- -
- 100%
- +
{32} Допустим, некто думает: «Когда нечто ищут и исследуют, и нет возможности найти это посредством выполнения анализа, то, если тем самым не подтверждается [существование] мирского, условно существующего объекта, тогда почему это не противоречит факту, что в мирском анализе подтверждается одна из альтернатив «возникновение или невозникновение, приход или неприход»?
Эти два метода анализа являются совершенно непохожими. Этот [конвенциональный] анализ не является тем методом анализа, который, не удовлетворившись лишь условным обозначением (tha snyad bstags-pa) возникновения и прихода, занимается поиском способа, каким существует объект условного обозначения. Предыдущий [абсолютный анализ] является именно такого рода исследованием. Поэтому способ анализа, подобный предыдущему, во время анализа не подтверждает посредством анализа обнаружение объекта как существующего. Объект последнего [из двух видов] анализа, хотя и подтверждается, но подтверждается не как существующий в силу собственной сущности. Так как же они могут быть одинаковыми?
Сватантрики полагают, что анализ, выполняемый согласно первому [из двух вышеприведенных методов], сам по себе не является исследованием того, существуют или не существуют (grub-ma-grub) [вещи] в качестве таковости (de-khona-nyid-du). Они даже признают существующим (yod-pa) объект подобного [аналитического] поиска, а также говорят, что он реализован (grub-pa) в силу его собственных характеристик. Ибо, как они думают, если объекта нет даже в качестве конвенции, то тогда вообще невозможны причина и результат и т. д. В таком случае, каков принятый в этой системе [сватантрики] критерий[107] того, установлено или не установлено [нечто существующее] абсолютно?
Эта [подшкола] не утверждает, что причина, результат и прочие вещи существуют, будучи установленными силою номинальной конвенции. Поэтому, [с этой точки зрения, вещи] не являются установленными силою их проявления в конвенциональном чувственном сознании (tha-snyad-pa’i dbang-po’i shes-pa-la) и т. д., они не являются установленными силою того, как проявляются в сознании, безобманном относительно смысла существования собственной сущности объектов обыденного восприятия. Объект, существующий силою собственного способа пребывания, существует абсолютно. Противоположное этому принимается [сватантриками] в качестве относительно существующего (kun-rdzob-tu-yod-pa). Следовательно, [с этой точки зрения], начиная с такого рода анализа того, существует или не существует [объект] по собственной природе, исследование является анализом того, установлена или не установлена таковость.
{33} Если не понять различие между аналитическими методами обыденного и философского анализа, а в рамках философского подхода – тот анализ, который исследует существование и несуществование (grub-ma-grub) относительно таковости, то тогда возникнет большая путаница в связи с частыми заявлениями мадхьямиков обеих подшкол о том, что они не согласны даже конвенционально признать [существование] объекта анализа. Будет очень трудно проводить различие между конвенционально существующим и конвенционально несуществующим. Поэтому необходимо понять эти вещи на основе других работ, в которых они объясняются очень подробно[108].
В то время как цепляние за существование, исследованное тем способом, который был объяснен выше, является установленным именно философией, два вида врожденного цепляния за самость, хотя и не являются цеплянием такого же рода, они принимают вещи как существующие в силу их собственной сущности. Следовательно, если бы нечто существовало таким способом, то оно должно быть найденным в ходе аналитического поиска, а если это не имеет места, то также обоснованным будет его отрицание после анализа.
Кроме прасангиков никто не может понять постулирование причины и результата как пустых по собственной природе, которых невозможно найти, если провести анализ тем методом, что был объяснен выше. Поэтому совершенно неправильно считают системой прасангики отрицание причины, результата и прочих вещей аналитическим познанием, когда анализ, выполненный вышеприведенным методом, не находит их. Как говорится в «Шуньятасаптати»,
[Будда] не отрицает этот мирской подход,
По которому «это возникает при опоре на то» [71ab].
А также в «Виграхавьявартани» сказано:
Без принятия конвенций
Мы не можем делать никаких разъяснений [XXVIIIcd].
2.2.1.2. Как трактат поддерживает это отрицание
Для того чтобы познать смысл способа, каким вещи существуют, нужно постичь несуществование объекта тем способом, каким за него цепляется неведение. Это постижение рождается с помощью логических аргументов, опровергающих существование такого объекта, и логики, доказывающей факт его несуществования. Но его не развить путем приучения ума просто к удерживанию от [измышления] двух видов самости в объектах. Как говорится в «Чатухшатаке»,
Если увидишь бессамостность объекта,
То уничтожишь семя циклического бытия [XIV: 25cd].
Поэтому необходимо постичь бессамостность объекта, за который [неведение] цепляется как за самость.
Следовательно, нужно проводить различие между невовлеченностью ума в два вида самости и вовлеченностью в две бессамостности.
{34} В связи с этим необходимо сначала твердо установить несуществование объекта неведения, которое цепляется за самость личности и за мое. Это демонстрируется в восемнадцатой главе. Далее, когда произошло отрицание самосущей природы (rang-bzhin) личности, возникает мысль: «Так как есть странник, который пришел из мира прошлой жизни в этот и из этой жизни пойдет в будущую, и есть тот, кто совершает благие и неблагие кармы, то это нелогично». Опровержение такой мысли дано [Нагарджуной] в двух главах – [«Исследование прихода и ухода» (глава II) и «Исследование деятеля» (глава VIII)]. В главе IX «Исследование предыдущей сущности» (snga-rol-na-gnas-pa) дается опровержение мысли о том, что если получатель кармического наследия (nyer-len-pa-po) в следующей жизни и принимаемое (blang-bya) лишены самосущей природы, так же как карма и деятель не имеют самосущей природы, то нелогично утверждать, что личность будущей жизни является получателем кармического наследия этой жизни. [Сторонниками самосущей природы] получателя приводятся примеры и логические доводы. Опровержение таких примеров [как огонь и топливо] содержится в главе X. Аргумент в пользу того, что поскольку существует циклическое бытие, то существует тот, кто вращается в колесе бытия (‘khor-ba-po), и существует страдание, следовательно, существует самость, переживающая страдания, опровергается в главах XI и XII.
Затем, что касается отрицания объекта неведения, которое цепляется за самость феноменов, то [Арья Нагарджуна] дает опровержение возникновения относительно внешних и внутренних феноменов. Этому посвящена глава I. Три главы (гл. III–V), включая «Исследование чувственных способностей (аятан)», посвящены опровержению мысли о том, что, поскольку в сутрах говорится об аятанах, скандхах и элементах как существующих [феноменах], они существуют в силу их собственной природы. Три главы (VI–VIII), включая главу «Исследование страстной привязанности», написаны для опровержения следующего заявления: поскольку привязанность (chags) и прочее, опирающееся на эти три феномена – аятаны, скандхи и элементы, – существует, а также существуют их три характеристики, – возникновение, уничтожение, пребывание, – указывающие на их составной, или производный, характер, и поскольку у них существуют причина, действие и деятель, то у этих трех феноменов[109] имеется собственная природа. Аргумент, изложенный в главе VIII, применим к отрицанию самосущей природы как личности, так и феноменов. Глава XIII «Исследование составных феноменов», не дифференцируя по отдельности личность и феномены, объясняет, что собственная природа материальных вещей[110] является пустой.
{35} Далее идут три главы «Исследование контакта», «Исследование самосущей природы», «Исследование оков» (гл. XIV–XVI), в которых, иногда различая личность и феномены, иногда не различая их, дается опровержение существования самобытия. Демонстрируется несостоятельность таких аргументов в пользу существования собственной природы вещей как указание на то, что феномены вступают в контакт между собой, что имеются порождающие их причины и условия, что существуют трансмиграции от одной жизни к следующей.
Глава «Исследование кармы и ее плодов » (XVII) опровергает утверждение о том, что сансара имеет собственную природу, и что она является базисом для связи кармы и плода.
Существование собственной природы вещей также пытаются доказать с помощью довода, что имеется причинное основание для обозначения трех времен. Этот аргумент опровергается в главе «Исследование времени» (XIX). Две главы – «Исследование собраний» (XX) и «Исследование возникновения и уничтожения» (XXI) посвящены опровержению аргумента о том, что время имеет природу, основанного на доводе, что оно является сопутствующим условием эффективности (‘bras-bu’i lhan-cig-byed-pa’i rkyen) и причиной возникновения и уничтожения.
Главы «Исследование Татхагаты» (XXII) и «Исследование ошибок» (XXIII) содержат опровержение аргумента, о котором шла речь в главе «Исследование возникновения и уничтожения». Аргумент таков: учение о том, что собственная природа потока циклического бытия является пустой, не имеет смысла, поскольку плод циклического бытия – Татхагата и причина – омрачения существуют. Глава «Исследование четырех благородных истин» (XXIV) является ответом на довод, что если бы все феномены были пустыми от собственной природы, то четыре благородные истины и прочее не имели бы смысла. [Ачарья Нагарджуна] говорит, что в отношении того, что пусто от собственной природы, всё имеет смысл, а в отношении непустого – всё становится бессмысленным. Сказанное может быть добавлено в конце каждой главы, опровергающей самосущую природу.
В ответ на аргумент, что в отношении пустой собственной природы в особенности бессмысленной является нирвана, было дано объяснение в главе «Исследование нирваны» (XXV). Затем автор объясняет зависимое возникновение (rten-‘byung) как идентичное смыслу срединного пути, и что если узреть зависимость (rten-‘brel) или зависимое возникновение (rten-‘byung), то постигается подлинная суть[111] четырех благородных истин. Для того чтобы объяснить это, он написал главу «Исследование взаимозависимости» (XXVI). Если кто-то пришел в замешательство относительно таковости[112], объясненной в предыдущих разделах, то он вступил в систему циклического бытия, а если не запутался, то отвернулся от этой системы. Так как это тоже важно, обе эти цели являются правомерными.
{36} Тот, кто видит таковость зависимого возникновения, не опирается на дурные воззрения – на объясненные ранее крайности и т. д. Чтобы разъяснить смысл этого, была написана глава «Исследование воззрений» (XXVII).
Итак, ясно увидев, каким образом происходит фиксация, характерная для врожденного цепляния за самость, что присуща собственному потоку сознания, и поняв, что эти коренные трактаты служат целесообразным методом ее прекращения, надо посредством слушания, интерпретации, созерцания, размышления, медитации и т. д. – всеми способами сделаться искусным в уничтожении цепляния за самость, не довольствуясь лишь искусностью в словесных баталиях.
2.2.2. Объяснение смысла каждой главы
Здесь три части: 1) объяснение того, что зависимое возникновение является по собственной природе пустым; 2) как постижение или непостижение зависимого возникновения ведет к вступлению в сансару или противодействует ей; 3) как постижение зависимого возникновения противодействует дурным воззрениям.
2.2.2.1. Объяснение того, что зависимое возникновение является по собственной природе пустым
Здесь две части: 1) непосредственный (главный) смысл; 2) отбрасывание возражений против прямого смысла.
2.2.2.1.1. Непосредственный (главный) смыслЗдесь две части: 1) краткое объяснение двух видов самости; 2) подробное объяснение двух видов самости.
2.2.2.1.1.1. Краткое объяснение двух видов самостиЗдесь две части: 1) отрицание самосущей природы феноменов посредством исследования активности и механизма (bya-byed) причины и следствия; 2) отрицание самосущей природы личности посредством исследования действий прихода и ухода (‘gro-‘ong) личности.
2.2.2.1.1.1.1. Отрицание самосущей природы феноменов посредством исследования активности и механизма причины и следствияСтруктура главы I «Исследование условий»
1. Объяснение главы I «Исследование условий»
1.1. Отрицание собственной природы (rang-bzhin) возникновения результата
1.1.1. Опровержение четырех крайностей относительно возникновения
1.1.1.1. Тезис, отрицающий возникновение
1.1.1.1.1. Главное положение
1.1.1.1.2. Вторичные пункты
1.1.1.1.2.1. Объяснение характеристик двух видов отрицания
1.1.1.1.2.2. Рассмотрение того, каким из этих двух видов отрицания является обоснованное заключение
1.1.1.1.2.2.1. Объяснение неаффирмативного отрицания как вывода
1.1.1.1.2.2.2. Отбрасывание возражений в отношении этого
1.1.1.1.2.2.2.1. Опровержение контраргумента о том, что рациональное познание может установить не существующую самосущую природу как существующую
1.1.1.1.2.2.2.2. Опровержение контраргумента о том, что если рациональное познание устанавливает несуществование самосущей природы, то это должно быть истинно установленное
1.1.1.2. Аргумент, опровергающий возникновение
1.1.1.2.1. Аргумент, опровергающий возникновение из себя
1.1.1.2.1.1. Установление собственной позиции
1.1.1.2.1.2. Способ усмотрения оппонентами недостатков в нашей собственной позиции
1.1.1.2.1.3. Объяснение того, что в нашей позиции нет этих недостатков
1.1.1.2.2. Аргумент, опровергающий возникновение из другого
1.1.1.2.2.1. Отрицание трех крайностей в отношении рождения
1.1.1.2.2.2. Смысл, установленный посредством опровержения четырех крайностей и отбрасывания возражений
1.1.2. Отбрасывание противоречий сутрам в отрицании возникновения от другого
1.1.2.1. Презентация аргумента, что это противоречит сутрам
1.1.2.2. Отбрасывание аргумента, что это противоречит сутрам
1.2. Отрицание собственной природы условий, порождающих результат
1.2.1. Общее опровержение самосущей природы условий
1.2.1.1. Опровержение концепции условий с точки зрения механизма
1.2.1.1.1. Опровержение концепции условий на том основании, что они осуществляют активность возникновения
1.2.1.1.2. Опровержение концепции условий, основанной на том, что они дают рождение результату
1.2.1.2. Опровержение концепции условий с точки зрения кармы (действия)
1.2.2. Опровержение каждого из условий по отдельности
1.2.2.1. Опровержение характеристик причинного условия
1.2.2.2. Опровержение характеристик объективного условия
1.2.2.3. Опровержение характеристик непосредственно предшествующего (немедленного) условия
1.2.2.4. Опровержение характеристик доминантного условия
1.2.3. Презентация других способов их общего опровержения
1.2.3.1. Опровержение тезиса, что условия имеют собственную природу на основании того, что результат возникает
1.2.3.2. Опровержение существования условий результата как являющихся или не являющихся самосущими
1.2.3.3. Опровержение убежденности в самосущей природе как [вещей, ] являющихся условиями, так и [вещей, ] не являющихся условиями
2. Дополнение объяснения цитатами из сутр окончательного смысла
3. Резюме главы I и формулировка ее названия
Глава I. Исследование условий
Здесь три части: 1) объяснение главы I коренного текста; 2) дополнение объяснения цитатами из сутр окончательного смысла; 3) резюме главы I и формулировка ее названия.
1. Объяснение главы I «Исследование условий»
Исходя из тех соображений, что для того чтобы показать несуществование таких вещей как прекращение и т. д., о котором говорилось выше, было бы легче отрицать прекращение и т. д. посредством опровержения возникновения, вначале выполняется опровержение возникновения.
Здесь две части: 1) отрицание собственной природы (rang-bzhin) возникновения результата; 2) отрицание собственной природы условий, порождающих результат.
1.1. Отрицание собственной природы возникновения результата
Здесь две части: 1) опровержение четырех крайностей относительно возникновения; 2) отбрасывание противоречий сутрам в отрицании возникновения от другого.
1.1.1. Опровержение четырех крайностей относительно возникновения
Здесь две части: 1) тезис, отрицающий возникновение; 2) аргумент, опровергающий возникновение.
1.1.1.1. Тезис[113], отрицающий возникновение
Здесь две части: 1) главное положение); 2) вторичные пункты.
{37}
1.1.1.1.1. Главное положение[114][Учитель Нагарджуна в начале «Муламадхьямакакарика» выдвигает тезис, отрицающий существование возникновения:]
Из себя – нет, из другого – нет,
Из обоих – нет, без причины – нет,
Возникновение вещей – каких-либо, где-либо, когда-либо
Никогда не является существующим[115].
Внешние и внутренние феномены, представленные терминами «что-то» (gang-dag) и «кто-то» (su-dag), не являются возникающими или существующими из себя нигде в локациях места, времени, философской системы, представленных синонимичными терминами «где-нибудь» (‘ga-zhig-na), «в любом месте» (gang-na-yang). Этот тезис может быть в равной степени применим к трем другим альтернативам [– «из другого», «из обоих», «без причины»]. Слово «nam-yang» («когда бы ни», «всегда», «никогда») не является бессмысленным, поскольку в «любой пространственно-временной локации» предполагает негативный ответ на следующий вопрос: «Из-за влияния некоторых мест шафран там не родится. Из-за свойств некоторых сезонов в это время урожай не вырастет. Разве это не так?»
Можно подумать, что под влиянием философии мадхьямиков возникновение отрицается, а с позиций реификационистов – признается. Эта идея опровергается [положением] «в любой философской системе» [Прасаннапада 5a], однако это не является указанием на то, что в реификационистской системе нет места возникновению.
Некоторые говорят, что в анализируемой шлоке было бы лучше поместить «Из себя – нет» (bdag-las-ma-yin) ниже[116] двух строк «Никогда не является существующим возникновение вещей – каких-либо, где-либо, когда-либо» (dngos-po-gang-dag-gang-na-yang||skye-ba-nam-yang-yod-ma-yin||). Это не имеет смысла. На вопрос: «Что “из себя – нет”?» в качестве ответа звучит: «Никогда не является существующим возникновение вещей». Сказанное точно так же применимо к остальным трем альтернативам. Так объясняется в «Светильнике праджни» (Праджняпрадипа; shes-rab-sgron-me) [Бхававивеки]. В санскритском тексте проясняется существование первых и последних отрицаний.
[Чандракирти в] «Мадхьямака-аватара-бхашье» (‘jug-‘grel), комментируя положение «не является существующим» в последней строке шлоки коренного текста, объясняет: «Оно не является и существованием, связанным с возникновением из себя как доказательством существования, так как это отрицается по смыслу»[117]. Не следует понимать так, как будто последние две строки являются заключительным тезисом (dam-bca’), а первые две – служат предпосылками (rtags). Остальные три альтернативы должны быть рассмотрены точно так же.
Если бы возникновение существовало в силу собственной природы, тогда нужно было бы согласиться с одной из четырех альтернатив возникновения в качестве его доказательства, поэтому это называется «аргументом существования». Если опровергнуто возникновение из четырех альтернатив, то спонтанно осуществляется отрицание возникновения в силу собственной природы. Поэтому при таком подходе последняя строка рассматриваемой шлоки означает, что не является ошибкой то, что не доказывается отсутствие возникновения по собственной природе.
{38} Поэтому в «Свете мадхьямаки» [Мадхьямакалока; dbu-ma-snang-ba, 210b] не говорится, что устанавливать отсутствие возникновения по собственной природе[118], приняв отрицание возникновения посредством четырех альтернатив за предпосылки, не является недопустимым, а говорится, что разбивка текста предложенным выше способом не является смыслом данного текста[119].
Слова [шлоки] несут в себе удостоверенную суть (nges-gzung-gi-snying-po-can), поэтому есть точная определенность [относительно ее смысла]. То есть фразу «именно не является возникающим из себя» (bdag-las-skye-ba-ma-yin-pa-kho-na)» необходимо связать со [смысловой] определенностью. В это время, [решив, что фраза] означает: «просто не возникает из себя» (bdag-las-mi-sjye-ba-tsam-mo), можно задаться вопросом: «А не означает ли это, что [тем самым] не признается “возникновение из другого”?» Здесь нет ошибки, потому что слово «именно» [kho-na][120] выражает здесь неаффирмативное отрицание[121] (med-dgag), полностью пресекающее «возникновение из себя». Возникновение из другого также пресекается словами «из другого – нет» (gzhan-las-med). С остальными тремя утверждениями обстоит точно так же. Суть такова, что, поскольку все четыре утверждения являются неаффирмативными отрицаниями (med-dgag), то определенность слов отрицания не является просто пресечением объекта отрицания, а имеет смысл недопущения [никакого] другого феномена [вместо отрицаемого].
Совершенно точно имеет место одно из двух: возникновение имеет причину либо не имеет. В случае, если причина существует, то совершенно точно имеются три альтернативы: причина и результат имеют одинаковую природу, две разные природы, либо то и другое. Поэтому также достаточно четырех альтернативных тезисов, отрицающих возникновение в силу собственной природы.
1.1.1.1.2. Вспомогательные пунктыЗдесь две части: 1) объяснение характеристик двух видов отрицания; 2) рассмотрение того, каким из этих двух видов отрицания является обоснованное заключение (rtags-kyi-sgrub-bya)
1.1.1.1.2.1. Объяснение характеристик двух видов отрицанияБхававивека объяснил, что «из себя – нет» (bdag-las-ma-yin) и прочие – четыре альтернативы являются неаффирмативным отрицанием, и Чандракирти тоже говорил, что «из себя – нет» является неаффирмативным отрицанием. Сказанное ими справедливо и в отношении трех остальных альтернативных утверждений.
Вообще говоря, отрицание (dgag-pa) – это то, что надлежит постигнуть умом, непосредственно[122] устранив объект отрицания (dgag-bya), поэтому не является отрицанием простое удаление у предмета объекта отрицания, как, например, элиминация того, что не является мною.
{39} Хотя «дхармата» (chos-nyid), «абсолютная истина» (don-dam-bden-pa) и подобные им категории не пресекают эксплицитно объект отрицания, когда их смыслы проявляются в уме, то эти проявления в качестве аспектов элиминации концептуальных измышлений являются отрицанием.
Есть два вида отрицания. Из них неаффирмативное, или неутверждающее, отрицание (med-dgag)[123] таково: ум, непосредственно устранив объект отрицания, не предлагает или не устанавливает другой феномен. Например, если задать вопрос: «Правильно или нет, что брахман пьет алкоголь?», то скажут: «Нет». Тем самым полностью отрицается лишь правомерность употребления алкоголя брахманом, но здесь не говорится о том, пить или не пить другие напитки. В [автокомментарии Бхававивеки на его сочинение «Мадхьямака-хридая-карика», известном как] «Пламя обоснования» (Таркаджвала; rtog-ge-‘bar-ba), говорится:
Неаффирмативное отрицание – оно подобно простой элиминации сущности вещи и не устанавливает другой вещи, подобной этой. Это похоже на то, например, когда говорится: «Брахману нельзя пить алкоголь» и тем самым данное выражение просто устраняет [объект отрицания], но не говорит, что он должен или не должен пить что-нибудь другое [dBu ma dza 59b].
Аффирмативное отрицание (ma-yin-dgag)[124] таково: ум, элиминировав объект отрицания, проецирует или устанавливает другой феномен. Это похоже, например, на следующее. Желая указать, что некий человек – из класса простолюдинов, говорят: «Он не брахман». Это не просто отрицание брахманской [идентичности данного индивида], но установление некой иной [идентичности], низкой в сравнении с образованностью и т. д., – [принадлежности] к простому сословию.