Участковый

Денисов заулыбался, поняв, к чему клонит тракторист.

– Не так, Петька, не так. Если бы ты вышел из машины – оставил бы следы. А следов нет, верно? Молодец! Тебе точно нужно в школу милиции поступать, хороший следователь может из тебя получиться. Только ошибку ты все же допустил: зачем забрал волка с места? Первое заглавное правило – ничего не трогать до приезда криминалиста.

– Ага, конечно! – обиделся Красилов. – А поехал бы кто да увидел? Это я такой сознательный, вам улику привез, другой бы мог, не задумавшись, домой забрать и друзьям как трофей демонстрировать!

– Тоже верно, – кивнул участковый. – Хвалю за сознательность! Ну, угомонились они там?

Собаки действительно притихли. Устав брехать да наскакивать на ковш, попадали в снег. Дышали тяжело, подрагивали настороженно, но по родным дворам разбредаться не спешили. На смену им пришли люди – человек пятнадцать односельчан, включая председателя, столпилось возле трактора. Денисов открыл сейф, достал казенный фотоаппарат в кожаном футляре и планшет с блокнотом.

– Пойдем, Петька, займемся описанием…

– А я, знаете, Федор Кузьмич… – Красилов смущенно потер нос. – Ну, когда собаки в селе взбеленились, знаете, что подумал?

– Ну?

– Что это оборотень! Глупость, правда?

Денисов внимательно на него посмотрел.

– Конечно, глупость. Оборотень после смерти обратно в человека превратился бы.

Разумеется, волк оказался обычным волком. А вот рана его – далеко не обычной. Горло было не перерезано, не проткнуто, а именно разорвано, но кто из обитателей здешних лесов мог оставить такую рану – не сказал бы даже самый бывалый охотник.

Денисов делал записи в блокноте и все больше мрачнел. Почему-то докладывать о случившемся в район не хотелось совершенно.

К часу – участковый видел в окно – вернулся отвозивший Макарского Витька, но вернулся не один: с заднего сиденья «виллиса» выбрался молодой человек в дорогом пальто, зашел вслед за шофером в контору.

«Ну и слава Богу! – облегченно подумал Денисов, угадав, что за посетитель у председателя. – Стало быть, само разрешится».

Впрочем, догадка его была верна лишь отчасти.

Минут через десять в дверь кабинета постучали.

– Федор Кузьмич, ты тут? – вежливо осведомился председатель. – Тут товарищ из райкома партии побеседовать с тобою хочет. Найдешь время?

– Здравствуйте, здравствуйте! – радушно улыбнулся Денисов, поднимаясь из-за стола и протягивая ладонь для рукопожатия. – Участковый оперуполномоченный лейтенант Денисов. Очень рад, очень рад!

– Угорь Евгений Юрьевич, – представился молодой человек.

– Располагайтесь! Разденетесь? У меня тут тепло. Впервые у нас?

«Товарищ из райкома», казалось, был несколько огорошен благодушным квохтаньем пожилого милиционера. Пальто послушно снял, оставшись в светлом костюме хорошей шерсти. «Тонковата одежка! – отметил Денисов. – Хоть и шерстяная, а нашим морозам не помеха. Впрочем, ежели его всюду на машинах доставляют…»

– Семен Семеныч, ты гостя нашей водой уже поил? Нет? Непорядок! Вам, Евгений Юрьевич, непременно следует попробовать нашу колодезную воду! Хоть чай был бы сейчас более уместен, но поверьте – вы не пожалеете! Семен Семеныч, дорогой, не в службу, а в дружбу – ведерко в сенях стоит, принеси свеженькой!

Председатель, и сам немного оторопевший от многословности участкового, вышел в сени, загремел ведром. Проводив его взглядами, оба шагнули в Сумрак.

Время ощутимо замедлилось, звуки сделались глухими и протяжными. В окошко было видно, как размытая фигура председателя плавно скользит к колодезному срубу.

– Угорь Евгений Юрьевич, – снова представился гость. – Иной, Светлый, руководитель районного Ночного Дозора.

– Третий ранг – и руководитель? – усмехнулся участковый.

Приезжий смутился.

– Туше! – с достоинством кивнул он. – Руководитель я, получается, сам себе. Месяц назад назначен на должность переводом из области. Активный состав – один сотрудник, оперативный резерв – ноль целых ноль десятых… Федор Кузьмич, я тут, конечно, по другому делу, но и этого вопроса был намерен коснуться, так что лучше сразу. Федор Кузьмич, пойдете в Дозор?

– Расширяетесь, значит?

Дозорный неопределенно пожал плечами.

Денисов отошел к окну, уперся кулаками в подоконник. Председатель едва-едва одолел расстояние до колодца, Райка-продавщица на крыльце сельпо душераздирающе-бесконечно зевала, снег пошел – вернее, пара-тройка снежинок повисла за стеклом почти без движения.

– Вам нужно подумать? – осторожно спросил Светлый маг.

– Да что тут думать? – Денисов отлип от окна, вернулся за стол. – Нечего думать. Извините, Евгений Юрьич, не мое это.

– Почему – не ваше? – удивился Угорь. – Вы четверть века занимаетесь охраной порядка как сотрудник милиции, по сути, я не предлагаю вам ничего нового. Но вы – Светлый Иной, вы могли бы принести гораздо больше пользы в этом качестве!

С улицы послышался тоскливый протяжный скрип – Семен принялся раскручивать колодезный ворот, опуская ведро.

– Гораздо? Гораздо больше? – переспросил Денисов. – И какой же пользы? Что – Темные активизировались?

– Да нет, – пожал плечами маг, – создание районного отделения Ночного Дозора – это мера, скорее, превентивная… м-м… профилактическая.

– Я знаю, что означает «превентивно», спасибо. Ну, в таком разрезе я и вовсе не вижу смысла. Здесь я на своем месте, занимаюсь реальными делами. Что предлагаете вы – сидеть в кабинете, вести учет знахаркам и ведуньям?

Давненько Денисов не ходил в Сумрак, забыл, что не стоит здесь проявлять эмоции. Чем больше волнуешься, возмущаешься, злишься – тем активнее он сосет твои силы. Участковый отдышался, привел в порядок сердцебиение, продолжил спокойно:

– Думаете, вы первый, кто предлагает мне вступить в Дозор? Ну-у, энто вы ошибаетесь. Сразу после войны, как только вернулся сюда, в тот же день предложение и поступило. И аргументы такие же – профилактика. Дескать, время тяжелое, жители ослаблены, мало ли какая нечисть забредет? И знаете, Евгений Юрьич, я ведь и впрямь задумался! Дали мне брошюрку агитационную… Сейчас, наверное, таких не печатают? А там все так правильно написано было, такими словами!.. Ну, нас, фронтовиков, знали чем зацепить. – Денисов усмехнулся. – Попросил я дополнительные материалы – и про иерархию, и про историю, и про Договор… Почитал, покумекал, а как явились ко мне за ответом, спрашиваю: «Вот, к примеру, товарищи дорогие, такая ситуация – вампир на моих глазах сосет кровь…»

Угорь вздрогнул, и это не укрылось от взгляда Денисова. Усмехнувшись, он продолжил:

– «…Как в такой ситуации должен поступить я-дозорный?» Мне отвечают – дескать, следует проверить регистрацию, лицензию… Я им: «Тоись, ежельше с документами у кровососа все в порядке – я пройду мимо, отпущу убийцу?» Они мне – да, так положено. «А ежели, – говорю, – остановлю его, то сам стану нарушителем?» Ответ положительный. И тут я заявляю: «А вот если я наткнусь на такую ситуацию, будучи не дозорным, а обычным милиционером, я имею полное право вурдалака шлепнуть! Верно? Ну и зачем тогда мне энти ваши Дозоры?»

– Вы описали примитивную, надуманную ситуацию, – медленно проговорил маг. – Будь вы обычным человеком, вы просто не увидели бы ни вампира, ни его жертву. К тому же вампиры – низшая каста. Куда большее зло исходит от тех, кто посильнее, а с ними вы едва ли справитесь при помощи табельного оружия.

Скрип колодезного ворота достиг самой пронзительной ноты.

– И много таких в нашем районе? – Денисов скривился – то ли от сарказма, то ли от невыносимости скрипа. – Я понимаю, вы тут человек новый, вам кругом нужно быть… э-э… профилактически внимательным. Но мне-то, старожилу, поверьте – Темных сколь-нибудь серьезного уровня здесь нет.

– А появятся? Сможете защититься без помощи Дозора? Раз вы не сотрудник – вам нельзя пользоваться Силой. Справитесь?

– До сих пор справлялись как-то. Бог даст – не появятся здесь монстры.

– Ну-ну… – Угорь был ужасно недоволен разговором, раздосадован упертостью старика. – А я вот почитал тут материалы – лет двадцать назад объявилась в соседнем районе банда Темных. Помните?

– Помню.

– Нейтрализовали-то ее не без помощи магов, правда? Ладно, что уж говорить…

– Действительно, – качнул головой участковый, и в этот момент прекратился скрип ворота; оба облегченно выдохнули. – Вы говорили, что пришли по другому вопросу?

– Н-да, – заторопился вдруг дозорный. – Тут вот какое дело… Прямо в тему вашей истории! – Он откашлялся в кулак. – На прошлой неделе я выдал элементарную лицензию… Не смотрите на меня так! Да, выдал лицензию! Лотерею не я придумал! По правилам, бескуд должен был зарегистрироваться…

– Бе-ескуд? – всплеснув руками, протянул Денисов; задумавшись, округлил рот, посидел так несколько секунд, встрепенулся: – Откель же вы его взяли?

– Из Туркмении. Ну, то есть мы-то его не взяли, он сам приехал. Молодой педагог из Ашхабада, в прошлом году окончил тамошний университет, попал в наши края по распределению, работает в соседнем районе учителем химии. Учитель-то он, говорят, неплохой, но… Ладно, что уж воздух сотрясать! В общем, у элементарной лицензии ограниченный срок действия. Собственно, вчера он заканчивался, но на регистрацию никто так и не явился.

– И?..

– Я поехал проверить жертву, но ее… его на месте не оказалось. Вчера вечером он отправился в Светлый Клин, с тех пор его никто не видел.

– Фамилия? – холодея, спросил Денисов.

– Крюков Николай, пятидесятого года рождения. Знакомы?

– Угу, – буркнул участковый. – Жених моей дочери.

– Что… Как?!

– Вот так, мил-человек… простите – Иной.

– Но ведь он…

– Да знаю, знаю. Я против, но девке-то не объяснишь! Эх… Столько парней в селе, а она… Постойте! – Денисов даже привстал. – Тоись вы, зная, что он потенциальный Иной, выдали на него лицензию? – Плюхнулся обратно. – Энто как же?

Законопослушным вампирам, бескудам и прочей кровососущей нечисти, которая чтит Договор и не нарушает установленных правил, периодически полагался вот такой бонус – живая человеческая жертва. Против природы не попрешь, и донорская кровь, а также кровь диких животных и домашнего скота не может полностью заменить «натурпродукт». Уж как только Ночной Дозор ни пытался добиться повсеместного сокращения или полного запрета лотереи, но Договор есть Договор, и посему Светлые вынуждены были регулярно давать «добро» – подписывать лицензии на конкретную жертву для конкретного охотника. Имя жертвы выпадало случайно из общего списка людей, проживающих на территории районных Дозоров. В список не могли быть включены дети до двенадцати лет, беременные женщины, родственники Иных первого порядка – родители, братья-сестры и так далее, плюс, конечно же, сами Иные – как уже сформировавшиеся, так и потенциальные. И вдруг в их число каким-то образом попадает Колька. Невероятно!

– Федор Кузьмич, вот вы лично как давно знаете, что собой представляет Крюков? А кому вы об этом сообщили? Вот то-то! В районе не было Дозора, информация о выявленных потенциальных Иных в областное управление поступала нерегулярно, от случая к случаю. В наших списках Крюков значился как обычный человек. И только когда уже выпал жребий…

– Ах, голова! Вот энто голова! Энто ж не голова, а прям… – Восторженно сжав кулак, Денисов весомо потряс им, подбирая слова. – Прям башка! Значится, выпадает жребий, ты проверяешь и обнаруживаешь, что жертва – будущий Иной. Причем скорее всего с вероятностью процентов девяносто – Темный Иной. С одной стороны, лотерею надо бы переиграть. Так? С другой стороны – зачем в районе лишние проблемы? Отделения тут у Темных нету, тоись, может статься, они про Крюкова имеют ту же информацию, что и твой областной Дозор. Ну, вроде как он – обычный человек. Зачем же переубеждать их и переигрывать лотерею? Нужен тебе ишшо один Темный на территории? Конечно, нет! Ну, так пусть одна нечисть у-кон-тра-пупит другую – и дело с концом! – Трудное слово сельский участковый произнес по слогам. – Зачем ждать подлянки из-за угла, когда можно ее устранить загодя? Правильно я говорю? Молодец!

Угорь даже покраснел от удовольствия. «Не понял!» – тоскливо констатировал Денисов.

– Тут ить ишшо вопрос – как устранить? – продолжил он. – Вот ежели бы по лицензии приехал вампир – он Силу-то в Николае почувствовал бы, доложил в Дневной Дозор, а уж там приложили бы максимум усилий, чтобы привлечь Крюкова на свою сторону. Бескуд – энто же другой коленкор! У бескуда во время охоты вообще мозги выносит… Молодец! Этак ловко чужими руками потенциальную угрозу ликвидировать! Превентивная мера… – Денисов встал, прошелся по кабинету, заложив руки за спину. – На фронте энто называлось «упреждающий удар». Вот только упреждающий – он бывает в ответ на какое-то действие врага, планируемое или едва начатое. Если же с той стороны нет никакого движения, никакого намека на атаку, такой удар – провокация, а не превентивная мера. Жил-был Колька Крюков, хороший тракторист, веселый парень, влюбленный в дочку деревенского участкового… А потом пришел… р-руководитель Светлых – и пустил парня на корм. М-м?.. Хорошо вышло?

Угорь сидел потупившись, изучал собственные ботинки.

– Ты погляди в окошко-то! Здешняя жизнь – она медленная, плавная, будто ты за ней из Сумрака наблюдаешь. Здесь не качает вправо-влево, здесь если и появляются маги, то такие слабенькие, что могут всю жизнь прожить, не осознав своих отличий. Здесь Темная старушка-знахарка может быть уверена, что лечит травами, а влияние Светлой целительницы – на уровне обычного убеждения. Ты вот упреждающий удар нанес – полегчало? Сделал счастливым человечество? Может, моя дочка от счастья разрыдается, а я ей вторить стану?

– Не ошибается тот, кто сиднем сидит! – угрюмо проговорил дозорный.

– Ну? Хороши же у тебя ошибочки, Светлый!

– А я не о себе! – Угорь поднял голову, прямо посмотрел Денисову в глаза. – Этот бескуд мог еще лет сто спокойно учить детей химии в соседнем районе или вернуться и жить в своей Туркмении, пачками жрать людей по лицензии – и ничего! Я выдернул его с насиженного места, заставил прийти на незнакомую территорию – и он тут же допустил оплошность. Он не зарегистрировался, а это приравнивается к преступлению. Теперь я имею полное право… применить санкции.

– Я и говорю – провокация. Ты думаешь, ответа не последует?

– Посмотрим! Минутку!

Угорь вынырнул из Сумрака – только для того, чтобы «усыпить» вошедшего в кабинет председателя. Тот с блаженной улыбкой подвинул освободившийся табурет к голландке, открыл дверцу, зачарованно уставился на огонь. Следом из Сумрака вышел и Денисов – спешить теперь было некуда, а разговаривать проще в реальном мире.

– Ты давно ли в Дозоре, р-руководитель? – тихо спросил участковый.

– Пять лет. Начинал оперативником в областном отделе.

– Боевой маг, стало быть? Ну-ну…

– А что? – вскинулся Угорь.

– Да боевые маги по части интриг… ты только не обижайся, Евгений Юрьич! – Денисов и сам не заметил, когда и как перешел на «ты». – По части интриг боевые маги всегда были в проигрышном положении. Вот ты бескуда искать собрался – а не было тут бескуда! Вампир был.

– Как?!

– Больше скажу – молодая вампирша. Только Крюкова она не тронула.

– Откуда вы знаете? Вы ее видели?

– Саму – нет, а жертву ее – видел. И тебе бы показал, да только труп мы уже сожгли, а фотографии еще не готовы.

– Убийство без лицензии?

– Убийство, да. Только не человека – волка. Не карается. По вашим законам – не карается. Я бы мог привлечь ее за браконьерство, но ведь отбрешется, скажет, что самозащита была. Ведь не из ружья же убила, не ножом – голыми руками.

– Ничего не понимаю! – Дозорный помотал головой.

– Я думаю, раскусили твою игру, Евгений Юрьич. Прознали про то, что Колька может вырасти в полноценного Иного. Может, бескуд приехал к Крюкову, да что-то почуял и не стал трогать, сообщил кому следует. А может, в ориентировках Дневного Дозора он уже давно числился потенциальным Иным – отделения-то у них тут нету, энто верно, но сведения им местные Темные могут поставлять на общественных началах, прямиком в областной центр.

– Она… вампирша сейчас в селе?

– Скорее всего в районе. А поскольку на вверенной тебе территории зарегистрированных Темных такого уровня нет – значит, ждет авиарейса до области.

– Федор Кузьмич, мне срочно нужно туда попасть!

Участковый развел руками:

– Рейсовый автобус через час. Хочешь скорее – буди председателя.

– Вы должны поехать со мной!

– Должен? – Денисов изогнул бровь.

– Помогите мне! Во-первых, вы ее знаете…

– Я? – изумился участковый. – Да откуда же?

– Вы сами только что говорили – не вампир, а вампирша, молодая…

– А… – Денисов махнул рукой. – Так энто косвенные данные. Бескуд высасывает всю жидкость, включая лимфу и семя, – но волк не превратился в мумию. Энто раз. Рядом с трупом волка никаких следов не обнаружилось – значит, оборачивалась нетопырем и нападала с воздуха. Энто два. А вот рядом с тем местом, где предположительно появился Крюков, я обнаружил пару интересных следов – женские сапожки на высоком тонком каблуке.

– Почему вы думаете, что эти следы – не местных модниц?

– Агентура, – пожал плечами участковый. – Имея дочь и жену, можно многое узнать о привезенном в магазин товаре, о приобретениях тех, кто съездил в район… Нет, здешние красавицы даже на концерт придут в валенках – пусть не так нарядно, зато пальцы не отморозишь. Ну, что ж… давай съездим в город. Ты только не думай, что я…

– Да понял, понял! – раздраженно перебил дозорный. – Едете, чтобы проконтролировать – чтобы я дров не наломал, так?

– Верно мыслишь, р-руководитель! – улыбнулся Денисов, но тут же помрачнел. – А ишшо потому еду, что понятия не имею, куда делся Крюков.

Полтора часа спустя, вдоволь наслушавшись претензий от горячего парня Витьки, председательского водителя, второй раз за день провожающего гостей в район, пожилой милиционер и молодой дозорный вошли в здание аэровокзала.

Вампиршу Денисов вычислил сразу же, не входя в Сумрак: сидела в крохотном зале ожидания, болтала ножкой в обтягивающем сапожке тонкой кожи. Молодая, симпатичная. Спокойная абсолютно.

Зато заволновался Угорь – в углу расположилась компания туристов, ожидающих рейса: несколько молодых людей и девушек с кучей палаток и баулов со спальниками. Похоже, даже семейные пары среди них были. А один парень лет тридцати был с ребенком – наверняка сыном. И вот этот самый отец был Темным магом. Куда более опасным, чем вампирша.

Денисов с дозорным не спеша подошли к девушке, участковый, кряхтя, уселся напротив.

– Я извиняюсь, гражданочка, ваша обувь, случайно, не с подогревом будет? Если нет – то какой же это терморегуляцией нужно обладать, чтобы ночью, в самый лютый мороз, на нашей Подкатной горке не околеть?

– Здравствуй, хитрый дедушка! – Вампирша улыбнулась, иронично выгнув бровь. – Я думала, ты меня раньше отыщешь!

– Да я и не искал! – комично замахал руками Денисов. – С чего бы мне тебя искать? Разве нарушила что-то? В селе все живы-здоровы… Или ошибаюсь?

– Живы, живы, – не переставая улыбаться, кивнула девушка. – Не знаю, здоровы ли, но живы.

– Вот и я говорю – законопослушная гражданка! Но другое ведомство мне почему-то не верит.

– Как грустно! – надула губки вампирша, переводя взгляд на дозорного. – Сейчас день, Светлый, сейчас не твое время нести службу!

– Ваше имя! – потребовал маг.

– Анюта. – Она показала ослепительно-белые зубки. – Мельникова Анна, Дневной Дозор.

– Почему не зарегистрировались по прибытии в район? – нахмурился Угорь, уже почуяв неудачу.

– Оперативное задание, специальные полномочия. А что, какие-то претензии?

Темный маг, разумеется, с самого начала следивший за разговором, сказал пару слов попутчикам – видимо, попросил последить за сыном. Поднялся, потряс кистью правой руки и медленно направился к Анне, стал за ее спиной.

– Какие-то проблемы? – в тон ее вопросу мурлыкнул он.

Угорь завороженно уставился на его правую руку. Денисов не заходил в Сумрак, поэтому не мог видеть, что там происходит в ладони Темного, но по всему выходило, что ничего хорошего: Светлый дозорный напрягся.

– Что вы, что вы! – вновь замахал руками милиционер. – Энто наши местные тараканы, не обращайте внимания, отдыхайте, ожидайте посадки!

– Он мне грубит? – удивленно уточнил Темный у вампирши.

– Этот хитрый дедушка? Он никогда не грубит.

– Может, мне попросить их удалиться?

– Зачем? Мы мило беседуем…

– Ну, как скажешь. Если понадобится помощь – зови!

Вампирша развернулась к Темному всем корпусом, вытаращила глаза, прыснула в неожиданном приступе веселья.

– Тебя?! Тебя звать? Смеешься? Это же Светлый Клин! Если мне, не дай Тьма и Свет, понадобится помощь – я даже пикнуть не успею!

Буркнув извинения, Темный ретировался, оставив дозорного в изрядном удивлении, а участкового – в искреннем смущении.

– Так что ты хотел знать, Светлый? – На руководителя районного отделения Ночного Дозора девушка даже не смотрела, а вот Денисова разглядывала с интересом.

– Раз ты сама заговорила об оперативном задании… не просветишь нас, м-м?..

– Сотрудничество? – Вампирша захлопала в ладоши. – Мне премия будет полагаться? За вредность?

– А как же! – улыбнулся в ответ Денисов. – Лично в колхозе выхлопочу!

– Издеваешься, да? – надула губки. – Ну и ладно! Все равно ничего секретного за душой не имею, так что и проболтаться не жалко. Жил в соседнем от тебя колхозе парень Колька…

– Ты предысторию-то того, пропусти! – разрешил Денисов.

– Как скажешь, хитрый дедушка! – Девушка покорно сложила ладошки. – Ну, ты и сам знаешь, как ловко решил подставить Николая под клыки дозорный. За что? Только потому, что тот мог однажды стать Иным не того оттенка? Как это жестоко! Ведь у парня только-только личная жизнь начала складываться, невеста такая чудесная…

– Без подробностей, пожалуйста, красавица!

– Да как же без подробностей, если в них весь смысл? Не мне вам рассказывать, что первый шаг в Сумрак чаще всего происходит в минуту предельного выплеска эмоций – волнения, радости, страха. От того, с каким настроением потенциальный Иной сделает этот шаг, зависит – Темным он станет или Светлым. Вот ты как будущий тесть какой цвет предпочел бы?

– Как будущий тесть я предпочел бы, чтобы муж Катерины был обычным человеком.

– Ну, тут тебе не свезло! – Вампирша огорченно покачала головой. – В общем, парня надо было спасать, но спасать с выгодой для себя.

– И вы подослали Макарского, чтобы он на глазах у Николая соблазнил его невесту, м-м?.. Ну, чтоб уж наверняка, чтоб уж никакого, даже самого завалящего шанса стать Светлым у парня не осталось.

– Точно! – обрадовалась Анна.

– Хорошо. А ты-то для чего к нам поперлась?

– Проконтролировать.

– То есть, если бы Крюков ини-циа-лизировался как Светлый, ты бы его тут же и употребила?

– Ага! – Вампирша аж облизнулась.

– Стало быть, все же Темный…

– Догадался, да?

– Окажись он Светлым, тебе не понадобился бы волк.

– Верно! – Вампирша поморщилась. – Все утро псиной воняю!

– Вот видишь, Евгений Юрьич? – обернулся к магу Денисов. – Обыгрывают тебя Темные по части интриг. А вообще – вы друг друга стоите. Не противно тебе? Ладно… Николая просветила?

– А смысл?

– Родился новый Темный – у вас же праздник должен быть, нет?

– Да это у тебя должен быть праздник! Радуйся, хитрый дедушка – он в таком бешенстве был, такой негатив выпустил!.. У меня аж дух захватило, когда я увидела, сколько Силы выплеснулось зазря! Пустой он теперь, надолго пустой. Но мы же не спешим, правда?

– Едрить твою редиску, я извиняюсь! И где же он теперь?

– Нашлась добрая душа, – томно потянулась Анюта, – забрала к себе, бездыханного, отогрела, спать уложила…

– Кто? – строго спросил Денисов, и вампирша как-то сразу сообразила, что шутки закончились.

– Я почем знаю? Дом с тремя окнами напротив клуба вашего, ставни резные, маленький кедр в палисаднике растет…

– Зойка, стерва! – сообразил участковый и заторопился. – Дозорный, у тебя ишшо есть вопросы к даме?

– Н-нет…

– Ну, тогда прощай, красавица.

– Рада была познакомиться лично, Светлый Клин!

Витька грыз ногти. На панели стоял современный радиоприемник, который, едва дозорный с участковым уселись в «виллис», возвестил:

– В эфире программа «В рабочий полдень».

– Полчетвертого уже, пора нам.

– Погодите, Федор Кузьмич! Почему она вас знает? Почему называла Клином?

– Светлым Клином, – усмехнулся Денисов, – как село наше – Светлый Клин. Это соседняя деревенька Вьюшка перед войной переименовалась в колхоз «Светлый путь», а наше село испокон веков так называлось. «Клин» даже побоевитее «Пути» выглядит, верно? Даже не пришлось убеждать товарищей из райкома партии. Когда-то давным-давно, отсекая вражеское войско, вбили наши пращуры клин между востоком и западом… Та война давно закончилась, а Светлый Клин так и остался сторожить русские города от набегов с востока. Историю надо учить, дозорный!