Ловушка для капитана

– Меня прислали сюда, чтобы кое-кого найти – англичан, похищенных из Фритауна. – Он говорил медленно, отчетливо, ровно. – Мы считаем, что их отвели на тайный рудник и обратили в рабство. Мы ищем этот рудник… – Помолчав, он спросил: – Ты знаешь, где он находится?

Мальчик не ответил; вспомнив, что о руднике они только догадывались, Калеб перефразировал вопрос:

– Ты знаешь, где эти люди?

Мальчик облизнул губы.

– Вы кто?

Он не собирался убегать – во всяком случае, пока. Калеб считал, что умеет находить с детьми общий язык. Он любил с ними играть, участвовать в их забавах. Он знал по опыту: если хочешь в чем-то убедить ребенка, лучше всего говорить правду; дети всегда чувствуют притворство.

– Я приехал из Лондона. Родственники и друзья похищенных тревожатся за них и хотят их разыскать, но действовать приходится медленно и осторожно. Нельзя, чтобы плохие люди, которые стоят за похищениями, раньше времени узнали, что мы пришли им помочь. – «…и убили всех похищенных». Калеб вовремя удержался, чтобы не проговорить последние слова.

Мальчик по-прежнему смотрел на него в упор, но уже не так настороженно. Вскоре его взгляд переместился с лица Калеба на его одежду, меч, сапоги.

Калеб медленно присел на корточки. Если он подойдет ближе к мальчику, он станет нависать над ним и может его напугать. Кроме того, если положить парнишке руки на плечи, сидя на корточках, так его можно надежнее удержать на месте.

Его расчеты оправдались. После того как он сел, мальчик заметно успокоился. И все же он не терял бдительности; хотя он постоянно оглядывался на Калеба, ища признаки угрозы, он начал смотреть в заросли, темневшие за спиной Калеба.

– Вы же не один, да?

– Да. Я приказал остальным держаться сзади, чтобы не напугать тебя… – Помолчав, Калеб решил рискнуть: – Там, на тропе, еще двадцать четыре человека.

Мальчик прищурился.

– Значит, всего вас двадцать пять. И вы все вооружены?

Калеб кивнул.

Мальчик нахмурился; Калебу показалось, что он больше не боится. После довольно долгих раздумий он покачал головой;

– Этого недостаточно. – Он посмотрел Калебу в глаза. – На руднике больше наемников, и они все грозные бойцы.

«Значит, рудник есть. И он неподалеку».

Калеб с трудом скрывал радость.

– Видишь ли, мы не спасательный отряд. Мы – передовой отряд, разведчики. – Калеб живо представил своего самого старшего брата, Ройда. Тот наверняка тяжело вздохнул бы, услышав, как он рассказывает мальчику, о котором он совершенно ничего не знает, такие подробности. – Наша задача – найти рудник и пленников и послать известие о них в Лондон. Тогда сюда направят большой спасательный отряд; там будет достаточно народу, чтобы справиться с наемниками.

Мальчик пытливо смотрел Калебу в глаза, как будто решал, сказал ли он правду. Наконец, он заулыбался во весь рот:

– Вот здорово! Они ни за что мне не поверят, когда я все расскажу! Мы так долго ждали, чтобы за нами кто-нибудь пришел!

Волнение в его голосе оказалось заразительным, но… Калеб приложил палец к губам, призывая своего маленького собеседника говорить тише:

– Прежде чем ты кому-либо о нас расскажешь, постарайся запомнить, что наше присутствие должно оставаться тайной. Наемники на руднике не должны узнать, что мы здесь, – Калеб посмотрел мальчику прямо в глаза. – Если наемники узнают о спасательной операции, всем похищенным грозит большая опасность.

Радость мальчика увяла, но через миг он кивнул:

– Хорошо. – Он посмотрел на Калеба, потом снова покосился в сторону джунглей. – Ну вот, теперь вы нас нашли. Что будете делать дальше?

– Надеюсь, ты подведешь нас ближе к руднику – в какое-нибудь место, откуда мы сможем его увидеть, но так, чтобы нас самих не заметили. Сумеешь?

– Конечно!

– Но, прежде чем мы туда пойдем, я хочу услышать все, что ты можешь рассказать о руднике и о поселке. – Калеб развернулся, посмотрел назад, потом снова на мальчика. – Как тебя зовут?

– Дикон.

– А меня Калеб. Если ты не против, Дикон, я сейчас подзову поближе своих людей. Хочу, чтобы все слышали, что ты скажешь.

Дикон кивнул.

Калеб медленно встал и поманил своих спутников. Они выходили из джунглей по его следам, стараясь оставить как можно меньше свидетельств своего пребывания. Каждый кивал Дикону, выходя на поляну. Вскоре они встали полукругом, стараясь не слишком напирать на мальчика. Некоторые из них, в том числе Филипп, сели на корточки.

Калеб тоже сел на корточки, и его лицо снова оказалось на одном уровне с лицом Дикона.

– Итак, рассказывай. Есть ли ограда вокруг лагеря?

Достаточно было всего одного вопроса, чтобы Дикон пустился в удивительно ясные и подробные описания лагеря – больше похожего на поселок, – выросшего вокруг рудника. Примитивный, но прочный частокол, бараки, служащие для разных целей. При упоминании лазарета Калеб и Филипп удивленно переглянулись.

Дикон рассказывал очень четко и внятно. Он словно вел их на экскурсию: начал от ворот и пошел по часовой стрелке, описывая каждое строение, мимо которого они проходили.

– Ты нам очень помог, – с самым серьезным видом заметил Калеб. – Теперь скажи… сколько там наемников?

Дикон хмыкнул и поморщился. Корзинку он поставил на землю, наморщил лоб и принялся загибать пальцы; судя по всему, он считал в уме. Наконец, его лицо прояснилось.

– Сейчас их там двадцать четыре плюс Дюбуа, да еще шесть ушли, унесли последнюю партию алмазов на берег. Там ее заберут.

Калеб прищурился:

– Значит, на руднике добывают алмазы?

– Ну да, – кивнул Дикон. – Я думал, вы знаете.

– Мы только догадывались, но до сих пор не могли знать наверняка. – Калеб склонил голову. – Ты сказал, что наемники уносят алмазы на берег, и там их забирают… они не во Фритаун ходят?

– Не-е, не во Фритаун. У нас в поселке так никто не думает. Мы подслушали, что они несут алмазы к колонии, а потом сворачивают к устью реки. Чтобы в колонии никто ни о чем не догадался.

Филипп откашлялся, привлекая к себе внимание Дикона.

– Скажи-ка… те шестеро, которые ушли… значит, они приходят и уходят по той тропе? – Он показал на ту тропу, по которой они недавно шли; она проходила невдалеке между пальмами.

«Уместное замечание».

Калеб посмотрел на Дикона – и с облегчением заметил, как мальчик качает головой. Глаза у него потускнели.

– Та тропа ведет в лагерь Кейла… Не ходите туда! – Дикона передернуло.

– Кейла больше нет, – сказал Калеб. – Он… ушел. Вместе со всеми своими людьми.

– Да-а?! – Дикон посмотрел Калебу в лицо; не сразу до него дошел смысл сказанного. Когда он понял, что означает «ушел», глаза у него округлились.

Прежде чем он успел забросать их вопросами, в разговор вмешался Филипп:

– Тогда каким путем наемники ходят на побережье?

– Есть еще одна тропа – вы увидите, от поселка отходит несколько. Одна ведет к озеру, где мы берем воду, по другой пригнали нас. Еще одна тропа почти сразу после ворот расходится. Те, кто передают алмазы, сворачивают на северную; наши думают, если идти по ней, в конце концов можно попасть во Фритаун. Туда можно попасть и через лагерь Кейла, но Дюбуа – он главарь наемников – посылает туда своих за всякими припасами. Они берут их на обратном пути, после того как передадут алмазы.

Калеб кивнул; карта в его голове начала обретать более четкие очертания.

– Ты сказал, та тропа расходится. Одна ведет во Фритаун – а вторая куда?

– Мы решили, что на север. Наши считают, что там до самого берега нет ничего, кроме джунглей… – Помолчав, Дикон добавил: – Наверное, там живут туземцы. Понимаете, этой землей владеет один вождь, и Дюбуа заплатил ему за то, что он позволил добывать здесь алмазы. Так что… наверное, там он и живет, этот вождь… Тропа-то есть, только никто с рудника по ней не ходит.

Филипп привлек к себе внимание Калеба. Калеб едва заметно кивнул. Судя по всему, именно по той тропе, по которой никто не ходит, им придется отступать. Он снова посмотрел на Дикона.

– Расскажи еще о наемниках.

– Я уже говорил, что всего их тридцать, в том числе повар и его помощник; они такие же злющие, как остальные. А самый злой – Дюбуа. Он главный, и все ему подчиняются. У него есть два помощника. Арсен – он его правая рука – и еще Криппс. Все наемники здоровенные и сильные, и они носят мечи, много ножей, а у некоторых есть пистолеты. У тех, кто сидит на вышке и у ворот, есть ружья.

Калеб медленно кивнул. Прямое наблюдение было бы лучше всего. Но сначала…

– Почему же тебя отпустили одного? Ты ведь здесь один?

У Дикона вытянулось лицо.

– Да. Понимаете, в шахте от меня мало толку. Я там сразу начинаю кашлять и никак не могу остановиться. Дюбуа хотел меня убить… сказал, что от меня никакого толку и нечего тратить на меня еду. Но мисс Кэтрин заступилась за меня. – Дикон выпрямился. – Она сказала, что я тоже могу приносить пользу: могу собирать фрукты, ягоды и орехи. Если мы все – дети и взрослые – будем есть фрукты, мы дольше останемся здоровыми и будем лучше работать. И Дюбуа с ней согласился.

Перебрав по именам похищенных женщин, Калеб уточнил:

– Мисс Кэтрин – это мисс Фортескью?

– Ага. Но все мы, дети, зовем ее мисс Кэтрин. Она за нами присматривает. А еще она храбрая, как львица. Мисс Кэтрин не раз заступалась за меня и спасала…

Дикон тяжело вздохнул.

– Мне очень хочется убежать, но Дюбуа пригрозил: если я хоть раз опоздаю вернуться к закату, он убьет двух моих друзей. – Мальчик побледнел. – Так что мне нельзя опаздывать. Он дьявол, этот Дюбуа!

– Ты ему веришь? – негромко спросил Филипп.

Дикон посмотрел ему в глаза.

– Мы все верим в угрозы Дюбуа. Даже мистер Хиллсайт. Он говорит, что Дюбуа из тех злодеев, которым нравится убивать, и чтобы никто из нас даже не сомневался, что он сделает, как сказал!

Калеб поймал взгляд Филиппа. Хиллсайт – агент Волверстоуна. Если уж он так оценивает Дюбуа, им следует прислушаться к его мнению.

– Ясно… – Калеб снова повернулся к Дикону. – По-моему, нам пора взглянуть на ваш поселок, но сначала… – Встав, он оглядел собравшихся, потом развернулся к Дикону. – Мы должны найти место для стоянки, достаточно близко к руднику, чтобы следить за ним и получше изучить окрестности, и в то же время достаточно далеко, чтобы никто из охранников на нас не наткнулся. Я подумал, что мы можем расположиться где-нибудь вдоль той северной тропы – той, по которой никто не ходит.

Дикон кивнул:

– Я знаю одно место, которое вам подойдет. Вон там, если свернуть с тропы, есть большая поляна.

Калеб мягко положил руку на плечо мальчику:

– Мы можем добраться туда, не подходя близко к лагерю?

– Конечно! Я вас провожу! – Дикон снова радостно заулыбался и подхватил корзину. – Я тут все вокруг знаю. Могу ходить вокруг лагеря куда захочу, а ягоды, фрукты и орехи растут повсюду.

– Никто из лагеря не сможет нас услышать? – спросил Филипп.

– Нет! – Как только Калеб убрал руку с плеча Дикона, мальчик повернулся и поманил их за собой. – Мы довольно далеко от лагеря, а за деревьями и листьями ничего не слышно… и даже не видно, если не подойти совсем близко.

Калеб подал знак своим спутникам следовать за ним; он зашагал за Диконом, Филипп шел за ними по пятам.

Когда они добрались до тропы, которая вела из лагеря Кейла, Дикон поманил их вперед:

– Я проведу вас напрямик. Мы должны сначала выйти на другую тропу.

Мальчик оказался хорошим проводником. Он уверенно вел их в густых зарослях. Махнул рукой, чтобы они были осторожны, когда приблизились к другой тропе. Когда Калеб нагнулся к Дикону, мальчик прошептал:

– Здесь северо-западная тропа, по которой носят алмазы и ходят во Фритаун. Вряд ли они скоро вернутся, и все-таки…

Калеб похлопал его по плечу:

– Молодец. Осторожность никогда не помешает.

Подойдя к самой тропе, они прислушались, но все было тихо. Быстро перебежали утоптанную тропу и снова углубились в заросли. Через десять шагов Калеб обернулся, но не увидел позади ничего, кроме густой лиственной завесы. Им крупно повезло, что они нашли такого проводника. Без Дикона они долго плутали бы – и, вполне возможно, угодили бы в лапы наемников. Мальчика послала им сама судьба!

Когда они нашли следующую тропу, Дикон уверенно ступил на нее.

– Вот то место, о котором я вам говорил! Мы почти пришли. – Он повел их по тропинке, по которой явно редко ходили. Повсюду тянулась вверх молодая поросль; тропу устилали лианы. Филипп негромко приказал остальным по возможности не оставлять следов. Они старались не мять побеги, подныривали под лианы, которые без труда перепрыгивал босоногий Дикон.

Потом он свернул на узкую звериную тропку, и шагов через пятнадцать они очутились на поляне.

Дикон не преувеличивал: она в самом деле идеально им подходила. Достаточно большая, чтобы все они могли с удобством на ней разместиться: неподалеку журчал ручеек.

– Вот, пожалуйста! – Развернувшись, мальчик широко улыбнулся и раскинул руки в стороны.

Калеб улыбнулся в ответ:

– Спасибо! Именно то, что нам нужно.

Филипп улыбнулся и похлопал мальчика по плечу:

– Ты превосходный разведчик, друг мой.

Остальные также издавали одобрительные возгласы, выходя на поляну.

Дикон сиял.

Калебу и Филиппу понадобилось совсем немного времени, чтобы разбить лагерь. Затем они подозвали к себе квартирмейстеров, Квилли и Дюкасса, и расположились рядом с Диконом.

Мальчик смотрел на них выжидательно.

– Первый вопрос, – начал Калеб. – В твоей корзине достаточно фруктов, чтобы повар остался доволен?

Дикон поднял плетеную корзину, откинул крышку и осмотрел собранную добычу.

– Почти! – Он огляделся по сторонам и показал на деревце, усыпанное желтыми плодами: – Если я добавлю еще немного, будет достаточно.

Два капитана и два квартирмейстера набрали по нескольку пригоршней спелых плодов.

Дикон улыбнулся, когда они наполнили его корзину, затем взял ее за ручки и посмотрел на Калеба:

– Больше чем достаточно!

– Превосходно. Теперь нам нужно найти место, откуда мы смогли бы заглянуть в лагерь, не встревожив надсмотрщиков. Знаешь такое?

– Так точно, капитан! – бодро отсалютовал Дикон: он уже слышал, как люди так обращаются к Калебу.

– В таком случае, – Калеб жестом указал то место, где, по его мнению, находился рудник, – веди!

Дикон проворно зашагал вперед. Он оправдал их ожидания; сначала они снова пошли по нехоженой тропе, затем повернули налево и пошли напрямик, через непроходимые джунгли. Мальчик оглянулся на Калеба и прошептал:

– Так безопаснее всего. Здесь нет дорог. Мы сейчас примерно между северной тропой и той, что ведет к озеру. Наемники каждый день водят нескольких мужчин к озеру за водой, но обычно они набирают воду по утрам.

Калеб кивнул, и они зашагали дальше, все медленнее, так как Дикон, видимо, всерьез воспринял призыв быть осторожнее. Наконец он остановился за пальмой. Жестами велел им пригнуться и не шуметь, когда будут перебегать за ним к следующему дереву, и заскользил в зарослях как угорь.

Калеб последовал за ним и сразу понял, почему Дикон призвал их к дополнительной осторожности. В десяти шагах от них высился частокол – внешняя ограда поселка. От джунглей ее отделяла расчищенная, утоптанная поляна. Наемники хотели убедиться, что никто не сумеет незаметно приблизиться к поселку. В пяти шагах справа находились двойные ворота. Сейчас они были распахнуты; по обе стороны к столбам прислонились два вооруженных надсмотрщика. Оба, правда, смотрели внутрь, в лагерь, но шум способен был их насторожить.

Учитывая, что ворота стояли открытые, Калеб догадался, что истинной целью охраны – как и ограды, ворот и сторожевой вышки посреди поселка – было удержать пленников внутри; судя по всему, наемники не ожидали никакой угрозы со стороны джунглей.

«Вот и хорошо».

Они молча наблюдали за воротами более получаса. Калеб заметил, что вооруженные до зубов охранники через неравные промежутки времени обходили весь поселок. Судя по всему, они ужасно скучали. Они совсем не тревожились; создавалось впечатление, что они вполне уверены в том, что никто не посмеет бросить им вызов.

Увидели они и нескольких пленников, мужчин и женщин. Вопреки всему, что он слышал до сих пор, пленники свободно перемещались по лагерю. Более того, некоторые из них останавливались, чтобы поговорить друг с другом. Надсмотрщики как будто не обращали на них никакого внимания.

Потом Калеб заметил, что Дикон все чаще поглядывает на небо. Солнце уже клонилось к закату. Вспомнив, как мальчику важно вовремя вернуться, Калеб коснулся его плеча. Дикон обернулся и посмотрел ему в глаза.

– Спасибо тебе за помощь! – прошептал Фробишер, пожимая мальчику руку. – Теперь мы должны соблюдать осторожность. Кому в лагере ты больше всего доверяешь?

– Мисс Кэтрин.

Калеб прищурился. Он ожидал, что мальчик назовет кого-нибудь из мужчин, но тот ответил так быстро и решительно, что возразить было нечего. Калеб медленно кивнул:

– Отлично. Пожалуйста, передай мисс Кэтрин все, что мы тебе сказали. Ты запомнил самое важное?

Дикон пылко закивал:

– Я все-все запомнил, на память не жалуюсь!

Калеб не мог не улыбнуться:

– Превосходно! Итак, передай все мисс Кэтрин, но больше никому, и послушай, что она ответит. Завтра, когда выйдешь, старайся собирать ягоды где-нибудь здесь, между нашим лагерем и озером. Веди себя как всегда, когда ты выходишь в джунгли; мы сами тебя найдем. Будем ждать известий от мисс Кэтрин и тех, кого она сочтет достойными.

Дикон просиял:

– Значит, я вроде этот… как его? Связной?

– Вот именно, – с улыбкой ответил Филипп. – Но помни; хороший связной передает известия только тем, кому положено. Ни слова другим, ясно?

Дикон кивнул:

– Буду нем как рыба… только мисс Кэтрин и больше никому.

– Хорошо. – Калеб отпустил мальчика. – Наверное, будет лучше, если ты обойдешь кругом и войдешь в лагерь с другой стороны.

– Я пойду к озеру и зайду оттуда – вы посмотрите и увидите, что тропа изгибается влево.

Калеб одобрительно улыбнулся:

– В таких делах ты просто незаменим! – Он кивнул в знак прощания: – Ну, иди!

Быстро отсалютовав и улыбнувшись всем, Дикон скрылся в зарослях; через несколько мгновений он совершенно исчез из виду.

– Он молодец. – Филипп повернулся к воротам. – Но мне будет спокойнее, когда он окажется снова внутри и с ним ничего не случится… – Он махнул в сторону их прежнего убежища: – Идем?

Они вернулись на поляну. Через пять минут Дикон вышел из джунглей слева от них. Он прошел мимо их лагеря, не обернувшись, и, помахивая корзинкой, чуть ли не вприпрыжку направился к воротам. Повернул направо и скрылся из виду в поселке – с их места им не было его видно.

– Должно быть, понес свою добычу повару, – предположил Калеб, – он говорил, что в той стороне находится кухня.

Филипп кивнул в ответ.

Через десять минут они увидели Дикона, уже без корзины, который шел вдоль частокола справа налево. Он не сводил взгляда с дальнего левого угла поселка, но неожиданно развернулся направо, как будто его окликнули, а кто – они вначале не увидели.

Даже издали они заметили, как осветилось лицо мальчика. Дикон только что не приплясывал на месте от нетерпения…

Они увидели молодую женщину. Русоволосая, светлокожая, она двигалась с изяществом, которое выдавало в ней благородное происхождение и хорошее воспитание. Улыбаясь, она подошла к Дикону и протянула ему обе руки. Дикон с готовностью пожал их, едва ли не подпрыгивая от нетерпения. Молодая женщина присела рядом с ним на корточки, как до того делал Калеб. Мальчик тут же заговорил, хотя, судя по тому, как женщина склонилась к нему, он не повышал голоса.

– Очевидно, это та самая мисс Кэтрин, – произнес Калеб, не сводя с пленников глаз.

Она оказалась моложе, чем он ожидал, лет на десять; он понятия не имел, что гувернантка может быть так молода!

Дикон рассказал новость, и его собеседница заметно насторожилась – очевидно, она ему поверила. Мисс Кэтрин невольно покосилась в сторону ворот, но тут же опомнилась и снова повернулась к Дикону.

Калеб успел увидеть ее взгляд – в нем читалась надежда. Благодаря, вероятно, игре света, вспышкой осветившей ее лицо, Калеб понял, что это драгоценное чувство – надежда, хрупкая, но реальная – зависит от него. В ее взгляде читалось нечто такое неописуемо близкое и родное, что ему тут же захотелось прижать эту девушку к своей груди. Вызволить из плена и больше не отпускать.

Теперь Калеб не сомневался: взрослые поверят рассказу Дикона. Она – мисс Кэтрин – ему поверила, и, хотя Калеб пока не успел перекинуться с ней ни словом, он был уверен, что женщине, которой хватило смелости схватиться с самим главарем наемников за жизнь уличного мальчишки, хватит смелости донести самое главное до захваченных в плен английских офицеров.

Дикон закончил свой рассказ; он не сводил взгляда с лица мисс Кэтрин. Та медленно встала на ноги. Потом выпустила одну его руку, но за другую по-прежнему держала его крепко. Развернув его, она решительно зашагала в сторону рудника. Через несколько шагов они с Диконом скрылись из виду.

Они наблюдали еще несколько минут, но поняли, что повода для тревоги у них нет.

Калеб нахмурился. Наклонившись к Филиппу, он прошептал:

– Нам нужно заглянуть внутрь – понять, как все устроено в поселке.

– Я думал о том же, и, раз уж на то пошло… – Филипп показал в ту сторону, куда смотрел Калеб, – поселок расположен у самого склона горы, и, если ты внимательно посмотришь вон туда…

Калеб повернулся. Глаза его привыкли различать флаги кораблей на значительном расстоянии; он быстро разглядел утес, который заметил Филипп.

– Отлично! – Калеб широко улыбнулся. Оглянулся на Квилли и Дюкасса. – У нас полно времени до того, как стемнеет; успеем забраться на тот выступ.

Они так и поступили; оказалось, что это прекрасный наблюдательный пункт, откуда весь поселок виден как на ладони. Каменный выступ оказался таким широким, что они вчетвером разместились на нем с удобством, подальше от края. Листва растущих внизу деревьев надежно закрывали их от людей внизу. Следующие полчаса они следили за перемещениями охраны и пленных, знакомясь с назначением различных строений в поселке. Дикон превосходно все им описал, но, судя по всему, почти все взрослые мужчины работали на руднике – пока их нигде не было видно.

Между входом в рудник, длинным строением – по словам Дикона, там спали пленники-мужчины – и большим центральным зданием, где жили наемники, находилась большая круглая костровая яма, вокруг которой лежали грубо обтесанные бревна. Яма находилась примерно на равном расстоянии от всех трех строений. В ней горел небольшой костер; несомненно, скорее для света и удобства, чем для тепла. К костру подходили женщины. Помимо мисс Кэтрин, они насчитали еще пятерых. Судя по тому, как спокойно они держались, мисс Кэтрин еще не поделилась с ними новостью, рассказанной Диконом. Зато она часто посматривала в сторону рудника.

– Она ждет, когда к ним присоединятся мужчины, – сказал Филипп. – Наверное, ей не терпится передать все тем, кого они считают главным.

Калеб кивнул:

– Жаль, что нельзя подождать и увидеть, кто это, но пора спускаться. Нам надо успеть вернуться в лагерь до ночи.

Ночью в джунглях царил кромешный мрак; карабкаться в темноте по незнакомому горному склону над лагерем, полным вооруженных наемников, было бы верхом безответственности.

Филипп поморщился, но кивнул. Все четверо принялись осторожно спускаться по той же звериной тропке, которой они поднялись на выступ. Как только они очутились в зарослях, они постарались обойти поселок подальше. Когда открытые ворота и вооруженные до зубов охранники остались позади, они вернулись в свой лагерь.