся мужчина довольно рано, при этом чувствовал себя ужасно невыспавшимся и недовольным, а ещё очень голодным.
Еды в доме, конечно же, не обнаружилась и Джимиан Хонг, не долго раздумывая, направился в ближайшую булочную, где прикупил свежеиспечённого белого хлеба и большую кружку только что доставленного парного молока. Устроился за небольшим столиком возле окошка.
В какой-то момент мужчине снова вспомнилась Линзи. Когда девушка только ушла от него, Джимиан часто представлял себе, какой будет их случайная встреча. Ему всегда казалось, что бывшая возлюбленная будет умолять о прощении, будет проситься обратно, говорить, что она очень соскучилась, что совершила ошибку, которую очень хочет исправить. А он обязательно припомнит ей все свои обиды, обязательно заявит ей, что она сама во всём виновата. Вот только реальность оказалась совсем другой. Назад Линзи не просилась, о прощении не молила… Да она, вообще, даже разговаривать с ним не пожелала! Хотя Джимиану очень-очень хотелось, чтобы всё то, что девушка когда-то написала в прощальном письме, она сказала ему прямо в лицо. И, желательно, с пояснениями!
«Как она там написала? Твоя женитьба заставила меня понять, как ты на самом деле ко мне относишься? – припоминал мужчина прочитанные когда-то строки – И как же это, по её мнению, я к ней отношусь? – сделал очередной глоток тёплого молока и снова недовольно в окно уставился – Она ведь толком не объяснила ничего, когда бросила меня! Только это несчастное письмецо оставила, и больше ничего! А могла бы дождаться моего возвращения и сказать, что именно ей не понравилось в моей временной женитьбе, мне прямо в лицо. Я бы ей что-нибудь на это ответил… она бы всё поняла, приняла – тяжело вздохнул – И никуда бы не ушла».
Откуда-то сбоку раздался задорный смех, на который Джимиан невольно обернулся. За соседним столиком сидела небольшая компания молодых парней, лет по шестнадцать-семнадцать, которые также решили побаловать себя с самого утра свежей выпечкой. Юноши склонили головы ближе друг к другу, принялись о чём-то шептаться, потом снова засмеялись.
– Ну так пошёл бы и высказал бы это всё ей прямо в лицо! – громко, во всеуслышание, заявил один из них.
– Да-да, вот именно! – загалдели в ответ остальные, потом вновь все склонили головы друг к другу и заговорили намного тише.
Но Джимиану было совершенно не интересно, о чём говорят эти юноши. Самое главное он уже услышал.
«И правда – крутилось в его голове – Почему бы мне не пойти и не высказать Линзи всё прямо в лицо?!»
С этой простой мыслью мужчина поднялся на ноги и вышел на улицу.
***
Дорога до родного дома Линзи была совсем недолгой. Джимиан выбрался из наёмного экипажа, расплатился с кучером и только тогда перевёл взгляд на домик из которого несколько лет назад забрал Линзи.
«А дом-то изменился» – первое, что пролетело в его голове.
Когда-то это был старый и довольно потрёпанный деревянный домик с облупившейся покраской и с дырами в заборе. Сейчас же забор выглядел совершенно новеньким: дерево ещё даже потемнеть не успело. В самом доме были поменяны окна и ставни, всё подкрашено свежей краской. На крыше красовалась новенькая черепица. А к самому дому пристроен пристрой размером с ещё один такой же дом! Позади виднелась парочка новых сараев с загонами для скота.
И вроде бы даже хорошо, что Линзи живёт в доме, который теперь не сильно уступает дому, что раньше арендовал для неё Джимиан. Но мужчину это, отчего-то, совершенно не радовало. Ведь если девушке и у родного отца неплохо живётся, то зачем ей любовник-покровитель нужен?
Джимиан Хонг решительно вдохнул, настраиваясь на разговор, и шагнул к калитке, которая, на счастье, была открыта. К дому беспрепятственно подошёл, на крыльцо взбежал и коротко постучал. Из дома тут же послышался звук шаркающих шагов, недовольное бормотание. И вот дверь дома отворилась. Только, к разочарованию Джимиана, на пороге появилась вовсе ни Линзи.
Грозно хмурясь и недовольно уперев руки в бока, перед Джимианом Хонгом возвышался знакомый высокий и седовласый мужчина. Отец Линзи.
– Ах, это вы – скривившись, бросил хозяин дома – И почему я не удивлён? Зачем пожаловали?
Подавляя внутреннее недовольство от столь холодного приветствия, стараясь быть вежливым и напоминая себе, что общается он с человеком пусть и более низкого социального статуса, но всё же с отцом девушки, которую очень хочется вернуть (да, он, наконец-то, смог признаться себе в этом!), Джимиан произнёс:
– Доброе утро, уважаемый – и мысленно обругал себя за плохую память, которая никак не позволяла ему вспомнить имя стоящего перед ним мужчины – Мне бы очень хотелось увидеть Линзи. Вы не могли бы её позвать?
– Не мог бы – отрезал хозяин дома – Тем более, что её нет уже давно. Ушла с рассветом – и, ещё больше нахмурившись, поинтересовался – А зачем она вам понадобилась?
– Поговорить хотел – отозвался Джимиан, недовольно покачивая головой – А куда она ушла? И когда вернётся? Может быть, я мог бы дождаться её возвращения здесь? Или же вы могли бы ей передать, что я заходил?
– Ишь какой прыткий – фыркнул отец девушки и снова поморщился, глянув на гостя, в общем, не проявлял никакого уважения к стоящему перед ним господину – Ждать её возвращения долго придётся, до самого вечера. На работе она.
– Как на работе? – удивился Джимиан. Он, конечно же, понимал, что теперь, когда у девушки нет никакого дохода, ей придётся работать, но он никак не ожидал, что работу она найдёт настолько быстро.
– А вот так. Она теперь швеёй работает. Тут недалеко как раз большой пошивочный цех имеется. И Линзи очень обрадовалась, что её взяли на эту работу без лишних расспросов – на миг замолчал, окинул гостя задумчивым взглядом – Я, конечно, мог бы ей сказать, что вы к ней заходили… Но только если вы назовёте мне хоть одну убедительную причину, почему я должен ей о вашем визите рассказывать.
– Что? – растерялся гость, не зная, что ответить и какую-такую причину придумать.
– Ясно – вновь поморщился хозяин дома и вдруг совершенно неожиданно перешёл на «ты» – Знаешь что, господин Джимиан… Шёл бы ты поскорее отсюда. И будет ещё лучше, если ты и вовсе забудешь о моей Линзи. Она и так на тебя столько времени потратила, чуть всю жизнь себе не испортила. Хорошо, что хоть сейчас она одумалась… Я в свое время не смог её остановить и позволил ей уйти вместе с тобой. Но тогда я был слишком подавлен после смерти жены, матери Линзи, да ещё и болел сильно, еле выкарабкался, из-за этого и с деньгами проблемы были. Сын ещё, как назло, незадолго до этого в столицу уехал, помочь ничем не мог ни мне, ни сестре. Но с того времени многое изменилось. И больше я своей ошибки не повторю. Не позволю единственной дочери снова в содержанки податься! Даже если ты силой вздумаешь её увезти, я костьми лягу, но не позволю этому случиться!
Такого решительного отпора Джимиан точно не ожидал. Да, с одной стороны он всегда знал, что отец девушки не очень-то радуется её жизни с мужчиной в статусе простой содержанки. Но с другой стороны… ему никогда не приходило в голову, что её отец решится хоть как-то вмешиваться, а тем более вот так открыто своё недовольство высказывать.
– Но Линзи было со мной хорошо – произнёс гость немного растерянно, пытаясь хоть как-то себя оправдать.
– Хорошо? – переспросил хозяин дома, издав хриплый неприятный смешок – И что же хорошее у неё было, пока она была с тобой? Деньги? Возможно… Но больше ничего. Она молодая здоровая девушка. Ей нужно думать, как найти достойного мужчину, семью с ним завести, своих деток родить. А с тобой что? С тобой у неё никогда не было и не будет ни семьи, ни детей, ни нормальных человеческих отношений! Вместе с тобой она только в арендованном тобой доме от всего города пряталась. И если и выходила куда из этого дома, то всегда одна. Ты же её никуда не мог сопровождать: вдруг кто из твоих важных знакомых-родных её увидит. Думаешь, её это никогда не обижало?
Джимиан не выдержал пристального взгляда родителя Линзи и невольно взгляд отвёл. И на вопрос не ответил. Просто не знал, что ответить. Он никогда не задумывался о том, что Линзи может обижать невозможность появляться где-то вместе открыто.
– Вижу, тебе и ответить-то нечего – продолжал свою речь отец девушки – А Линзи такое неуважение к себе столько времени терпела и при этом молчала. Хоть я сколько раз говорил ей, чтобы бросала всё и уходила. Но нет, она всё твердила, что любит тебя… Непонятно только, за что. А ты даже не ценил этого! Да ещё и женился непонятно на ком. Вот она и не выдержала.
– Я никогда не желал зла Линзи – снова попытался оправдаться Джимиан – Наоборот, всегда старался чтобы у неё всё было.
– А ты не для неё старался, а для себя – возразил хозяин дома – Даже дом, который ты арендовал. Ты его арендовал для Линзи, что ли? Нет, ты арендовал его, чтобы тебе было удобнее. И деньги для той же аренды ты сам что-ли заработал? Нет! Всё, что у тебя есть, ты в наследство получил! А получить что-то в наследство – это далеко не тоже самое, что самому заработать. Ты же цену деньгам совсем не знаешь. Вот и живёшь, думая, что всё тебе само в руки упадёт, и что все вокруг, включая мою дочь, тебе должны. А это не так, далеко не так.
– Зато у меня Линзи всегда была одета, обута, накормлена. И работать ей при этом было не нужно!
– Одета, обута и накормлена она и здесь всегда будет – последовал спокойный ответ – А что касается работы… Да, у нас не побездельничаешь. Зато у неё, наконец-то, появится шанс нормальной семьёй обзавестись. В которой муж не будет стыдливо прятать её дома, а будет открыто всем рассказывать, что Линзи его жена.
– Ну какая семья? Какой муж? Тут ведь, наверняка, все знают, что она длительное время была моей содержанкой. Такие девушки выходят замуж только в тех случаях, когда о их прошлом никто из родных мужа не знает – не удержался Джимиан от злого высказывания.
– Да – с тяжким вздохом согласился отец бывшей содержанки – Шансов на то, чтобы выйти замуж за молодого работящего парня из хорошей крепкой семьи у Линзи почти нет. Но вот взять хоть нашего соседа через дом – и указал в сторону крепкого деревянного строения – Да, он старше Линзи на десять лет, даже чуть больше. И да, у него уже есть двое малолетних деток. Но он вдовец, жена его недавно умерла во время сложных родов. И с малыми детьми ему одному справляться очень сложно. Ему бы жениться, чтобы у детишек мать снова появилась. И к Линзи он уже присматривается, для него её прошлое неблаговидное поведение никакого значения не имеет, лишь бы за его детками приглядывала, да по дому хлопотала. Ну а что… человек он неплохой, работящий. А там, кто знает, может, с ним у Линзи и свои родные детки появятся – хозяин дома бросил на гостя очередной недовольный взгляд – Поэтому… шёл бы ты отсюда, господин Джимиан. А про дочку мою забудь. Ей без тебя куда лучше будет! – и захлопнул дверь прямо у него перед носом.
Глава 3. Нечитаемая формула.
Домой этим вечером Нолан вернулся поздно, на улице уже стемнеть успело. Прошёл в свой кабинет, куда слуги принесли ему поздний ужин, развернул газету, бездумно вчитываясь в какую-то статью, посвящённую приёму у губернатора, который должен состояться в ближайшие дни, и наконец, хоть немного расслабляясь после трудного дня.
Признаться, за все прошедшие дни у Нолана Лима совершенно не было времени заниматься поисками маньяка-душегуба. У главы центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка и других дел было навалом. Вот, например, выяснилось, что начальник одного из районных отделений время от времени и за некоторую плату закрывал дела об ограблениях и даже убийствах. Начальника, конечно же, отстранили от дел и поместили под стражу, на его место другого человека назначили. Но времени на это ушло очень много… А от поисков и допросов, которые вели следователи Ильсон Монг и Миджин Кьён какого-то особого проку не было. Эти двое приходили отчитываться о своей работе через день, но ничего нового и важного рассказать так и не могли. Зато Миджин Кьён с каждым днём казался Нолану всё загадочнее и подозрительнее.
«Нужно будет повторно объехать деревни, поговорить с селянами – говорил себе мужчина – Эх, ещё бы время на это найти. И на остров Тио можно ещё раз наведаться. Попрошу Юни со мной поехать, ведь она там многих знает. Наверняка, вспомнит ещё какого-нибудь случайного свидетеля».
С того дня, как они вместе побывали на острове и с рыбаком-свидетелем поговорили, Нолан Юни больше не видел. Но не проходило и дня, чтобы мужчина о ней не вспоминал. И если поначалу он надеялся, что это так, временное наваждение, которое скоро пройдёт, то сейчас, по прошествии нескольких дней, он вынужден был признаться себе, что зеленоглазая красотка его всерьёз зацепила.
«А ещё она замужем – безжалостно напомнил себе мужчина – И не важно, что их с Джимианом брак лишь фикция. Юни очень умна и необычайно красива, а потому, кто знает, возможно её муж в какой-то момент разглядит, какая невероятная девушка досталась ему в жёны, и решит-таки превратить их фиктивный брак в настоящий. И не посмотрит на то, что я когда-то рассказал ему о своих видах на Юни».
Он сказал Джимиану Хонгу, что хочет видеть его жену своей содержанкой. Нолан до сих пор чувствовал лёгкое чувство вины за те слова. Вины перед Джимианом. И вины перед самой Юни, хотя девушка ни капли не обиделась и так легко отмахнулась, словно ничего ужасающего он и не сказал.
«А я ведь, и правда, был бы просто счастлив, если однажды, пусть не сейчас, а после развода с Джимианом, Юни на самом деле согласится стать моей содержанкой – подумал Нолан и тут же себя одёрнул – Если согласится… Ну не похожа она на содержанку, совсем не похожа! Не то у неё поведение. Не знаю и, наверное, не хочу знать, какие именно отношения связывают Юни с её аптекарем. Но если когда-то давно она и была готова жить на попечении мужчины, то сейчас она вряд ли согласится на что-то подобное».
Предложить ей законный брак? Нет… заглядывать настолько далеко мужчина был ещё не готов.
В дверь тихо постучали, и Нолан оторвался от газеты, в сторону её отложил.
– Войдите – произнёс он громко. И в кабинете хозяина появилась домоправительница.
– Господин Нолан – коротко поклонилась она – К вам гость пожаловал. Просит принять.
– Гость? – удивился глава управления, который точно никого не ждал в столь позднее время – Он назвал своё имя? Или причину, по которой он пришёл?
– Причину визита не назвал – ответила домоправительница – Но назвал имя. Некто господин Рэй Льямо. Он заявил, что знает вас лично…
– Рэй? – перебил Нолан – Рэй здесь, в Римероне? Так проводите его скорее ко мне… хотя нет – на ноги поднялся – Я сам к нему выйду. Если что, мы будем в малой гостиной, принесите нам туда какую-нибудь закуску – и выскочил из комнаты, направляясь на встречу с человеком, которого видел в последний раз ещё в свою бытность в столице. И который когда-то спас ему жизнь.
А Рэй Льямо совсем не изменился. Мужчина уже в годах, с заметной залысиной, чуть полноватый, но одет всегда с иголочки, а глаза хитрющие-хитрющие. В столице этот человек работал в Управлении здравоохранения, в государственном ведомстве, что контролировало деятельность лечебниц, частных лекарей, а также всех аптек и небольших торговых лавок с лечебными травами в стране. Господин Рэй занимал должность ни много ни мало, а первого заместителя главы Управления здравоохранения. И следовательно, по какой бы причине этот человек не приехал в Римерон, причина эта очень и очень важная.
– Рад видеть тебя, Нолан – поприветствовал гость хозяина дома – Сколько мы с тобой не виделись? Месяца три?
– Да, где-то так – подумав, кивнул Нолан Лим, после чего предложил гостю последовать за ним в гостиную, где слугами уже был разожжён камин, а на столе были расставлены закуски и напитки. Между давними знакомыми завязался лёгкий непринуждённый разговор на отвлечённые темы. И сообщить о главной цели своего внепланового визита Рэй Льямо решился лишь через час.
– Ты уж извини, что так поздно к тебе пожаловал – первое, что он произнёс – Днём столько дел было.
– Не думай об этом, Рэй – ответил ему Нолан – Уж тебя-то я точно рад видеть всегда и в любое время. Тем более, что я и сам домой вернулся буквально за несколько минут до твоего прихода. Новая должность, знаешь ли, не даёт возможности расслабляться и сидеть дома.
– Ну да, я и забыл, что с недавних пор именно ты занимаешь пост главы Центрального городского управления.
– Так уж и забыл? – не удержался Нолан от лёгкого сарказма – Я слишком давно тебя знаю, Рэй. И уверен, что если бы я не занимал эту должность, ты бы ко мне и не заглянул. Да я бы даже и не узнал, что ты в Римероне!
– Ну, не преувеличивай – откинувшись на стул, возразил гость – Хотя… кое в чём ты прав. Я, действительно, пришёл к тебе не столько как к давнему приятелю, а как к человеку, который может раздобыть любую информацию о ком угодно.
– Хм… любопытно – задумчиво протянул Нолан, тоже откидываясь на спинку стула, и тихо попросил – Рассказывай.
– Да что тут рассказывать? – гость слегка поморщился – Ты помнишь, как мы с тобой познакомились?
Настала очередь Нолана морщиться.
– Ты же знаешь, я плохо помню то время. После ранения я был не в том состоянии, чтобы запоминать, что и кто меня окружает. Но я знаю, что тогда именно ты поставил меня на ноги. И за то, что ты буквально вернул меня к жизни, я буду благодарен тебе до конца моих дней. Так что конкретно и про кого я должен разузнать, Рэй?
А гость чуть укоризненно головой покачал.
– Зря ты так идеализируешь мои поступки, Нолан. Да, пять лет назад я отправился на войну и помогал военным лекарям лечить раненных, среди которых оказался и ты. Но с моей стороны это не было актом благородства – Рэй Льямо протянул руку к своему бокалу, сделал небольшой глоток крепкого напитка – Ты, наверняка, знаешь, что некоторые аптекари иногда присылают нам собственноручно созданные новые лекарства, чтобы мы проверили их эффективность и дали им официальное разрешение на торговлю новым лекарством. Вот и тогда у нас появилось пять новых образцов от разных аптекарей с разных концов страны. И на войну я отправился лишь с одной целью… проверить действенность новых препаратов на раненных. Ведь для многих из них смерть всё равно была уже неизбежна, а так они хоть послужили развитию лекарского дела. И то, что именно тебе я дал препарат, действительно, способный побеждать лихорадку, всего лишь случайность.
– Я знаю, что ты вылечил меня каким-то экспериментальным лекарством – спокойно кивнул Нолан Лим и сделал глоток из своего бокала – И знаю, что у тебя никогда не было цели спасти именно меня – бокал отставил в сторону и сцепил пальцы в замок – Я так понимаю, это лекарство имеет какое-то отношение к человеку, о котором я должен раздобыть информацию?
– Ты всегда отличался особой проницательностью – не сдержал улыбки Рэй Льямо – Не зря ты столько времени проработал главным следователем в Управлении столицы – улыбка сползла с его лица, уступая место выражению крайней задумчивости – И да, я хочу попросить тебя разузнать… об одной особе.
– Одной особе? Так ты просишь меня разузнать всё, что можно, о женщине? Это что-то новенькое.
– Это даже не женщина, а ещё совсем девчонка, на вид ей не больше семнадцати или восемнадцати.
– И какое же отношение может иметь столь юная особа к твоему лекарству, которое способно справиться с любой лихорадкой?
– Вот и я хотел бы это узнать – проворчал гость и отвёл взгляд в сторону горящего камина – Аптекаря, который создал то невероятное лекарство, звали Вейж, господин Вейж Анто. Здесь, в Римероне, ему принадлежали несколько аптек. Разумеется, в самих аптеках редкое лекарство не продавалось. Господин Вейж изготавливал его исключительно под заказ моего Управления, а управление распределяло его между центральными лечебницами страны. Но несколько дней назад господина Вейжа не стало, он умер.