- -
- 100%
- +
Неохас, выдержав небольшую паузу, произнес:
– Я видел грозовые тучи над Таулосом. Шел дождь, но хлеба не росли, потом светило солнце, но хлеба поникли. А затем наступила ночь.
Неохас замолчал. Несколько минут в зале стояла полная тишина. Несказанные слова повисли в воздухе. Потом Неохас продолжил:
– Я видел огонь на Сумеречной горе и тени, бродящие во мраке леса Гакхи. Они ждали кого-то или чего-то. Что-то должно произойти. Потом я увидел как Эль, Та и Ина, смешали свои воды, не впадая в озеро, и воды их стали красными как кровь. Затем взошло солнце, но черный дым застилал его. Огромные стаи мерзких насекомых кружили над землей, пожирая так и не созревший урожай, и невозможно было прогнать их. Я видел Таулос, и все жители его были одеты в черные одежды.
Неохас снова замолчал. Тайрат сидел неподвижно, и лицо его было похоже на каменную маску. Он смотрел прямо перед собой, но ничего не видел.
– Это все, – произнес Неохас.
Эти слова вывели Тайрата из оцепенения. Он повернулся и посмотрел в окно. На улице ярко светило солнце, отражаясь от белых стен домов. Где-то далеко внизу на городской площади толпились люди. Они что-то покупали, торговались, смеялись, сплетничали. На мгновение Тайрату показалось, что он слышит их голоса. Они доносились до его ушей через большое расстояние, проникая сквозь стены дворца, через его окна. Но Тайрат не понимал этих слов.
– Что ждет нас? – с трудом вымолвил император. Слова его прозвучали сухо и скованно.
– Пока не могу ничего сказать. Должно пройти время, – ответил Неохас. Он все так же стоял спиной к императору.
– У нас нет никакой надежды? – спросил Тайрат.
– Не хочу давать вам окончательный ответ. Одно знаю точно: в беде мы не будем одиноки. Угроза нависла не только над Таулосом. Беда постучит во все двери.
– Как же мы сможем предупредить народы, живущие вдали от столицы?
– Боюсь, что гораздо трудней будет объяснить, какая именно угроза нависла над ними, – ответил Неохас.
– Ты прав. Мы и сами-то толком ничего не знаем, – согласился Тайрат.
– Мы должны готовиться к самому худшему, – сказал Неохас и повернулся к императору, – и все же я считаю, что надежда есть.
– И что же это? – спросил Тайрат.
– Огонь на Сумеречной горе, – ответил Неохас.
– Что ты несешь?! – вскрикнул Тайрат голосом, полным раздражения, и поднялся с места. – С каких это пор Сумеречная гора приносит удачу?
– А с каких пор, – не побоялся перебить императора Неохас, – на Сумеречной горе горит огонь? – Неохас подошел вплотную к императору, сдерживая его раздраженный натиск.
Тайрат не ожидал подобной дерзости от своего предсказателя, но воспротивиться ей не смог. Слишком велики были заслуги Неохаса, впрочем, как и уважение, которое испытывал к нему император.
– Тысячи лет эта гора не видела света, – продолжил Неохас, – и даже когда ярко светит солнце, его лучи не касаются ее склонов из-за густого серого тумана, которым она покрыта, словно одеялом. Я прожил много лет. Я знаю это.
Тайрат посмотрел прямо в глаза Неохасу и увидел в них то, что так необходимо было им всем. Надежда. Ради нее Тайрат был готов простить Неохасу его возмутительный поступок. К тому же император чувствовал и свою вину. Как же глупо было вести себя так несдержанно! Он просто испугался, поддался панике и накричал на человека, который ни в чем не был виноват. Такое поведение было непростительным не только для императора, но и для обычного человека.
После небольшой паузы, взяв себя в руки, Тайрат сказал:
– Мне очень жаль, что я заставил тебя так волноваться. Ты все сделал правильно, и в слова твоих я слышу мудрость. Впрочем, так было всегда, – Тайрат жестом пригласил предсказателя сесть, – я так глупо повел себя, прости меня за это.
– Мне не за что прощать вас, Ваше Величество. Ваш гнев нисколько не обидел меня. Кто знает, как я повел бы себя на вашем месте?
– Спасибо тебе, мой старый друг. Ты всегда поддерживал меня, спасибо, – сказал Тайрат и улыбнулся Неохасу.
– Я нужен вам еще? – спросил Неохас.
– Ты можешь идти, – ответил Тайрат.
Неохас кивнул, поднялся и мелкими шагами направился к выходу. Двери тихо закрылись, и император остался один.
* * *Ровно в два часа дня император Тайрат в сопровождении своего слуги, открыл дверь в зал совещаний. Там его уже ждали пять боевых генералов, личный советник, министр запасов и продовольствия и дворцовый смотритель. Моши и Неохас встречали Тайрата у дверей. Когда Император вошел, все встали и поклонились. Лука помог Тайрату сесть в высокое кресло, стоявшее посреди зала. Перед креслом на расстоянии пяти шагов стояли маленькие стулья без спинок. После того как император занял свое место, все остальные расположились на них. Слуга поклонился и вышел, закрыв дверь. В полной тишине Тайрат посмотрел на присутствующих. Слева перед ним сидел Ло-По, чуть правее расположился Чинга – министр запасов и продовольствия. В центре заняли свои места генералы: Инкаон – командующий пехотными корпусами, Сафар – командующий лучниками и метательными машинами, Мун – командир кавалерии. Чуть дальше сидели генерал Пай – начальник личной охраны императора и армейского резерва и генерал Валис – командующий вспомогательными отрядами. По правую руку от императора сидели Моши и Юнак – личный советник Тайрата. Неохас стоял рядом с креслом императора. Выждав несколько минут, Тайрат сказал:
– Я приветствую вас, мои верные помощники и единомышленники.
Все сразу оживились. «Приветствуем Вас, Ваше Величество, приветствуем Вас!» – услышал он в ответ. Император поднял руку, и в зале снова воцарилась тишина.
– Я не буду сегодня много говорить, и не буду задавать вопросы, – продолжил Тайрат, – сегодня я буду слушать вас. Вам всем придется еще раз доказать, что вы не зря занимаете свои высокие посты и что мое доверие к вам не напрасно.
Генералы, молча, переглянулись, и только Ло-По как всегда был невозмутим.
– Что мы должны сделать для этого? – спросил министр Чинга.
– Слушать. Сначала нужно слушать. Надеюсь вам это по силам, – ответил Тайрат.
– Самому молодому из нас уже далеко за пятьдесят, но думаю, что слух нас не подведет, – отозвался Моши, и по залу прокатился смех.
– Тогда начнем, – произнес Тайрат и посмотрел на Неохаса. Предсказатель вышел на середину зала, встав между императором и остальными. Снова наступила тишина. Неохас достал платок и вытер пот со лба. Это было неожиданно, потому что в зале было прохладно. Генералы снова переглянулись.
– Я должен сообщить вам дурные новости, господа, – начал Неохас, – думаю, нас с вами ждут тяжелые испытания.
Министр Чинга нервно заерзал на стуле.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Моши. – Говори яснее.
– Да-да, конечно, – Неохас снова вытер пот. – Империя находится под угрозой уничтожения, и эта угроза столь же реальна, сколь и неотвратима.
– С чего вы взяли? Откуда такие мрачные мысли? – спросил Ло-По, слегка подавшись вперед.
Неохас печально улыбнулся и ответил:
– Нас ждет война, господа, и эта война не ради победы, а ради выживания.
– Простите, господин Неохас, но откуда у вас такая информация? – с удивлением в голосе спросил советник Юнак. – Насколько мне известно, у нас нет внутренних врагов. Что же касается внешних, то я каждый месяц получаю доклад о положении дел на всем восточном побережье, и в этих докладах говорится, что дроды не проявляют никаких враждебных намерений. Более того, мне известно, что они не обладают достаточной силой, ведь их численность весьма мала. После поражения, нанесенного им нашей армией, они вряд ли успели оправиться.
– Последняя война с дродами закончилась сорок лет назад, – напомнил Неохас, – тогда еще был жив император Рангал.
Все присутствующие при упоминании имени отца императора Тайрата, молча, склонили головы в знак уважения его памяти.
– Сколько воды утекло с тех пор… – задумчиво произнес Моши.
Память унесла его в далекое прошлое, когда он был молодым капитаном пехотного корпуса. Сколько сражений провел он тогда под командованием императора Рангала, сколько побед одержал…
И какие это были победы!
Громкий голос Юнака вернул Моши к реальности.
– Нам не о чем беспокоиться, – продолжал утверждать советник, – уверяю вас, их численность очень мала. Дозор сообщает, что видит лишь небольшие отряды, в лодках перемещающиеся с острова на остров. По нашим подсчетам, в армии дродов не более пяти тысяч воинов. Это все, чем они располагают.
– Не будьте таким наивным, мой друг, – сказал Неохас и покачал головой, – вы плохо знаете дродов. Эти дикари злопамятны и агрессивны. Они плодятся как тараканы, и им просто необходимо пространство для жизни. Сколько существует Таулос, столько дроды пытаются его завоевать. Каждые сорок-пятьдесят лет они вторгаются на наши земли, чтобы сделать их своими. Мне кажется, что с вашей стороны, советник, весьма легкомысленно считать, что дроды оставят свои попытки вновь это сделать.
Последние слова Неохаса сильно обидели советника, но тот сдержал возмущение, так как знал, что против предсказателя лучше не выступать. Для Юнака Неохас был недосягаем, поэтому он просто опустил глаза, чтобы скрыть свои чувства.
– А как обстоят наши дела? Давайте поговорим об этом, – предложил Ло-По. От его безмятежности не осталось и следа.
Моши почувствовал на себе взгляд императора и понял, что вопрос Ло-По, повисший в воздухе, предназначается ему. Он встал и, выдержав короткую паузу, голосом, твердым и уверенным, сообщил:
– На данный момент мы располагаем действующей армией в семь тысяч человек. Из них две тысячи конные, три – пешие и одна тысяча лучников. Еще тысяча человек находится в распоряжении генерала Валиса, – Моши кивнул в сторону генерала. Внимание участников совета сосредоточилось на нем. Поднявшись с места, Валис произнес:
– При всем моем уважении к господину Моши, – генерал почтительно склонил голову, – я должен его поправить. Дело в том, что восемьсот человек из той тысячи, что находится в моем подчинении, отпущены в резерв.
– Хорошо, – снова вступил в разговор советник Юнак, – а сколько у нас метательных машин?
– Двенадцать, – отозвался генерал Сафар, – но четыре из них не работают.
– Когда будет закончен ремонт? – поинтересовался советник.
Сафар замялся.
– Я не видел необходимости в спешном решении этого вопроса…
– Теперь она есть, – перебил генерала Юнак и, повернувшись к Моши, добавил, – вам необходимо решить возникшую проблему.
Моши кивнул:
– Генерал Валис передаст половину своих людей из резерва в помощь господину Сафару.
– Боюсь, что придется передать весь резерв, – отозвался Сафар.
– Но зачем? – спросил Валис, в растерянности разведя руки.
– Чтобы ускорить работы… – Сафар не успел закончить.
Неохас, терпеливо слушавший эту беседу, неожиданно прервал ее.
– Господа, довольно болтовни.
Все с удивлением посмотрели на предсказателя. Убедившись в том, что все внимание приковано к нему, предсказатель продолжил.
– Поймите, мы должны готовиться к тому, чего ранее не встречали, а вы говорите о сломанных метательных машинах.
– Я не понимаю вас… – начал, было, Юнак, но император остановил его.
– Довольно, – сказал Тайрат, – хватит бесполезных разговоров.
На мгновение в зале воцарилась тишина. Все прекрасно поняли, что император недоволен ими. Тайрат окинул строгим взглядом подчиненных и остановился на Моши.
– Моши, ты опытный полководец, – произнес император, – ты командовал армией, когда я еще не был императором. И что я слышу? Такое впечатление, что в этом зале собрались не генералы, а уличные торговцы.
Моши стоял, опустив глаза. Конечно же, он чувствовал себя виноватым из-за некомпетентности генералов, но выслушивать по их вине упреки от императора было уже слишком.
Тайрат понимал, что происходит сейчас в душе старого полководца, и смягчил тон.
– Сядь, Моши, сядь, – спокойно сказал Тайрат, – и еще раз послушай Неохаса. Все послушайте.
В полной тишине, собравшись с мыслями, Неохас произнес:
– Господа, нас ждет страшная война, жестокая и кровопролитная. Мы не сможем избежать ее и не можем предугадать ее начало. Когда бы она ни началась, это будет неожиданно, и наша задача – быть готовыми ко всему. Поверьте, – Неохас тяжело вздохнул, – когда эта война начнется, вся империя вздрогнет от ужаса.
И снова гнетущая тишина повисла в зале. На лицах членов совета ясно читалось волнение и растерянность.
– Юнак, – обратился император к своему советнику.
– Да мой господин, – произнес тот, приподнимаясь с места, но Тайрат остановил его жестом руки.
– Твоя задача – сообщать нам все новости от дозорных отрядов. Ты должен стать глазами и ушами империи.
– Слушаюсь, Ваше Величество, – отозвался советник.
– Теперь, ты, Моши, – Тайрат перевел взгляд на оруженосца, – подумай, что нам нужно, чтобы быть готовыми к любой ситуации. Покажи мне армию Таулоса, которую невозможно сокрушить! – голос императора, наполненный твердой уверенностью, стал громким и четким.
И неожиданно для самого себя Моши заразился этой уверенностью. Он почувствовал возбуждение и огромное желание действовать – как воин после начала боя, освободившийся от тягостного ожидания битвы.
Моши поднялся с места. Взгляд его упал на генерала Пая.
– Сколько человек у вас в общем резерве? – спросил Моши.
– Пять тысяч, – ответил Пай.
– Полагаю, что его необходимо увеличить до двадцати тысяч. Сколько человек в охране императора?
– Пятьсот, – снова ответил Пай.
– Давайте увеличим их количество до двух тысяч. Они будут охранять не только дворец императора, но и весь город.
– Генерал Сафар, – обратился Моши.
Сафар поднялся с места.
– Наберите из резерва людей. Вы должны собрать четыре тысячи лучников. Генерал Валис поможет вам отремонтировать метательные машины и построить еще двадцать восемь. Мне нужны сорок метательных машин. Это позволит разбить любую армию.
Валис охнул. Моши продолжил:
– Генерал Мун, мы можем увеличить количество всадников до восьми тысяч? У вас есть лошади?
– Да, господин Моши, – отозвался Мун, – двенадцать тысяч голов.
– Хорошо, – выдохнул Моши, – остальных отдать генералу Валису и его вспомогательным отрядам. Сколько их остается?
– Шесть тысяч, – отозвался Валис, – из них полторы тысячи отойдут генералу Паю для охраны города.
– Хорошо, – снова сказал Моши, – а что у нас с продовольствием и запасами?
Министр Чинга встал и, пожав плечами, ответил:
– Оружия на всех не хватит, но это поправимо, а вот всего остального у нас с избытком. Меня интересует только одно: как много времени нам отведено на подготовку к войне? – Чинга посмотрел на императора.
– Время еще есть, – ответил на вопрос советника Неохас, – но лучше не тратить его впустую.
– У вас есть еще вопросы? – спросил император, обращаясь к совету.
Ответа не последовало. После короткой паузы Тайрат продолжил:
– Тогда, думаю, это все, господа, более не стану вас задерживать.
Все встали и, поклонившись императору, один за другим вышли из зала. Остались только Моши, Юнак и Неохас. Когда двери закрылись, Тайрат продолжил:
– Что ж, сегодняшний совет показал нам слабые места. И мы знаем теперь, над чем нам необходимо работать в первую очередь, – он поднялся с кресла и подошел к Моши, – Ты снова показал себя великим полководцем.
– Благодарю Вас, Ваше Величество, – ответил Моши и почтительно склонил голову.
– Ты можешь идти, – отпустил его Тайрат.
Моши еще раз поклонился и вышел. Тайрат вздохнул.
– Вот и началось! Да, кстати, советник, – обратился он к Юнаку, – попросите Ло-По, пусть проследит, чтобы во дворце не возникло паники. Вы же знаете, какие они впечатлительные, эти наши придворные.
– Слушаюсь, мой господин, – сказал Юнак.
– А разве мой сын не должен был появиться на совете? – неожиданно вспомнил император.
– Он будет только вечером, – сообщил советник.
– Тогда передайте ему, чтобы он обязательно пришел ко мне.
– Как скажете, Ваше Величество.
– Ступайте, советник, – сказал император, – и сделайте все, о чем я вас просил.
Поклонившись, советник быстро удалился, и в зале остались только Тайрат и Неохас.
– Мы снова одни, мой друг, – произнес Тайрат и после короткой паузы спросил, – Что ты обо всем этом думаешь?
– Время покажет, – ответил Неохас, – но одно могу сказать точно: мы уже встали на путь, который ведет нас к неотвратимому, и он единственный.
– Что ж, мы готовы встретить то, что ждет нас, – Тайрат посмотрел в глаза Неохасу, – и я надеюсь, мы сделаем это с честью и достоинством.
Неохас, молча, кивнул. Вздохнув с облегчением и улыбнувшись, император подошел к Неохасу.
– Идем, мой друг. Все что нам осталось – только ждать. Ждать и надеяться, – Тайрат взял Неохаса под руку, и они медленно пошли к дверям.
* * *Солнце уже скрылось за горизонтом, избавив землю от своих палящих лучей, и долгожданная прохлада окутала Таулос. Городские ворота закрылись, и Ло-По с помощниками развел огонь в гранитных чашах вдоль лестницы, ведущей к дворцу.
Император Тайрат сидел в своей спальне на стуле с высокой спинкой и мягким сиденьем и задумчиво смотрел в открытое окно. Легкий восточный ветерок шевелил его седые волосы, и Тайрат наслаждался этими нежными прикосновениями.
Дверь в спальню открылась, и на пороге появился молодой человек высокого роста и крепкого телосложения. Длинные черные волосы, собранные на затылке в хвост, опускались на спину. Он был одет в походные одежды: широкие штаны, заправленные в сапоги, и серую полотняную тунику, перепоясанную широким ремнем. Длинный черный плащ покрывал его плечи. На среднем пальце левой руки поблескивал перстень, украшенный крупным рубином.
– Это ты, Хантаго? – спросил Тайрат, не поворачивая головы. Молодой человек вошел в комнату и тихо закрыл за собой дверь.
– Да, отец, – ответил он, не сводя глаз с императора.
Тайрат медленно повернулся и посмотрел на него. Несколько секунд они, молча, глядели друг другу в глаза. Наконец император произнес:
– Я рад видеть тебя. Где ты был так долго?
Хантаго быстрым шагом направился к отцу. Подойдя, он встал перед ним на одно колено и взял за руки.
– Как ты себя чувствуешь, отец? – спросил он. Глаза Хантаго, не скрывая волнения, внимательно смотрели на Тайрата.
– Все хорошо, не волнуйся, – поспешил успокоить сына Тайрат. Наклонившись вперед, он обнял его и похлопал по плечу.
– Я слышал, ты чем-то взволнован. Лука сказал, что ты почти не спишь в последнее время, – тихо, почти шепотом, произнес Хантаго.
– Не волнуйся, – Тайрат улыбнулся. – Лука, как всегда, преувеличивает. Не сплю я потому, что становлюсь слишком старым, и каждая оставшаяся минута очень мне дорога.
– Не говори так, отец. Как я могу не волноваться, глядя на тебя? Ты очень устал, я вижу это…
– Довольно, Хантаго, – остановил сына император, – не делай из меня изнеженного старика. Я хочу дожить отведенное мне время достойно, не жалуясь на усталость и болезни.
Хантаго поднялся на ноги.
– Ты самый достойный, и я горжусь тобой, отец! – сказал он.
– Спасибо тебе, – Тайрат тоже встал, – однако ты не ответил на вопрос, который я задал тебе.
Хантаго на мгновение задумался:
– Я задержался на земле таров, в поселении Онах, расположенном на берегу реки Та. Как ты знаешь, я отправился туда, чтобы встретиться с Локаи, сыном Оты, князя инаров. Ты сам послал меня, чтобы мы познакомились и обсудили некоторые дела, – Хантаго посмотрел на отца.
– Да-да, я помню, – поспешил ответить Тайрат, – садись, Хантаго, расскажи мне о вашей встрече. Как поживает мудрый Ота? Я хорошо знал его прежде. Он участвовал в войне с дродами сорок лет назад, когда те вторглись на землю таров. Тогда еще был жив мой отец, а я командовал его армией. Мы с Отой сражались плечом к плечу. Он великий воин, а его народ – сильный и бесстрашный, – Тайрат неожиданно вздохнул, а затем продолжил: – Да, воспоминания о минувших днях не дают покоя. Как же скоротечна жизнь!
Несколько минут император задумчиво смотрел в раскрытое окно. На улице было темно, но Тайрат не замечал этого. В его памяти ожили события и образы давно ушедших лет, и сердце императора сжалось от тоски по временам, которых уже не вернуть.
Наконец, вырвавшись из плена воспоминаний, Тайрат вновь обратился к сыну:
– Прости, я отвлекся. Так о чем вы говорили?
– Мы говорили о разном, – начал Хантаго, – сначала я спросил Локаи о его отце, как ты мне велел.
– И что ответил Локаи?
– Он сказал, что отец уже довольно стар и часто болеет, но его разум все так же чист, а память светла. Еще Локаи просил меня передать тебе привет от Оты и сказать, что он помнит тебя и очень дорожит вашей дружбой.
– Ах, Ота, – вздохнул Тайрат, – еще хоть бы раз увидеть его!
Знаешь, таких людей как Ота редко встретишь. Это великий человек. Надеюсь, сын великого князя унаследовал ум и силу духа своего отца? – спросил император.
– Думаю, да, отец, – ответил Хантаго, – Локаи произвел на меня впечатление очень умного, отзывчивого и весьма дальновидного человека. К тому же он веселый и доброжелательный. Я думаю, что между нами завяжется такая же крепкая дружба, как между тобой и Отой.
– Я буду очень рад этому, – сказал Тайрат.
– Локаи пригласил меня в гости и сказал, что я должен познакомиться с его отцом.
– Это очень хорошо. Ты обязательно должен посетить землю инаров, посмотреть, как живет этот народ.
– Я согласен с тобой, отец, но прежде я сказал, что мы были бы рады принять его в Таулосе. Локаи очень обрадовался, что сможет увидеть самого императора объединенных земель, и я настоял, чтобы он принял мое приглашение. Ты не возражаешь? – спросил Хантаго.
– Что ты! Конечно же, нет, – поспешил успокоить его Тайрат, – хорошие друзья достаются большим трудом и нельзя ими пренебрегать. Ты правильно сделал, что пригласил Локаи. Я буду очень рад увидеть сына Оты. Я уважаю отца, а значит, не могу не уважать сына. Когда же Локаи посетит нас? – спросил Тайрат.
– Я думаю, это произойдет в начале осени, – ответил Хантаго, – Он сказал, что не сможет раньше. У него есть очень важные дела дома. Но как только все решится, он обязательно приедет.
– Вот и хорошо, – император встал и подошел к окну.
На улице было темно и тихо. Тайрат вдохнул полной грудью свежий ночной воздух. Постояв немного, он закрыл окно и шагнул вперед.
– Теперь, я хочу поговорить с тобой о том, что очень волнует меня в последние дни, – обратился Тайрат к сыну.
– Я слушаю тебя, – отозвался Хантаго, привстав с места.
Тайрат остановил его движением руки и продолжил:
– В последнее время мрачные мысли не покидают меня. Я чувствую приближение опасности. Какая-то беда ждет нас.
– Отец, может быть, все не так, как ты думаешь, – сказал Хантаго, – ты плохо спишь, мало ешь. Возможно, ты просто устал и отсюда и все твои волнения.
– Хорошо, если так, но не только меня тревожит будущее Таулоса. Господин Неохас так же взволнован, более того, его мучают мрачные видения. Мы говорили с ним об этом сегодня утром, и он поведал мне о том, что видел.
Хантаго едва заметно улыбнулся.
– Отец, при всем уважении к господину Неохасу я все же должен спросить: можем ли мы доверять его словам?
Тайрат хотел перебить Хантаго, но тот настойчиво продолжал:
– … понимаешь, Неохас уже очень стар. Во дворце о нем разное говорят, да и его поведение не располагает к доверию. Быть может, Неохас уже не в состоянии различить грань между фантазией и реальностью.
Хантаго внимательно посмотрел на отца.
Тайрат молчал.
– Видишь ли, отец, – продолжил Хантаго после короткой паузы, – предсказания Неохаса могут оказаться пустыми, а твои волнения – напрасными.
Тайрат сделал несколько шагов по комнате.
– Да, – произнес он задумчиво, – я слышал многое о странном поведении Неохаса, о его внезапных исчезновениях и неожиданных появлениях. Но дело сейчас не в этом, – Тайрат остановился и повернулся лицом к Хантаго. – Ты говоришь о доверии, спрашиваешь, можем ли мы доверять господину Неохасу. Но ведь не это главное!
– А что же? – спросил Хантаго.
– Главное в том, что мы не можем подвергнуть империю опасности лишь по той причине, что Неохас слишком стар. Имеем ли мы право не прислушиваться к словам старого странного предсказателя, рискуя тем самым пустить беду на порог нашего дома?
На этот вопрос Хантаго не мог ответить, стоя в полном замешательстве. А между тем Тайрат продолжал:
– Подумай, Хантаго, что для нас важнее: дворцовые сплетни о выжившем из ума старике или бесспорные многочисленные заслуги Неохаса перед империей, сомнения в его здравомыслии или безопасность и процветание Таулоса. Кто сможет дать ответы на эти вопросы? – Тайрат внимательно посмотрел на сына, пытаясь понять, о чем он думает, но Хантаго лишь растерянно качал головой.