Звездный Патруль. Книга III. Две битвы

С древних времен в тактике и стратегии войн ничего существенно не изменилось. Артиллерия, авиация, разведка, мобильные сухопутные части. Разве что людей на поле боя стало меньше. Все теперь делают дроны. Они ведут разведку, они управляют боевыми машинами, они планируют операции. Что ж остается нам, людям? Если мы совсем выйдем из процесса, быть беде. Совсем разучимся управляться со всем этим «зоопарком». Подобное вполне годиться, против слабо-развитого или слабо-организованного противника. Но если враг – профи, то без личного участия не обойтись.

(Взаимодействие родов войск. Вводная лекция.

Федеральная военная академия Би-Проксимы.

Густав Хоуми)

Госпиталь

Мягкий приглушенный свет лился снизу и сверху с потолочных щелей и отбрасывал тени от нескольких горизонтальных коконов из стекла и пластика, стоявших тут же рядком друг возле друга. Они были заполнены газом, называемым так же «интенсивом». Уровень медицины того времени успешно лечил почти всё, если пациент хоть чуточку жив. Находящиеся в этой палате в большинстве своем поступили совсем недавно и были как раз совсем чуточку живыми. У большинства отсутствовали конечности, будто руки или ноги. Почти у всех присутствовали сильные ожоги лица, рук, груди. Только один пациент этой больницы не имел ожогов и его конечности вполне вернулись к первоначальной форме и размеру.

Кристал О-Хара сидела тут за столом у входа в палату с самого утра. Нужды в этом, по большей части, не было. Всем управлял и заведовал тут специальный ИИ. Кристал следила за тем самым пациентом, который был уже почти здоров. По данным ИИ он не нуждался более в «интенсиве» и мог быть разбужен с минуты на минуту, однако уже целый час этого не происходило. Автоматика упорна словно под внешним воздействием держала его в отключке. Кристал очередной раз прошла мимо камеры с прозрачной крышей, чтоб осмотреть тело, которое упорно не хотело «пробуждаться». Ему было на вид 25–30 лет, молодой, со слипшейся копной русых волос и голубыми глубоко посаженными глазами. Все лицо поперек сверху «расчерчивал» не так давно затянувшийся шрам от сильного удара. «Как же он не похож на других ребят, лежащих тут». Мысль сама собой промелькнула в ее голове. У того был ровный светлый цвет кожи, полностью отсутствовал оттенок бледно серого цвета, присущего всем людям родившимся или долго жившим тут на Парпланде. Рядом в соседнем инкубаторе лежал Вилиант О-Хара, ее племянник, сын Боло. Он был тому подтверждением. Его пару дней назад доставили с передовой со сломанными руками и ногами, и с раздавленной частью головы, от уха до скулы. Выглядел он так, будто его переехал броне-шаттл. Хотя, на самом деле, его случайно обнаружили едва живого под обломками и вовремя подключили к «замедлителю». Ближайшую неделю Вилиант физически точно не боец, а дальше все будет зависеть от силы воли парня, сможет или нет перебороть внутренний страх. Кристалл проверила показания приборов, в чем совсем не было никакой необходимости, и, повернув голову, внимательно посмотрела прямо в лицо первому пациенту со шрамом. Почему-то ей показалось, что выражение лица у того, как будто изменилось. Она еще раз всмотрелась в его черты, такие непохожие из-за более светлого оттенка кожи, но так и не приметив ничего нового, вернулась на свое место. Через несколько минут пришел некто, и они вместе покинули палату.

– Я уж думал она никогда не уйдет.

Мысль, прозвучавшая в голове, как колокол, вернула Брода в сознание так, что он даже слегка дёрнулся, лежа в мед-капсуле.

– Где я? – спросил он себя в уме.

– А что ты последнее помнишь? – спросил так же в уме некий голос в ответ.

– Джим, это ты?

– Ну, хоть меня ты помнишь. Уже хорошо.

– А что я должен еще помнить, если ты меня ввел в гиберниоз там на «Ковчеге» в «Гладиаторе» … Я после того и не просыпался, а тут, как будто на другом свете оказался.

– Ну, в каком-то смысле мы с тобой на другом свете, на Парпланде.

– Значит долетели … Что это за место?

Брод думал, что открыл глаза. Его сознание не сразу среагировало на поворот ракурса. Легкое головокружение слегка вывело из равновесия. Такое с ним и раньше бывало при подключении ко сну другого человека. Он зажмурился, вздохнул полной грудью. Как будто свежий воздух улицы наполнил его легкие. Он снова открыл глаза.

По сторонам были развалины какого-то квартала. Где-то вдали слышался рокот канонады и потрескивание огня. Он посмотрел на себя. На нем была пехотная броня. На голове – тактических шлем. В руках – роторная винтовка.

– Что за…

– Не переживай. Это сон твоего «соседа по койке». Мы в военном госпитале… Только не пытайся проснуться иначе ИИ тотчас сообщит куда надо, отключит тебя от интенсива и вызовет охрану… Я б именно так и сделал.

– В госпитале? Меня к раненым определили?

– И это очень хорошо! Когда заметят, что очухался, тогда будет плохо!

– И почему же? Если я у них военно-пленный, то по Конвенции должны меня обменять.

– Наивный. Я уже почти 2 недели слушаю все, что происходит. Не похоже, что они начали войну на основе какой-то Конвенции. Несколько раз приходили, чтоб разузнать о тебе, но эта бледная «бестия» говорила им, что ты еще без сознания.

– Что за «бестия»?

Брод, не чувствуя усталости, взобрался на разбитую стену какого-то строения, чтоб осмотреться. Дым застилал обзор. Однако никакого приступа кашля он не вызывал, хотя забрало шлема было открыто и Брод мог ощущать привкус местного воздуха.

– Да, есть там одна, которая мониторит твое состояние, ее зовут Кристал. Больничный ИИ сообщил, что ты почти готов и вот-вот очнешься.

– Откуда ты все это знаешь?

– Тут все пациенты в единой сети. ИИ мониторит процесс регенерации каждого. Я смог проникнуть в сеть и осмотреть всех раненых… Я тебе позже расскажу как. Сейчас это не главное.

Брод ускорил шаг, чтобы забраться повыше и осмотреться по сторонам. По пути он обратил внимание, что вокруг все дома так же были со следами повреждений и разрушений. Некоторые представляли собой груду мусора, обломков и пепелище.

– До чего же неприветливое место!

Брод посмотрел на хмурое пасмурное небо, которое заволокли серые свинцовые тучи.

– Тот, что с тобой рядом, мучается этим уже пару дней как доставили сюда… Нам повезло, что тут хоть кто-то видит сны, иначе никак было не «поговорить», чтоб не проснуться, понимаешь?

Брод вскинул ружье на плечо и посмотрел в широкий видоискатель прицела на 3-кратном приближении, но быстро убрал его за ненадобностью. Сквозь дым он заметил несколько домов через улицу.

На стене одного из них «завис», уцепившись лапами, «Спайдервилс». Его команда лихорадочно копошилась пытаясь, навести 5-мегаватный тяжелый лазер куда-то вдаль вдоль улицы. Однако из-за дыма Брод никак не мог разглядеть что там. Только по приближающемуся грохоту он понимал, что движется что-то тяжелое.

– У «бедолаги» это был первый боевой опыт, поэтому ты видишь столько деталей…

– Слушай, Джим, ты же меня не для того в чужой сон вогнал, чтоб про сон рассказывать.

Брод спрыгнул на груду строительного мусора и перекатился в углубление, чтоб его тут, часом, не сшибли. Он прекрасно знал, что в чужих снах находиться небезопасно. Если тебя вдруг в них лишают жизни, то это обычно больно, и пробуждение гарантировано. Именно этого и Джим хотел избежать, на сколько сам Брод его понимал. Он соскочил в полуподвальное помещение в надежде переждать грядущую схватку там в безопасности. Однако его взору предстала группа очень напуганных людей. На вид это были женщины пожилого возраста: седые волосы, морщины по всему лицу, трясущиеся руки. Рваные, грязные, местами прожжённые комбинезоны. Они прижимали детей, которые, к ужасу Брода, так же выглядели, как старики. Дети не плакали. Они, не моргая, смотрели прямо на него, прямо в глаза.

– Вот. Тут безопасно. Давай подумаем, что делать дальше. Ситуацию там снаружи, в госпитале, я тебе сейчас обрисую…

Брод вместо того, чтоб расположиться поудобнее, развернулся и полез обратно.

– Что ты делаешь?

– Я не могу тут! Эти люди, эти взгляды! Я не могу! Хочешь буди меня сейчас, но я на выход!

Брод попытался уйти за стоящий рядом дом, чтоб там поискать укрытие, но вместо этого он как бы уперся в невидимую стену.

– Ага, ну вот и границы сна.

– Давай назад в нору! Еще успеем!

Грохот приближался. Прямо перед собой на том месте, куда он собирался прыгнуть, чтоб попасть назад к спуску в подвал, Брод увидел «Гарпию».

Увесистая голова «Гард»-подобного боевого дрона бестолково покачивалась на 2-х гофрированных лапах, пытаясь разгрести мусор буквально в 5 шагах от входа в яму, где сидели женщины и дети. Две полусферы были раздвинуты и из середины, шумя сервоприводами, двигался ствол лазера в поисках целей.

– Даже не думай! Ты ж знаешь, что они не ходят по одному!

Брод сделал выстрел рефлекторно. Вскинув ружье и поймав «голову» дрона в прицел, он нажал на спуск. Ярко-оранжевый раскалённый стержень-патрон с визгом, вращаясь вокруг своей оси, вылетел из ружья и в ту же секунду пронзил насквозь дрона. Тот замер и рухнул, как подкошенный. Обе полусферы головы-шара развалились на куски, выдав сноп искр и дыма. Брод интуитивно подался вперед, чтоб сменить позицию. Он съехал за стену с другой стороны, оказавшись прямо на улице на перекрестке. В пару десятках метров от него разворачивалась драма войны. «Спайдервилс», теряя контакт с плоскостью стены, скатывался вниз словно мошками облепленный четырьмя «Гарпиями». Бойцы в таких же облачениях, как и он сам, сидя в полуоткрытом десантном боксе древней боевой машины пытались отбиться от прыгающих вокруг них дронов. Лучи их лазеров жгли бойцов, почти не встречая сопротивления. Только, когда «Спайдервилс» с грохотом коснулся поверхности мостовой, 2 дрона оказались придавлены машиной и были тот час добиты. Из 8 десантников только 4 продолжали сопротивление. Брод вмешался сразу же и снял еще одну «Гарпию». Из кабины пилотов вылезли 2 бойца и, используя бластеры, довершили разгром. Брод перемахнул через борт машины, достал свой мед-комплект с замедлителем и приложил к одному из сильно обожженных раненых солдат.

– Ты кто? – спросил его один из бывших там с ярко-фиолетовым рисунком-линией на форме.

– Брод, сэр, лейте… рядовой, Брод, сэр!

– Кто?! Откуда ты тут взялся? – не унимался командир.

– Сэр, там гражданские в яме 7 человек! Если не отобьемся, то они все обречены! – выпалил Брод вместо ответа.

– Вот же! … Все внутрь! «Спайдера» за угол!

Местами помятая, местами разбитая машина ожила и, прихрамывая на одну из 6 лап, неспешно втиснулась боком за угол дома, на стене которого она недавно пыталась сделать засаду. Помогая раненому, Брод заметил выпавший бластер. Он подобрал его и сунул за пояс, дабы иметь что-то взамен брошенной винтовки. Брод, сидя в полуоткрытом отсеке для десанта «Спайдервилса», осмотрелся по сторонам. Кроме него тут же суетились еще 4 бойца, включая командира. Двое раненых с ожогами лежали на дне и тихо стонали. Вколотые Бродом «замедлители» делали свое дело. Оставив их, он поднял шлем одного из раненных, заметив работу передатчика дрона «Канзату». Он, сбросив свой и надев тот, сразу же увидел проекционную картинку на его ферро-стекле от данных с дрона-разведчика. Панель управления через 3Д-дисплей в шлеме была очень старой. Такое уже не применялось лет 30, как и машины типа «Спайдервилс». Но не имея альтернативы, Брод сконцентрировался на сигнале с дрона. Сиреневая облачность вперемешку с дымом от пожарищ покрывала все небо и создавала дополнительные помехи для аэроразведки. Броду показалось, что вечерело, и наступили ранние сумерки. Однако, судя по данным о времени с дрона, на самом деле было позднее утро. Повернув камеру несколько раз, он наконец заметил то, что стояло всего в 680 метрах за углом крайнего строения возле самой дороги и создавало грохот при движении всего несколько минут назад, раздумывая идти дальше или еще постоять. Металлическая «туша» на куриных ножках с широким бронированным колпаком-диском на всю голову и толстенными сундуко-подобными «крылышками» крутилась на месте, не зная, что ей делать дальше. Брод достаточно быстро признал в ней боевую машину класса «Катана», еще до того, как «Канзату» выдал свои данные о цели.

Это был 4.5-метровый в высоту 35-тонный мех-доспех на птичьих изогнутых лапах, достаточно современный и смертельно опасный. Вместо «крылышек» он имел большие кассеты с тяжелыми «умными» минами. Снизу корпуса крепилась вращающаяся башенка с мощным 5-мегаватным тяжелым пульсирующим лазером. С боков у него монтировались термо-ударные пушки, которые защищали машину от пехоты и сухопутных дронов.

«Канзату» под управлением Брода висел где-то в 150 метров над тем местом, и оптическому увеличению сильно мешала задымленность. Он направил дрона ниже, держась ровно над головой вражеской машины. Это был единственный шанс не попасть под его радар. Опустившись на 100 метров, он смог наконец рассмотреть «телодвижения» робота. Он также заметил край эмблемы как бы сверху и сбоку, и ему показалась она знакомой, но значения этому он не предал. Зато по неуверенным, пугливым шагам Брод определил, что управляет машиной человек-пилот, а не ИИ. Вращающаяся башенка с тяжелым 5-мегаватным «пульсаром» нервно крутилась в поисках цели для выстрела. Два тяжелых «сундука», напичканных минами, как бы вместо крыльев, поворачивались в такт импульсному лазеру. «Катана» сделал неуверенный шаг в сторону открытой части улицы и попытался заглянуть как бы за угол.

– Ну и где же твой дрон-разведчик, гадина? – произнес Брод вслух, говоря будто сам с собой.

– Сшибли мы его еще до начала боя… А потом еще одного… Мы ж на стене сидели не просто так. Или вас там, откуда ты прибежал, на «Спайдерах» воевать по-другому учили?

Слова принадлежали бойцу, который был все это время возле Брода, вместе с ним помогая раненым. Брод, на мгновения отвлекся на него и сразу обратил внимание, что тот, хоть и говорил уверено, но был совсем еще зеленый. Его подбородок слегка подрагивался, а ЭМИ винтовка в руках была так сильно стиснута, что вся дрожь кистей рук ретранслировалась прямо на оружие. Брод машинально отвел от себя пляшущий ствол винтовки в сторону от лица и сказал:

– Сделай глубокий вздох, но выдыхай медленно.

Тот сразу послушался и сделал так.

– Еще раз, пока дрожь не уйдет… Дыши ровно и полной грудью. Возьми четвертину «замедлителя» и вколи себе.

– Нет! «Замедлитель» нужен раненым! Я справлюсь! Спасибо!

Брод, ничего не ответив, снова переключился на «Канзату» и резко произнес:

– Внимание! «Катана» по курсу вдоль улицы! Дистанция 650 метров!

– Понял тебя! Дистанция 650 метров! Излучатель к бою!

Весь оставшийся экипаж «Спайдервилса» пришел в движение.

«Катана», тем временем, таки заметила дрона над головой. Из левого «сундука-кассетницы» с минами выпрыгнула одна и взорвалась облаком «райнбуредо», разорвав «Канзату» на мелкие кусочки, обдав градом при этом и саму «Катану». Однако широкому бронированному колпаку той было, что слону дробины.

– Сейчас! – громко сказал Брод, – Пока он отвлекся на небо!

«Спайдервилс» резко подался вперед на открытую улицу. Сервопривод лазерного орудия пришел в движение, поворачивая ствол одновременно с выходом на линию огня. Однако «Катана» оказалась более проворной, чем ожидалось, и успела сгруппироваться, прикрыв наиболее уязвимую «лицевую» часть торса, ссутулившись и выставив бронированный колпак как бы вперед. Обе машины выстрелили одновременно. Мощный огненно-оранжевый луч «Спайдервилса» с воем впился в кассетницу с минами, вызвав, но не сразу, детонацию боеприпасов. Ответный пульсирующий ярко мерцающий луч вначале скользнул по углу здания, испаряя целые секции стены и того, что за стеной, потом принялся «долбить» борт машины, сразу же уничтожив закончивший свой выстрел боевой лазер, затем резко соскочил и срезал 2 лапы с левого борта, которые были так же выдвинуты на улицу. Брод не успел ничего почувствовать, однако ощутил, как его тело стало легче в два раза, и верхняя половина, перекатившись за борт, упала лицом вверх. Будучи во сне, он почувствовал боль, но гораздо более слабую, чем если бы это все было в реальности. Его глаза, не моргая смотрели на сгораемого заживо командира машины и наводчика орудия. Сам «Спайдервилс» завалился на бок, потеряв половину своих конечностей. Раненые, как головешки, высыпались из десантного модуля, добавляя трудностей тем немногим, кто еще был жив. Будучи еще в сознание, но не чувствуя ног и живота, Брод повернул голову в сторону, чтоб оценить результат выстрела. «Катана» получила свое сполна. Взрывом от детонации мин разнесло на куски левый «ящик-кассетницу». Удар был такой силы, что сбил прицел импульсного лазера, повредив сервопривод самой башенки, оставив глубокую вмятину на стволе и тем самым лишив машину возможности использовать в дальнейшем свое самое смертоносное оружие. Одна из куриных ног робота получила повреждение в коленчатом сочленении, накренив весь корпус мех-доспеха на 15–17 градусов влево. Брод прямо внутреннее ощутил всю горечь вражеского пилота от урона, нанесенного древним и неуклюжим «Спайдервилсом» всего лишь одним, при том не самым лучшим, но определённо удачным выстрелом. И хоть «Катана» еще не была полностью выведена из строя, дальнейшее участие ее в бою не мог гарантировать даже рем-бот, который уже суетился на корпусе машины, пытаясь залатать множественные «увечья». Услышав звуки раненых, Брод снова обернулся и даже попытался дотянуться до аптечного ящика, упавшего всего в паре метров от него. Тут он заметил того молодого бойца, который подполз к нему и, подтянув коробку, вколол ему «замедлитель».

– Потерпи немного. Сейчас станет легче – сказал тот.

Возможно, именно это не дало Броду наконец-таки проснуться от кошмара, в который был втянут. Краем глаза он заметил маленькую девочку лет 5 отроду с темным и грязным от сажи лицом, слипшимися на голове непонятно какого цвета волосами и красивыми фиалковыми глазами. Она каким-то неведомым образом выползла наружу из убежища-ямы прямо из-под носа у своей матери и, улыбаясь, смотрела в сторону лежащих вокруг солдат. И, действительно, Броду показалось, что опасность миновала. Он, лежа без ног, улыбнулся девочке в ответ. Однако глухой металлический звук где-то в противоположной стороне заставил его снова обернуться. Вражеская «Катана», которая вроде бы должна была уже «уползти» с поля боя «зализывать» раны, неожиданно обернулась и, провернув оставшуюся целой правую кассету с тяжелыми минами, выстрелила в сторону именно этого полуразрушенного дома, из подвала которого и вылезла девочка. Тяжелая мина, описав дугу с грохотом упала прямо на дорогу, оставив глубокую дымящуюся воронку, всего в паре метров от стены, на которой была девочка. Она испугалась и замерла. Улыбка сошла с ее лица, и глаза округлились так, что, казалось, заполнили собой все замызганное лицо.

– Нет! Назад! Девочка! Назад! – надрываясь закричал Брод.

Кровь пошла горлом, заглушая его крик бульканьем теплой и соленой на вкус жидкости. Мина, словно оживший темно-серый полуметровый шар с «усиками», полежав в воронке с секунду, «ожила» и, подпрыгнув на месте, чтоб перемахнуть за ее край, покатилась вверх по мусору в сторону стены, на которой все так же продолжала стоять девочка. В это мгновение показалась фигура женщины. Она, поняв весь ужас ситуация, схватила девочку в охапку и быстро убралась со стены. Брод лежал всего в 20 метрах от нее и ничего не мог сделать, чтоб остановить неизбежное. Его блуждающий взгляд упал на оторопевшего от происходящего того самого парня, который вколол ему «замедлитель». В руке он уже сжимал свою ЭМИ-винтовку, но не делал ничего, чтоб предотвратить трагедию. Это был шок первого боя. Боец сидел на коленках будто в онемении, словно статуя или мертвое изваяние с живыми глазами.

– Стреляй! – захлебываясь и отхаркивая кровь снова крикнул, глядя прямо на него Брод, – Стреляй сейчас же! У тебя ж ЭМИ в руках! Тут 20 метров всего! Вырубишь эту сволочь одним выстрелом, даже если чуть промажешь!

Однако тот даже не шелохнулся, продолжая все так же словно завороженный смотреть на взбирающуюся на стену вслед за девочкой мину. Брод попытался дотянуться и отнять у него винтовку, но не смог даже приподняться. Все, что получилось, это разгрести мусор вокруг руками. Тем временем мина перемахнула край стены и, уже не встречая препятствий, устремилась вниз прямо в дыру, ведущую в подвал.

– О, нет!