Экскурсия во тьму

© ЗАО «Издательство «ЭКСМО», 2001

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Глава I

Каникулы!

Оля Полунина

Раньше все рассказы о путешествиях во времени и специальных зеркалах, позволяющих заглянуть в прошлое или будущее, я воспринимала довольно настороженно и с изрядной долей недоверия. Но то, что случилось с нашей компанией в конце этого учебного года, заставило меня пересмотреть свои взгляды на, казалось бы, совершенно фантастические вещи. Никто из нас даже не предполагал, что так мирно начинавшееся путешествие пройдет несколько более бурно и выльется в историю, полную невероятных приключений.

С деньгами у нас в семье всегда было трудно – как-никак, родители пьют. Вот и на этот раз я, прежде чем подойти к маме с папой со своей просьбой, полдня размышляла, как бы к ним подступиться. Ведь нельзя же просто взять и прямо в лоб так выдать: «Мам, пап, дайте шестьсот-семьсот рублей, я еду в Москву». Тогда отец наверняка покрутит пальцем у виска и отправит гулять. А мама только разведет руками и скажет, что денег у нее нет и чтобы я выбросила всякую дурь из головы и взялась за учебу. Вообще-то учусь я нормально, это просто такая дежурная фраза, чтобы отвязаться.

А поехать очень хотелось. Почти все ребята из нашего класса едут, в том числе и мои друзья: Катя, Наташа, Макс, Игорь и Дима. Ну, что я тут буду делать без них почти целую неделю? Ведь мы уже давно, как говорится, не разлей вода, куда один, туда и все остальные. А тут еще наш куратор Юрий Германович соблазнил всех поездкой на весенние каникулы на четыре дня в Москву.

– …Причем большую часть поездки оплачивают наши шефы – птицефабрика, – толковала я родителям вечером после небольшой предварительной подготовки. – Они нам и автобус выделяют, и в пути кормят.

– И где же вы там жить собираетесь четыре-то дня? – с усмешкой спросил папа, видимо, прикидывая в уме, сколько стоит в сутки номер в «Метрополе» или «Интуристе».

– Да не волнуйтесь вы, – успокоила я предков. – Уже договорились, что нас поселят в общежитии МИФИ. Юрий Германович – отличный организатор!

Конечно, он все же опасался брать с собой нашу компанию: мало ли что мы там выкинем. Но Макс уговорил-таки куратора, пообещав, что ничего неприятного не произойдет. То есть он имел в виду, что Игорь не воспользуется своими способностями пиротика и ничего не подпалит, Катя не станет без надобности двигать предметы силой мысли, а Дима не будет общаться ни с какими духами и привидениями. Кстати, Германыч до сих пор считает, что слово свое Макс сдержал.

Родители переглянулись, видимо, молча советуясь. Похоже, что они все-таки пришли к согласию друг с другом и, главное, со мной.

– А в самом деле, почему бы не съездить? – сказала мама. – А то сидим тут, в этой дыре, и не знаем, что в мире-то делается. А так хоть ты, дочь, своими глазами все увидишь. Когда едете-то?

– На этой неделе собирают заявки, а в следующую субботу от школы отправляется автобус.

Я была вне себя от радости, когда эти трудные, но такие необходимые переговоры завершились, причем весьма успешно (правда, денег, как я подозревала, у родителей не нашлось, их тетка дала, но это детали). Да я почти не сомневалась, что так оно и выйдет: я это чувствовала. Ведь это мой дар – видеть и ощущать то, что скоро должно произойти. Так что через пару недель мы будем все вместе гулять по улицам столицы, ходить в знаменитые музеи, кататься на метро – в общем, немного развеемся. Действительно, не торчать же всю жизнь в Озерках, наблюдая историю страны лишь по телевизору.

– Вот здорово, что ты тоже едешь! – обрадовались ребята, когда узнали, что я тоже еду в Москву.

– Думаю, мы не получили бы никакого удовольствия от этого путешествия, если бы тебя с нами не было, – добавил Макс. – Идем скорее к куратору, надо внести тебя в заявку.

Я как раз и собиралась это сделать, а Макс просто предугадал мое намерение. Или мысли прочитал, ведь он отлично умеет это делать: на то он и телепат.

Я кое-как выдержала две недели учебы, когда и думать не могла ни о чем, кроме как о предстоящей поездке. И вот в одно и впрямь прекрасное субботнее утро, встретившись с Игорем и Катей на одном из перекрестков, мы отправились к школе.

Во дворе уже толпились в ожидании автобуса ребята из нашего класса. Вскоре с противоположного конца улицы появились Наташа и Дима, а из здания школы вышли Юрий Германович, несколько родителей и Макс, которого куратор взял себе в помощники: видать, за почти целый учебный год наш друг приобрел авторитет и доверие не только среди одноклассников.

– Юрий Германович, ну скоро они приедут? – гнусаво протянул Серега Кириллов – баскетбольная звезда нашей школы. Куратору даже не пришлось искать его глазами: тот и так сильно выделялся среди всех мальчишек класса.

– Имей терпение, Кириллов, – успокоил Германыч Серегу. – Вот лучше бы ты так на физике отвечать торопился.

Но терпение начал терять не только Серега. По классу уже поползли слухи, что поездка отменяется или переносится, когда возле школьных ворот остановился, сверкая на солнце всеми своими тонированными стеклами, автобус, на котором мы и собирались ехать.

Это было чудесно – осознавать, что ты едешь сейчас за тридевять земель, туда, где были далеко не все твои земляки, и куда, возможно, ты сама не скоро попадешь еще раз. Для меня – простой девчонки из российской глубинки – экскурсия в Москву была сродни путешествию в какие-нибудь загадочные экзотические страны. Не то чтобы я всю жизнь мечтала воочию увидеть Кремль или Останкинскую башню, просто мне еще никогда нигде не удавалось побывать, а так хотелось отправиться далеко-далеко со своими друзьями и потом вспоминать обо всем, что с нами было.

Автобус тронулся, и сердце бешено заколотилось в груди. «Мы едем, едем, едем…» – крутилась в голове подходящая случаю мелодия из раннего детства. Правда, собаку свою – Геста – Игорь с собой не везет, не говоря уже про обезьяну и попугая. Но в остальном – все так: хорошие соседи, счастливые друзья и тому подобное.

– …Будет свободное время – пройдемся по подземному комплексу на Манежной площади, – Катя не раз бывала с родителями в столице и теперь претендовала на роль гида для нашей компании. Она так и сыпала названиями улиц и достопримечательностей Москвы. – Вот поедем на Арбат, я там такое классное место знаю – вам понравится, потом еще можно будет по Пушкинской площади прогуляться, на Горбушку съездить, музыку присмотреть…

Однако прежде, чем мы должны были добраться до Москвы, нам предстояло еще целый день прожить в салоне автобуса, то непринужденно болтая друг с другом, то с интересом наблюдая за меняющимся за окном пейзажем и делясь впечатлениями от увиденного, и лишь изредка останавливаясь, чтобы немного передохнуть.

– Вон, вон, глянь-ка: заяц прыгает, он, наверно, нашего автобуса испугался! Ух ты, смотрите, какое большое озеро; я никогда его не видел, – Дима, сидевший рядом со мной, болтал без умолку. Он все-все замечал и считал своим долгом прокомментировать увиденное, так что к приезду в Москву я рисковала оглохнуть на левое ухо.

– Грановский, хватит тараторить, и без тебя шума хватает, – попыталась успокоить его Катя, но Дима ее не слушал. Поэтому благодаря ему мы узнали, что в нашей области водятся кабаны, зайцы, волки, лисицы, лоси и другие промысловые животные и что скоро его отец поедет на охоту; что у него в Москве живут родственники, у которых он был очень давно и теперь собирается заехать; что неплохо было бы сходить на футбол на его любимый «Локомотив» и многое другое. Все уже потеряли надежду на то, чтобы он наконец замолк, но…

Мы преодолели уже почти полпути, когда все ребята, как по команде, зашуршали полиэтиленовыми пакетами и достали бутерброды, яйца, термосы с горячим чаем и бутылки с прохладным лимонадом. Дима тут же сделал то же самое; с набитым ртом он уже не разговаривал, а погрузился в какие-то одному ему ведомые думы, тщательно пережевывая пищу.

Мимо нашей компании несколько раз прошел взад-вперед Юрий Германович, видимо, наблюдая, не готовим ли мы чего-то нехорошего. Но у нас даже и в мыслях не было пользоваться своими необычными способностями, ну, разве что в случае крайней необходимости, если такая вдруг возникнет. Однако нас ожидало интересное времяпрепровождение, и никаких неприятностей в ближайшем будущем я не видела.

– Юрий Германович, а мы на экскурсии в метро будем ездить? – спросил Игорь, который никогда не видел метро, и ему не терпелось прокатиться на эскалаторе и в подземном поезде.

– Нет, по Москве мы будем перемещаться на этом же автобусе. И вам не следует отрываться от класса. Не думаю, что я это оценю. Впрочем, мы же договаривались с Максимом.

– Конечно, Юрий Германович, все будет в порядке, – успокоил нашего куратора Макс.

– Жаль, – вздохнула Наташа, когда Германыч сел на свое место. – Побывать в Москве и не покататься на метро…

– А я слышал, что там бегают огромные крысы-мутанты, и каждую ночь их отстреливают, – вспомнил Игорь.

– Ага, может, там еще трехметровые черви ползают? – подколола его Катя.

– И оборотни бывают, – добавил Дима.

– Да я серьезно, сам в газете читал, – стал оправдываться Игорь. – В тоннелях – радиация, электричество, вот они и вымахали, как волки.

– Ага, надо было Геста твоего взять, а то вон, видишь, ты и в метро боишься ездить, – вновь съязвила Катя.

– Ну, ладно, перестаньте, нет там никого, – вмешался Макс, и его авторитет тут же сработал: оба спорщика тотчас успокоились.

Мы подъехали к окраинам столицы, когда уже наступил вечер. Было сразу видно, что мы прибываем в большой город: в свете горящих за окнами фонарей просматривались огромные замысловатые эстакады – чудеса современного транспортного строительства, по которым непрерывными потоками мчались в обе стороны сотни автомобилей. Мы въезжали в город, где нам предстояло провести четыре дня, насыщенных интересной культурной программой, после чего планировалось вернуться домой.

Улицы Москвы были залиты яркой и красочной иллюминацией рекламы, что было для меня крайне непривычно. В Озерках отродясь не водилось не то что неоновых огней, но и кое-где даже обычных фонарей. Сейчас же создавалось впечатление, что ночью здесь так же светло, как и днем. Пожалуй, владельцы автомобилей вполне могли бы сэкономить на аккумуляторах и не включать фары.

Для нас все это казалось просто чудом. Несмотря на сильную усталость после многочасового переезда, ребята приникли к окнам и смотрели во все глаза, дивясь увиденному. Даже те, кто уже не в первый раз приезжал в Москву, были в восхищении.

Особенно поражали масштабы, казавшиеся просто космическими. Наш автобус мчался по широченному проспекту, вдоль которого выстроились десятки высоток и просто огромных зданий. Мы преодолели большой мост и через несколько минут оказались возле целого комплекса домов – жилого городка МИФИ, где и остановились.

– Уф-ф, наконец-то приехали! – с облегчением вздохнула Катя, когда мы стали высаживаться возле подъезда одного из корпусов общежития.

Было немного непривычно снова ступать на твердую землю. Кроме того, я почувствовала, что ужасно устала и хочу спать. Поэтому, едва присев в вестибюле на какую-то скамейку, я мгновенно провалилась в сон, уронив голову на плечо севшего рядом Игоря, в то время как Юрий Германович занимался размещением нас по комнатам. За это время мне успел присниться короткий и какой-то таинственный сон, в котором наша компания бродила по темному лабиринту и никак не могла выбраться из него.

– Эй, Оля, просыпайся, пойдем заселяться, – потрясла меня Катя, так и не дав увидеть счастливый конец. Я нехотя встала и медленно побрела следом за подругой на второй этаж.

Сквозь сон я слышала, как Германыч диктовал коменданту наши фамилии:

– Квасцов, Крейц, Грановский… Кириллов, Булатов, Семенюк… Иванова, Зинченко, Минина… Полунина, Северова, Гурова…

После этого мы еще очень долго тащились по какому-то длиннющему коридору, чтобы добраться до своей комнаты, которая находилась в его конце. Потом Катя все никак не могла справиться с дверным замком: ну, никак он не хотел открываться.

– Погоди, давай я сделаю, – различила я голос Игоря. – Смотрите, здесь вот как надо.

Раздался легкий щелчок, и дверь, громко скрипнув, отворилась. Мальчишки помогли занести наши вещи и ушли устраиваться к себе в комнату. Почему-то Наташа и Катя чувствовали себя бодрее меня и даже нашли в себе силы умыться перед тем, как лечь спать. Я же, едва разоблачившись, просто бухнулась в кровать и мгновенно вырубилась.

Удивительно, но мне тут же снова стал сниться тот же самый сон. Мы все продолжали бродить по грязным мрачным катакомбам, споря и ругаясь о том, куда надо идти. В конце концов мы встретили незнакомых людей, один из которых, почему-то жутко похожий на нашего Германыча, представился исследователем московских подземелий профессором Чижиковым. «Бред какой-то, – подумала я. – Наверно, я сплю. Хм, а ведь и в самом деле, это – сон».

Исследователи довели нас до лестницы, ведущей вверх, и велели по ней подниматься, пока не достигнем люка, открыв который мы должны были оказаться на поверхности. Попрощавшись, они исчезли прямо у меня на глазах. Ребята уже лезли вверх, поэтому лишь я одна осталась стоять, удивляясь и недоумевая.

– Эй, ну что же ты там стоишь? – крикнула сверху Катя. – Пойдем скорее за нами.

– Постой, тут происходит что-то удивительное, – ответила я. – Интересно, что это? Я должна узнать!

– Брось, давай поднимайся, – продолжала твердить она, толкая меня в плечо. – Поднимайся, на автобус опоздаем.

– Что, какой автобус? – пробормотала я, открыв глаза. Рядом стояли Наташа и Катя, которые теребили мое одеяло.

– Вставай, уже девять. После завтрака Германыч повезет нас в Архангельское, в музей.

Я быстренько умылась, собралась, и мы помчались завтракать. «Какой странный сон, – думала я, быстро шагая по длиннющему, как поезд, коридору. – К чему бы это? Не хватало нам еще и здесь влипнуть в какую-нибудь историю. А собственно говоря, чего это я должна беспокоиться, ведь вещие сны у нас снятся Наташе, а не мне». В самом деле, почему я-то волнуюсь? Сонникам я тоже не доверяю. Так что, видимо, это просто результат каких-то давних впечатлений, которые и нашли свое отражение в сегодняшнем сне; все, как у всех нормальных людей. В общем, ничего необычного.

Для того чтобы добраться до архитектурного комплекса в Архангельском, наш автобус пересек весь город. Получилась почти обзорная экскурсия, тем более что Катя снова стала набиваться к нам в гиды:

– Смотрите, смотрите – это Политехнический музей. Про него по телику показывали, там столько всего интересного: велосипеды, телевизоры, микроскопы… Надо Германыча уломать туда нас сводить.

– Да ну, по-моему, лучше в палеонтологический, – обернулся с переднего сиденья Серега Кириллов. – Там мамонты и динозавры.

– Да че на эти кости смотреть? Вот в Пушкинском – это класс! Туда надо идти, – авторитетно заявил Дима, хотя сам там никогда не был.

Куратор сидел перед нами и, очевидно, все слышал, однако в разговор не вмешивался. Должно быть, готовил нам какой-нибудь сюрприз. Но сюрприз, который подкинула нам судьба, оказался гораздо более оригинальным и менее приятным.

Глава II

Диггер

Максим Крейц

– Макс, я не поеду завтра в Третьяковку, – объявил на следующий день Дима. – Я тут позвонил дядьке, и он позвал меня в гости. Думаю, не стоит предупреждать Германыча, да и не отпустит он. Ты уж как-нибудь сделай, чтобы куратор ничего не заметил. Сможешь?

– Ну, если ты просишь, организуем. Заставлю его думать, что ты на месте; он даже проверять не станет, – ответил я, немного поразмыслив. – Только ты смотри, не подведи нас, обязательно возвращайся, а то мы и сами станем волноваться.

– Да все будет нормально, вечером вернусь, – пообещал Грановский. – Готовьте чай – приду с конфетами.

Дима не очень-то интересовался живописью. Зато когда мы попали в Оружейную палату, то от стендов с мечами и копьями да рыцарскими доспехами его было просто не оторвать.

– Мальчик, не прислоняйся к стеклу, – неоднократно одергивала его экскурсовод. Чтобы он окончательно не опозорился, а нас не выгнали, я попросил Катю придерживать его. Ну, не руками, конечно, а при помощи телекинеза. Но и она не всегда успевала, и тогда в зале с каретами и экипажами раз за разом срабатывала сигнализация. Не помогло даже и то, что наш куратор пригрозил Грановскому не взять его на следующий день в картинную галерею. Он еще не знал, что Дима и так туда не собирался.

Поэтому во вторник мы действительно отправились в Третьяковку без Димы. И, честно говоря, это оказалось совсем даже неплохо: за те дни, пока мы все были рядом несколько суток подряд, я, да и другие ребята, порядком устали от его трескотни. Пускай теперь дядя наслаждается болтовней племянника, а мы немного отдохнем. Юрий Германович же и вовсе перестал обращать внимание на нашу компанию, к тому же мне удалось внушить ему, что все на месте и дисциплина в полном порядке.

Посещение шестидесяти с лишним залов Третьяковской галереи оказалось делом нелегким, и концу экскурсии мы были вымотаны до предела. Поэтому продолжение культурной программы в Историческом музее стало еще более тяжелым испытанием.

– …Во времена Ивана Грозного… нашествие Наполеона… в 1918 году большевики снова перенесли столицу России в Москву, – речь экскурсовода уже не воспринималась как цельный рассказ, о чем, впрочем, никто особенно не сожалел.

Правда, одно обстоятельство меня все же взволновало. В тот момент, когда тетенька с указкой повела разговор об истории метрополитена, я уловил резкую перемену настроения у Оли. Я вдруг почувствовал, что она чем-то жутко обеспокоена. Настроившись на ее мысли, я понял, что именно так ее взволновало.

«Снова подземелье… Не понимаю, почему меня преследуют такие видения, – услышал я. – Вчерашний сон. Вот теперь снова… какие-то катакомбы… Не надо слушать про метро… Страшно… Нехорошее предчувствие… Неужели хотя бы в эти каникулы мы не сможем обойтись без приключений?»

«Сон? – задумался я. – Почему она никому не рассказала о нем?» Впрочем, это все равно ничего не значит: Оле не снятся вещие сны. Однако видения, в которых Оля бродит по каким-то подземным лабиринтам, могут говорить о чем-то важном. Стоило расспросить обо всем поподробнее, но только чуть позже. Не хотелось попадать в неприятную ситуацию неподготовленными.

В общаге нас уже ожидал Димка.

– Ну как, Германыч ни о чем не догадался? – поинтересовался он в первую очередь. – Про меня не вспоминал?

– Да если бы Макс не внушил ему, что ты с нами, он наверняка бы обратил внимание на то, что так тихо, – усмехнулась Катя. – Честно говоря, и нам без тебя было скучновато.

– Да? Ну, ничего, вот компенсация, – и Дима достал из пакета, висевшего на стуле, кулек с шоколадными конфетами. – Это к чаю.

– Ну его, я так устала, – поморщилась Наташа. – Давайте завтра.

– Ничего не завтра, – твердо возразил Дима. – Я вам такую историю расскажу – просто отпад. Уверен, ни с кем из вас подобного не происходило.

– А с тобой происходило, что ли? – недоверчиво спросил Игорь.

– Да вот только что! – ответил Грановский.

Интересно, чем это он нас решил заинтриговать? Может быть, видел перестрелку мафиози? Тоже мне, сенсация! Или…

– Сегодня я познакомился с самым настоящим диггером! Вот! – выпалил он на едином дыхании.

– С кем, с кем? – не расслышал Игорь. – С дилером?

– Вы что, не знаете, кто такие диггеры? – удивился Дима. Он сказал это таким тоном, будто каждый день проводит в обществе этих заядлых исследователей городских подземелий.

– Да в принципе знаем, – неуверенно пробормотал Игорь. – И где же ты его видел-то?

– Да вот, когда ехал от дяди до метро на трамвае, сзади меня сели двое и начали разговорчики вести про какие-то коллекторы да про заброшенные ветки метро. Мол, один там у них потерялся, и его два дня искали, а оказалось, что он давно нашел новый выход и отдыхал дома, ничего не подозревая. Я сидел, слушал, ну и не удержался – встрял…

– Ну, конечно, а как же иначе-то? – съязвила Катя.

– Ты еще спасибо скажешь, что я это сделал.

– С какого это перепугу? – не поверила Катя. – Они тебе что, показали, где спрятаны сокровища гномов или переход в параллельный мир?

Не обращая внимания на язвительный Катин тон, Дима продолжил:

– Лучше. Чего мы в этих параллельных мирах не видели. Представьте себе: я напросился с ними под землю, а потом уговорил и вас всех взять. Так что это будет экскурсия не чета Германычевых.

– Ну ты, Димка, даешь! – протянул Игорь. – Вот здорово! А когда идем-то?

– Они сказали, завтра ночью. Впрочем, у нас и времени другого нет.

– Вы что, собираетесь ночью идти неизвестно куда неизвестно с кем? – ужаснулась Наташа. – Это может быть опасно.

– Действительно, – согласилась Оля. – А если Германыч узнает, тогда нам всем несдобровать: и это – в конце года. Получим мы тогда тот еще аттестат!

– Хм, он мне еще мое обещание припомнит, – задумался я. Конечно, ради таких впечатлений я даже репутацией собственной рискнул бы, но подставлять ребят мне не хотелось. Ведь они избрали меня лидером, и они почти наверняка согласятся сделать так, как я предложу.

А Дима продолжал уговаривать:

– Не узнает он ничего: сегодня же не заметил, что меня не было, а ночью он вообще спать будет. Ну когда нам еще такой шанс выпадет?

Он был готов идти хоть сейчас. Похоже, даже если остальные не согласятся, он отправится в одиночку. Вот тогда действительно будут проблемы. А хотя… Может быть, Дима и прав. Наверно, нам тоже стоит пойти на эту экскурсию. Ведь когда мы вместе, наша энергия значительно увеличивается. По крайней мере, мы сможем избежать серьезной опасности. В конце концов, будет что рассказать дома. (Не родителям, конечно, а то такое начнется…)

Я решил поступить хитро. Настроившись на мысли каждого из ребят, я попытался узнать, что они думают по этому поводу, а потом принять такое решение, которое соответствовало бы их мнению.

«Димка подкинул классную идею, – думал Игорь. – Кто не хочет, может не идти. Мы никого с собой на веревке не тянем».

«Вообще-то мысль отличная. Ну, а если кто привяжется, то я его к потолку подброшу раз пять – вмиг успокоится», – Катя, как всегда, была уверена в себе.

«А если сделать так: незаметно уйти, немного погулять, потом утром тихо вернуться, – прикидывала Наташа. – Тогда, пожалуй, можно».

«А, плевать, пусть ругают, если заметят, – махнула рукой Оля. – Ну, не выгонят же нас за это из школы».

Ура! Все за, остается только утвердить общую идею, которая, насколько я теперь понимаю, состоит в том, чтобы действительно осуществить замысел. Сделав вид, будто вовсе и не догадываюсь о том, что думают мои друзья, я задумчиво произнес:

– Если сделать все незаметно, то такую возможность, без сомнения, упускать не стоит. Конечно, каждый должен сам для себя решить.

Разумеется, каждый уже решил, что следующей ночью он присоединится к остальным и наша компания в полном составе отправится на столь необычную экскурсию.

– Они сказали, что мы должны подойти к десяти к Курскому вокзалу…

– Нам что, еще куда-то ехать придется? – насторожилась Оля.

– Нет, что ты, – поспешил всех успокоить Дима. – Просто где-то там неподалеку вход в коллектор. Кстати, надо где-нибудь взять фонарик, иначе продвигаться будет невозможно.

Мы посмотрели на Игоря, но он только развел руками. В самом деле, зачем ему его «Тошиба» на экскурсии? Картины, что ли, из музея ночью таскать?

– Значит, завтра куплю, – поспешил я избавиться от этой головной боли.

– Макс, не забудь побольше батареек, – напомнила Наташа. – А то останемся там и будем потом, как призраки «белых спелеологов», бродить по тоннелям да диггеров распугивать.

Все засмеялись, однако Наташино напоминание было весьма кстати. Конечно, нам не дали бы пропасть в темноте бесконечных московских подземелий, но, как говорится, береженого бог бережет. Даже самые авантюрные приключения следует по возможности планировать заранее. По крайней мере, я так привык. А то нашим путешествиям уже давно пришел бы конец.

Оля Полунина

Весь следующий день мы чувствовали себя как на иголках: все с нетерпением ожидали вечера, когда мы должны были спуститься в метро, добраться до Курского вокзала и встретиться с диггерами. С диггерами! Вот он – мой вчерашний сон. Должно быть, мне приснилось то, что произойдет сегодня с нами. Надеюсь, все и закончится так же хорошо, как там. Раз уж сон вещий, то пусть он остается таким до конца.