Неживения – призрачная страна Неявь-мира
- -
- 100%
- +
– Неживей восстал из мертвых! – выдохнул он в ужасе. – Как-то выбрался из призрачной страны, отнял у Благовея волшебную палочку, поднял из земли злостней и отправил их в Явь-мир. Случилось это еще полгода назад! Благовей пролежал в долине так долго! Странно, что тело не рассыпалось в прах.
– Ужас!
– Беда!
– Кошмар! – зашептали все по очереди.
– Но как Неживею это удалось? – Весняна горестно всхлипнула. – Ведь он давно умер, а оттуда в наш мир еще никто ни разу не возвращался!
– Вечная Тьма помогла ему. Он сам так сказал, – пояснил Апчих.
– Неживей связался с Вечной Тьмой?! – Королева потрясенно ахнула и схватилась за горло, будто ей не хватало воздуха. – Но что же теперь будет с миром мертвых? Неужели все там обречены?
– Все мы теперь обречены. Неживей отправил злостней в Явь-мир, чтобы отнять у людей сияние добра. Понимаете, что это значит? – Апчих обвел присутствующих скорбным взглядом. – С каждым погасшим сиянием Вечная Тьма крепнет. Она поглотит весь Явь-мир. То же самое ждет и призрачную страну Неживению, а следом и наш черед настанет. Лишь Благовей, охранявший границу между мирами, контролировал равновесие. Теперь его волшебная палочка в руках злодея.
– Какая страшная беда нависла над нами! – Королева побледнела еще больше. – Неужели совсем ничего нельзя сделать?
– А помните, в трудные времена Благовей почему-то переносил мальчика из Явь-мира, и тот чудесным образом решал все проблемы? – Лекарь наморщил лоб, вспоминая давние события. – Как же его звали?
– Ваня! – подсказала Дождинка. – Но теперь он для нас недосягаем. Без волшебной палочки Благовея мы не сможем вызвать его сюда.
– Пожалуй, Ваня снова придумал бы, как всех спасти. – Весняна кивнула. – Весьма сообразительный и храбрый юноша. Но как его сюда доставить? Это мог сделать только Благовей!
– Может, есть какой-то другой способ? – безо всякой надежды в голосе предположил Лучезар.
– Сомневаюсь, что он существует, – возразил Апчих. – Хотя… Есть один, но он крайне опасен и потому невыполним.
– Говори, – потребовала королева, отняв от опухшего лица мокрый платок.
– Вам это точно не понравится. – Апчих нахмурился.
– Ну что ты тянешь! – рассердилась Весняна, не привыкшая к возражениям.
– Хорошо. Но предупреждаю: потом не ругайте меня, – заявил лекарь. – А способ такой: в глазах Благовея я увидел, как злостни, восставшие из могил, отправились в жерло потухшего вулкана.
– Так вот кто обезобразил ямами Гиблое Место! Они вылезали из могил и разрыли всю землю! – догадалась Дождинка.
– Тише, не мешай ему! – шикнула королева.
Апчих продолжал:
– Разрушив барьер, Неживей отправляет их в Явь-мир. Вместе со злостнями можно проникнуть туда и кому-то из нас. Нужно лишь выбрать подходящее время.
– Какое время? – спросила Дождинка.
– Нужно, чтобы в Явь-мире была ночь. Дело в том, что время в нашем мире течет быстрее: когда у нас проходит год, там всего день. Получается, что… – Он запнулся, порылся в карманах куртки, извлек наружу множество мелких предметов, покопался и выхватил нечто круглое, состоящее из двух дисков, скрепленных между собой и исписанных непонятными мелкими знаками. – Вот, совмещенный календарь! – воскликнул он так, будто это было лучшее средство для борьбы с Вечной Тьмой, а затем покрутил верхний диск, на котором было вырезано окошечко, показывающее знаки нижнего диска. – Сейчас в Явь-мире еще вечер. Ночь там наступит через три наших дня. Когда это произойдет, Неживей снова отправит злостней туда, ведь известно, что при свете дня злостни действовать не могут. И сейчас они ждут где-то в недрах вулкана.
– Как же долго и непонятно ты объясняешь! – Королева нетерпеливо топнула. – Нельзя ли покороче? А лучше сразу выкладывай суть дела!
– Как скажете, Ваше Величество. План такой: Лучезар, имея дар оборотня, обернется злостнем и отправится в жерло вулкана.
– Что-о-о?! – протестующе взвыла Весняна. – Да как ты смеешь!
– Ну вот, я так боялся вас рассердить. Сказал же, что вы ни за что не согласитесь. – Апчих обиженно поджал губы.
– Ладно, давай дальше, – примирительно произнесла она. – Хотя бы дослушаю этот бред.
– Так вот, когда злостни начнут переходить в Явь-мир, Лучезару нужно смешаться с их рядами. При этом ему придется все время представлять себе Ванино лицо, чтобы попасть сразу к нему домой и не блуждать по Явь-миру в поисках. Оказавшись там, Лучезар все объяснит мальчику, и обратно они вернутся вместе. До наступления утра Неживей будет держать открытой дверь между мирами, чтобы злостни до рассвета могли вернуться назад.
– Ваню обнаружат сразу, и конец! Ведь у него нет дара оборотня! – отрезала королева. – Твой способ просто погубит мальчишек!
– Есть зеркальные щиты. Я сохранил их после путешествия в Гиблое Место и могу прикрыть ими Ваню, – сообщил Лучезар. – А можно использовать исчезальное зелье. Злостни могут почуять его, но точно не увидят.
– Щиты лучше, – сказала Дождинка. – Исчезальное зелье сделает Ваню уязвимым перед ними.
– Возможно, – согласился Апчих.
– Это убийство, а не план! – воскликнула Весняна, вскинув руки. – Ты, случайно, не забыл, что Лучезар мой сын?
– Ваше Величество, поверьте: оставшись здесь, он окажется в не меньшей опасности. Как и все мы, – печально ответил Апчих.
Повисло тягостное молчание. Весняна снова уткнулась лицом в мятый платок, не в состоянии принять решение. Лучезар сделал это вместо нее:
– Я согласен.
– Нет… – прошептала королева в платок, но все услышали.
– Ясно же, что другого пути не существует, – продолжал настаивать Лучезар, невзирая на протест матери. – В облике злостня я сойду за своего! – И он даже рассмеялся с напускной веселостью.
– Превращение в злостня может изменить тебя! – воскликнула Весняна, нервно смахивая слезы измятым платком. – Это само по себе очень опасно, не говоря уж обо всем остальном!
– Не опасно, – возразил Лучезар. – Только неприятно. Ведь я же превращаюсь в дракона, но не становлюсь хищником и убийцей.
Весняна хотела еще что-то возразить, но вдруг обратила внимание на взволнованно засуетившегося Апчиха. Лекарь приложил ухо к безжизненной груди Благовея и сделал предупредительный жест, призывая всех замолчать. Присутствующие замерли в ожидании. Через несколько мгновений лицо Апчиха просияло, и он торжественно объявил остальным:
– Я только что уловил удар сердца!
Раздался дружный вздох облегчения, а лекарь продолжил:
– Сердце его бьется всего один раз в минуту, поэтому я вначале и решил, что биения нет. Жизнь волшебника держится в теле каким-то чудом, и я не могу сказать, очнется он или умрет. Душа его покинула тело, и лишь тонкая ниточка связывает их теперь. Думаю, душа Благовея в призрачной стране. Наверное, пытается бороться с предателем Неживеем. Возможно, от этого и зависит сейчас, придет ли великий волшебник в себя или умрет.
– Какое счастье, что есть шанс! – Королева с облегчением вздохнула, подошла к кровати и взяла руку Благовея в свои. – Мы с вами, Великий Повелитель. Держитесь там, помощь скоро придет.
– А ну, разойдись! Хочу прорепетировать! – Лучезар неожиданно отступил назад и сделал кувырок через голову. В следующий миг принц исчез, а вместо него возникло черное костлявое существо с длинными, раскачивающимися из стороны в сторону руками. Оно сделало шаг вперед и зашипело, вытянув руки перед собой. Дождинка истошно завизжала, королева испуганно вскрикнула, Пион плюхнулся на пол, Тюльпан поспешно отскочил в дальний угол, и лишь Апчих, единственный, сохранивший спокойствие, невозмутимо улыбнулся:
– Очень убедительно. Как настоящий злостень!
Злостень совершил кувырок и исчез, а Лучезар вернулся. Принц брезгливо морщился, отряхивал одежду от невидимой грязи и ворчал:
– Я весь воняю! Очень неприятный вышел эксперимент!
– Зато как вылитый, не отличишь! – восхитилась Дождинка.
– Действительно, ты всех перепугал. – Весняна принялась обмахивать сына носовым платком, будто это могло отогнать дурной запах злостня. – Думаю, что ты вполне сойдешь у них за своего.
– Осталось продумать детали, – вмешался Апчих. – Опуститься в жерло вулкана в облике дракона Лучезар не сможет, иначе сразу привлечет к себе внимание. Поэтому он должен принять облегчальное снадобье.
– Облегчальное? Звучит странно, надеюсь, оно действует не так, как слабительное? – Лучезар насторожился. Дождинка и Весняна хихикнули, но Апчих продолжал, не обращая внимания на смешки:
– Снадобье готовится из воздушных одуванчиков и делает тело невесомым. Поэтому перед прыжком в жерло нужно сделать пару глотков, и Лучезар спланирует вниз, как перышко. Но это еще не все. Когда ты, – продолжал Апчих, повернувшись к принцу, – окажешься в Явь-мире, то станешь невидимым и неосязаемым. Чтобы поговорить с Ваней, тебе нужно будет принять проявляющий порошок. Только прежде вернись в человеческий облик, иначе испугаешь Ваню до смерти, представ перед ним в виде злостня.
– Понятно, – кивнул Лучезар.
– Не забудь ничего и не перепутай, – наставлял Апчих. – Когда вы вместе с Ваней вернетесь обратно в жерло вулкана, ты превратишься в дракона, и вы удерете. Сделать все это нужно просто мгновенно, чтобы ни злостни, ни предатель Неживей не успели ничего сообразить и накинуться на вас.
– Как они успеют вырваться из этого логова? – ахнула Весняна и снова всхлипнула, уткнувшись в платок.
– Оттуда летите ко мне, – Апчих сделал вид, что не услышал вопроса королевы. – А уж после я отправлю вас с Ваней в Неживению. Для этого вы примете специальное средство, отделяющее душу от тела. В материальных телах туда попасть нельзя.
– Это что же, мы с Ваней должны умереть, чтобы там оказаться? – Лучезар озадаченно потер бровь.
– Нет. Вы должны принять призрачное зелье.
– Лекарь, да вы сошли с ума! – взвизгнула Весняна. – Оно еще опаснее, чем исчезальное! Это же черная магия!
– Придется идти на риск, – Апчих вдруг часто заморгал. – У них будет время, прежде чем начнется необратимый процесс.
– И сколько? – спросила мать принца, кусая губы.
– Точно не знаю. Подсчитаю к тому моменту, как Лучезар вернется вместе с Ваней обратно. Возможно, несколько часов.
– Несколько часов! – воскликнул принц разочарованно. – Это ведь так мало! Как успеть за это время отыскать дух Благовея и волшебную палочку? А еще с Неживеем надо разобраться! И Вечную Тьму загнать обратно на место!
– Нам всем остается надеяться лишь на чудо. Лицо Апчиха вдруг исказилось печальной гримасой и стало похоже на подсохшее яблоко.
Злостни – непрошеные гости
Ваня лежал в постели и никак не мог уснуть, хотя ночь уже вступила в свои права и на циферблате будильника, освещаемого ночной лампой, стрелки перешагнули цифру «двенадцать». Родители спали в соседней комнате. Судя по тому, как храпел папа, бессонница его не мучила. Снежок, белый карликовый пудель с кудрявой шерсткой, спал, свернувшись калачиком на своем пушистом коврике, спрятав длинную острую мордочку под лапками. А вот Ване никак не спалось. Донимали тревожные мысли о случившихся за день странных вещах. К тому же информация, услышанная в новостях, подтверждала его подозрения. И ведь никому не расскажешь о них! Кто будет слушать его, одиннадцатилетнего мальчишку? Кто поверит в то, что из параллельного магического мира проникают колдуны-мертвецы, управляемые Вечной Тьмой? Кто поверит, что они, так называемые злостни, крадут у людей сияние добра, превращая их в отъявленных злодеев? Кому можно такое рассказать? Пожалуй, разве что психиатру. Только он внимательно выслушает его и не станет смеяться. А потом назначит лечение. Но даже если предположить, что Ваня придет в полицию, расскажет все, и ему там поверят, что же, в самом деле, они смогут предпринять? Ведь существа из волшебного Неявь-мира были невидимы и неосязаемы! Люди не могли увидеть их, а значит, не могли и защититься. Да и как от них защититься? Даже если повсюду в новостях будут предупреждать людей о том, что лучшая защита от злостней – добрые поступки, неужели все помчатся их совершать?
Ваня внезапно ощутил, что в комнате находится кто-то посторонний – жуткий и безжалостный… Сердце бешено застучало, кровь тяжело запульсировала в висках. Злостень! Неизвестный был в спальне, Ваня был совершенно уверен в этом, хотя и не видел непрошеного посетителя, не слышал издаваемого им зловещего шипения и даже запаха его не чувствовал. Но знал наверняка: злостень здесь. Стоит прямо перед его кроватью, невидимый, и тянет к нему свои длинные худые руки. Еще миг, и они лягут Ване на плечи, придавят, как непосильная ноша, лишат возможности двигаться. И все будет кончено. Сияние добра, похищенное потусторонним существом, навсегда исчезнет из его души.
Снежок зашевелился на коврике, высунул морду и, подняв голову, негромко зарычал. Он тоже почувствовал злостня. Ваня натянул на голову одеяло и зажмурился. Нужно срочно вызвать воспоминания о добрых поступках! Ведь он совершил их немало! Ходил за продуктами для старушки Розы Петровны, помогал соседке Ольге заносить и выносить из подъезда коляску с ребенком, заступался за маленьких первоклашек в школе… так… так… что еще? Картины мелькали в голове одна за другой. Вдруг показался открытый ящик письменного стола и «лазерная указка» Коли, лежащая в углу. «Ты хотел ее себе, – прозвучали в голове шипящие слова злостня из прошлого сна. – Это плохой поступок». «Нет, я просто забыл ее дома, забыл, забыл». – Ваня беззвучно повторял одно и то же, словно заклинание, способное его спасти. Медленно выглянул из-под одеяла… и завопил: черная голова злостня покачивалась в воздухе прямо перед ним!
Снежок зашелся хриплым лаем и бросился на обидчика, чтобы расправиться с ним, но под головой злостня была пустота. У монстра не было тела! Ваня, продолжая вопить, увидел, как голова отпрянула от него и поплыла к шкафу, шипя какие-то слова, которые он не мог расслышать из-за собственного крика. Поведение непрошеного гостя было настолько неожиданным, что Ваня замолчал, и даже Снежок перестал гавкать, с любопытством склонив голову набок. Голова заплыла в шкаф, и прежде, чем дверца закрылась за ней, Ваня услышал:
– Я – Лучезар! Лучезар, принц! Не говори родителям, что видел меня.
И в тот самый миг дверь Ваниной спальни распахнулась. Перепуганные родители с растерянными сонными лицами ворвались в комнату и бросились к Ване, засыпая его вопросами.
– Ой, простите, что я вас разбудил, – виновато пробормотал он. – Просто сон плохой приснился.
– Бедный ребенок! Это все школа, нагружают так, что детям кошмары по ночам снятся, – проворчал папа, поправляя на сыне одеяло.
– Или ужастики снова смотрел тайком! – Мама строго взглянула на Ваню, но тот отрицательно помотал головой. Они расцеловали его и, пожелав спокойной ночи, удалились. А Ваня, выждав, пока они улягутся, выбрался из постели и, показав Снежку прижатый к губам палец, означавший команду «тихо», осторожно, на цыпочках, зашагал к шкафу. Увидел, как медленно начала открываться створка. В образовавшейся щели показался глаз. Человеческий глаз, а не черная пустая глазница, как у скелетообразного существа. Раздался тихий шепот:
– Я – Лучезар. Можно, выберусь? Не будешь орать?
Ваня молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и раскрыл рот от удивления, когда из шкафа и впрямь вылез принц Лучезар собственной персоной.
– Прости, что напугал. Забыл! Забыл принять свой облик, представляешь? – прошептал принц, и Ване вдруг начало казаться, что у него от страха помутилось в голове. Откуда взяться в его спальне принцу Лучезару из Неявь-мира? Разве это возможно? Нет, скорее всего, это тот же злостень, просто Ванин разум отказывается верить в это, и у него начались галлюцинации.
Похоже, злостень вот-вот нападет! Ваня с силой швырнул одеяло на стоящего посреди комнаты пришельца, и оно накрыло его с головой, сделав похожим на привидение. Из-под одеяла раздался приглушенный голос:
– Ты что, не рад меня видеть?
Злостень с внешностью Лучезара стряхнул одеяло и сделал шаг к Ване, забившемуся в угол кровати. Заметив его испуганный вид, посмотрел на свои руки и ноги и удивленно произнес:
– Ведь я принял человеческий облик! Чего ты так трясешься?
– Так ты не злостень? – недоверчиво прошептал Ваня.
– Говорю же, я принц Лучезар. У меня Дар Оборотня, я могу превращаться в кого угодно. Пришлось стать злостнем, чтобы проникнуть вместе с ними в твой мир.
Нервная дрожь, сотрясавшая Ваню, прошла. Он с интересом рассматривал стоящего перед ним, все еще не в силах поверить, что видит друга. Златокудрый юноша, лицо которого было удивительно похоже на Ванино, сделал еще один осторожный шаг к его кровати, протянул руку и улыбнулся:
– Привет! – сказал он. – Я так рад тебя видеть!
Снежок с любопытством обнюхивал гостя, виляя хвостом. Именно это убедило Ваню в том, что неожиданный посетитель не опасен. Оставалось лишь сомнение в его реальности. Все-таки, наверное, это просто сон. Намереваясь проверить свои подозрения, Ваня вскочил и обнял принца. Тот был совсем как настоящий. От него веяло густым цветочным ароматом, какой мог быть принесен только из Весении – самой цветочной страны на свете. Хотя запах злостня его слегка перебивал. Гость издал радостный облегченный вздох и прошептал:
– Ну, наконец-то! А то я уж было начал переживать, что ты снова станешь орать и звать на помощь! Меня могли бы схватить как преступника и бросить в темницу. И тогда всему конец.
– Неужели ты настоящий? Разве это не сон? – Ванины сомнения еще не полностью рассеялись.
– Вот какой недоверчивый! Ну, хочешь, я тебя ущипну? – Лучезар сверкнул белозубой улыбкой и ущипнул Ваню за руку. Щипок получился ощутимый.
– Теперь поверил?
– Кажется… – Поток бурной радости быстро заполнял Ванину душу, вытесняя страх. – Зачем ты злостнем оборачивался? Я от страха чуть не умер!
– Это маскировка, – ответил Лучезар, тоже сияя от радости. – Какое счастье, что все удалось! Ведь я чуть не погиб, пока добирался до тебя.
– Что-то случилось?– встревожился Ваня.
– У нас в Неявь-мире стряслась беда. – Сверкающая улыбка сошла с лица принца. – Правитель страны вечных снов Неживей подался в услужение к Вечной Тьме, украл волшебную палочку Благовея и с ее помощью отправляет злостней в твой мир.
– Так я и думал! – неожиданно громко воскликнул Ваня и испугался, что мог снова разбудить родителей. Прислушался. Из соседней комнаты по-прежнему доносился папин храп.
– Я прошу тебя отправиться со мной в Неявь-мир, – прошептал Лучезар умоляюще.
– Что?! – вытаращился Ваня, не готовый к такому предложению.
– Ты дважды уже спасал нас от гибели. А теперь и твой мир в опасности. Все надеются только на тебя.
– Шутишь? – Ваня запаниковал. Мысль о том, что придется немедленно отправляться навстречу опасности, не укладывалась у него в голове.
– Пока здесь длится ночь, за это время у нас пройдет почти полгода. Ты ведь знаешь о разнице во времени? Если мы отправимся прямо сейчас, то до рассвета можем многое успеть, и родители тебя не хватятся.
– Прямо сейчас? – Ваня колебался. Может быть, все-таки отказаться? Рядом была еще теплая постель с мягкой подушкой и пуховым одеялом. Хотелось просто лечь и уснуть, а утром решить, что все это приснилось. Но Ваня понимал, что реальность следующего дня может оказаться страшнее кошмарного сна. Ведь прямо сейчас злостни обнимают спящих и ничего не подозревающих людей, забирая у них сияние добра и наполняя злом их души. А в утренних новостях диктор объявит о новых пациентах, поступающих в больницы города со странными симптомами – неконтролируемой агрессией и утратой цветового зрения. Еще через пару ночей больницы переполнятся, и везти взбесившихся людей будет некуда. А потом и успокаивающие уколы им делать будет некому, потому что многие врачи тоже взбесятся. Весь город сойдет с ума. Затем и весь мир. Все будут ненавидеть друг друга. И Ванины родители, возможно, тоже.
– Решайся, – торопил Лучезар.
– А что же Благовей? Он ничего не может сделать? – спросил Ваня, еще надеясь избежать участия в операции по спасению мира.
– Благовей сейчас беспомощен, он едва жив. Мы с Дождинкой нашли его в Гиблом Месте, бездыханного, думали, он умер. Я в облике дракона перенес его во дворец и пригласил Апчиха. Лекарь расслышал биение сердца, очень редкое, всего один удар в минуту. Сказал, что души волшебника нет в его теле, и скорее всего, она в Неживении – в стране вечных снов. Благовей может умереть в любой момент. Меня отправили за тобой.
– Но как?! Ведь граница между мирами закрыта, и только Благовей…
– Я уже говорил, что Неживей открыл коридор для злостней! Он собрал их в жерле Звездного Вулкана, там, где нет света даже днем, и оттуда отправляет к вам.
– Как в жерле вулкана?! Там же пекло! – удивился Ваня.
– Звездный Вулкан потух.
– Что?!
– Это сделал Неживей, чтобы выбраться из потустороннего мира. А теперь волшебная палочка в его руках, и он контролирует границы между мирами. Я был там, в жерле… Ох, и жуть! Сотни, а то и тысячи злостней собрались в нем. Я принял облик злостня и присоединился к их толпе. Чуть не задохнулся от вони! А как они меня обнюхивали! Я думал – все, конец! Почуяли! Но пронесло. Просто мозгов-то у них нет, сгнили давно, лишь сила зла ими движет. Чуют, что добыча близко, а не понимают, где. Головами вертят, шипят, как змеи, а достать меня не могут. Вот так и очутился здесь!
– Ничего себе! – восхитился Ваня смелостью Лучезара. – Молодец! Я б не смог.
– Сможешь, – улыбнулся принц. – Обратно-то нам через ту же дверь пройти придется. А в жерле их еще видимо-невидимо. Неживей их партиями отправляет.
– Я этого не переживу. – Ваня протестующе замотал головой. – Однажды имел несчастье повстречаться с одним уродом. До сих пор он мне в каждом углу мерещится!
– Так или иначе, все равно придется еще повстречаться, – невеселая улыбка Лучезара совсем увяла. – Со мной или без меня. Их в твоем мире сейчас полно, да и еще прибывают!
– Послушай, но это же глупо! Мы попадемся! – возразил Ваня. – Представь, мы с тобой окажемся в их скопище! Я-то не могу в злостня превратиться!
– Я прикрою тебя зеркальным щитом. – Тут только Ваня заметил за спиной у принца сияющий прямоугольник, знакомый ему со времени похода в Гиблое Место.
– Ого! Где ж ты его достал?
– Я еще тогда пару щитов прихватил с собой. Как знал, что пригодятся. Так что шанс у нас есть. А там один кувырок – и я дракон. Мы с тобой взлетим вверх так быстро, что Неживей моргнуть не успеет.
– Он же погонится за нами!
– Неживей – призрак, и далеко в мир живых он проникнуть не сможет. Успеем удрать, я думаю!
– А если нет? – спросил Ваня, холодея.
– Должны успеть. Сам ведь понимаешь. – Лучезар неуверенно пожал плечами, и тут вдруг Ваня заметил, что одно плечо у принца начало растворяться в воздухе, словно кусок сахара в горячем чае.
– Что это с тобой? – испугался он за друга.
– А, это заканчивается действие проявляющего порошка. – В этот момент у Лучезара поплыло второе плечо, а в животе образовалась дыра. – Надо спешить, а то еще через пару минут ты меня ни увидеть, ни услышать не сможешь. Я же из волшебного мира, а в твоем мире все волшебники невидимы и неосязаемы, забыл?
– Да, помню. Как Дед Мороз.
– Точно. На, закройся щитом! И руку мою держи крепче, пока ты еще можешь ее чувствовать!
Ваня схватил протянутую руку принца и зеркальный щит. На прощание посмотрел на Снежка, сидящего у его ног. Виляя хвостом, пес взглядом умолял взять его с собой.
– Не скучай, я скоро! – прошептал мальчик. – И сиди тихо! – добавил он, чувствуя, как исчезла твердая опора под ногами.
Перед глазами все замелькало, а в ушах засвистел ветер. Волосы взметнулись, как во время прыжка. Ваня зажмурился. Его обдало морозным воздухом, но всего на мгновение, и тотчас стало снова тепло. Но запах! Какая резкая вонь ударила в нос! Ваня вспомнил, как однажды мама поставила мясо на стол, чтобы оно разморозилось, а папе оно помешало. Он убрал его на кухонный шкаф, и оба об этом забыли. Вспомнили через пару дней, когда сверху начало вонять. Запах был похож, но в сто раз сильнее. «От такой вони можно и в обморок упасть», – подумал Ваня, почувствовав под ногами неровную опору – впившиеся в босые ноги острые углы холодных скользких камней. Открыв глаза, он вначале ничего не смог увидеть. Вокруг было темно. В следующий миг в рассеянном сиянии зеркального щита проступили своды пещеры и еще кое-что, живое и шевелящееся. Черное море лысых голов колыхалось совсем близко, а справа еще белел сияющий проем в параллельный мир. Его мир, ставший теперь таким далеким.
Рука Лучезара выскользнула из Ваниной ладони, вспотевшей от страха. Перед лицом взметнулось нечто огромное. Потоки воздуха окатили Ваню, в ворот пижамы что-то вцепилось, и неведомая сила оторвала мальчика от земли, унося вверх на гигантских крыльях. Сверху над собой он увидел расширяющийся круг голубого неба и золотистый краешек солнца. Понял, что летит, болтаясь в зубах дракона. В глаза брызнул ослепительный свет, а жерло вулкана под ними начало удаляться.