Академия драконьих всадников. Зов хаоса. Книга 2

Глава 7

Келси

Чем глубже мы уходили в земли Хаоса, тем более странным всё вокруг выглядело.

Я едва сдерживала нервную дрожь и кусала щеку, чтобы не засыпать нового знакомца вопросами, когда природа, будучи черной и почти мертвой, периодически менялась на глазах – на ветвях деревьев появлялись узоры, будто кто-то аккуратно расписал их серебром и золотом. Узоры складывались в замысловатые спирали, двигались и при этом, казалось, нашептывали что-то, словно пытались заговорить со мной на каком-то древнем языке, но я упорно делала вид, что не слышу.

Адам шёл рядом и совершенно ничему не удивлялся.

Значит, либо это мои персональные галлюцинации либо он тоже это всё видит и это нормально.

Постепенно деревья становились всё реже, а между стволами проступали странные округлые жилища, похожие на переплетающиеся шляпки грибов – то ли каменные, то ли деревянные, с кучей листвы, мха, каких-то веток и лесного мусора. Здесь всё будто бы вплеталось в саму природу, сливалось с ней, намеренно избегая четких границ: вот дом, вот крыша, вот расчищенная дорожка и забор. Все здесь было наоборот и смазано: тропинки закручивающиеся спиралью, как молодая листва папоротника, какие-то ушастые кусты…

– А вот и первые встречающие, – тихо выдал Адам. – Они знают, что ты можешь быть удивлена, но…

– Я не знаю насколько. Постараюсь держать себя в руках.

Первые бестии выходили к нам из стоящих у тропинки домов. Одна из них с большими (на пол-лица!) светящимися глазами, держа в лапах непонятного вида чайник и приветливо кивала мне и Адаму.

– Может быть, заглянете на огонёк? – не открывая рта, совершенно отчетливо уточнила она.

– Спасибо, Дана, в другой раз, – мягко отказал Адам и мы пошли дальше, привлекая к себе все больше и больше внимания. Домов-грибов становилось все больше, выглядывающие из них бестии все разнообразнее: от практически нечеловечного нечто, до вполне похожих на обычных людей. Краем глаза я заметила, как одна юркая особь прошмыгнула между наших ног, балансируя на четырёх… человеческих ладонях, используя пальцы для передвижения… и почему-то на спине у нее сидела крошечная трёхглазая птичка. Я шарахнулась в сторону, уже готовая спустить щиты. Воздух вокруг меня затрещал.

– Не бойся, они тебя не тронут. Да и вообще, никого другого.

– Ага, и эти конечности она получила по доброй воле их хозяев.

– Нет, их выпили… – он запнулся, – другие. Ты поймешь, чуть позже. Я объясню. Просто знай, что здесь безопасно.

Я оторопело кивнула, уже наблюдая за целой компанией бестий. Они бросали в нашу сторону любопытные взгляды и возбуждённо переговаривались у небольшого круглого озерца, окружённого яркими цветами размером с человеческую голову. Каждый цветок выглядел так, словно сейчас раскроет пасть и начнёт болтать вместе со странной компанией. В самом озере отражалось что-то похожее на небо, усыпанное яркими разноцветными пятнами вместо звёзд.

– Терри, почему она такая, как мы? Смотри, какие у нее уши-локаторы и глаза… Разве принцесса не должна быть почти как человек? – не знаю, то ли благодаря и новым громадным ушам мой слух улучшился, то ли девушка, похожая на огромную летучую мышь говорила слишком громко, но ее вопрос я услышала так, будто она стояла у меня за спиной, а не за несколько метров.

– Она только-только впустила в себя хаос, Мисси. – Ответил ей спутник, – Вспомни себя в первое время. Ей еще предстоит пройти все стадии. Уверен, когда она обернется, будет настоящей красавицей. Как думаешь, у нее будут рога или крылья?

– О! А может и то, и другое? – восторженно подхватила она.

– Что?! – пересохшими губами выдавила я, цепко хватая Адама за локоть. – Крылья? – прошипела в ужасе, – рога?!

Мир закачался, грозя в очередной раз перевернутся.

– Спокойно, Келси, дыши, – Адам, накрыл мою ладонь и легонько её сжал. Я даже не заметила, как сильно напрягла пальцы, пока не почувствовала его прикосновение. Он подхватил меня под руку и поволок к центру поселения, где стоял самый большой дом-гриб. – Судя по видовой принадлежности твоей матери и тому, что отец – человек, у тебя, с большой вероятностью, отрастут рога, но крыльев не будет, нет. Тем более твоя связь с Бригс отсекает эволюционную необходимость в их обладании.

– Что?! – меня замутило… – РОГА?! – словно по команде у меня зачесался лоб и темечко.

– Нуу, – он нахмурился, видимо заметив ужас, плескавшийся в моих глазах. – Главное, не нервничай. Любая эмоция в хаосе – отличный катализатор. Как хорошая, так и плохая. Чем больше эмоций – тем больше перемен.

– Я не хочу, – пискнула я. – Мне вот с этим всем еще смириться, – покрутила пальцем у своего лица.

– У тебя нет выбора, принцесса. Изменения необратимы. Но ты наделена силой, Келси. И сможешь возвращать свой прежний облик. Если захочешь. Когда будешь готова. И, – он сделал паузу, – полностью примешь перемены в себе. Примешь свою вторую суть.

Сама мысль о том, что отныне я одна из них, вспыхивала в сознании драконьим огнём.

Я – принцесса, у которой, возможно, отрастут рога!Я – монстр. Я – чужая в мире, который всегда считала домом. Мне всю жизнь лгали. И вообще!

– Адам, – хрипло прошептала, прикусывая губу, чтобы хоть немного унять дрожь в голосе, – чего… чего мне ждать. Вот эти изменения, что будет?

– Если тебе станет легче, многие из нас были на твоем месте. Нууу, – он почесал затылок, – не прям на твоем, все же ты здесь по праву крови. Я и… другие ребята, ты с ними вот-вот познакомишься, попали сюда по воле богов.

– Тех, что в Вардене забытые?

– Они, да. Бестии, это немного сложнее, чем все наши представления о них.

– Да уж…

– Кто-то родился среди Хаоса, и для них этот мир – единственный, привычный, родной. Кто-то попал сюда через прорывы. Представители попаданцев, в том числе и я, очень отличаемся от людей, но суть внутри нас всё ещё остаётся… – он поискал нужное слово и тихо добавил: – разум.

– А вот те руки-ноги?

– О, тот вид бестий тоже безобиден, – он рассмеялся, но быстро посерьезнел. – При всеобщем Хаосе, – она поиграл бровями, – все подчиняется своим законам. Здесь есть правители, есть советники, друзья и любимые… И есть те, кто, к сожалению, потерял себя. Кровожадные, безжалостные… Твоё появление может многое изменить.

Я нервно сглотнула:

– Нужен монстр, чтобы спасти одних монстров от других?

Звучало очень грубо. Адам нахмурился, с силой сжал губы так, что четкий контур его клыков проступил под верхней. Тяжесть моих слов повисла между нами удушающей тенью. Я видела, как он напрягся, в глазах вспыхнула глухая, еле сдерживаемая боль.

– Прости. Я не должна была… – повторила тише. – Отец всегда говорил, что моя излишня пылкость и неумение держать язык за зубами до добра не доведут. Правда на Тэхее мне это особо не мешало.

Мы остановились у одной из колонн, подпирающих громадную “грибную” стену главного здания, и я чувствовала, как сырая, пропитанная Хаосом магия, закручиваясь спиралью впитывается в каменно-мшистую плоть.

– Практически все поселенцы прошли через смерть, – продолжил Адам мрачным, глухим голосом. – Смерть настоящую, они не провалились в портал и очнулись под наблюдением… друга. Многие из них прошли через мучения, скитания, через безумие, когда не понимаешь: это происходит на самом деле или в кошмарном сне? Их поглотили. Я тебе на собственном опыте говорю, между прочим. Знаешь, что было самым тяжёлым?

Я лишь покачала головой, не смея прервать.

– Принять себя, нового, – выдохнул он. – Когда твоя рука становится когтистой лапой или плечи разрывает болью, чтобы распахнулись крылья. Или, как у некоторых, тело срастается с чужой плотью… Или разум погружается в такие глубины, что возвращаешься уже другим. Вот что по-настоящему страшно, принцесса. Посмотри на них.

Я обвела взглядом небольшую площадь у главного дома, по которой сновали бестии. Кто-то волочил двутелое существо, кто-то тихо переговаривался, кто-то смеялся, а прямо перед нами пронеслись… дети?

– Они научились. Заново смеяться, любить… и защищать то, что для них дорого. Никто из них не считает себя монстром, понимаешь? И ты тоже не монстр, Келси. Да, не человек. Теперь уже нет. Но это вовсе не делает тебя чудовищем. – Он повернул ко мне лицо и скорчил рожицу. – Даже если у тебя вырастут рога.

Я почувствовала, как слёзы жгут глаза. Он осторожно коснулся моего плеча:

– Есть кое-что, что не дает мне покоя. Это точно сделает тебе больно, но лучше тебе узнать от меня, пожалуй.

– О, что еще может быть такого страшного?

– Твой отец.

– Он тоже бестия? – я рассмеялась сквозь слезы.

– Нет. Человек. Но не Никлас Койт. Герцог тебе не отец.

Глава 8

Тео

– Удивлен?

Я замер в дверях столовой всего на несколько вздохов, но сидевший за столом, конечно, заметил.

– Не каждый день вижу императора в неформальной обстановке.

Я перешагнул порог вслед за котом. Наглая бестия запрыгнула на свободный стул и свернулась клубком, свесив все три хвоста. Не дожидаясь позволения я тоже сел на один из оставшихся стульев. В столовой никого кроме нас не было. Стол накрыт на двоих.

Запахи казались вполне привычными.

Не знаю, чего я ждал. Гнилостной вони? Плесени на всем?

В моем привычном мире бестии питались людьми. Выпивали досуха. В мире Хаоса на покрытом скатертью столе стояли блюда с дичью и какими-то овощами. Даже бокалы, правда из какого-то черного сплава. Кувшины с водой и бутылки с вином. Или с чем-то очень похожим.

– Это все, что ты хочешь мне сказать?

– Где мой дракон?

Император рассмеялся. Его лицо, изуродованное шрамами и черной паутиной, все равно оставалось знакомым каждому жителю Вардена.

Глядя в голубые глаза, я все больше уверился, что сошел с ума. Вернее, сдох в разломе и это все агония. Предсмертная.

Император с чешуей на скулах. Длинный зрачок, как у змеи или дракона. Черные пальцы на руках. И когти. Сидевший напротив был хорошо мне знаком и при этом точно не был тем, кого я знал.

– А ты смелый. – Отсмеявшись, Император постучал когтем по длинной черно-серой ножке своего бокала. Звон получился неприятный. Тревожно-угрожающий.

– Я – Венто.

– Это имя не защищает от смерти.

– Однако, я все ещё жив.

Если бы меня хотели убить, то давно бы это сделали. Так что я зачем-то ещё нужен. Если, конечно, допустить, что я всё ещё жив, а это не предсмертный бред.

– Очень тебе сочувствую.

– Другими словами, скоро и я буду раскаиваться, что не сдох, когда представился шанс…

Присоединяться к трапезе я не торопился, но императора это не смущало. Он ловко орудовал приборами, как будто вообще не испытывал неудобства из-за острых и длинных когтей.

– Венто, который нарушил клятву… не думал, что увижу такое чудо.

– Разве я что-то нарушил?

Кот поднял один из хвостов и постучал кончиком по спинке стула.

– Ты клялся уничтожать бестий, а сам спасаешь. Разве это не нарушение?

– Бестий я не спасаю.

Император снова рассмеялся. Только теперь я стал замечать, что это другое существо. Не тот Койт, которого я знал. Другая манера держаться. Жесты и движения. Похожее, но… не то.

Кто пытается его копировать? Зачем?

– Кого тогда?

– Свою невесту.

Император захлопал в ладоши. Хлопки взрывались в моем сознании предупреждающими залпами.

– Все ещё хуже, чем я думал. Венто не только перешёл на сторону хаоса, но и решил помочь ему размножаться. Может и дракона своего отдашь?

– Для начала заберу его у вас.

– Если.

– Если?

Император откинулся на обитую бархатом, но вытертую поколениями предшественников спинку. Его холодный взгляд медленно изучал мое лицо, как острый клинок оставляя жгучие следы.

– Если заберёшь. Я не собираюсь отдавать бестиям дракона. Это слишком глупо.

– Насколько я могу судить, мой дракон уже во власти бестий, – напомнил я, кивнув в сторону Императора. Его глаза превратились в узкие, черные щели.

– Твой дракон в безопасности. До тех пор, пока Принцесса Тьмы не пришла за ним. А она придет.

– Принцесса Тьмы… – протянул я задумчиво, следя за реакцией Императора. – Чтобы быть принцессой при живом Императоре, нужно быть его дочерью. Или, может, я чего-то не понимаю в законах наследования за стеной?

– Какой умный пёсик. Твоя невеста в самом деле дочь Императора. Но я ей не отец.

– Слишком сложная головоломка для собаки, Ваше Величество, – кот открыл один глаз и ткнул хвостом мне в бедро. – Тонкие намеки только кошкам по зубам.

– Возможно, именно я оставлю твою пасть без зубов. Будешь первым котом, не разжевавшим толстый намек, – пообещал я.

– Отец Келси – Никлас Койт. – Наши с императором взгляды схлестнулись, как клинки в бою.

– Койт, да не тот.

– Ни этот Койт, и не тот, – снова мяукнул кот. – Кажется, пёсик заблудился в трёх Койтах.

В воздух взметнулись три черных хвоста.

– Никлас Койт. Не отец. – Хвост обвис, как увядший стебель. – Октавий Койт. Тоже не отец.

– Арчибальд Койт, – поправил я. – Императора зовут Арчибальд.

Последний хвост радостно запрыгал вверх-вниз.

– А вот этот как раз отец! Арчибальд Койт. Все верно.

По лицу императора растеклась хищная, холодная улыбка, больше напоминавшая оскал.

Келси не дочь Никласа? Принцесса… Не может быть. Хотя, почему не может? Потому что она так мне сказала? Или она сама не знает правды? Откуда тогда знают бестии по эту сторону стены?

Заблудился в трёх Койтах…

В трёх.

– Вы!

– Я.

Похоже, кот прав. Псы не слишком умные животные. Лучше бы я в самом деле сошел с ума.

– Октавий Койт. Очень приятно, что теперь и на моей земле есть свой Венто.

– Ваш? – я дёрнул бровью, пытаясь не выдать бури в голове. Мысли носились туда-сюда бешеными бестиями и отравляли кровь не хуже укуса.

– У меня твой дракон. И я знаю, как уничтожить хаос. Разве не об этом ты мечтал всю жизнь?

– Значит поэтому я всё ещё жив. Ваше Императорское Величество желает уничтожить хаос?

Император кивнул.

– И для этого нужно…

Я знал ответ, но ждал, когда он прозвучит в тяжёлой тишине столовой.

– Всего лишь убить принцессу тьмы. Последнюю из слышащих. Ту, что может открывать разломы и призывать бестий.

– Я здесь, чтобы убить Келси Койт.

Кот подскочил на стуле и принялся хлопать хвостами друг о друга, явно аплодируя.

– Хороший пёсик, не тупой. Осталось понять, верный ли.

– Если я должен ее убить, – я безразлично откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, как поступал отец, когда желал показать, что делает большое одолжение просящему уже тем, что снизошел до беседы, – … было бы очень кстати оказаться более информированным.

Император поднял брови, отчего на его изуродованном лице стало больше темных разводов.

Они змеями ползли по щекам и лбу, собирались, как морщины у глаз и превращали человека во что-то отвратительное. Настолько мерзкое, что хотелось отвернуться и не смотреть. Я смотрел. Прямо в потемневшие морской бездной синие глаза.

– Что желает знать эрр Венто?

– Ваше Величество на троне Хаоса. Но мы здесь чтобы хаос уничтожить… Это задача с недостающей переменной?

Октавий поднялся. Его массивная фигура давила силой. Я прекрасно понимал, что передо мной серьезный противник, опасный и магически одаренный. Возможно, даже более сильный менталист, чем его брат. Терять мне было нечего. Оставалось только пытаться выиграть время и собрать побольше информации.

– Знает ли эрр о проклятии близнецов?

– Я хорошо учился в Академии. Первые правители Вардена были близнецами, созданными забытым богом из глины. Один из них – основоположник династии Койт. Второй погиб в возрасте двадцати двух лет. Первый прорыв хаоса уничтожил старый дворец, – как раз тот, где мы сейчас беседовали, – часть материка и императорского брата, – послушно, как на экзамене перед магистром Руидо, отрапортовал я.

– Похвально. Но неверно, – заключил Император.

– Отправить на пересдачу! – потребовал кот, спрыгнул со своего насиженного места и пошел к хозяину, гордо задрав вверх все три хвоста. – Неуч.

Октавий великодушно позволил бестии потереться о свою ногу. Кот описал пару кругов и запрыгнул на широкий подоконник.

– Теперь-то вы на личном опыте знаете, что не все попавшие в разлом погибают, герцог.

Повисла пауза. Император прошелся по комнате, зачем-то открыл окно и холодный воздух ворвался внутрь с противным свистом. Кот вышел на карниз и прыгнул вниз. Шкура на спине треснула, будто сшитая не по меркам шуба. Над тощим телом раскрылись кожистые, как у летучей мыши крылья и кот, махнув ими пару раз, исчез в черноте не освещённого ничем леса.

– Если уж совсем по-семейному, мы ведь с вами почти семья, эрр, то брат императора сам был причиной прорыва. Как и многие после него. С тех пор рождение близнецов в монаршей семье считалось проклятием. – Октавий, не закрывая рамы, вернулся к столу и снова сел. – Детей растили до определенного возраста, но в совершеннолетие убивали и выкидывали за стену. Мало ли что… вдруг случайно повторится сценарий прошлого, а новая резиденция такая красивая… жалко если опять останутся одни руины.

В его голосе ядом плескалась ненависть. Накопленная годами, настоянная на обидах.

Так вот что стало с братом Императора. Принц не погиб в разломе. Его скормили хаосу.

– Виноват. Оказался живучей тварью. Бестии пытались меня сожрать, но, – он постучал пальцем по своему виску, – кровь Койтов сильна.

– А ваши изменения?

– Когда в тебя входит хаос, тело меняется. Это неизбежно.

– Значит, мы здесь, чтобы отомстить?

Убить Келси потому что нет возможности добраться до брата? Что-то здесь все равно не складывалось в четкую картинку. Если даже Келси в самом деле принцесса из пророчества, то чем ее смерть выгодна Октавию? Очевидно, что здесь он неплохо устроился.

– Что вы, эрр. Месть это мелочно и недостойно правителя. Мы с вами здесь, чтобы спасти Варден и сделать мир лучше.

– От кого спасти? – уточнил я. В желудке заурчало. Октавий многозначительно перевел взгляд на мою пустую, все ещё чистую тарелку. Я молчал и не собирался пробовать предложенные блюда.

– От хаоса, конечно. Ваша невеста вернулась домой. Могу поспорить, прямо сейчас она собирает армию, чтобы уничтожить стену.

– С чего бы? – Сложно представить, чтобы Келси вдруг обезумела настолько. Она знала, что бестии опасны. Знала, что стену нельзя сносить, пока последняя тварь не убита.

– Зов крови, герцог. Все мы дети своих родителей.

– Кто мать Келси?

– О! Ваша невеста не удосужилась поделиться? Какая скрытность. – Октавий покачал головой. – Мать Келси была принцессой по эту сторону стены. Потомок того самого первого близнеца. Братец хорошо ее спрятал от всех. И так удачно состряпал их брак с кузеном…

– Где она теперь?

– Вы же знаете где, герцог. Она мертва. Я ее убил.

Глава 9

Келси

– Звучит… нереально, – новость о том, что мою мать выпил здешний император неприятно скребла нутро. Не то, чтоб мне стало больно. Наверное, это потому, что я давным-давно ее похоронила и отгоревала. Но вот то, что могло ее ждать после прорыва, то, как она умерла…

Я много раз слышала, да и Адам подтвердил, что слияние с бестией похоже на мучительную, долгую смерть.

Моя мать умирала в муках. За то, что была одарена богами.

За то, что могла объединить мир.

За то, что слышала ИХ.

Потому что полюбила и родила меня.

– Ты сильнее матери, – заключил Адам. – Там, в Вардене, когда появилась Бригс, да и потом. Никто ничего не понял.

– Я не помню всего этого. Почему?

– Потому что, принцесса Дикарка, тебе на постоянной основе чистили память, – От звука знакомого, родного голоса во мне что-то надорвалось. Как перетянутая струна, эмоции: облегчение, надежда, неверие и вера.

Я сделала глубокий вдох, зажмурилась, продолжая сжимать края подлокотников деревянного кресла так, что суставы побелели.

– Скажи мне, что это не горячечный бред и я действительно его слышу? – прошептала я одними губами.

– Если развернешь свое смазливое личико, очень надеюсь, что оно таким и осталось несмотря ни на что, то сама уверишься.

Эмоции захлестнули меня с головой. Смазливое? Это вряд ли… А вдруг… Вдруг на их лицах будет отвращение? Страх? Ненависть?

Я медленно поднялась, и, словно ныряя в глубокие темные воды, сделала вдох прежде, чем развернуться.

Я стояла и смотрела на них: таких до боли знакомых, но в то же время, казалось, пришедших ко мне из какой-то нереальной, незнакомой, чужой жизни.

– Вы… правда здесь? – это всё, что сорвалось с моих губ.

Мадина, прищурившись, скользнула по мне взглядом сверху вниз. Ее взор задержался на моих волосах, потом – на острых ушах, и, наконец, остановились на глазах.

– Это всё та же я, – произнесла с вызовом.

– Ха! А что, на этот счет у кого-то есть сомнения? – голос Тархана прозвучал на удивление громко и жизнерадостно, резко контрастируя с тихим напряжением зала. Он откинул голову и осмотрел меня: от макушки до самых пят. – Ну ничего себе… Меня чуть не сожрал дракон, которого я приручил, скажи мне кто, что чудачка с Тэхеи сможет переплюнуть мой подвиг и выжить не на Драконьем Пике, кишащем ящерами, а на землях Хаоса, кишащих бестиями, и сможет их приручить – я б плюнул ему прямо в глаз. Или в оба! Ну привет, красотка!

Тархан, как и всегда, широко улыбался, и я заметила, как взгляд его на долю секунды стал мягче. Он добродушно развел руками.

– Обниматься будем или как, мне теперь бояться, если ляпну чего, ты меня того… а?

– Ну давайте уже, – проворчала Мадина, тоже растянув руки, – по-быстрому. Потом я опять буду корчить рожи и вееечно буду всем недовольна.

Меня накрыло.

Бесценные эмоции.

Непередаваемое чувство… Любовь? Благодарность? Счастье? Осознание, что я не одна, что вот они – родные мне люди, и что бы ни случилось, мы по-прежнему на одной стороне. Щеки опалило горячей дорожкой слезы. Одной, затем еще одной. И еще.

Шмыгнув носом, я бросилась к ним, прячась в объятиях друзей, словно за щитом.

– Простите. Я… – Слова предательски путались, и я не знала, как объяснить им всё, что со мной произошло за последнее время. Слишком много открытий. Слишком много истины, оказавшейся слишком горькой. – Я хочу сказать, что очень вас люблю и рада видеть, но, – подняв взгляд уставилась на Мад и Солта, – как вы вообще здесь оказались?! И где ваши драконы? И… где Тео?!

Глава 10

Тео

– Значит, мать Келси местная легитимная власть? – уточнил я, глядя в темноту императорского зрачка. В голове родилось много вопросов.

Я не доверял Октавию.

С другой стороны, брату его я тоже не слишком теперь доверял. Всю жизнь меня учили, что бестии безмозглые твари. И вот я вижу говорящего, вполне разумного кота. И не менее разумного императорского брата. Его тело изменилось, но он не превратился в безмозглое, бестелесное нечто. Значит, мир здесь не такой, как нам рассказывали книги и преподаватели. Война, которую мы ведём так долго – это часть чего-то большего. И теперь Келси из пешки вдруг стала королевой.

– Бывшая легитимная, – поправил Октавий.

А Келси угроза новой. Тут как раз все понятно. Не понятно только, что делать с пророчеством.

– Как же так вышло, что император Вардена связался с бестией? Он ненавидит детей хаоса.

– Технически, она не была бестией в полном смысле. Согласно классификации Вардена, по крайней мере. А что касается связался… Принцесса была его истинной парой. Да, как драконы, – он хмыкнул. – Дочери Домну могут призывать своих истинных, устраивая разломы, чтобы забрать их на эту сторону мира… Мать Келси была именно из таких зовущих. Мой брат отказался остаться здесь, с ней. Тогда принцесса ушла за ним. Ей состряпали легенду, дали титул и вот – она герцогиня. Красивая, изящная бестия. Император в ней души не чает.