Оттенок
- -
- 100%
- +
— Отец, — сказал он наконец, — ты меня сейчас в такой угол загнал, что я и не знаю, как оттуда выходить.
Старик мягко улыбнулся, сглаживая замешательство гостя.
— А может, и не надо выходить. Может, пусть пока постоит, как стоит. Иногда вопрос лучше ответа. Ответ кончает разговор, а хороший вопрос его держит. И нам с тобой ещё долго тут сидеть.
Гость посмотрел на него.
— Это что, я опять что-то умное сказал?
— Не сказал. Но подумал. А это иногда бывает важнее.
Чай в чашке у гостя остыл совсем немного, и он отпил с удовольствием. Удивительно было это удовольствие: простое, тёплое, без всякого размаху. Просто сидишь, чай хороший, человек напротив хороший, разговор хороший. Чего ещё надо. Гость вдруг подумал, что дома у него такой простой минуты, чтоб ничего не делать и ничего не надо было, вроде бы и не случалось давно. Всё чего-то ждёшь, чего-то надо. А тут вот – ничего не надо. За окном было всё так же темно.
— Готов дальше? — спросил старик.
— Давай.
Глава III. Глаза
Старик отпил из своей чашки. Какое-то время они снова сидели молча, но тишина вокруг была не той, в которую ныряют, чтоб подумать, а той, в которую опускаются, чтоб дать осесть тому, что уже надумано. Гость чувствовал, что предыдущие слова ещё стоят в комнате и медленно остывают, как пар над чашкой, и спешить их разгонять незачем. Он тоже отпил, тёплая горечь чая прошла по нему хорошо. Гость снова поймал себя на том, что вспомнил про окно, и снова не стал туда смотреть. Что-то держало его глаза в комнате, и он объяснил это себе просто: уют, чего же ещё. Будто всё, что нужно для хорошего вечера, лежало здесь, на расстоянии вытянутой руки, и нечего ему было искать снаружи.
— Раз уж мы с тобой про того сапожника заговорили, — сказал наконец старик, не поднимая глаз, — давай его ещё немного подержим. Он у нас человек удобный, никуда не денется, и спросить его не у кого, так что мы его на любую сторону повернём, и он не обидится.
Гость улыбнулся. Сапожника он за этот вечер уже успел увидеть, как живого: тощий, в рубахе на голое тело, сидит в полутёмной мастерской, шьёт и бормочет что-то себе под нос. Сапожник был добрый, гость это понял по тому, как сам же его себе представлял, а всякий человек, сам того не зная, представляет других через собственное сердце, и ничто не говорит так много о сердце человека, как то, какими он видит чужих людей в своём воображении.
— Ну давай подержим.
Старик помолчал, давая вопросу собраться. Гость уже привык к этим паузам: старик никогда не говорил сразу, всегда после короткого молчания, словно ему нужно было сначала подогреть слова.
— Ты сказал, в сапогах что-то лежит. И положил это туда мастер, может, сам не зная, что положил, но всё-таки он. А кто скажет, что в сапогах оно действительно есть? Кто это, так сказать, удостоверит?
Гость сперва подержал вопрос в голове. Он был довольно хитрый: вроде бы и понятный, а ткни в него пальцем – расползается, как мокрая ткань.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.