- -
- 100%
- +
– И как только ты умудрился незаметно достать её из машины и сдать в багаж? Чудеса…
Я уже не рассматривала нарядное дерево. Взгляд блуждал по Стасу, буквально прилип к нему и хищно скользил по парню без остановки. На нём были только джинсы и колпак Санты. Загорелый торс был атлетически безупречным: ровные кубики пресса, внушительных размеров мышцы плеч, рук и груди, соблазнительно дразнящие косые мышцы живота.
Не то, чтобы я впервые видела Стаса полуобнажённым. Мне уже не раз довелось любоваться и более откровенным его обличием. Только у меня от него кружилась голова, сердце останавливалось и падало вниз живота.
Вот и сейчас мурашки охватили всё моё тело от затылка до пят. Пульс превысил норму в два раза. Откуда-то взявшееся волнение привело пальцы в движение: нервно теребила подол платья, собирала его в складки и распускала. Из-за пожара, вспыхнувшего в груди, я начала плавиться, как шоколад от огня. Во рту пересохло, я нервно сглотнула.
Мыслей – ноль. Сила воли – ноль. Рассудок отключился. Желания и инстинкты работали на максимальную мощность, взяв на себя основную роль.
Не двигаясь с места, Стас повернул ко мне голову. Он щёлкнул пальцами по белому шарику, свисавшему на кончике колпака:
– Новая страна. Новая шапка. Как тебе мой прикид? – Парень сделал восьмёрку бёдрами.
В груди что-то щёлкнуло. Меня словно толкнули в спину, и я устремилась к Стасу, перескочив через ступеньки лестницы в два прыжка. Бросилась к нему в объятия. Запрыгнула к парню на руки, мои обвились вокруг его крепкого стана. Сведя локти, взяла его лицо в свои ладони. Мы закружились на месте, утопая в глазах друг друга. Наши губы синхронно притянулись. И мы окончательно провалились в океан своей любви, всецело отдавшись стихии нашей страсти.
Не размыкая объятий, упали на диван. Жадно впиваясь в губы требовательным поцелуем, не могли насытиться друг другом. Руки касались тела, обнажая душу. Горячее прерывистое дыхание обжигало кожу. Сердцебиения слились воедино, ритмично отстукивая симфонию наших чувств.
Моё платье скользнуло на пол. Следом к нему отправились джинсы Стаса. Мы считывали импульсы друг друга, подчиняясь их воле. Я настойчиво притянула любимого к себе, дрожа от желания и нетерпения. Безмолвно звала его, молила, приказывала, требовала.
Стас вытянул мои руки над головой, наши пальцы сцепились в замок. Извивалась, как змея, попавшая в капкан, в самый желанный и упоительный плен, какой только можно представить. Одной рукой парень обхватил мои запястья, а вторая отправилась в путешествие по моему вибрирующему, рвущемуся к нему телу. Чем ниже она опускалась, тем сильнее натягивалась струна моего желания, тем больше разгорался его костёр, ласкавший языками пламени каждый миллиметр моей кожи.
С моих губ сорвался благодарный стон. Наши энергии слились в единый поток, освещая мир ослепительным переливающимся светом. Новый акт симфонии страсти обрушился нам на головы, оглушив до сумасшедшего восторга.
Время вынуждено было остановиться. Витали в безвоздушном пространстве, забыв про дыхание, ловя такт учащённого пульса. Мы стали прозрачными и лёгкими, превратившись в сплошной концентрат наслаждения. Оно росло, в конце концов достигнув пика.
Моё тело пронзили невидимые нити высшего удовольствия. Выгнулась дугой и громко застонала, извещая об эйфории, охватившей мои нервы. Каждая клеточка тела дребезжала от удовольствия. Мышцы рук Стаса стали каменными. Он напрягся, стиснув зубы. Парень уткнулся в мою шею, сжав руками и притиснув к себе мои бёдра, а затем шумно выдохнул и скатился на белую шкуру, устилавшую пол у дивана.
Сползла к любимому. Легла рядом, закинув на него ногу, устроившись на его плече. Провела пальцами по прядям, выбившимся на лоб из его стильной:
– Помощник Деда Мороза, шапку-то где посеял? – еле выговорила заплетавшимся языком.
– Понятия не имею. Меня очаровала прелестная фея. И так у Деда чисто подработку брал, а теперь полностью в подчинение своей красавицы перехожу, – выдохнул парень.
– Кто она? Я её знаю? – изобразила подозрительность и прищурила один глаз.
– Вполне. Вы девятнадцать с лишним лет знакомы. – Стас поцеловал меня в лоб и погладил по щеке.
– Кажется, догадываюсь, о ком ты. Только я думала, та фея давно тебя заворожила. А оказывается, всё только сейчас случилось.
– Она закрепила эффект. Я обезоружен. Могущественная волшебница мне повстречалась.
Гладила его щёку с аккуратной щетиной, когда заметила, что по лицу Стаса мелькали какие-то тени. Гирлянда была не причём – отражения её огоньков до нас не дотягивались. Перевернулась на живот, подняла взгляд и ахнула. Как я могла забыть про камин! Самый настоящий, высокий, выложенный необработанным серым камнем, обрамлённый чугунной витиеватой оградой.
Ушла в себя: наблюдая за танцем языков пламени, гладила мех неизвестного зверя, кайфовала от блаженства, наполнившего душу, когда почувствовала что-то неладное. Провела рукой по наружной и внутренней стороне бёдер. Ничего не поняла. Наверное, показалось. Только хотела вернуться к прежнему занятию, как непривычные ощущения усилились. Да что ж такое? Не могло же…
– Стас…– прошептала, не поворачивая головы.
Парень не ответил.
– Стас, – повторила погромче.
Пришлось приподняться, чтобы увидеть: любимый сладко дремал, по-прежнему обнимая меня. Он выглядел счастливым и умиротворённым. Пусть отдохнёт. Не стану тревожить его из-за ерунды. Стас не допустил бы промашек. Он ответственный и внимательный.
А я абсолютно счастлива.
Глава 5
Февраль
За окном мела метель. Зима выражала свой бурный протест: по календарю её власть кончалась через пару дней, с чем она была категорически не согласна. Вот и крутила вихри из снежного песка, бросала его охапки в окна и рассержено завывала, заявляя, что ещё поборется с весной за место на троне. Так просто не сдастся и не уйдёт.
Меня весь вечер морозило, будто и по нашей квартире гуляла студёная вьюга. Дома никого не было: родители на дежурстве в больнице, Юля по обыкновению с Артуром. У них была запланирована обширная культурная программа. Вряд ли сестра вообще приедет сегодня. В лучшем случае утром перед парами заскочит переодеться и взять конспекты. Стас ещё в пятницу уехал с отцом в командировку в столицу. Он редко выходил на связь, а я жутко по нему тосковала.
Чтобы хоть как-то облегчить состояние, выпила кружку горячего молока с мёдом. Оно избавило от озноба. Выключила свет в своей комнате. Повернулась к окну, потрясла кулаком и прошептала зиме: «Не дури, всему своё время. Надо совесть иметь». Тут же рассмеялась над своей чудаковатостью. Одиночество не шло мне на пользу. Вон уже сама с собой и с погодой говорить начала. Тревожный звоночек.
Лучше скорее лечь спать. Быстрее наступит утро и начнётся новый день. Взяла телефон с собой в кровать, укуталась в одеяло с головой. Пропущенных вызовов и непрочитанных сообщений не было, что не удивительно – все заняты своими делами.
Написала Стасу: «Как дела? Я тут скучаю, между прочим».
Через пять минут сообщение всё ещё оставалось непрочитанным, тогда отправила: «Спокойной ночи, любимый. Жду тебя».
Сквозь сон до меня донеслись скрип двери и чьи-то шаги. Я была в нашем шале в швейцарском раю. Видимо, уже наступило утро. Стас, как всегда, проснулся раньше, чтобы сделать нам кофе, а сейчас принёс мне в постель кружку горячего бодрящего напитка. Никогда не пробовала ничего вкуснее. Странно, но я не чувствовала чарующего аромата. Не открывая глаз, потянула к парню руки, ожидая тёплых объятий. Но любимый не касался моих губ, сложенных трубочкой в ожидании долгого и жаркого поцелуя.
– Эм, я, конечно, тоже рада тебя видеть… – пробормотала Юля.
Вздрогнув, распахнула глаза и села на кровати. С досадой обнаружила, что шале исчезло. Я дома, в нашей с сестрой комнате. Она поставила сумку на стул, села напротив, на свою кровать, поджав под себя ноги, и сладко зевнула.
– Сколько времени? Откуда ты тут? – сонно спросила я, пытаясь нащупать телефон под подушкой.
– Шесть тридцать, Лис. – Юля облокотилась на стену.
Юля – моя сестра-близнец. С детства между собой мы называли друг друга лисами. Не помнили, когда появилась эта тайная фишка. Но нам уже девятнадцать лет, и за это время лисички-сестрички какие только формы милейших обращений не выдумали: Ли, Лис, Лиси, ЛисьЕ, Лисёнок. По-всякому назывались, в зависимости от ситуации, но каждый раз вкладывали в обращение море нежности, любви и привязанности. В них была суть наших отношений, основанных на максимальном доверии, открытости, чуткости и понимании.
– Ты чего с первыми петухами-то крадёшься? – поёжилась, разблокировав телефон. Новых уведомлений на экране не появилось. Досадно. Соскучилась по Стасу нестерпимо. Где он? С кем он? Раздражённо тряхнула головой, прогоняя паранойю.
– Мне к восьми тридцати сегодня. Хочу по-человечески собраться в универ. А ты чего трясёшься?
– Бесит всё, – буркнула я. – Чай будешь?
– Стас?
Отмахнулась и отправилась на кухню. Конечно, Стас. Кто ж ещё способен вывести меня из себя своим отсутствием и мучительным ожиданием? Думала, проснусь и точно увижу его сообщение. А он не то, чтобы сам написать, даже прочитать пару слов не соизволил. Это уже ни в какие ворота! Как можно забыть обо мне? Не понимать, что я волнуюсь?
Протянула Юле чашку с горячим зелёным чаем и вернулась к себе в кровать с кружкой кофе. Очень надеялась, что любимый напиток хоть немного приведёт в чувства.
– Как там на улице? Холодина? – отхлебнула кофе и прикрыла глаза от наслаждения, когда по горлу прокатилось тепло.
– Не уходи от темы. Что у вас там опять стряслось?
– Гад он, все нервы вытрепал. Вот вернётся, так и скажу. Сил моих больше нет. Опять уехал и с концами. Пара сообщений и один звонок на пару минут за все выходные. Ли, скажи, это нормально?
– Ну, они с отцом, видимо, сильно заняты. Некогда болтать. Он же дал знать, что всё в порядке.
– Конечно, дал он, – закатила раздражённо глаза. – В основном. С вечера не отвечает и даже не читает сообщения. Набрать ему, что ли? Сколько там у них, полпятого утра?
– Началось. Опять за своё? Не вздумай. Елагин сам объявится. По-любому, у него найдутся адекватные объяснения своего молчания.
– Ненавижу, когда Стас так пропадает. А если он с кем-то? С какой-нибудь Снежаной…
От произнесённых слов мне стало настолько не по себе, что все внутренности перевернулись, собрались в комок и подобрались к горлу. Даже любимое кофе не спас от тошноты, наоборот, сделанный глоток попросился обратно. Скривилась и поставила кружку на стол.
– Ли, не накручивай себя. Во всём надо видеть свои плюсы. Представь, приедет, сколько радости будет? Сколько сладости, м-м-м…
– Кто-то опять слишком довольный после рандеву с Артур. Выкладывай.
Юля взяла подушку и пересела ко мне поближе. Взяла угол моего одеяла, накинула себе на колени, подушку кинула под спину и облокотилась на стену. Так-так, Артур опять впечатлил мою сестру. Меня ждал интересный рассказ. Повезло нам с парнями, они оба любили нас удивлять. Сюрприз на сюрпризе, только были бы они всегда приятными, а не как у меня сегодня.
– Мы ходили в рыбный ресторан и ели устриц. Ли, это нечто, – с чувством делилась Юля, приложив руку к груди.
– И каково? Тебе понравилось? Только честно. – Я тоже любила кулинарные эксперименты, но до устриц мы со Стасом пока не добрались.
– Ну как тебе сказать… Странно… Нам принесли огромную тарелку этого… устриц… с четвертинками лимонов. Я не осмелилась сходу пробовать. Разглядывала их, не решаясь брать в руки. Выглядели они не очень. Но Артур сказал, что про внешний вид этих морских гадов лучше забыть. В них главное – вкус. А ещё он предупредил, что эти “красотки” заходят не всем. Тут всё индивидуально. Он взял в руку раковину, сбрызнул её лимонным соколом и смело отправил её содержимое в рот. Пару мгновений смаковал и проглотил. Ему понравилось. Я поверила. Вдохновилась и повторила за ним, но, когда сама устрица оказалась у меня во рту, обложалась. – Юля шумно сглотнула и поморщилась.
– Как? Не поняла? Ты выплюнула?
– Вот именно, что нет. Неудобно как-то было. Но и проглотить тоже не могла. У меня словно шмоток кисло-солёных соплей лежал на языке. Зажала рот и не знала, что делать. Хоть в туалет беги. Так стрёмно. Артур посмеялся надо мной и пододвинул стакан воды. А я еле сдерживалась. Представь картину: из глаз текут слёзы, губы зажаты ладонью, щёки красные, а я сижу и крякаю, того гляди распрощаюсь с содержимым рта. По…
Сестра не успела договорить. Я вылетела из комнаты, чуть не врезавшись в дверной косяк. С разбегу заскочила в ванную и в последний момент упала на колени перед мраморным другом.
Глава 6
Согнувшись в три погибели, на полусогнутых ногах я кое-как добралась до комнаты. Облокотилась на дверной косяк и медленно сползла на пол, обняла колени и уткнулась в них.
– Как плохо-то, – простонала.
Юля склонилась надо мной. Она приподняла мою голову и приложила ко лбу ладонь:
– Температуры нет. Но ты позеленела. До кровати дойти сможешь?
– Да. Только чуточку посижу ещё и доползу.
Голова стала тяжёлой. Шея будто не справлялась с неприподъёмной ношей. Лоб снова оказался на коленях. Я запыхалась, пока боролась со спазмами желудка, который нестерпимо ныл, словно его заполнили огненной лавой. Ещё не определилась, куда мне по-настоящему нужно было переместиться: обратно к воде или в кровать.
– Хватит тут сидеть. Пойдём. – Юля потянула меня вверх за локоть.
Встав в полный рост, снова ощутила волнение в области солнечного сплетения, но повторять напряжённый разговор с мраморным другом желания не было. Я предпочла ничком упасть на кровать и, подложив под живот подушку, зарыться в одеяло с головой.
– Лиси, ты что-то совсем расклеилась. – Юля присела на край кровати и осторожно коснулась моей спины. – Я воды тебе принесла. Что-нибудь ещё нужно?
– Яду… – пробурчала в подушку.
– Думаешь, от него легче станет? Сомневаюсь, Ли. Вообще странно, с устрицами близко познакомилась я, а отравилась ты. Вот она, сила астральной связи.
Мой протяжный стон вполне доходчиво намекнул, что про морских гадов пока напоминать не надо. Ни про моллюсков, ни про любых других склизких обитателей океанов и морей, иначе разговор оборвётся на неприятных звуках и моих щедрых излияниях души.
– Я бы осталась с тобой. Но сегодня двадцать седьмое февраля. У нас коллоквиум по экономтеории последней парой. Мне лучше на нём быть, а то потом придётся вылавливать препода и сдавать тет-а-тет. Я скоро вернусь. А ты отлежись сегодня дома. Пей больше воды. Кстати, у меня будут пары со Стасом. Увижу твоего Елагина, пну к тебе.
– Ну его. Разберусь с ним потом. Мне бы выжить для начала.
– Может, лекарство от тошноты принести?
– Спасибо, Ли. Мне вроде легчает.
Желудок и правда затих. Но только лишь потому, что после слов Юли про двадцать седьмое февраля замерли все мои органы, включая сердце. На меня снизошло неприятное озарение. Внезапно появившийся страх ввёл меня в полное оцепенение, сковав ледяными тисками. Я, словно рыба, выброшенная на берег, лежала на подушке без движений, только глаза округлились, а рот то открывался, то закрывался, жадно глотая воздух. Дыхание участилось и превратилось в пыхтение.
– Ксюша, ты засыпаешь?
Оторвала голову от подушки и повернулась к сестре, не в состоянии произнести ни слова. Мной, как марионеткой, управлял глубокий испуг, заодно лишивший меня голоса. Соскочила с кровати и сделала круг по комнате. Юля опасливо отошла в сторону и наблюдала за мной со стороны.
Надо было срочно найти телефон и убедиться, что я зря волновалась. Точно же, зря. Явно перепутала всё на свете и снова довела себя до паники. Глупость какая, надо же. И со мной такое не в первый раз. Наверное, отравление сказалось, вызвало бредовые мысли.
Перерыла весь стол, уронив часть конспектов на пол. Заглянула под Юлину подушку, переворошила её одеяло. Перевернула свою и её сумку. Кинулась было к шкафу, но передумала. Вспомнила, что не проверила свою постель. Не забыла хлопнуть себя по лбу за сообразительность, когда нашла мобильный под своей подушкой.
Разблокировать гаджет дрожащими пальцами получилось только с третьей попытки. Сразу зашла в свой «Женский календарь». Цифры прыгали перед глазами, не желая складываться в даты. Пришлось сосредоточиться и напрячь зрение, чтобы оценить полноту шокирующей картины.
Одно было ясно: я слишком давно не открывала своё приложение и не вносила в него пометки. Для меня, слишком давно. Всегда строго следила за своим здоровьем. А тут напрочь забыла про него. Что со мной случилось? Амнезия? Провалы в памяти? Потерялась во времени? Как я могла проследить и не заметить настолько важную вещь?
– Что там у тебя? – раздался над ухом голос сестры. В панической агонии не заметила, как она подобралась поближе ко мне и теперь заглядывала через плечо в экран моего телефона.
– Видишь, когда начались последние месячные? – ткнула на нужную дату. Юля угукнула, внимательно следя за ходом моих мыслей. – А теперь смотри сюда. – Промотала календарь вперёд. – Пусто.
– Э… Подожди…
– Сейчас идёт вторая подряд задержка… Вторая-я-я-я! Походу я… Крупно влипла-а-а, – взвыла я и помчалась в ванную комнату, зажав рот рукой.
Когда вернулась, на Юле не было лица. Бледная, она сидела на стуле, повернувшись к двери вполоборота и скрестив руки на груди. Сестра сосредоточенно смотрела на свои колени, явно пребывая где-то далеко отсюда.
Не говоря ни слова, я проплыла по комнате, обессиленно легла на кровать и свернулась калачиком, обхватив колени руками. Мне было больно даже думать. Зажмурилась и мысленно взмолилась: «Пожалуйста, пусть всё окажется сном. Я что-то напутала. Забылась. Ошибка. Точно. Всего лишь идиотская ошибка в приложении и в моих расчётах. Или сон. Так было бы лучше. Ничего страшного. Если и правда задержка, то она скоро пройдёт. Лишь бы. Лишь бы. Только бы не беременность. Мне нельзя сейчас. Нет, пожалуйста. Мне страшно».
– Ксюш… – Юля протёрла лицо руками, словно умылась. – Мы, конечно, можем сейчас вытрепать себе нервы и обсудить, что было, чего не было. Но у меня есть другое предложение. – Юля набрала кому-то и сделала знак с просьбой помолчать.
Глава 7
«Таня, привет. У меня форс-мажор. Прикроете сегодня на парах? – отстранённо проговорила Юля. Выслушала подругу и ответила: – Нет. Всё относительно в порядке. Но мне нужно остаться дома… Спасибо огромное. До связи».
Скинув вызов, сестра снова дала мне знак подождать. Она что-то искала в телефоне, после сделала следующий звонок:
– Доброе утро. Можно записаться на УЗИ органов малого таза на ближайшее время?… Да… Да… Подходит. Замечательно… Красикова Ксения. Да. Спасибо. Всего доброго. – Скинула вызов и обратилась ко мне: – Лис, тебе надо срочно очухаться. У нас через полтора часа приём. Нужно успеть собраться и доехать до клиники. С утра пробки. Шевелимся в быстром темпе, – скомандовала Юля.
– Не, Ли, боюсь. Всё слишком стремительно. По-настоящему. Может, вообще обойдётся. А мы тут активную деятельность развели. Давай пару дней подождём. А там уже видно будет. В конце концов, ещё ничего не ясно.
– В том-то и дело, что не ясно. Ксюш, у задержки множество причин, не только беременность. Не стоит тянуть время. Надо узнать, в чём именно дело.
– Если у меня просто сбой, то спешка ничего не изменит. Всё само скоро наладится. – Поджала под себя ноги в подобии позы лотоса, накинула одеяло на плечи и скрестила его углы на груди. – А если не сбой, я, кажется, знаю, когда всё случилось.
В жизни не слышала от Юли столько ругательств за раз. Сейчас она не стеснялась и не сдерживала себя в выражениях, а я и не догадывалась, что она вообще знала такие закрученные и перчёные фразы. Но они летели одна за другой, сдобренные возмущёнными жестами и соответствующей мимикой.
– Ой, Юль, ну чего ты так нервничаешь? Я же только высказала предположение. А ты сразу… вон что… да ка-ак…
– Уши прижала? Давай по порядку, что именно и когда произошло, – обеспокоенно велела раскрасневшаяся сестра, немного выпустив пар.
– Сразу повторюсь, я могу ошибаться. Выводы делать рано.
Юля закатила глаза и обречённо прикрыла лицо ладонью, второй рукой помахала мне, поторапливая к рассказу.
– В общем… В Швейцарии случилось кое-что странное. В день, когда мы приехали. Получается… Да, точно, второго января. Я и забыла совсем. Только сейчас вспомнила. А так даже значения не придала. Ну как, я заметила, конечно. Но решила, что это так, ничего серьёзного. А вот теперь не знаю. Хотя, наверное, фигня. Это тут не причём, – отмахнулась я. И мне в лицо со Юлиной стороны прилетела подушка. – Ну как так можно с больным человеком?!
– А с больным ли? Ксюха, внятно и детально расскажи мне, что именно случилось. Без своих предположений. Тупо факты. Давай. Жги.
– Я проснулась, а Стаса не было в спальне.
– Промотай вперёд. Это я уже знаю.
– Ёлка была обалденной. А он ещё круче.
В итоге Юля дожала меня, и я выложила всё, как было, в малейших деталях. Когда замолчала, сестра подытожила:
– Приехали. Ну хоть не рак, и на том спасибо. Да уж.
– Тьфу, ты подумала, что я…
– У нас два симптома: задержка и тошнота. С учётом косяка твоего Елагина, диагноз очевиден. Но мы не делаем выводы. Мы одеваемся.
Теперь мне в руки прилетели джинсы. Сестра приступила к сборам, а я никак не могла сдвинуться с места. Тошнота прошла. Вместе с ней и слабость. А вот страх ещё сильнее пульсировал по венам, от чего меня сильно потряхивало.
Еле сдерживала себя, чтобы не спрятаться под кровать или в шкаф от всей этой жуткой картины. Мне срочно нужен пятый угол, чтобы пересидеть там, пока всё уляжется и вернётся на прежние места. Для меня происходящее было самым страшным кошмаром. Я словно была в шаге от смерти. Родители сойдут с ума, они рассчитывали, что я порадую их совсем другими успехами. Ребёнок? Во мне? Немыслимо! Быть такого не могло! Мне рано! Мне ещё жить да жить!
– Ксюша, ещё ничего непонятно. Не бойся. – Юла подсела ко мне. – Не волнуйся ты так. Не удивлюсь, если всё это действительно просто глупые совпадения. Бывает. Пойдём ко врачу и успокоимся, ладно?
Закивала, пытаясь сглотнуть комок, вставший поперёк горла. Спокойный голос сестры немного успокоил меня, внушив надежду, но тревога никуда не делась. Со мной точно что-то не так. То ли я больна, то ли беременна, то ли того хуже, умирала, сама о том не подозревая. До приговора врача остались считаные минуты, а я не готова его услышать. Мне не хотелось знать правду. Пусть всё останется, как было. Мне не нужны никакие новости.
– Объявился, когда не ждали, – буркнула Юля, глянув на мой вибрирующий телефон.
Стас. Как не вовремя. Я уже не ждала его звонка. Скорее наоборот, опасалась его. Стоило ли вводить парня в курс дела? Рассказать ему о своём состоянии или пока оставить в блаженном неведении? Поделиться своими страхами или умолчать о них? Парни не горят желанием становиться отцами в девятнадцать лет. Да они больше смерти боятся таких перспектив, и тут я их вполне понимала. Моя болезнь тоже не приведёт Стаса в восторг. Пожалуй, не стану напрягать его лишний раз. По крайне мере, пока не буду владеть достоверной информацией.
– Решила сделать ход конём и уйти в подполье? – язвительно хихикнула сестра. – Будешь игнорировать его звонки? Как долго? Пока не родишь?
– Юля-я-я, – протянула я, не найдя слов для ответа. – Не убивай меня. Раньше времени. И так плохо.
Мобильный продолжал вибрировать, а я метаться в сомнениях. Наконец, желание услышать любимый голос победило. Схватила телефон и нажала на зелёную кнопку ответа:
– Привет, ты чего так долго отвечаешь? На пары собираешься? – бодрый голос Стаса звучал, как ни в чём не бывало. Счастливчик. Он не в курсе, как на самом деле шатко и призрачно наше положение. Всё может поменяться в любой момент.
– Нет. В смысле, да, конечно, – спохватилась я.
– Ты в порядке?
– Да-да. – Мой словарный запас критически сузился.
– Еду за тобой. Закину в универ. Жди.
Глава 8
Зажала динамик рукой и прошипела сестре:
– Стас едет сюда. Что делать?
Юля сразу подскочила ко мне, вцепилась в локоть и прошептала на ухо:
– Не говори ему про задержку. Соври чего-нибудь. Скажи, тебе ко второй паре. – Сестра трясла меня за руку, словно я могла забыться и проболтаться.
– Он знает, что мне к первой. Забыла? У нас обман – табу. Мне капец, – пробурчала я обречённо.
Напасть какая-то. Мне сейчас только проблем со Стасом не хватало. Будто без них мало неприятностей свалилось на мою светлую голову. Между прочим, они вполне могли напрямую касаться парня. Я щадила его нервы. Отдувалась за двоих. Ещё придётся оправдываться перед ним, словно я в чём-то виновата, хотя это он пропадал все выходные. Раздражение кипятком ошпарило мой затылок.