Дар или Проклятие

Планерка закончилась, на часах было начало одиннадцатого, и, пока летняя жара ещё не вступила в свои права в полной мере, я решил зайти в пару адресов на участке для отработки материалов. Выйдя из отдела и направившись на нужный мне адрес, я снова почувствовал, что за мной следят. Такого, кстати, как и головных болей, тоже давно не случалось. Однажды я читал литературу по психиатрии, в которой было сказано, что на фоне стрессов могут проявляться различные недуги, а в последнее время стрессов на работе хватало.

Но, как я позже убедился, мои подозрения в слежке были не беспочвенны. На протяжении некоторого времени, на расстоянии около ста метров, за мной шёл неизвестный мужчина. Интересно было, что если я останавливался, то он не сокращал расстояние и тоже останавливался, делая вид, что разговаривает по телефону. При этом если я оборачивался, то он тоже почти сразу отворачивался в другую сторону. Такое преследование продолжалось до моего входа на адрес. На выходе этот тип ожидал меня всё на том же расстоянии.

Я закончил работу по второму адресу и уже собирался направиться обратно в отдел, однако прежде решил узнать, кто этот человек и почему он меня преследует. Опасаться его мне было бы стыдно, ибо у носителя полицейской формы есть преимущества. Во-первых, напасть посреди бела дня на тебя мало кто рискнёт. Во-вторых, ты вооружён и, значит, опасен. Ну и, в-третьих, я всегда считал, что в силу своей комплекции, если что, смогу скрутить в бараний рог немалое количество особо дерзких товарищей. Потому, снова завидев вдали этого гражданина, я направился прямо к нему. Он же при этом развернулся и направился прочь от меня, всё так же выдерживая прежнее расстояние. Чуть позже я ускорился, но, казалось, что расстояние между нами не уменьшается. Продолжая преследование, я вышел вслед за неизвестным в безлюдное место к гаражам. Видя, что расстояние между нами не меняется, я просто побежал за ним. Каково было моё удивление, когда этот мужик также бросился бежать! Однако спустя несколько секунд я стал догонять его. В это время зазвонил мой мобильник. Чуть притормозив, я достал телефон из кармана.

– «Блин, Лёня, как ты вовремя!» – глянул я на дисплей, где увидел имя своего друга. Сбросив вызов и подняв голову, я обнаружил, что незнакомца уже и след простыл.

«Это как? – вопрошающе смотрел я туда, где только что в метрах шестидесяти передо мной бежал мой преследователь, которого преследовал уже я. – Тут ведь и свернуть некуда, спрятаться…». Гаражный массив не был протяжённым, по пять-шесть гаражей с правой и левой стороны грунтовой дороги. К тому времени мы уже миновали последние гаражи и вышли на прямую асфальтированную дорогу, где от нас до ближайшей пристройки или дерева было метров сорок – он просто не успел бы добежать до укрытия за те несколько секунд, пока я смотрел в дисплей телефона.

Простояв так с озадаченным видом ещё немного, я вдруг ощутил внезапно возникшую тревогу, причина которой была неизвестна. И сразу, почти одновременно с этим нарастающим чувством, я услышал в своей голове:

«Твой Лёня вовремя тебе позвонил… Теперь жди – всё будет по-другому».

Меня будто парализовало.

– Это сейчас я подумал? – нервно моргая, уже вслух произнёс я. – Что вообще происходит? Здравствуй, шизофрения?

Внезапно чувство тревоги как рукой сняло. Я ещё раз оглянулся по сторонам – вдалеке проходили люди, однако этого загадочного субъекта нигде не было видно… и если откровенно, то мне не очень-то хотелось его снова повстречать.

Посмотрев на часы, я в очередной раз, так сказать, выпал в осадок – начало третьего! А когда покинул последний адрес и начал преследовать неизвестного, обнаружил, что на часах начало двенадцатого.

– Я что, почти три часа за ним гонялся? Да я в общей сложности минут пятнадцать за ним шёл! Что за дела! – чуть слышно простонал я, чтобы окружающие не заметили. Сообразив, что времени уже много, а дел ещё по горло, я почти бегом направился в отдел, решив, что потом буду обдумывать, а сейчас некогда.

Я подходил к отделу и у меня снова зазвонил мобильник. «Блин, я же забыл перезвонить…» – вспомнил я о Лёньке, глядя на входящий вызов на экране телефона. Из динамика послышался негодующий голос, едва я успел поднести телефон к уху:

– Ты чего сбрасываешь?

– И тебе привет! – ободряюще начал я. – Извини, на участке был! Общался, если можно так сказать, с гражданином…

– На фиг гражданина! Тебе друг звонит! – захихикал Лёнька. – Так, ты же понимаешь, зачем я звоню? Помнишь, да, что у нас сегодня?

– Само собой… я ради этого у руководства клянчил отпустить меня с масштабного мероприятия.

– Это какого?

– Да… иностранцев по рынкам ловить.

– Понятно… опять ерундой занимаетесь. Короче, заезжаю за тобой прямо в отдел в половине восьмого, и летим на оперку, без всяких «Я не могу» и прочего бреда! – безапелляционно выпалил Леонид. – Понял?

– Блин, друг… я не могу, прости… – со всей серьёзностью и угрюмостью глухо пробубнил я.

– Охренел?! Такие вещи раз в столетие происходят! Короче, сейчас к тебе приеду и объясню тогда популярно, как говорить «Я не могу»! Ты! Ты… – Тут, очевидно, Леонид услышал мой смех. – А-а… понятно… дурак опять… ладно, подожди, встретимся… – уже сам начиная посмеиваться, пригрозил Лёня.

– Давай подъезжай. Буду ждать, – отсмеявшись, сказал я.

– Вот, разговор нормального пацана! – воодушевился Лёнька. – Всё, жди, – договорил он и положил трубку.

Вика Алексеевна находилась там же, где и обычно. Работа её была чисто кабинетная, административными и уголовными материалами она не занималась, за ней были только наблюдательные дела «надзорников», что позволяло ей быть эдаким офисным планктоном с девяти утра и до восемнадцати вечера. Никто из нашего коллектива не противился этому, так как, ведя наблюдательные дела, Виктория Алексеевна снимала большой пласт работы с наших участковских плеч. А уж сходить и проверить поднадзорное лицо по месту жительства никогда не было для нас проблемой – всё равно ходим по участкам.

– Слушай, Сань, а что парни какие-то надутые ходят? Тебя всё обсуждают… мне даже отсюда слышно, как они в кабинете треплются, – спросила Вика Алексеевна, прежде чем я успел переступить порог.

– Кто обсуждает?

– Сергей громче всех возмущается: «Мало того что никуда не едет, так ещё и получил из-за него от Саныча!»

– От Саныча получил? – с интересом и даже неким восторгом вырвалось у меня.

«Может, он его после планёрки к себе вызвал?».

– Что у вас случилось-то? – недовольно спросила Алексевна.

Я знал, что она, как и я, не любит напряжённой атмосферы в коллективе. На самом деле, мало кто любит, ведь чем дружнее коллектив, тем продуктивнее работа.

– Сегодня рейд по нелегалам, а я не еду. Мне поручено поработать с жуликом. Опросить, материалы собрать… ну как обычно, сами знаете, – не раскрывая всех карт, объяснил я коллеге.

– О господи… и всего-то?! Что-то портятся ребята… раньше по таким пустякам даже не шептались, а сейчас…

– Ну, я думаю, их смущает, что я гостя опрошу, материалы составлю и свободен… а им минимум до девяти вечера на рынках торчать.

– Ничего, не переломятся! Было дело, ты пахал, когда они домой уходили… а тут недовольные, видишь ли, ворчат как старики!

– Да фиг с ними. Мы сегодня с Лёнькой на мероприятие идём, сюда заедет полвосьмого… глазки опять построите ему, – ехидно сообщил я Алексевне.

– Ага, чтобы он опять у виска пальцем крутил? Хватит, не дождётся. Не для него я зацветала. Я вот всё тебя охомутать не могу. Ты ни намеков не видишь моих, ни как я глазки тебе строю… Саня, признайся, ты голубизна? Вон как с Лёнькой часто видитесь, – смеясь, съехидничала в ответ Вика Алексеевна.

– Ну спасибо! – также смеясь, воскликнул я. – Нет, я против этих ничего не имею, но не надо меня в голубую гвардию записывать, я стандартной ориентации. А Лёнька женат и двое детей, так что он тоже не из этих. Наверное… а то бывает и так, что семья – это прикрытие, для отвода глаз.

– А что один тогда ещё? Ладно на меня не смотришь, я понятно – труха уже.

– Ну, Виктория Алексеевна… Во-первых, смотрю, особенно когда вы где-нибудь возле сейфа в интересной позе нагнётесь. А во-вторых, я вам уже говорил – нет у меня времени на это. Приходишь с работы – и только два желания: поесть и лечь спать. Какая семья? Ей внимание нужно, время…

– Ой, да ладно! Вон того же Сергея или Славу возьми. При женах же и при детях…

– Угу, только что-то счастья семейного я у них не наблюдаю. Вообще, женатые мужики все какие-то несчастные. Одна половина жалуется, что жены им после работы мозг выносят, а другая половина просто не говорит об этом. Я вот не хочу приходить с работы домой и попадать ещё и под пилу.

– Не все же такие… – поморщилась Вика Алексеевна.

– Согласен. Вот только это лотерея: повезёт, не повезёт. А я не азартен. Вы, наверное, тоже не просто так в разводе… я не против отношений: даст жизнь – хорошо, не даст – тоже нормально!

В ответ коллега лишь с улыбкой посмотрела на меня. Однако спустя пару мгновений её улыбающееся выражение на лице сменилось озадаченной гримасой.

– А когда это я нагибалась, что ты пялился? – недовольно и одновременно с огоньком в глазах спросила она.

– Ну… было пару раз… у вас прямо юбчонка задралась… – ехидно подмигивая, ответил я.

– Жук! – смущённо захихикала Вика Алексеевна.

Завершив нашу светскую беседу, я набрал того самого Олега Анатольевича, которого мне нужно встретить и опросить. Однако дозвониться до него не удавалось – не поднимал трубку.

«Ладно, время ещё позволяет…» – подумал я, глянув на часы, и полез в сейф за материалами.

– А ты сзади тоже так ничего… – вдруг засмеялась Алексевна, перед которой я беспардонно нагнулся, на мгновение забыв о её существовании в кабинете.

– Ё-моё! – резко выпрямившись, выкрикнул я и быстро захлопнул сейф. Глядя на Вику Алексеевну, я, смущённо улыбаясь, занял своё рабочее место.

Тут к нам в кабинет вошёл Геннадий Александрович и начал расспрашивать меня про нашего ожидаемого «клиента». Я сообщил, что хулиган не берет трубку, и уверил, что позвоню позже, так как время ещё позволяло. Саныч наказал держать эту тему на контроле и чуть что – звонить ему. Сам он намеревался куда-то отъехать. Он уже собирался уходить, но резко развернулся и, ехидно улыбаясь, спросил:

– Кстати, к тебе Белкин не заходил? Ничего не спрашивал?

– Э-э, нет. А что, должен был?

– Кто его знает… он из тех крутых, которые никому ничего в жизни не должны, по-моему… – задумчиво отведя взгляд в сторону, ответил начальник. – Лекцию ему небольшую прочитал, о длинном языке… думал, может, к тебе какие претензии появились.

– Да, появились, появились! – внезапно крикнула Вика Алексеевна. – Бурчали тут минут двадцать на него, особенно Белкин больше всех возмущался.

– Понятно, – засмеялся вдруг Саныч. – Ладно, сейчас зайду к ним, переговорим. – С этими словами начальник быстро вышел из кабинета.

– Зачем вы, Виктория Алексеевна?.. – недовольно спросил я.

– Ничего, лишним не будет, – ответила она, ехидно улыбаясь и по-дружески подмигивая.

Увидев в этот момент её лицо, я почему-то тоже невольно улыбнулся.

На часах было начало шестого, но дозвониться до хулигана у меня так и не получалось. Я уже опасался, что он не появится и я отправлюсь в рейд вместе с остальными, что, в свою очередь, означало не пойти вечером на косплей. Я доделывал свои текущие материалы, как вдруг в кабинет вошёл Сергей.

– Саня… – неловко посмотрев на Викторию Алексеевну, обратился ко мне он. – Зайди к нам в кабинет.

Серёга спешно удалился, и я, поднявшись с рабочего места и покосившись на Алексевну, которая нахмурившись, но с улыбкой также покосилась на меня, вышел из кабинета. Однако до коллег я не дошёл.

– Александр Николаевич?! – затянуто и с широченной улыбкой на лице обратился ко мне неизвестный, только что вошедший в фойе гражданин.

Это был мужчина средних лет, одет достаточно опрятно, однако смущало, что он еле стоял на ногах и от него разило перегаром.

– Да… – находясь в небольшом смятении, негромко ответил я.

– Ура! Шёл-шёл, шёл-шёл и, наконец, до вас пришёл! Скажите, вам не говорили обо мне? Что я должен прийти и-и-и… всё такое?

– Э-э… вы Олег Анатольевич? – снова опешил я.

– Ну, конечно же, Анатольевич! Я польщён, что обо мне всё-таки говорят! – засмеялся посетитель.

– Ну, тогда пройдемте со мной, – пригласительным жестом указал я на открытую дверь кабинета. – Что же вы, Олег Анатольевич, трубку не берете? Мне сообщили, что вы подойдёте к шести, а сейчас ещё только половина.

– Ай! Да не взял я с собой этот долбаный телефон! Забыл! Я рано пришёл?

– Всё нормально. Только я не ждал, что вы будете немного… не трезвы.

– Ну-у… у товарища день рождения произошёл! А не прийти и не поздравить я не мог! – разводя руками, смеясь и едва ворочая языком, пролепетал гость.

– Ладно, давайте начнём, – указав хулигану место для посадки, сказал я.

Олег Анатольевич, что-то бормоча себе под нос, присел на указанный ему стул, стоящий как раз напротив моего рабочего стола. В этот момент он заметил Вику Алексеевну, которая с лёгким любопытством рассматривала нашего гостя.

– Ва! Это как же я не заметил такую красоту раньше! – закричал гость. – О прекрасный цветок! Когда вы успели здесь вырасти?! Я вас не увидел!

– Я уже давно тут расту. Скоро корни пущу в этот стул, – усмехнувшись, ответила смущённая Виктория Алексеевна.

– О боже! Знал бы я! Та-ак… ой… так я бы обязательно пришёл с букетом! Товарищ лейтенант! Почему вы не предупредили меня, что в вашем офисе произрастает такая красота, требующая поливки дорогими презентами?

Глядя на то, как лицо Алексевны буквально багровеет от смущения, я ответил:

– Как же я вас предупредил бы, если вы телефон не взяли?

– Ай, точно! Дурак я, дурак! – схватился за голову Олег Анатольевич. – Ну, теперь, с вашего ползвозоления, эм… позволения, я буду часто захаживать к вам! Любоваться красотой!

– Мне очень приятно, но всё же у нас отдел полиции, а не проходной двор, – смущённо сообщила Алексевна нашему гостю.

– А я буду в приёмные часы приходить! И, кстати, приходите-ка вы вместе в субботу к нам в гости! Улица Линейная, 18! Это частный дом! Приглашаем от всей души хороших людей!

– Мы к незнакомым людям не ходим, – с улыбкой отрезала коллега.

– Олег Анан-нот… Антонович! Ой, ну вы поняли! – протягивая руку моей коллеге, рассмеялся Олег Анатольевич.

– Очень приятно, Олег Анатольевич, – вежливо улыбаясь, протянула в ответ руку Вика Алексеевна. – Но всё-таки просто знать имя и отчество недостаточно.

– Да ла-адно-о вам! Вот и познакомимся получше, когда придёте!

Алексевна смущённо опустила взгляд на свои бумаги и продолжила работу… или сделала вид, что продолжила.

– Олег Анатольевич, – обратился я к нашему нетрезвому, весёлому гостю, – давайте мы с вами поговорим о делах.

– Да! Давайте уже разберемся с этим, наконец! – с возмущением начал хулиган. – Это всё фарс и произвол!

– Будьте добры, ваш паспорт.

– Конечно! Сейчас… где-то… а-а-а! Вот он! – победно выкрикнул Олег Анатольевич, вытащив документ из заднего кармана джинсов.

Последующие несколько минут я проверял информацию о данном гражданине через нашу базу. Когда я внёс его данные, на экране монитора высветился не самый образцовый «послужной список»: три неоплаченных штрафа за мелкое хулиганство, распитие спиртных напитков в общественных местах, мелкое хищение и судимость по уголовной статье «Тайное хищение чужого имущества».

«Интересно, кто же покровитель этого „добропорядочного“ гражданина? – думал я. – Видать, не такой уж и могущественный, раз не смог отмазать от уголовной статьи».

Все подробности нашей беседы я, пожалуй, освещать не буду. Скажу лишь, что проводились стандартные процедуры по опросу и составлению протокола.

– Ну я и говорю! Задница – во! Огонь! – продолжал объяснять суть своего конфликта с официанткой Олег Анатольевич. – Ну-у… рука сама и потянулась!

Вика Алексеевна, которая до этого работала, ну или делала вид, что работала, теперь с интересом и, казалось, с отвращением слушала всё, что слетало с губ нашего «немного» выпившего товарища.

– А она что? – с интересом спросила Алексевна.

– А она! Она-а! – начал завывать хулиган. – Замечание посмела мне сделать!

– Ну, вам ещё повезло, что промеж глаз не заехала чем-то тяжёлым, – с удивлённым выражением лица констатировала Вика Алексеевна.

– Э-э… не-е… Я пип-клиент…

– ВИП-клиент? – усмехнувшись, спросила коллега.

– Ну да! Я и говорю! Дорогой гость, привилегии… всё такое…

– Хорошенькие привилегии – лапать официанток за задницы! – рассмеялась Алексевна.

– А то! – поддержал её смехом хулиган. – Ну, в общем, понесло меня…

– Как стул и стол сломали, помните? – строго спросил я.

– Ой, ну лейтенант… ну такая хрупкая мебель! Я только чуть-чуть кулаком задел – и всё, в щепки!

В то время, пока наш гость лепетал про обстоятельства произошедшего, я уже допечатывал его объяснение в как можно более мягкой форме. Было понятно, что вина данного субъекта налицо и совсем отмазать его не получится. Кроме этого, я также заранее заготовил протокол об административном правонарушении, куда мне осталось только внести данные его паспорта. Тут в кабинет вошёл Сергей.

– Саня! Ну ты где? – спросил он меня, одновременно глянув на Олега Анатольевича. – А-а… у тебя человек? Что… это правда, что ли, значит?

– Что «правда»? – удивлённо спросил я.

– Ладно, неважно… Потом. Мы погнали по рынкам. Пока.

Серёга махнул рукой на прощание и вышел из отдела вместе со Славой и Андреем. Я посмотрел на часы – 18 ровно, после чего снова переключил своё внимание на нашего «клиента».

– Значит, Олег Анатольевич… – подытоживающим тоном начал я. – То, что произошло в кафе, было недоразумением. В отношении вас заявительница не желает дальнейшего производства по административному делу.

– Боже! Какая прелесть! Я сразу понял, что она хорошая дешев… ой, девушка! И вы очень хороший, товарищ лейтенант! – уже еле связно проговорил он, протягивая мне свою руку.

– Да, спасибо… – протянул я в ответ руку хулигану, при этом ловя на себе удивлённый взгляд Вики Алексеевны.

«Однако мне везёт… Он почти ничего не соображает и подделывать за него подпись в протоколе, надеюсь, не придется… только подсунуть – и всё».

– Олег Анатольевич, осталась формальность, – подойдя к нему с протоколом и его объяснением, начал я вешать лапшу на его чуть покрасневшие уши. Протянув ему ручку, а также документы, названия которых бережно закрыл рукой от его глаз, я принялся показывать правонарушителю места для подписей: – Вот здесь, здесь и здесь… черканите, пожалуйста.

– О-о… а это необходимо? Вопрос будет закрыт тогда? – неуверенно спросил нарушитель.

– Да, вопрос будет закрыт, и вы пойдёте домой, – успокоил я его.

– Ой! Ну и отлично! А то я подустал уже что-то… – С этими словами он небрежно подписал документы и бросил ручку на стол.

Поднявшись со стула, хулиган протянул мне руку со словами:

– Александр! Ник… Николаевич! Огромное вам спасибо за помощь! Я всегда с уважением относился к нашей полиции! И продолжаю так относиться! А то вас все хают, а я-то знаю, что вас много порядочных!

В ответ я лишь молча кивнул.

«Да…очень порядочных…».

Взяв хулигана под руку, я повёл его к выходу:

– Давайте я вас провожу.

– Ну вот, я же говорю! Очень порядочные и вежливые сотрудники! – восторженно воскликнул Олег Анатольевич. – И да, кстати! Не забудьте! В субботу я вас жду в гости! Особенно вас, очаровательная мадэ… мадмаз… мадемуазель! – уставившись на Викторию Алексеевну, смачно рыгнул «джентльмен».

– Я польщена… – с ноткой явного отвращения произнесла Алексевна.

– До свидания, дорогие мои! – махнув рукой, вышел из отдела Олег Анатольевич.

Я же в это время стоял в фойе и смотрел вслед криво уходящей фигуре, думая: «Сволочь… сволочь, помогающая другой сволочи…». Потом неторопливо направился в кабинет. «Сейчас ещё нужно что-то сказать Алексевне, которая глаз с меня не сводила, пока я с ним заканчивал».

Примечания