Долг Стерлингу

Глава 4.

Ванесса

Монотонный гул серверных кулеров постепенно превращался в физическую, пульсирующую боль где-то в районе затылка. Экран моего старого монитора, сиротливо подключенный к массивным распределительным блокам Стерлинга, казался единственным источником жизни в этой темной, глухой комнате без окон. Зеленые строки кода мерцали перед глазами, оставляя на сетчатке уродливые фосфорные полосы при каждом моргании. Мои пальцы, всё еще сохранившие багровые, зудящие следы от пластиковых стяжек, которыми меня стянули его громилы при похищении, механически вбивали очередную команду. Я была истощена, но сознание оставалось пугающе, кристально чистым.

Там, внутри этих бесконечных массивов данных, которые мой отец годами выстраивал и шифровал с параноидальной дотошностью, открывался настоящий ад. Я не просто вскрывала архивы, я по крупицам препарировала тайную жизнь человека, которого считала идеалом. Каждая расшифрованная таблица, каждая вскрытая логистическая цепочка Бостонского порта приближала меня к осознанию масштабов катастрофы. Отец не просто совершил ошибку. Он вел сложную, смертельно опасную двойную игру, лавируя между ледяной расчетливостью Эйдена Стерлинга и дикой, непредсказуемой жестокостью конкурирующего синдиката Ивановых.

И прямо сейчас, пробившись сквозь третий эшелон защиты, я наткнулась на массив данных под кодовым маркером «Резерв». Мое дыхание перехватило, а пальцы замерли над клавиатурой. Это были не портовые накладные или списки подставных фирм, которые Эйден уже успел забрать себе. Это были реальные координаты закрытых перевалочных баз, схемы подземных ангаров и точные графики поставок тяжелого оружия Ивановых, которые Стерлинг безуспешно пытался нащупать последние полгода. Это был компромат, способный полностью уничтожить одну империю и возвысить другую.

Я медленно откинулась на спинку кожаного кресла, чувствуя, как к горлу подступает липкая, холодная паника. Курсор мыши завис над кнопкой автоматического экспорта на главный сервер пентхауса. Один клик, и вся эта информация уйдет в распоряжение Эйдена. Один клик, и я стану абсолютно бесполезной. В жестком мире криминального Бостона, законы которого я только начинала постигать на собственной шкуре, отработанный и бесполезный материал долго не живет. Как только Стерлинг получит всё до последнего байта, наша вынужденная сделка потеряет всякий смысл. Что тогда помешает ему избавиться от меня? Что остановит его от того, чтобы стереть мою тетю с лица земли просто ради того, чтобы замести следы?

Мне нужен был щит. Хоть какая-то, пусть даже призрачная, иллюзия контроля над ситуацией. Я должна была оставить за собой право голоса, козырь, который заставит этого монстра считаться со мной.

Трясущимися руками я выделила ровно половину вскрытого архива — координаты трех ключевых складов из шести и скопировала их в скрытый, изолированный сектор локальной системы, защитив его свежим, на ходу придуманным алгоритмом шифрования. На общий сервер Стерлинга ушла лишь усеченная, поверхностная часть информации. Хватит на первое время. Это даст мне передышку. Это заставит его думать, что процесс просто идет медленно.

Тяжелая дубовая дверь кабинета открылась без малейшего предупреждения. Стерлинг вошел бесшумно, как хищник, который привык контролировать каждый квадратный сантиметр своего логова. На нем не было пиджака, только белоснежная рубашка из плотного хлопка, рукава которой были небрежно закатаны до локтей, обнажая сильные, покрытые тонкими венами предплечья. В правой руке он держал тяжелый хрустальный стакан с янтарным виски. Лед глухо и зловеще звякнул о стенки, когда Эйден остановился посреди комнаты.

— Время вышло, Ванесса, — его низкий, обволакивающий баритон разрезал стерильную тишину, заставив меня внутренне подобраться. +— Мой аналитик из нижнего отдела доложил, что поток данных со шлюза порта подозрительно замедлился. Покажи мне, что ты откопала в архивах своего старика.

Он медленно подошел со спины. Я спиной чувствовала исходящее от него тяжелое, подавляющее тепло. Эйден опустил одну руку на спинку моего кресла, слегка наклоняясь вперед. Густой, горьковатый аромат его дорогого парфюма смешался со стойким запахом алкоголя и табачного дыма, мгновенно заполнив мое личное пространство. Я заставила себя замереть, уставившись в монитор и до боли впиваясь ногтями в ладони, чтобы не выдать своего страха.

— Я вскрыла второй сектор архива, — произнесла я, отчаянно пытаясь удержать голос от дрожи. — Здесь полные отчеты по логистике Ивановых за весенний квартал. Счета подставных лиц, номера контейнеров, схемы распределения взяток таможенникам. Это то, что вы требовали.

Эйден не ответил. Он наклонился еще ниже, так близко, что его дыхание коснулось моих волос на затылке. Его взгляд был прикован вовсе не к красивым графикам и таблицам, которые я вывела на экран. Его мертвые, бездонные черные глаза сканировали правый нижний угол монитора, где на долю секунды в системном логе промелькнула короткая строка о принудительном прерывании сессии и скрытом копировании файлов. Внутри меня всё оборвалось. Сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось о ребра.

— Ты очень плохая лгунья, Ванесса, — тихо, почти ласково, с едва заметной ироничной усмешкой протянул он. От этой мягкости в его интонации у меня по коже побежали ледяные мурашки. — Твой отец был настоящим гением цифрового шпионажа. Но ты, к сожалению, унаследовала от него только ослиное упрямство, но никак не его выдающийся ум.

Одним резким, стремительным движением он перехватил мою руку, лежащую на мыши, бесцеремонно отпихивая мои пальцы в сторону. Стерлинг сделал два быстрых клика, вызывая скрытую историю системных процессов. На экран выползла вся подноготная моих последних пяти минут работы. Скрытый сектор «Резерв». Мой новый пароль. Моя жалкая, наивная попытка оставить часть информации при себе.

— Ты решила, что можешь диктовать мне условия? — Эйден резко выпрямился и с силой швырнул хрустальный стакан в стену. Тяжелое стекло разлетелось на тысячи сверкающих осколков, а дорогой виски уродливым, темным пятном пополз по дорогим дизайнерским обоям, капая на паркет. — Ты решила, что у тебя есть право играть со мной в прятки на мои же деньги?

В следующую секунду его железная, безжалостная ладонь сомкнулась на моем горле. Пальцы Стерлинга перекрыли доступ к воздуху с такой силой, что перед глазами мгновенно поплыли черные круги. Из моего горла вырвался лишь задушенный, хриплый писк. Он одним рывком выдернул мое обмякшее тело из кресла и с размаху швырнул лицом вниз на полированную поверхность длинного комода, стоящего у стены.

— Нет! Пусти меня! Ублюдок! — захрипела я, отчаянно пытаясь извернуться, забиться, как пойманная птица, но всё было тщетно. Эйден мгновенно навалился на меня сзади всей тяжестью своего тренированного, массивного тела, намертво вдавливая мою грудную клетку и лицо в жесткое дерево. Моя правая щека прижалась к прохладному, безупречно гладкому лаку, а руки были грубо заломлены за спину и зафиксированы одной его рукой в районе запястий. Боль в плечевых суставах была такой острой, что я едва не потеряла сознание.

— Я предупреждал тебя еще в первый день, Ванесса, — прорычал он мне прямо в ухо. Его сдержанность полностью испарилась. — Ты думала, я буду нянчиться с тобой? Думала, твоя смазливая морда или жалкие отцовские секреты обеспечат тебе безопасность? Ты глубоко ошиблась. Ты здесь никто. Ты бы уже гнила в сыром подвале Ивановых, если бы мои парни не перехватили тебя у них под носом прямо в твоей квартире. Ты — моя вещь. Твое тело, твои мысли, твоя жизнь — всё это принадлежит мне по праву силы.

Свободной рукой он с резким, оглушительным треском рванул подол моей трикотажной юбки вверх, безжалостно обнажая бедра и ягодицы. Холодный воздух кондиционированного кабинета обжег оголенную кожу, мгновенно смешиваясь со жгучим, удушающим стыдом и парализующим страхом. Я сделала отчаянную попытку брыкнуться, ударить его, но Эйден жестко, с хрустом вклинил свое колено между моих ног, разводя их в стороны и полностью лишая меня малейшей точки опоры. Я оказалась распята на этом чертовом комоде, полностью беззащитная перед тем, что должно было произойти.

— Ты слишком быстро расслабилась, — Эйден потянулся к рабочему столу, не ослабляя давления своего тела. Металл глухо, зловеще звякнул о деревянную столешницу. Когда его рука вернулась, я краем глаза увидела матовый, зловещий блеск вороненой стали. Это был его тяжелый армейский пистолет. Тот самый кусок железа, из которого, возможно, пустили пулю в голову моему отцу.

— Пожалуйста... Эйден, умоляю, не надо... остановись... — слезы рекой хлынули из моих глаз, размазывая тушь по лицу и полированному дереву. Моя мнимая гордость, моя броня, которую я так бережно выстраивала, рассыпалась в прах. В этой сцене не было ни капли романтики, ни намека на взаимную страсть.

— Заткнись, — холодно приказал он. Тяжелое, ледяное дуло пистолета опустилось на мою обнаженную поясницу. Металл казался раскаленным от холода. Эйден медленно, с нажимом повел стволом вниз по моему позвоночнику, заставляя мое тело судорожно выгибаться от животного ужаса. Он плотно прижал дуло оружия к моему затылку, вдавливая меня лбом в комод. — Один спуск курка, Ванесса. Одно движение пальца и ты повторишь судьбу своего старика. Говори мне пароль от скрытого сектора. Живее, сука!

Я чувствовала, как холодная сталь упирается в основание черепа. Животный, парализующий страх смерти затопил сознание. Мое упрямство сломалось под этим леденящим давлением оружия. Я понимала, что он не шутит. Для него человеческая жизнь лишь разменная монета.

— Восемь... один... четыре... — сквозь удушающие рыдания взвыла я, закрывая глаза. — Люцифер... через точку... девять... Пожалуйста, не стреляй...

Эйден, не убирая пистолета от моей головы, дотянулся свободной ладонью до клавиатуры и быстро, безошибочно вбил символы. Монитор послушно мигнул, подтверждая снятие блокировки. Скрытый сектор раскрылся, вываливая на экран координаты оставшихся складов Ивановых. Последняя тайна моего отца была уничтожена.

— Умница, — тихо шепнул он, но в его голосе не было тепла. Стерлинг отбросил пистолет на комод, прямо рядом с моей головой. Металл глухо стукнул о дерево, но передышки мне никто не дал. Его освободившаяся рука жестко вцепилась в мои волосы, дергая голову назад и заставляя выгнуться в спине. Его пальцы безжалостно сжали мое бедро, оставляя мгновенно синеющие следы.

Он не собирался отпускать меня просто так. Наказание за предательство должно было быть зафиксировано на уровне тела. Эйден рванул свои брюки вниз, и я почувствовала его огромный член позади себя. Без малейшей прелюдии, без единой капли жалости или попытки сделать мне легче, он с грубой, сокрушительной силой вошел в мое неподготовленное, сухое тело.

Из моего горла вырвался дикий, задушенный крик боли. Внутри словно полыхнул грязный пожар. Извращенный, карающий секс стал продолжением его абсолютной власти. Эйден двигался во мне тяжело, размеренно и глубоко, каждым толчком вбивая меня лицом в полированное дерево комода и напоминая, кому теперь принадлежит моя жизнь. Руки, заломленные за спиной, онемели, плечи разрывало от боли, но его это не волновало. Он брал свое — жестко, властно, забирая по праву сильного то, что я пыталась защитить.

Слезы застилали глаза, я судорожно хватала ртом воздух, чувствуя, как внутри всё растягивается до предела от его безжалостного напора. Это не было любовью. Это было клеймение. Физический излом, который стирал мою личность в порошок. Его пальцы на моих бедрах держали меня намертво, не давая ни единого шанса сдвинуться или облегчить эту пытку.

Когда всё закончилось, Эйден резко отстранился. Я судорожно вздохнула, лишившись опоры, и бессильно соскальзнула по боковой стенке комода прямо на холодный паркет, словно сломанная кукла, у которой перерезали все нити. Мои бедра мелко дрожали, а внутри всё горело невыносимым, грязным пожаром. Я сжалась в крошечный комок, поджав колени к подбородку и пытаясь закрыться руками от всего мира.

Эйден, даже не удостоив меня мимолетным взглядом, застегнул одежду и подошел к рабочему столу. Он взял белоснежный шелковый платок, небрежно вытер руки и брезгливо швырнул испачканную ткань в мусорную корзину.

— На сегодня наш первый урок окончен, — ледяным, абсолютно ровным голосом произнес он, глядя на меня сверху вниз, как на кучу мусора. В его облике не было ни капли раскаяния или удовлетворения, только холодное завершение рабочей задачи. — Завтра на рассвете мои штурмовые группа начнут зачистку первых трех складов Ивановых по твоим координатам. Твоя задача сидеть здесь и обеспечивать цифровую блокировку их систем оповещения. И если ты попробуешь скрыть от меня хотя бы один байт, Ванесса... наказание будет в разы хуже. Приведи себя в порядок и убирайся в спальню. Чтобы через пять минут тебя здесь не было.

Он развернулся на каблуках и стремительно вышел из кабинета, оставив дверь открытой. Я осталась лежать на полу в полумраке комнаты, окруженная осколками разбитого хрусталя, запахом разлитого виски и собственной разорванной душой. Сюжет моей жизни сделал свой самый страшный, бесповоротный виток. Романтики больше не существовало. Была только эта мраморная клетка, безжалостный хозяин и его абсолютная власть, которая навсегда оставила след внутри меня.

Глава 5

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.