Лобачева проджект. Как заработать миллион и не заметить

Введение

Привет, читатель! Меня зовут Тоня. Я предприниматель, блогер и человек, который с рождения мыслит иначе, чем другие. Не сказала бы, что это гуманно воспринимается окружающими. Если 10 лет назад «идеальные люди» про меня говорили что-то вроде: «А, Тоня? Это та долбанутая с огромным мешком?» – то теперь говорят: «Лобачева-то? Строит из себя… Вылезла из грязи в князи… Тяжелый случай…» Даже и не знаю, что звучит лучше, да и нет желания анализировать. Поэтому давай договоримся на берегу: если ты считаешь себя каким-то «НЕ ТАКИМ», «НЕ ИДЕАЛЬНЫМ», «НЕ ТАКИМ УМНЫМ, КАК ДРУГИЕ», постарайся забыть об этом хотя бы на время чтения этой книги, а там уже, по моим прогнозам, Тонин опыт станет твоим, и тебе не придется тратить месяцы или даже годы на бесполезные самокопания и вопросы в стиле «Что со мной не так?» или «Почему со мной так поступили?». Я бы очень хотела, чтобы ты потратил это время на построение счастливой жизни, бизнеса или захватывающей карьеры и пришел к тем же результатам, что и я, гораздо быстрее, а еще лучше – превзошел бы меня в разы.

Мне 28, я руковожу весьма популярным в России агентством детских праздников «Лобачева Проджект», названным моей фамилией. На момент написания этой книги мы зарабатываем несколько миллионов рублей в месяц. В декабре 2018-го мы побили личный рекорд – провели 46 праздников за одну субботу. У меня 50 сотрудников, новенький Lexus, лысая киска (имеется в виду кошка породы сфинкс, а не то, что ты мог сейчас представить) и большие планы на жизнь. Наверняка для моего имиджа было бы отлично написать книгу в стиле «Успешный Успех», где я бы перечисляла наши заслуги, имена знаменитых клиентов и, конечно же, гениальные идеи и смелые решения, в одночасье превратившие мою жизнь в сказку, а компанию – в машину по безлимитному производству денег. Я смогла бы доставать эту книгу из своей дорогой сумки «Celine» на встрече с клиентом и вручать ему со словами: «Вы можете прочитать здесь все о наших ключевых достижениях за последние несколько лет».

Но я решила сделать иначе – откровенно написать о тех тяжелых и даже трагичных ситуациях, с которыми мне пришлось столкнуться. Рассказать, в чем крупно ошиблась за эти десять лет и к каким последствиям это привело… Конечно, советы тоже будут. Они настолько сильно пронизаны моим опытом, что, дочитав эту книгу, ты сможешь открыть свое дело завтра же. Да и вообще изменить свою жизнь…

Откровенно говоря, это было непросто. Я пару раз описывала какой-то морально тяжелый день, а спустя сутки выделяла текст, чтобы его удалить, но все же нашла в себе смелость оставить их все… Я уверена, что каждый человек, который принес мне сильные душевные страдания или «кинул» меня в бизнесе, прочтет эту книгу. Страшно ли мне от того, что тысячи людей узнают тайны моей жизни, которые я долго предпочитала скрывать? Да, мне страшно… Более того, даже от прочтения этих строчек я до сих пор испытываю боль, будто я вновь оказалась там.

Ради чего это все? Ради того, чтобы ты стал счастливым. Не важно, где ты сейчас – в самом начале пути построения бизнеса, или в кризисе среднего возраста, или… вообще непонятно где. Знай: выход есть всегда! Я здесь, я по-настоящему счастлива, я живу той жизнью, о которой мечтала в детстве, несмотря на все мои ошибки, несмотря на то, что я далеко не идеальный человек!

Это та книга, к которой ты вернешься, когда тебе будет больно. Она поможет тебе пережить все и найти моральные силы, чтобы оттолкнуться от дна и взлететь к тем высотам, о которых раньше ты и мечтать не мог…

Глава 1.

Комплексы – «веселая» песенка из детства

Сколько я себя помню, меня очень напрягали правила в учебных заведениях. Я терпеть не могла детский сад и любыми способами пыталась туда не ходить. Не потому, что у меня не складывались отношения с другими детьми – здесь, наоборот, не было проблем, – а потому, что я не могла беспрекословно есть то, что едят все, спать по часам, гулять по часам. С самого детства мне знакомо чувство, что ты теряешь время зря и занимаешься не тем, чем надо. Переживания об упущенном времени. К примеру, расстройство из-за того, что ты хочешь нарисовать кота гуашью, потому что увидел классную картинку в книге, а тебя заставляют одеваться в серый пуховый комбинезон и бесцельно бродить по опостылевшей садовской веранде в ожидании момента, когда тебя наконец-то заберут родители. Я постоянно думала об этом и мучительно ждала, когда же этот адский сад наконец закончится. Я просто не знала, что впереди десятилетняя кабала под названием «школа».

Мое мышление радикально отличалось не только от ровесников, но и почти от всех взрослых. Сколько я себя помню, я отчаянно мечтала жить по-другому. «Мечтала» – ключевое понятие в этом умозаключении. Мы жили в квартире, а я думала о большом доме. Когда я ложилась спать, я закрывала глаза и представляла, что живу не в обычной двадцатиметровой хрущевке, а в отдельной комнате с розовыми обоями, белой резной мебелью и единорогами на стенах, хотя я ни разу даже не была в такой комнате. Я просто страстно хотела детскую комнату принцессы, несмотря на то что мультфильмы о Золушке или Белоснежке меня не впечатляли совершенно.

Зато я просто обожала фильмы и компьютерные игры, связанные с реальными людьми и их достижениями. В десять лет я раз пятьдесят за лето пересмотрела фильм «Блондинка в законе», где глупая на первый взгляд главная героиня становится успешным юристом и шокирует всех своими нестандартными идеями. Я очень любила играть в «Симс», где люди покупают дом, меняют прически, строят карьеру и заводят детей, я могла бы играть часами, если бы не благоразумный контроль родителей. Это был тот самый виртуальный мир, где я могла прикоснуться к своей главной мечте – изменить свою жизнь и жизнь моей семьи.

Зачем я говорю об этом тебе? Потому что я хочу донести, что мечта – это главный залог успеха.

Помню один день из детства. Мне было примерно четыре. Это был какой-то семейный праздник у нас дома, где собрались не только родители, но и дальние родственники: дяди, тети, двоюродные бабушки. Взрослые накрывали на стол: резали салаты, завершали приготовление блюд. Моя крестная предложила: «Тоня, давай научу тебя делать мой фирменный салат? Он очень вкусный, вот вырастешь, выйдешь замуж и будешь готовить мужу!» На что я, не задумываясь ни секунды, ответила: «Нет, спасибо. Я не буду готовить, когда вырасту, у меня будет домработница и повар». Все начали смеяться, и в конце кто-то сказал: «Ну, губу-то раскатала… Мечтать не вредно!»

Мечтать не вредно, а очень полезно: за свои 28 я не порезала ни одного салата и начинать не планирую.

Совет № 1

Если ты не хочешь делать то, что делают 90 % людей, – не важно, 16 тебе или 56, – не ломай себя и не заставляй! Прими тот факт, что нежелание готовить/ убираться/ быть гиперактивным участником «Зарницы» в школе/ смотреть тупые комедии с примитивными шутками ниже пояса – это совсем НЕ признак того, что ты социопат, это лишь сигнал Вселенной о том, что ты создан для другого… И научись защищать свою позицию. У тебя одна жизнь! Заниматься любимым делом, а НЕ тем, что вводит тебя в уныние, – ВОЗМОЖНО, я проверила на себе, и, дочитав эту книгу до конца, ты в этом убедишься! Ты должен научиться слушать себя и делать то, что приносит тебе пользу или удовольствие, а лучше и то, и другое сразу. Тогда зачем тратить час своей жизни на то, чтобы стоять за плитой, когда можно сделать что-то, что приблизит тебя к мечте или хотя бы принесет радость?

С самого детства я представляла себя девушкой-боссом, которая едет за рулем красного спорткара и курит тонкую сигарету между телефонными разговорами со своими подчиненными. Я не знала, чем буду заниматься, но знала, что это будет бизнес. Лет с восьми это состояние неизвестности меня очень напрягало. Я испытывала ежедневный стресс от того, что я не знаю, кем буду, ведь мне нужно успеть заработать миллионы, построить дом, объездить весь мир, а я даже не понимаю, с чего начать! О том, чтобы «жить, как все» и «устроиться на работу», не было даже речи – для меня подобного варианта не существовало.

Примерно с пяти лет я пыталась придумать бизнес-идеи. Чаще всего они сводились к продаже возле подъезда всякого барахла по три-пять рублей, например игрушек из шоколадных яиц или открыток, которые не пригодились. А в районе шести вечера, когда люди возвращались с работы, я выкладывала на бордюр весь «ассортимент» и, когда мимо проходил какой-то взрослый человек, резко выбегала перед ним и орала во всю глотку: «РАСПРОДАЖА! РАСПРОДАЖА! ПОКУПАЙТЕ! ПОКУПАЙТЕ!» Люди делились на два типа: те, которые вздрагивали и бормотали что-то вроде «о Господи, зачем так орать…», и те, которые смеялись и покупали что-то. В конце дня я считала прибыль и покупала за пять рублей сухарики со вкусом семги и сыра. Это самый запоминающийся вкус моего детства…

Я была действительно странной на фоне других детей, которые смотрели мультфильмы про говорящих животных, с радостью помогали родителям по дому и мечтали максимум о самокате на день рождения. Во дворе во время прогулок с ровесниками я частенько выглядела отмороженной, потому что ничего не знала о Биониклах и видеоиграх в «Sega» – за это я частенько слышала насмешки и обидные слова в свой адрес. С годами я научилась маскироваться и воспитала в себе блестящее умение публично посмеяться над собой. И не менее прекрасное умение посылать обидчиков на …й в тех запущенных случаях, когда юмором дело не решить.

Мне очень повезло с семьей. Родители уделяли моему воспитанию, а именно моим ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ КАЧЕСТВАМ, очень много времени. Я не помню, чтобы хоть раз родители делали со мной уроки или ругали меня за оценки (иногда меня даже удивляло, что их это совершенно не волнует), но я помню очень много других эпизодов из детства, которые сильно повлияли на мое мировоззрение.

Однажды я заболела чем-то вроде гриппа. Я была слабой и лежала в кровати с температурой. Наступила ночь, но спать мне совершенно не хотелось. В ту ночь родители развлекали меня как могли: мы втроем играли в настольные игры, смотрели фильм, рисовали! И это было так здорово! Я помню эти эмоции до сих пор! Сейчас, когда я стала взрослой и вот уже десять лет работаю с детьми, я понимаю, что именно так выглядит любовь родителей к своему ребенку.

Совет № 2.

Чтобы быть хорошими родителями, которых любят не только за само определение этого слова, а за счастливое детство, не нужно проводить с ними 24 часа в сутки и контролировать каждый шаг, читать энциклопедии по воспитанию детей или быть в их глазах правильным человеком без вредных привычек – нужно просто любить их. Но, к сожалению, это понимание приходит далеко не ко всем родителям или приходит слишком поздно…

Однажды, когда мне было около шести лет, я купалась в ванной с игрушками, и в этот момент зашла моя мама, вернувшаяся с работы. Это был противный зимний вечер с кучей снежной грязи на дорогах. Она выглядела очень расстроенной и, сев на бортик рядом со мной, начала рассказывать: «У одной женщины с моей работы сын вчера возвращался домой со школы и попал под машину. Машина протащила его за собой, а когда остановилась, он уже погиб». Я молчала. Я не до конца понимала, что такое может случиться с теми людьми, которые находятся рядом с нами, в поле зрения. А мама продолжила: «Ты понимаешь, мама ждет своего ребенка дома, а он не придет. Он больше никогда не придет».

И я заплакала.

А еще с нами в подъезде жила бабушка – мамина мама, которая тоже проводила со мной много времени. Она постоянно гуляла со мной, забирала из садика или школы, баловала меня покупками, которые родители считали нерациональными. Однажды, лет в 13, я выпросила у нее белую искусственную шубу и чувствовала себя звездой района. Бабушка никогда не говорила родителям, чтобы они меня забрали или что ей надо пожить для себя, скорее, было наоборот: частенько мама с бабушкой спорили о том, к кому я должна пойти сегодня ночевать.

Я всегда с родителями смотрела добрые фильмы – семейные или мелодрамы. С детства я впитывала умение сострадать другим и болезненное отношение к несправедливости.Второе качество в бизнесе очень мешает, кстати.

В общем, я росла в атмосфере, где люди любят и уважают друг друга. Даже папа и бабушка, будучи зятем и тещей, не говорили друг про друга за спиной ничего плохого. Никогда, как ни странно, хотя ссоры в семье, конечно же, были. Но я их совсем не помню.

Зато я хорошо помню людей, которые помогли моей самооценке благополучно опуститься на дно. К сожалению, когда ты ребенок, ты слишком близко к сердцу воспринимаешь все происходящее с тобой. Да что уж там, я научилась бороться с бестактными личностями только после двадцати пяти лет.

Для борьбы с моей врожденной болезнью спины, которая была видна даже внешне, родители всегда пробовали разные методы, и первой попыткой были бальные танцы. Меня отдали на занятия, которые проходили по вечерам в соседней школе. Вел их очень высокий худой мужчина-брюнет лет тридцати по имени Андрей Б. Он сразу понял, что я ребенок-дерево – я даже не могла попасть в ритм вместе со всеми, отводя ногу в сторону под счет. Я сильно сутулилась, постоянно путала ноги и опаздывала с движениями, и от этого мне было безумно не по себе. Сначала он раздраженно делал мне замечания, а потом просто перестал замечать – проходил мимо, будто меня не существовало. Я стояла в самом последнем ряду, понуро смотря в пол и пытаясь в одиночестве разобраться со своими ногами. Но у меня не получалось. Спустя несколько занятий всех разделили по парам – мальчик с девочкой. Андрей Б. посчитал, что странную горбатенькую девочку ставить ни с кем не надо – толку-то ноль. В итоге картина стала еще более поганой: все танцуют парами, а Тоня в сторонке, где-то возле стены, пытается танцевать с призраком.

Последнее мое занятие танцами я помню отчетливо. Нас готовили к какому-то выступлению и вечером после занятия должны были привезти туфельки, чтобы мы их примерили, а родители оплатили. Такие золотые стандартные туфли для бальных танцев. Я почему-то очень-очень хотела эти туфли. Может, потому, что они на каблучке, а может, потому, что это было хоть какое-то хорошее событие на занятиях. И вот приносят туфельки, девочки подходят к ним, чтобы найти свой размер, я тоже хочу взять себе пару, тяну ручки к заветной коробке… И в этот момент я слышу, как за спиной Андрей Б. ГРОМКО при всех говорит моей бабушке: «Мы на вас не рассчитывали, туфли вам не заказывали! Они ей ни к чему, только деньги зря потратите! Она же все равно никогда не будет выступать!»

Это был последний день бальных танцев в моей жизни. В тот момент я не показала, как сильно расстроилась. Мы с бабушкой шли домой, и всю дорогу она обещала, что больше не потащит меня на эти танцы. Вечером я тихо плакала в подушку, чтобы никто не услышал, и переживала из-за того, что родилась такой убогой, что мне даже не разрешили надеть эти красивые туфельки! Андрей Б. был первым мужчиной, который прочно вселил в меня ощущение того, что я гораздо хуже других.

Мне стоит говорить, что я НЕНАВИДЕЛА слово «танцы» с самого детства?

Я никогда в жизни не была на балете. Недавно, в 2018 году мои партнеры по бизнесу, детская балетная школа Егора Симачева, ставили спектакль «Щелкунчик». В холле стояла фотозона с нашими роскошными декорациями: розовая елка, украшенная маленькими детскими пуантами, кованый белый манекен с пышной балетной пачкой, – а рядом работали наши аниматоры, чтобы до и после спектакля развлекать детей и делать с ними красивые фото. У меня в руках был билет в VIP-партер. Прозвучал третий звонок, и я смотрела на людей, заходящих в зал, их становилось все меньше и меньше, и вот маленькая бабулечка с белым воротничком собирается закрыть дверь. Она видит меня, одиноко стоящую на фоне детских пуант, и зовет: «Девушка! Спектакль начинается! Заходите скорее!» Я молчу и продолжаю смотреть на дверь. «Девушка! Вы идете? После закрытия я не смогу вас пустить – дети будут отвлекаться!» Я отрицательно помотала головой и пошла в буфет пить чай. Когда слышу красивую музыку, мгновенно ухожу глубоко в свои мысли. Так вот… Я не хотела бы лишний раз с глазу на глаз встречаться с той плачущей девочкой, которой так и не досталось туфель.

Я всегда переключала канал телевизора, когда видела передачи о танцах. Особенно сложно мне бывает на свадьбах, корпоративах и других вечеринках, ибо люди до сих пор меня не понимают. Не было ни единого мероприятия, чтобы ко мне не подошел кто-то навеселе со словами: «Тоня, ну что ты тут скучаешь, пошли танцевать?» – на что я с милой улыбкой вежливо отвечаю: «Нет, спасибо! Я не люблю танцы». Если ко мне подходят второй раз и пытаются уговорить более настойчиво, я делаю очень серьезное каменное лицо и, холодно смотря в глаза собеседника, по буквам повторяю: «Я НЕ ЛЮБЛЮ ТАНЦЫ. МНЕ ЭТО НЕ НРАВИТСЯ». После этого от меня, как правило, отваливают.

Совет № 3:

Пожалуйста, никогда не отдавай своего ребенка на занятия, которые ему не подходят по характеру, темпераменту или физиологии. Нет ничего хуже чувства, что ты никому не нужный, безнадежный игрок в команде и ничего не можешь с этим сделать. Не допускай пренебрежительного отношения к своему ребенку со стороны педагога. Именно в детстве закладываются самые тяжелые психологические травмы, с которыми нам приходится жить всю жизнь.

Глава 2.

Как я начала зарабатывать и не смогла остановиться

В 13 лет родители предложили мне первую серьезную подработку. В то время у папы уже был свой маленький канцелярский магазинчик в Одинцово, который существует до сих пор. Тогда черно-белые телефоны менялись на цветные смартфоны с большими экранами и полифонией. Я безумно хотела такой телефон и сказала об этом родителям. Мама ответила: «Ну если так хочешь, заработай на него!» Папа распечатал несколько сотен листовок с рекламой своего магазина и дал мне задание – разбросать листовки по почтовым ящикам в домах всего нашего района. И я это делала с радостью. Я гордилась тем, что работаю! Ни крики консьержек и злых бабулек, которые меня заставали на лестничной клетке, ни насмешки ровесников не позволили мне усомниться в правильности своего поступка. А когда я купила долгожданный телефон, желание работать увеличилось до предельного максимума, и я просто умоляла маму помочь найти мне новую подработку!

Тогда Интернет еще не был настолько прогрессивным, и она находила мне интересные фриланс-вакансии в газетах. Так она предложила мне стать внештатным корреспондентом в популярной одинцовской газете. Я с детства обожала читать и писать, поэтому с восторгом восприняла эту идею. Это даже звучало очень круто! Когда она мне показала это объявление, я просто прыгала до потолка и отправилась на собеседование.

Главный редактор газеты на 100 % был похож на тот самый типаж главреда из русских сериалов: худой мужчина в свитере на молнии, который постоянно порывался иронизировать. И вот что удивительно: увидев на пороге своего кабинета странную рыжую девочку четырнадцати лет в тяжелых ботинках и шапке с двумя ушами, он не послал меня куда подальше, а улыбнулся, рассказал про условия работы и дал добро на мои начинания.

Моя первая статья была рассказом о театральной студии, в которую я ходила. Она занимала половину газетной полосы и даже была с фотографиями! Я принесла ее в школу и показывала всем со словами: «Посмотрите, это я написала! Видите, здесь написано – Антонина ЛОБАЧЕВА!» Мне тогда было 14, это казалось мне чем-то невероятным. Я так гордилась этой публикацией, будто мне дали Оскара! После этого я писала статьи каждую неделю. Родители бережно складывали их в папку с файлами. Мне платили 600 рублей за каждую. Получив гонорар, я отправлялась на одинцовский рынок в палатку под названием «Товары с таможни». Там продавалась очень дешевая одежда и обувь, и однажды там были сапоги на шпильках за 500 рублей. Они были яркого цвета фуксии, с принтом питона, а носик украшала массивная пряжка со стразами. Я купила это «великолепие» и чувствовала себя карьеристкой высшего уровня – купила сапоги на каблуках НА СВОЮ ЗАРПЛАТУ!

Мама, заметив мое пристрастие к журналистике, предложила мне поступить в Школу юного журналиста при журфаке МГУ. Это были платные курсы, которые проходили прямо в МГУ несколько раз в неделю во второй половине дня. Они стоили очень дорого для доходов нашей семьи, но родители решили дать мне возможность поучиться в самом лучшем месте.

Это было как в настоящем университете: у меня был студенческий билет и самые настоящие пары, в день по несколько штук. В нашей группе было около двадцати ребят, и все в основном из очень состоятельных семей, но я совсем не чувствовала этой разницы между нами, хотя я была единственной, кто ездил в университет на электричке из Подмосковья. Наоборот, у меня появилась мотивация много зарабатывать, дотянуться до этого уровня жизни! И с каждым днем она только росла. Я была окружена предметами роскоши, которые для них были совсем обычными вещами, а раньше я видела их разве что в журналах, и меня это безумно вдохновляло!

Однажды я увидела на одногруппнице серые лаковые туфли от Гуччи. Они были такими… Необычными! Я никогда не видела туфель подобного качества и красоты: на них не было каких-то украшений или логотипов, но они даже блестели как-то по-особенному, иначе, чем та лаковая обувь, которую мне приходилось когда-либо примерять. Они буквально кричали: «Мы – самые лучшие туфли в мире! И да, мы стоим дорого!» В то время их цена составляла 30 тысяч рублей – я никогда в жизни не держала в руках подобную сумму! Я решила, что обязательно куплю себе такие, когда стану богатой.

С одной девочкой, Катей, мы особенно подружились. Катя была из сверхбогатой семьи: она приезжала в университет на «Мерседесе» представительского класса с водителем, носила золотые украшения с бриллиантами от Тиффани, но при этом была очень милой воспитанной девочкой. Однажды у нас отменили пару, и образовалось два свободных часа. Я предложила Кате пойти в торговый центр «Охотный ряд», ведь он в центре, совсем рядом с нашим университетом! Она посмотрела на меня с недоумением: «А что это за торговый центр такой? Я здесь бывала только в ЦУМе!» Я сказала: «Ну вот! Как раз посмотришь!» Мы тихо прошмыгнули мимо припаркованного Катиного «Мерседеса», чтобы водитель не увязался с нами, и спустились в метро. «У тебя есть проездной?» – спросила я, на что Катя отрицательно помотала головой. Она выглядела очень растерянной. Оказалось, что она никогда в жизни не была в метро! Это было просто удивительно! Я почувствовала себя супергероем, достала свой «Школьный» безлимитный проездной и со словами «Тогда я угощаю!» пропустила ее через турникет. В «Охотном ряду» мы ходили по молодежным магазинам бюджетных марок, и Катя так забавно хваталась за какую-нибудь толстовку со словами: «Вау! С ума сойти! Такая классная толстовка и так дешево! Обязательно скажу маме про этот магазин!» Мы благополучно потратили два часа, все карманные деньги и вернулись в университет.

На следующей неделе Катя пришла на пару веселой. Я поинтересовалась, что же такого интересного произошло. Оказалось, что «Мерседес» отправили на ТО, и отец Кати хотел отдать водителю свою машину, чтобы добраться до универа, но она предложила поехать на метро. Все удивились, но согласились. «Ты бы видела эту картину: мой водитель, кажется, лет десять в метро не был! Он ехал всю дорогу с таким смешным лицом! Это было весело!»

После общения с Катей и другими ребятами из обеспеченных семей я поняла, что богатые люди совсем не такие плохие, какими их считают бедные. Я и до сих пор так думаю.

Я не проучилась в Школе журналиста и трех месяцев, когда в моем сознании произошел переломный момент, после которого я поняла, что совсем не хочу быть журналистом! Я и раньше чувствовала это, но отгоняла от себя подобные мысли. Меня очень напрягало, что по роду своей деятельности мне очень часто приходилось приставать к людям, охотиться за ними, пытаться попасть в какое-то место, где меня не ждут.

Когда мне было 15, к нам в Одинцово приехала с концертом мегапопулярная в то время вокальная группа девушек. 23 февраля они давали концерт в военном госпитале, и я договорилась, чтобы меня пустили в гримерку взять интервью. Девочки были классными – они очень здорово пели и танцевали, и я, как журналист, сидела в первом ряду и напевала вместе с ними знакомые мне хиты. Потом я зашла в гримерку и проболтала с ними полчаса – задавала вопросы о том, как они начинали карьеру, как попали в группу, сложно ли так много гастролировать по стране. Потом мы сделали кучу фотографий, и я, довольная интересным материалом, пошла домой писать текст, который отправила в редакцию тем же вечером.