Ловец видений

Глава 1. Сноходец

Окраина – это была удача. Здесь проще работать над собой, особенно тому, кто спешит.

Григ очень спешил.

Он бежал. Бежал по гулкой мостовой, несся, как лесной олень… рыжим лесом пущенной стрелой.

Все поэты – сволочи! Поэт воткнет в размер любую ерунду, а дети должны страдать. Григ все детство пытался понять, слыша песенку про лесного оленя – как это он может лететь «рыжим лесом, пущенной стрелой»[1]. Стрелой – понятно. Но с какой стати летает рыжий лес? И неужели он летает быстрее стрелы? Ему пришлось уверить себя, что в песенке поется «рыжим лисом, пущенной стрелой». И тогда все стало на свои места.

Кстати, рыжим лисом – это идея…

Это была Окраина – а здесь все проще. На бегу Григ обернулся лисом. Здоровым рыжим лисом с наглой мордой, одетым в жилетку и шорты. Ускорился. Пушистый хвост стегал по булыжникам, заметал следы. Улица, накрытая серым осенним небом, была пуста и безжизненна. В окнах не горел свет, двери закрыты, а возможно, – всего лишь нарисованы на стенах. Похоже на какой-то кошмар. Григ вильнул в один переулок… в другой… в третий…

Но шаги за спиной стучали все чаще и чаще. Преследователя не провести лисьими увертками.

Григ нырнул в очередной переулок – и обмер.

Тупик.

Глухие стены домов слева и справа. Этажа четыре высотой – плотная кирпичная кладка, швы заполнены раствором «под стену», не зацепиться. Ни окон, ни дверей, разумеется… слева одно окно под самой крышей все-таки было, но слишком высоко. А впереди – забор. Кирпичный. Тоже с четырехэтажный дом.

Собственно говоря, на вид забор ничем не отличался от стен. Но почему-то чувствовалось – это именно забор. За ним – пустота, путь к спасению.

Григ несколько раз ударился о забор с разбега, всем телом, оставляя на кирпиче клочья рыжей шерсти и отчаянно представляя, как забор рушится под его напором.

Но кирпич ему не поверил.

Проще было убить себя об стену, чем пробить в ней дыру. Но если бы Григ легко пробил проход – что бы он делал на соседней улице? Погоня продолжилась бы дальше.

Шаги за спиной стали бухать реже.

Григ вздохнул и обернулся.

Здоровенный, метра три высотой, черный тролль (ну а как еще назвать существо, состоящее из ловко пригнанных друг к другу черных камней) вошел в тупик и уставился на беглеца. Потом ухмыльнулся.

– Тупик, – печально сказал Григ, с трудом выдавливая человеческие слова из лисьей пасти.

– Вижу, – кивнул тролль, запустил руку за спину, почесал под лопаткой – и извлек из собственного тела увесистую каменную дубину. – Я тебя предупреждал – не надо! Не надо меня обманывать!

– Я не обманывал… – попытался Григ потянуть время.

– Вот только не будем вступать в философские споры! – воскликнул тролль. – С моей точки зрения обман был – и баста!

Похлопывая по ладони дубинкой, тролль двинулся к беглецу (отчего мостовая под ногами вздрагивала). Тот начал пятиться и уперся в стену.

– Не взлетишь, – ухмыльнулся тролль.

– Давай представим, что это все – компьютерная игра? – жалобно попросил Григ. – Виртуальная реальность…

– Ты можешь представлять себе все, что угодно, – почти ласково сказал тролль. – Даже то, что это твой персональный Армагеддон.

Расшатать самомнение тролля оказалось не легче, чем кирпичные стены вокруг. И переметнуться в иной облик тоже – тролль явно был куда большим солипсистом, чем Григ.

– Я даже не стану убивать тебя до смерти, – пообещал тролль. – Не дергайся и…

Что-то визжащее!.. поющее!.. сверкающее!.. сияющее!.. – словно созданное из сплошных шипящих и восклицательных знаков – ворвалось в тупик. Извиваясь и переливаясь, скользя над мостовой и взмывая, оно пронеслось между широко расставленных ног тролля.

– Пока! – крикнул Григ, бросаясь на этот обезумевший кусок радуги. Ощущение было таким, словно он оседлал наполненный теплой пенной водой мешок. Радуга будто и не заметила седока – стремительно вильнула – и пошла вверх вдоль стены. Григ цеплялся за некое подобие ушей, выросших на этой разноцветной колбасе, и мечтал лишь об одном – не упасть, пока радуга не перевалит за стену.

Хотя помешает ли стена троллю продолжить преследование?

– Ты трус! – завопил уязвленный тролль. – Трус и подонок! Только гнусный подонок способен оседлать светлый детский сон!

– Ну, трус, – прошептал Григ, прижимаясь к колбасе. – Ну, подонок. Зато живой.

Радужная колбаса распласталась в широкую мягкую ленту – и потащила его над Окраиной, будто на ковре-самолете. Теперь, когда тролль остался позади, Григ рискнул посмотреть на своего спасителя повнимательнее.

Лента вся шла цветными переливчатыми пятнами. Временами на ней возникали какие-то искаженные лица…

Ой-ей…

Это не светлый детский сон…

Лента снова сжалась в колбасу, только на этот раз с одной стороны был шипастый хвост, а с другой – зубастая пасть и пылающие красные глаза.

– Айри! – как можно радостнее воскликнул Григ, помахивая рукой. – Рутс, пыхнем пару разков?

– У? – задумчиво спросила колбаса. – Айри. Есть, брат?

Обычно сон наркомана – зрелище не для слабонервных. Этот, к счастью, уснул в миролюбивом настроении и не после тяжелых наркотиков, а обкурившись конопли.

– Вон, внизу! – твердо заявил Григ.

Колбаса (впрочем, ее уже можно было смело звать змеей или драконом) опустила голову и уставилась на серые, безжизненные кварталы. Григ очень рассчитывал на раскрепощенное воображение бедного обкурка. И не ошибся.

Половина квартала разом заколебалась – и исчезла серым дымом. Вместо нее среди мрачных зданий появилась чудная зеленая полянка, залитая солнечным светом (то, что над головой по-прежнему висели тяжелые облака, делу не вредило). В воздухе возник тонкий приторно-терпкий запах.

– О! – воскликнул дракончик и метнулся вниз.

В центр конопляного поля он приземлился уже в виде человека – Григ едва успел соскочить с его спины. Тощий долговязый парень, прыщавый и явно близорукий. Но вообразить себе очки он, видимо, не сумел, оттого натужно щурился.

– Какая трава! – с восторгом сказал парень.

– Все твое, – кивнул Григ. – Пользуйся. Айри. Я пошел.

– Айри… – с удивлением попрощался тот. – Подожди, свернем по косячку!

– Вон же свернутые лежат, – подсказал Григ.

– Вау! – завопил парень. Григ усмехнулся и двинулся прочь – туда, где, по его мнению, должна была заканчиваться Окраина.

– Постой, а спичек у тебя нет? – в полном соответствии со старым анекдотом завопил вслед парень.

– Были б спички, был бы рай! – ответил Григ, не оборачиваясь.

– А что же это, брат? – горестно вопросил парень.

Григ пожал плечами.

– Это? Конкретно это – Окраина.

– Чего окраина?

– Города.

– Какого? – совсем уж слабо спросил наркоман.

– Да он здесь один, брат!

– Где здесь?

– В Стране Снов, – ответил Григ и с улыбкой обернулся. – Или в Стране Кошмаров… кому как!

На лбу у него открылись еще два глаза, а из головы выросли раскидистые рога. Он оскалил зубы.

Парень завопил и кинулся бежать, смешно размахивая руками.

Вот и славно. Реальная опасность ему не грозит, а как утомится – проснется в обычном мире. Станет ли он после этого Сноходцем – неизвестно. Но вот с марихуаной, возможно, завяжет.

Григ убрал рога и лишние глаза. И только после этого понял, что до сих пор пребывал в обличии огромного рыжего лиса.

Блин!

Рога и лишняя пара глаз наркомана напугали!

А вот исполинская лиса, предложившая пыхнуть пару разков – ничуть!

Нет, не завяжет…

Окраина, как ни странно, была одним из самых спокойных и тихих мест города. Здесь жило некоторое количество нелюдимых Сноходцев (вроде обидевшегося на Григория тролля), сюда то и дело заносило обкурившихся наркоманов, впавших в депрессию клерков, истеричных молодых женщин и температурящих детей.

Вы тоже здесь бывали, наверняка. Попробуйте вспомнить. Конечно, если вы обычный сновидец, то Страна Снов остается в вашей памяти сумбурной тенью. И все-таки, попытайтесь. Серое небо. Нависающие над тротуарами дома. Тишина. Безлюдье. Давящее ощущение слежки…

Вспомнили?

Все здесь бывали. Это частый кошмар современного человека – каменные джунгли, безжизненный вымерший город, где затаилась неведомая угроза. Обычно сны об Окраине очень эмоциональны, поэтому Окраина долго не разрушается. Но при этом реальной опасности в кошмарах нет, это что-то вроде правильного триллера, фильма Хичкока, где напряжение нарастает, нарастает, но до самого финала ничего ужасного так и не происходит.

Так что, если судьба забросит вас во сне на Окраину – не беспокойтесь. Ничего страшного с вами не случится. Ничего интересного, но и ничего страшного.

Скорее всего.

Уже вернув себе человеческий облик, Григ неспешно шел по центру улицы, подальше от дверей и переулков (ничего страшного здесь не случается, помните? Но он всегда предпочитал перестраховаться). И размышлял, как лучше выбраться в Город.

В Снах география особая. Здесь нет нормального пространства, точно так же, как нет и нормального времени. Но если попытаться перевести здешние расстояния на обычные мерки…

От жилой части города Грига отделяло километров пятьсот. При некоторой удаче он мог пройти это расстояние за день – применив некоторые свои способности из числа тех, что старался не афишировать.

Но ему не хотелось терять целый день.

Григ вздохнул и примостился на торчащий из асфальта прямо посреди проезжей части пожарный гидрант. Этот кусок сна был американский, а у них не бывает городского пейзажа без гидрантов.

– Ну? – скрипуче спросил гидрант из-под его задницы. – И че расселся?

– Тебя не спросил, – огрызнулся Григ. Сидеть на гидранте было неудобно, злые люди делают их коническими сверху. Но если очень хочется – то усидишь и на гидранте.

– Ты кое-что должен за право пройти мимо меня.

– Правда? – Григ помассировал правую щиколотку. – И что именно?

В Стране Сновидений быстро перестаешь удивляться говорящим предметам. Скорее всего, это был огрызок чужого кошмара. Возможно – симулякр. В самом крайнем случае – скучающий Снотворец.

– Ты должен ответить на три загадки, – сказал гидрант.

– А не то? – поинтересовался Григ, расшнуровывая кроссовки.

– Не то я тебя сожру! – кровожадно пообещала чугунная тумба.

– Ясно, – кивнул Григ. Кусок чужого сна, каким-то чудом уцелевший на Окраине. То ли недавно здесь, то ли ему периодически удается подкрепиться случайными путниками.

– Итак, вот первый мой вопрос! – торжественно произнес гидрант. – Что радует и старца, и дитя? Что веселит, печалит и волнует? Что с нами каждый день?

– Телеканал «Домашний», – сказал Григ, переодевая носки – с левой ноги на правую, а с правой на левую. Как ни странно, но даже такая мелочь помогала ногам отдохнуть. Согласно древним русским поверьям, это было еще и прекрасное средство сбить с толку преследующую тебя нечистую силу, но об этом Григ не подозревал.

– Что? – оторопел гидрант.

– Телеканал, говорю. «Домашний». Радует и старца, и дитя. С нами каждый день.

– Ответ не верен! – завопил гидрант. – Правильный ответ – дружеская беседа!

– Ничего не знаю, – ответил Григ. – Телеканал «Домашний» тоже подходит.

– Тогда второй вопрос… – неуверенно сказал гидрант. – Внемли, вот мой второй вопрос! Сопровождает нас с рожденья. По жизни ласковой рукой ведет. Согреет, ободрит, утешит. Простит, поддержит, подсобит.

– Партия «Единая Россия», – сказал Григ, зашнуровывая кроссовки.

– Чего? – гидрант издал такой звук, будто чем-то поперхнулся.

– Есть такая партия. Сопровождает нас с рожденья. По жизни. Ласковой рукой ведет.

– Это материнская любовь! – взвыл гидрант.

– У вас на Оклахоме – может быть, – милостиво согласился Григ. – А у нас – так все-таки «Единая Россия».

– Третий вопрос, – ледяным голосом произнес гидрант. – Услышь вопрос мой третий и последний! Он каждый день радеет о тебе. От бед тебя он защищает. Он нужен каждому из нас!

– О, Боже! – закричал Григ, привставая с гидранта. – Я знаю, я знаю ответ! Это он! Он! Мой любимый однопроцентный кефир!

– А вот и нет! – завопил гидрант. – Президент Дональд Трамп!

– Что? – Григ от неожиданности разинул рот. От простого рельефа он чувства юмора не ожидал… неужели Снотворец?

Гидрант захохотал и вывернулся из асфальта, превратившись в металлический столб пятиметровой высоты. Фланцы уставились на Грига пустыми злыми глазницами.

– Ты влип! – взвыл гидрант. В металле открылась брызжущая водой трещина, изгибающаяся в кривой ухмылке. Струйки воды летели из нее во все стороны, будто капли слюны изо рта истерика.

Вдоль всей улицы застонал взламываемый асфальт – и вверх взвились, покачиваясь ржавыми железными щупальцами, водопроводные трубы. На удивление бодрый кошмар…

– Тебе не уйти от меня, Ловец!

Григ не стал спрашивать: «Мы знакомы?», потому что сбивать дыхание в беге не рекомендуется даже во сне.

Он несся вдоль улицы, с тротуаров к нему тянулись трубы-щупальца, а сверху с воем падал гидрант, раскачиваясь на какой-то совсем уж немыслимой по длине трубе…

На бегу Григ смял в ладонях немного воздуха – так, чтобы он вспыхнул, и метнул вперед. Огненный шар понесся над асфальтом, испепеляя трубы, но почти сразу же в него ударили струи воды – и пламя погасло.

Гидрант, нависающий над ним будто голова кобры, захохотал. Это была не лучшая идея – бороться с ожившим пожарным гидрантом огнем!

Григ подпрыгнул – и вырос на полметра. Подпрыгнул еще раз – и вырос на метр. Еще раз – и добавил к своему росту два метра.

В общем, это была обычная геометрическая прогрессия со знаменателем два.

Григ подпрыгнул еще два раза.

– Ого… – промямлил гидрант, когда они сравнялись. Григ сейчас был ростом с пятиэтажный дом. Такой фокус не прошел бы с черным троллем – у того было слишком могучее эго, ростом его не обгонишь.

Но куда уж гидранту тягаться с человеческим самомнением!

– Явки, пароли, задания! – ловя гидрант под мышку и сжимая трубу-шею в кулаке, спросил Григ. – Кто послал? Говори, сволочь!

– Креч…

– Черный тролль?

– Да…

– Ты кто такой?

– Я ужас здешних улиц!

Все-таки это была всего лишь часть кошмара. Куда более организованная и разумная, чем Григу показалось вначале. Но – не более чем часть Страны Сновидений. Даже не симулякр.

Рельеф.

Работающий на Креча. Редкость, но случается – Креч жил здесь достаточно долго, чтобы приручить самые устойчивые и смышленые формы рельефа. Интересно только, чем он расплачивался с гидрантом?

Григ оторвал гидрант от трубы, раздавил в ладонях и зашвырнул куда-то вдаль. Дергающиеся вокруг водопроводные трубы опали, сочась ржавой водой.

Подтянув к себе трубу потолще, Григ вымыл руки. А потом побежал от Окраины к центру, перепрыгивая через дома пониже и огибая те, что повыше.

Главное – не забыть принять нормальный размер, когда покажутся жилые кварталы Города. В Снах можно делать все, что угодно. Ну совершенно все, что только можешь себе представить! Но некоторые вещи рядовому Сноходцу лучше не представлять.

Потому что Снотворцы, которые за сотни лет жизни не научились такого делать, могут обидеться.

Глава 2. Город

В Страну Сновидений время от времени наведывается каждый. Кто-то посещает Окраину, Пустоши, Лабиринт, Башню и прочие территории кошмаров, где коллективное бессознательное за тысячи лет обрело видимые формы. Но большинство, к счастью, попадает в Город или на Просторы. Конечно, если говорить откровенно, то Город не один. Это три десятка городов, слитых вместе, три десятка «типичных представлений об идеальном или кошмарном городе». Обычно Сноходец осознает себя в Снах, когда попадает в город своей мечты. За этим всегда интересно наблюдать.

Григ сидел на открытой площадке кафе «Три звезды» – лучшего кафе с видом на океан, на той трети площадки, что выложена прозрачным, искрящимся зеленым камнем. Ему только что принесли кружку пива и тарелку с крошечными сушеными рыбешками – на вид твердыми и малосъедобными, а на самом деле – тающими во рту. Народа было немного, да и тот, что был, по большей части никакого значения не имел. Загорелые длинноногие девушки, мускулистые парни, благообразные старички и умилительные детишки… Рельеф, сплошной рельеф, слегка разбавленный простецами и простушками.

Тут и появилась эта девчонка. Во-первых, она была некрасивая. Точнее – самая обыкновенная. Если поработает над собой перед зеркалом – будет привлекательная, если не поработает… то увы. Во-вторых, одета она была очень просто – в серенькое платье, на вид обычное, но если присмотреться – то обнаруживается полное отсутствие молний, застежек и прочих пуговиц. Это платье не предназначалось для того, чтобы его снимать. Оно просто имелось. Босоножки были устроены примерно так же – тугие ремешки без пряжек, впрочем, для босоножек вполне допустимые. Ну и в-третьих – у девушки был характерный взгляд, любопытно-рассеянный. Такой бывает у взрослых людей, попавших в большой магазин игрушек – все вокруг интересно, будит какие-то воспоминания и мечты, но при этом человек честно осознает – ему не нужны эти говорящие куклы, кусающиеся динозавры, машинки по выдуванию мыльных пузырей и чудесные пластиковые конструкторы.

Григ привстал и приветливо помахал девчонке рукой. Она на миг смутилась, но потом улыбнулась и направилась к нему.

– Еще пива! – попросил Григ официанта: немолодого, седоусого, с тем ярко выраженным чувством собственного достоинства, которым может обладать только качественный рельеф. Официант кивнул и отправился к стойке.

– А почему именно пива? – спросила девушка, садясь за столик. – А вдруг я хочу шампанского?

Ей было лет двадцать, может быть, даже меньше.

– Шампанское? Придется пересесть, – объяснил Григ. – На зеленой части подают только пиво. На белой – наливают ром, а на красной – вино всех видов, включая игристое. Но лучший вид на океан отсюда, так что будем пить пиво.

Девушка с любопытством посмотрела на трехцветный пол.

– Однажды здесь упали три звезды, – пояснил Григ. – Из них сделали площадку и построили кафе. Ну и почему-то так повелось… на каждой трети – свой напиток.

– Три звезды? – уточнила девушка. – Три метеорита?

– Нет, именно звезды, – поправил Григ. – Ну сами подумайте: как можно что-то сделать из упавшего метеорита? Он же разлетится на кусочки!

– А звезда? Не разлетится?

– Конечно, нет! Что ей сделается, она же звезда…

Официант принес пиво. Девушка засмеялась и взяла кружку. Как-то очень неумело – явно не ее напиток.

– Как вас зовут? – спросил Григ.

– Анна.

– Никому этого не говорите, – Григ погрозил ей пальцем. – Вообще старайтесь в Стране Сновидений не вспоминать о реальном мире.

– В Стране… Сновидений? – она растерялась.

– Вы уснули и попали в Страну Сновидений, – пояснил Григ. – Или попросту – во Сны.

– Очень странный сон… – сказала девушка задумчиво. – Обычно во сне не понимаешь, что это сон. И уж, конечно, встречные молодые люди…

– Почему вы решили, что я молод?

Анна посмотрела на него. Потом – на свои руки. Закусила губу.

Григ пошарил рукой – и протянул ей зеркало.

– Где вы его взяли? – разглядывая свое лицо, спросила девушка.

– Я его тут на столе нашел. Неужели не доводилось во сне находить те предметы, которые нужны?

– Но это во сне… – она покачала головой. Потом призналась: – Я не такая… молодая.

– По голосу чувствуется, – кивнул Григ. – По манере говорить. Думаю, вам за тридцать.

Анна едва заметно улыбнулась. Отложила зеркало на стол и повторила:

– Какой странный сон…

За соседним столиком парень рассказывал девушке какую-то историю. Девушка смеялась. Вдоль ограждения бегали ребятишки и кидали в сторону моря бумажные самолетики.

– А где вы живете? – спросил Григ.

– На планете Земля, – ответила Анна, помедлив.

– Молодец, – похвалил Григ. – Вот так и держитесь дальше. Меня, кстати, зовут Григ.

– Это настоящее имя?

– Какая разница?

Анна сделала глоток пива. Потом аккуратно наклонила кружку, обливая загорелую лодыжку тонкой струйкой пены.

– Мокро, – сказала она. – Все как взаправду… Давайте и впрямь на «ты». Григ, где я?

– В Стране Сновидений.

– Но здесь все так реально!

– А она реальна, – объяснил Григ. – Абсолютно. Порежетесь – пойдет кровь. Съедите несвежее пирожное – будете бегать в сортир.

– Упаду с обрыва? – глядя на плещущий далеко внизу океан, спросила Анна.

– Вот тут возможны варианты. Будь ты еще маленькой девочкой – могла бы раскинуть руки и полететь. Если ты очень уверена в себе – можешь аккуратно войти в воду, вынырнуть и выплыть на берег. Очень хорошая фантазия поможет тебе… ну, к примеру, превратиться в полете в рыбу или дельфина, и опять-таки выплыть.

Анна кивнула.

– Но скорее всего, ты разобьешься, – сказал Григ.

– И умру?

– Нет. Проснешься. Но, скорее всего, в ясном сознании сюда уже никогда не попадешь.

У девушки начали подрагивать губы, и она торопливо поднесла ко рту кружку с остатками пива.

– Я не верю. Это какая-то… какой-то…

– Дурной сон? – усмехнулся Григ. – Это не сон, это Сны. Это мир, который подчиняется твоему сознанию, твоей фантазии… отчасти, конечно. У него свои законы, свои обычаи… свои правители. Но в общем и целом это довольно приличный и интересный мир.

– Как я могу вернуться… то есть проснуться?

Это был хороший вопрос. Не все понимают, что, найдя вход в незнакомый дом, стоит сразу позаботиться о выходе.

– Ты должна проснуться в обычном мире. А для этого тебе надо уснуть здесь, в Стране Сновидений. Ну или что-то должно тебя разбудить – оттуда, из обычного мира.

Анна задумчиво кивнула:

– То есть я засыпаю, попадаю сюда… а потом, через восемь часов, засыпаю здесь и просыпаюсь там?

– Ну… – Григ замялся. Всегда трудно объяснять элементарные истины – они как раз самые сложные. – Все немного не так. Это Страна Сновидений. Во сне время течет по-другому. Оно может пролететь незаметно – за час, за несколько минут. А может тянуться днями, месяцами, прежде чем ты поймешь, что хочешь спать… то есть проснуться. Никакой прямой зависимости нет.

– Удивительно, – сказала женщина. – Это как целая новая жизнь. Или несколько жизней.

Григ кивнул. И добавил:

– Только не старайся не проснуться, чтобы остаться здесь навсегда. Не получится. Только измучаешься.

– Я не могу остаться! – заволновалась Анна. – Меня… меня ждут. Как же я…

Скорее всего, он ошибся, определяя возраст девушки. Наверное, в обычном мире она была мамой – молодой мамой с маленькими детьми. Григу доводилось встречать таких, замученных младенческими коликами и хныканьем; они врывались в Сны, как завязавший алкоголик – в винный магазин, замирали в восхищении… и зачастую больше не возвращались. Будто материнский инстинкт запирал для них волшебную дверь. Тут уж ничего не поделаешь.

– Ребенок? – спросил Григ. – Совсем маленький?

По лицу Анны пробежала светлая улыбка.

– Двое, – сказала она. – Два карапуза…

Она вдруг склонила голову набок, будто вслушиваясь во что-то далекое, за пределом реальности.

В общем-то так оно и было.

– Плачут… – тихо сказала она. – Есть хотят…

Лицо Анны вдруг начало сереть, утрачивать цвет.

– Ты просыпаешься, – быстро сказал Григ. – Не пугайся, все нормально. В следующий раз тебе будет легче сюда попасть…

Девушка уже была полупрозрачна – серый туманный контур за его столиком. На ее исчезновение никто внимания не обращал.

– Удачи! – добавил Григ вслед. – Может быть, еще увидимся…

Кружка тяжело упала на стол, отскочила, ударилась о зеленые каменные плиты и разлетелась вдребезги. Григ хмуро посмотрел на осколки – и те превратились в прозрачные льдинки, тающие под теплыми солнечными лучами.

Григу нравилось чувствовать себя добрым самаритянином. Честно говоря, любому человеку нравится чувствовать себя добрым, особенно, если это ничего ему не стоит. А поддержать новичка – дело святое.

Впрочем, Анна вряд ли когда-либо вернется в Страну Сновидений в качестве Сноходца. Материнство – работа сложная, самозабвенная. Скорее всего уже через несколько минут она решит, что ей просто приснился удивительно яркий сон, а это наглухо закрывает дорогу обратно.

Григ, впрочем, не расстроился. Вернется – так вернется, а нет – ничего страшного. Никаких планов в отношении Анны у него не возникало. Сноходцы редко сходятся друг с другом в Стране Сновидений. По целому ряду причин – но основную мало кто называет вслух, а большинство не признается в этом даже себе.