Объект 4 (Четверка)

Часы работали.

Но доверять им сейчас хотелось меньше всего.

Он выбрал эту квартиру.

Не потому что она была лучше остальных.

Просто дальше идти больше не хотелось.

Сначала проверил комнаты.

Потом вход.

Пододвинул к двери небольшую тумбу.

Шторы закрыл не полностью, оставив узкую щель.

Есть почти не хотелось.

Он съел немного из своих запасов, запил водой.

Рюкзак положил возле дивана.

Автомат рядом.

Несколько минут ещё сидел, прислушиваясь к дому.

Ни голоса.

Ни шагов.

Ни работающего телевизора.

Ни собаки.

Только ветер иногда проходил между домами.

Перед тем как лечь, он снова подошёл к окну.

Город постепенно исчезал в темноте.

Ни одного фонаря.

Ни одного освещённого окна.

Ни одного костра.

И всё же где-то по дороге недавно прошла машина.

Он вспомнил следы.

Значит, кто-то здесь есть.

Мысль должна была успокоить.

Почему-то не успокоила.

Он лёг прямо в одежде.

Закрыл глаза.

Открыл.

Потолок.

Закрыл снова.

— Утром разберёмся.

Тишина.

— Просто поспать.

Он не заметил, когда всё-таки провалился в сон.

Проснулся мгновенно.

Не от света.

От звука.

Далеко снаружи коротко завыла сирена.

Он открыл глаза.

Сначала не понял, где находится.

Потом увидел чужую комнату.

Вчерашний страх вернулся сразу.

Сирена прозвучала снова.

Теперь ближе.

Он вскочил, схватил оружие и подошёл к окну.

По дороге между домами двигалась машина.

На крыше мигал проблесковый маяк.

Она ехала медленно.

Не аварийно.

Не спасательная операция.

Патруль.

Он отступил от окна, затем осторожно выглянул через край шторы.

В кабине сидели люди.

Живые.

Обычные.

Машина прошла мимо дома, свернула дальше и скрылась за деревьями.

Никто не остановился.

Никто не смотрел на окна.

Никто не искал его.

Он остался стоять возле стены.

Галлюцинации обычно не ездят по расписанию.

Во всяком случае, ему хотелось в это верить.

Он снова выглянул наружу.

Пустая улица.

Утренний туман.

Старые машины возле домов.

— Так.

Он медленно выдохнул.

— Значит, люди есть.

Это было первым хорошим фактом за долгое время.

Потом пришёл второй.

Если люди есть, значит, где-то есть центр.

Начальство.

Документы.

Карты.

Кто-то, кто знает, что такое Весна-412.

Он быстро собрал вещи.

Сегодня нужно было найти станцию.

Конец главы 1 часть 2

Начало главы 1 часть 3

Он вышел из дома, когда патруль уже давно исчез за деревьями. Улица снова казалась мёртвой, но теперь это была другая тишина: он уже знал, что где-то по территории ездят живые люди, и от этого каждый звук приобрёл значение.

Он не пошёл по дороге сразу. Сначала прошёл через двор, затем вдоль задней стороны домов, держась в тени деревьев. Вчера он ещё хотел встретить хоть кого-нибудь. Сегодня уже не был уверен, что это хорошая идея.

Если место настолько закрыто, что город сохранился почти нетронутым, значит, сюда не ходят просто так.

И если сюда не ходят, возможно, у этого есть причина.

К станции вела широкая дорога. На старых остановках сохранились номера маршрутов, на бетонных столбах — выцветшие указатели. Герой шёл параллельно трассе, время от времени выходя ближе, чтобы прочитать очередную табличку, и снова уходил в лесополосу.

Чем дальше он отходил от жилой части, тем чаще попадались промышленные ограждения, старые распределительные шкафы, трубопроводы и бетонные конструкции. Всё выглядело узнаваемо и одновременно неправильно: как будто кто-то собрал знакомый ему мир из тех же деталей, но расположил их иначе.

Он несколько раз останавливался и доставал карту.

Бесполезно.

Ни одна дорога не совпадала полностью.

Один поворот должен был уходить севернее.

Другой вообще не должен был существовать.

Там, где он ожидал увидеть низину, стояла длинная бетонная насыпь.

Он всё ещё пытался найти ошибку в себе.

Может, карта старая.

Может, после выброса его перекинуло значительно дальше, чем он думает.

Может, это вообще другой участок страны.

Мысль о другой реальности он даже не рассматривал. Не потому, что она была невозможна. Просто человеческая голова не начинает с самого невозможного объяснения, пока остаётся хоть одно нормальное.

Через два часа показалась станция.

Он увидел её сначала между деревьев.

Огромные бетонные объёмы.

Трубы.

Остатки промышленных сооружений.

И разрушение.

Он замедлил шаг.

Чем ближе подходил, тем сильнее становился контраст с городом.

Весна-412 выглядела так, будто люди покинули её организованно и больше не вернулись.

Станция выглядела так, будто по ней ударили.

Местами здания были разорваны до внутренних конструкций. Некоторые стены отсутствовали полностью. Бетон лежал огромными плитами, металлические фермы были согнуты, отдельные участки казались срезанными настолько ровно, что он не сразу понимал, где заканчивается разрушение и начинается пустота.

Он остановился на возвышенности и долго смотрел вниз.

— Вот это уже похоже.

Фраза должна была прозвучать успокаивающе.

Не прозвучала.

Он привык к разрушениям.

Но здесь было что-то другое.

Некоторые части станции выглядели не обвалившимися, а отсутствующими.

Не куча бетона на месте коридора.

Не просевшая крыша.

Просто пространство, где строение должно продолжаться, а его нет.

Он спустился ниже.

За ограждением обнаружил старую схему объекта. Большая часть надписей выцвела, но несколько обозначений сохранились.

Маршрут к энергоблоку.

Административный корпус.

Техническая зона.

Он попытался сопоставить схему с тем, что видел.

Не смог.

Часть сооружений отсутствовала совсем.

— Ладно.

Он отошёл от щита.

— Это авария. Большая авария. Всё.

Он сказал это вслух, словно от формулировки могло стать проще.

Потом пошёл вдоль внешней части станции.

Несколько часов он проверял территорию.

Дороги.

Ограды.

Старые административные строения.

Места, которые по своему назначению казались знакомыми.

Чем больше смотрел, тем хуже становилось.

Его прежний мир постоянно проступал в деталях: форма бетонных столбов, типовые здания, советские таблички, конструкции ворот, старая техника.

Но общий рисунок был другим.

Будто он узнавал лицо человека, у которого изменили все черты на несколько миллиметров.

Достаточно, чтобы знать: это не тот человек.

В какой-то момент ему стало трудно дышать.

Он сел на бетонный блок и несколько минут смотрел себе под ноги.

— Нет.

Сказал тихо.

Потом ещё раз.

— Нет.

Голова сама подсовывала мысль, которую он не хотел принимать.

Другой мир.

Он сразу оттолкнул её.

Глупость.

Невозможно.

Есть нормальное объяснение.

Должно быть.

Он поднялся слишком резко и несколько минут шёл почти без направления, лишь бы не сидеть и не думать.

К середине дня начал чувствовать голод.

Запасы в рюкзаке почти закончились. Вчера он съел больше, чем собирался, а часть еды потерялась ещё до переноса.

Возвращаться к тайнику с аппаратурой сейчас казалось бессмысленным.

Сначала нужно было понять хотя бы, где можно взять воду и еду.

Именно тогда он заметил пост.

Небольшое одноэтажное здание стояло возле внутренней дороги, рядом с металлическим шлагбаумом и навесом для машины. На площадке перед ним находился современный патрульный автомобиль.

Герой сразу ушёл в кусты.

Наблюдал почти час.

Двое охранников несколько раз выходили наружу. Один курил возле двери. Другой носил какие-то коробки из хозяйственной пристройки.

Никакого ощущения осады.

Никакой постоянной готовности.

Они вели себя как люди, которые уверены: с внутренней стороны к ним никто не придёт.

Потом оба сели в машину.

Двигатель завёлся.

Шлагбаум поднялся.

Машина уехала по дороге.

Герой ждал ещё минут двадцать.

Никто не вернулся.

Он подошёл к зданию.

Дверь была не заперта.

Это удивило его почти сильнее, чем вчерашние машины.

Внутри пахло табаком, дешёвым кофе и сухими продуктами.

На столе стояли кружки.

На стене висела карта территории, но он не стал подходить близко: слишком долго задерживаться было опасно.

Нашёл маленький склад.

Консервы.

Хлеб в упаковке.

Вода.

Сухари.

Несколько пачек крупы.

Он взял только то, что помещалось в рюкзак и чего хватило бы на пару дней.

На секунду старая привычка подсказала посмотреть, нет ли чего ценного ещё.

Он даже открыл один шкаф.

Потом закрыл.

Не сейчас.

Сейчас ему впервые было всё равно, сколько здесь можно заработать.