Больше никаких измен

Она порывисто обняла его. Он почувствовал прикосновение ее тела, и кровь быстрее побежала по его венам.

Испугавшись своего порыва, Ирэн отстранилась от него. Он встретил взгляд ее широко распахнутых глаз.

– Пожалуйста, можете целовать меня, если вы действительно этого хотите, – лениво протянул он.

Девушка помрачнела.

– По зрелом размышлении, я не буду брать назад свои обвинения.

Она застенчиво посмотрела на телохранителей.

– Когда мы можем отправиться?

– Прямо сейчас.

Он сделал какой-то знак, и телохранители мгновенно выстроились позади них.

– Это просто нелепо, – прошептала Ирэн, беря его под руку. – Вы не чувствуете себя… пленником, которого ведут в камеру?

При этих словах он снова ощутил себя загнанным зверем. Он так старался избавиться от этого чувства, которое совсем не имело отношения к телохранителям. Он жил с этим чувством уже двадцать лет. Скоро двери его клетки захлопнутся. Он специально приехал на эту свадьбу в надежде примириться с неизбежным.

– Я к этому привык, – холодно сказал он.

Она покачала головой:

– Я понимаю, что человек в вашем положении нуждается в телохранителях. Но мне кажется, что при этом вы теряете право на личную жизнь, словно толстая стена стоит между вами и остальным…

Она смущенно замолчала. Шариф улыбнулся, заметив, как на лице ее отразилось изумление при виде его черного длинного «роллс-ройса», на котором красовался флаг его страны. Одетый в форменную одежду шофер вытянулся по стойке «смирно». Шариф пропустил ее вперед, что заставило охранников переглянуться. Но Шарифа не волновало, что они подумают об этом нарушении этикета. Он сел в машину следом за Ирэн.

Она с открытым восхищением разглядывала убранство салона. Когда Шариф сел рядом, она отодвинулась в самый дальний угол.

– Вы так боитесь оказаться вблизи меня?

– Я просто хотела освободить побольше места.

– Места?

– Для телохранителей.

Он улыбнулся:

– Один из них сядет рядом с шофером. Остальные поедут отдельно.

– О! – Она сделала паузу, потом добавила: – Но здесь достаточно места. Ваша машина просто невероятна.

– Я рад, что она вам нравится.

– Я не это имела в виду. Здесь может уместиться целая футбольная команда…

Она запнулась, увидев, что он смотрит на ее обнаженные ноги. Только сейчас она заметила, что ее юбка задралась до середины бедра. Она поспешно выпрямилась и одернула юбку, как чопорная викторианская барышня. Он спрятал усмешку, потому что знал, что до конца сегодняшней ночи он покроет ласками и поцелуями каждый дюйм ее тела, которое она так хотела спрятать от него. И она покроет его поцелуями в свою очередь. Она перестанет сопротивляться и уступит своему желанию. Страстность, которую он чувствовал в ней, вырвется на волю, и они оба сгорят в этом огне. Так что пусть сейчас прячет все, что хочет. Это сделает победу более сладкой.

– Чему вы улыбаетесь? – подозрительно спросила Ирэн.

– Ничему, – ответил он, продолжая улыбаться.

Шариф отвернулся и стал смотреть на проплывающий мимо прекрасный итальянский пейзаж. Но он ощущал каждое ее движение, каждый вздох, и его охватило радостное предвкушение. Он не мог вспомнить, когда так сильно хотел какую-либо женщину.

Через несколько минут лимузин и следовавшая за ним спортивная машина остановились у входа в помпезное здание. Не дожидаясь, пока шофер откроет ей дверцу, Ирэн выпорхнула из машины и остановилась на тротуаре, оглядываясь по сторонам.

– Вы уверены, что это здесь? – спросила она Шарифа.

– Мне дали этот адрес.

Она с некоторым колебанием последовала за ним внутрь здания. Телохранители остались в вестибюле, а Шариф и Ирэн вошли в мрачную, официозно выглядевшую комнату, в которой только что началась церемония бракосочетания Фалконери и его домоправительницы.

Даже Шариф должен был признать, что невеста выглядела ослепительно, в простом шелковом костюме кремового цвета и в шляпе с вуалью. На коленях она держала лепечущего сына. А жених казался еще более довольным, чем накануне.