Музыка – мой аэроплан. Антология магического реализма

Арон снова включил свою любимую группу во встроенном проигрывателе на мотоцикле. Он не помнил, сколько лет назад он начал слушать «Арию». Знал одно – если бы не музыка этой величайшей группы, он бы никогда не стал тем, кем он стал сейчас. Можно сказать, что он был магическим психотерапевтом-единомышленником. Что может быть лучше для молодой души, до безумия любящей рок и не желающей быть, как все?

Арон доехал до перекрёстка. Необходимо было повернуть направо, так как именно там нужно было объехать ещё пару улиц, которые были не такими красивыми, как те, что он видел до этого. Старые здания и готические барельефы здесь тоже присутствовали, но находились на последней стадии запустения.

Эта улица было совершенно обычной – таких достаточно много в провинциальных городах.

Байкер быстро объедет эту улицу, потом ещё один маленький переулок, затем загонит своего чёрного стального коня в гараж, вернётся в свой обычный частный дом, погладит и покормит своего любимого кота, приляжет на диван, поставит грампластинку своей любимой группы и погрузится в мир блаженства.

В его доме было всего лишь три комнаты. На стенах висели обычные бордовые ковры, на которых были изображены цветы. Одна из комнат служила кухней, и в ней был журнальный столик и современный стул. В другой комнате, которая была самой большой в доме Арона, стоял обычный письменный стол со стулом производства прошлого века, на стене была книжная полка, на которой можно было найти пособия по ремонту мотоциклов и художественную литературу. Он обожал читать в свободное время Маркеса и, как уже говорилось, Лавкрафта, которого считал королём ужасов всех времён и народов.

На полу был бежевый ковёр с маленькими и большими кругами в виде картинок.

Отдельно в комнате стоял стул для гостей, которым всегда была необходима помощь и поддержка. Акустическая гитара лежала то в гараже, то оставалась дома. На столе была обширная коллекция грампластинок и проигрыватель. Именно эти вещи Арон считал самыми ценными в своём доме, и ничто не могло переубедить его в обратном.

В третьей комнате были предметы, которые представляли большую бытовую необходимость для дома: пылесос, несколько молотков, запасные ключи для гаража и так далее.

На кухне, кроме печки и холодильника, стояло несколько бутылок элитного ирландского эля, который был частью психотерапии для тех, кому она была нужна.

Именно о своём доме думал Арон, когда прибавил газу и сделал громче любимые композиции. Казалось бы, что любимую музыку Арона одобряет даже дерево, которое согнулось в поклоне от ветра, когда Арон проезжал мимо него.

Арон помнил, что когда-то именно на этой неказистой улице он встретил одну девушку. Ей была нужна его помощь. Причина была банальной – расставание с молодым человеком. Арон показал ей проекцию будущего, которое было связано с тем самым юношей. Именно из-за него девушка по имени Татьяна очень сильно плакала, орошая улицу своими слезами из божественно прекрасных глаз…

Арон заверил её, что ничего хорошего из этих отношений не вышло бы и переживать больше нет смысла.

– Хочешь ли ты такую жизнь? – спросил Арон, показывая Тане хроники будущей жизни с её потенциальным мужем, который часто приходил домой пьяный и изменял ей.

– Нет, конечно, – ответила Таня, смотря внимательно на Арона.

Тогда Арон привёз девушку к себе домой, сыграл ей пару композиций группы «Нирвана» на гитаре, заглянув немного в её прошлое для выяснения особенностей музыкальных вкусов. Да, «Нирвана» была её любимой группой. Арон не ошибся, предположив это до использования своего магического дара.

Он показал девушке будущее, и она очень обрадовалась, узнав, что скоро встретит интересную компанию, поедет в соседний город на концерт хорошей группы и, наконец, отдохнёт там от тяжёлого года. Чёрная полоса жизни закончится, и всё у неё будет хорошо…

– Помни, что ты найдёшь себе ещё отличную компанию! – подбодрил её Арон, слегка похлопав по плечу. – Тебе будет очень интересно и весело, особенно на концерте крутой группы! Ты ещё посетишь концерты многих групп, вот увидишь.

После эля и задушевного разговора, прерываемого исполнением песен «Нирваны», девушка Таня в знак благодарности поцеловала Арона в щёку. Он проводил её до калитки своего дома и ещё долго смотрел, как Таня исчезает в полутьме…

Арон помнил и другой случай, когда его помощь была нужна. Тогда одному юноше, который оказался один на дороге в приятный осенний вечер, придя из нашего мира, байкер показал прошлое. Именно по этому прошлому юноша сильно ностальгировал в ущерб настоящему и будущему. В этом прошлом не было ничего великого, просто мы часто забываем неприятные моменты минувшего, окрашивая наши прошедшие дни в яркие цвета. Прокатив молодого человека до своего гаража, Арон тогда также проводил юношу в свой дом, где они распили ирландский эль под медленную композицию группы «Металлика». Арон был уверен, что аккорды «Металлики» знает каждый, кто так или иначе был знаком с рок-музыкой.

Арон забыл, как звали молодого рокера, помнил только, что тому очень понравился интерьер байкерского гаража Арона, в котором среди прочих вещей были барабанные палочки. Арон поймал их во время одного из забытых концертов, на котором он побывал.

Этот концерт был на набережной города Благовещенска. Арону больше всего тогда понравилось, что на другой стороне реки начинался Китай – совершенно иной мир. Арон мог даже видеть небоскрёбы ближайшего города, но это его не сильно интересовало. Гораздо интереснее был концерт рок-группы на прекрасной набережной.

Именно тогда Арон впервые познакомился с большой неформальной компанией, которая приехала из Хабаровска. Он не помнил точно, сколько лет назад это случилось. Он лишь предавался приятной ностальгии, гуляя после концерта с одной молодой рокершей. Они говорили о музыке. У рокерши были определённые проблемы в жизни. Он заглянул в её ближайшее будущее и увидел, что её проблемы пустяковые и надуманные. Но он всё же поддержал её, и девушке стало легче.

Всё это он рассказывал юноше, которому несколько месяцев назад была нужна психологическая помощь.

Рокер рассматривал байкерский гараж Арона. Арон надеялся, что это его отвлечёт и что ему от таких мыслей станет легче.

Арон не ошибся, так как рокеру действительно очень понравился гараж байкера, и он забыл обо всём.

Особенно юноше понравилась пара запасных колёс, которые висели на стене гаража.

Среди прочих вещей рокера заинтересовали многие инструменты, которые помогали байкеру иногда чинить свой волшебный «Харлей». В байкерском гараже был подвал, в котором Арон хранил запасное колесо для мотоцикла, и именно подвал окончательно тогда поднял настроение молодому человеку.

Собственно, байкерский гараж был для Арона вторым домом. Стены были обиты со всех сторон тёмными досками. В гараже висели плакаты многих групп. Кресло, которое стояло у одной из стен гаража, было покрыто чёрной тканью. В дальнем конце гаража было несколько полок, на которых лежали очень ценные для сердца Арона вещи. В основном это были необходимые инструменты для мотоцикла. Рядом с ними часть стены была обвешана флагами некоторых государств, в которых в разных формах представлено байкерское движение.

«Харлей» стоял по центру, и иногда Арон очень любил просто сидеть в кресле и смотреть на своего стального коня.

– Помни, – сказал Арон, глядя юноше в глаза, – твоя жизнь только начинается. И в ней будет ещё немало ярких моментов.

Использовав свой дар, Арон проник в недалёкое будущее юноши, показав его молодому человеку. И действительно: через полгода рокер встретит прекрасную девушку, познакомившись с ней во время фестиваля «Нашествие». Молодой человек обрадовался, когда Арон продемонстрировал ему яркие моменты, которые непосредственно его ждут, если он не свернёт с пути неформала.

– Жизнь очень непредсказуема, – подытожил Арон. – Действуй и верь! Но помни, что будущее имеет свойство меняться. Рокерские радости ждут тебя только в том случае, если ты не свернёшь с пути и не предашь себя!

Да, в прошлом у юноши были свои беды и неприятности. Арон видел, как молодой человек, будучи студентом, плохо сдал сессию, как он чуть не вылетел из института за то, что во время подготовки к сессии занимался разучиванием песни «Арии» «Через все времена», которая была заглавной в прекрасном новом одноимённом альбоме.

Юноша поблагодарил байкера, крепко пожав ему руку, и отправился снова в реальный мир, растворяясь за калиткой дома Арона в полутьме…

Арон смутно догадывался, что это были полузабытые сны тех, кому он помог. Они их уже, конечно, не помнили, но именно во снах они стали на путь истинный, прогоняя депрессию и меланхолию.

Быть может, если кто-то будет помнить эти сны, он назовёт их вещими. Однако что-то подсказывало Арону, что эти сны не запоминаются, а просто поднимают настроение, вырывая душу из плена печали.

Именно такими были мысли и воспоминания Арона, которые были очень приятными в сочетании с рёвом мотора любимого «Харлея» и великолепными аккордами групп, на музыке которых и вырос Арон.

Объезжая один старый дом на улице с тремя полукруглыми окнами, Арон включил погромче группу «Айрон Мейден», которая напомнила ему о его жизни в ином мире.

Хотя, может быть, эта жизнь была жалкой иллюзией. Он, наверное, родился здесь и никогда не был на рок-концертах. Мы очень часто предаёмся различным иллюзиям, которые окружают нас со всех сторон. Как пела любимая группа Арона, мы верим, что есть свобода, но сами танцуем всю жизнь в кандалах.

Мы часто украшаем прошлые дни.

Арон снова посмотрел на старые заброшенные дома, представляя, что здесь когда-то жили люди. Наверное, жили. Быть может, эти здания были всего лишь проекцией в этом не до конца понятном Арону измерении простых земных халуп.

Иногда не стоит знать слишком много, иначе никогда не заснёшь спокойно.

***

Арон снова посмотрел на дорогу. Он заметил, что началась двойная сплошная полоса. Дорога расширялась. Однако никого не было вокруг. Единственными живыми существами, которые составляли Арону иногда компанию за последние несколько дней, было несколько воронов и один орёл, который сегодня кружил над гордым «Харлеем» Арона, куда бы он ни поехал.

Арон всегда любил орлов. Эти гордые птицы напоминали байкеру о вольных душах, которые отдадут всё за право быть свободными. Арон хотел однажды быть таким же вольным, как гордый орёл. Можно сказать, что это было его целью жизни. Если байкер когда-нибудь умрёт, то умрёт вольным человеком.

Возвращаясь к своей работе, скорее всего, Арон помогал ещё очень многим, но он давно уже забыл имена и внешность. Зато он помнил, что некто ему сказал: скоро для тебя будет день ответа. Был ли этот эпизод в мире снов, в его прошлом этапе жизни или когда-то в полузабытом детстве, Арон не знал наверняка.

Однако за последние несколько месяцев Арон больше никого не встречал. У него была тихая и размеренная жизнь. Он не знал, почему именно. Возможно, все стали жить счастливее, помощь никому не была нужна. С одной стороны, это было замечательно, так как Арон искренне желал неформальным душам счастья. С другой стороны, быть может, миссия Арона была закончена, и он больше не был нужен. Неизвестный, о котором Арон смутно догадывался, но которого он никогда не видел, может снова отправить Арона в обычный мир, где он будет обычным человеком, а, что ещё хуже, заберёт у него мистический «Харлей», так как он больше не будет нужен Арону для поездок по старому городу…

Его передёрнуло от этой мысли. Нет, он не желает жить обычной жизнью. Ему так комфортно здесь…

С этими мыслями Арон поехал дальше рассекать дорогу под любимые аккорды.

Приближался приятный осенний вечер.

Над горизонтом взошла молодая луна, которая светила сквозь дымку, где сверкали молнии.

Гроза приближалась и подсказывала Арону, что его планы на вечер полежать на диване под аккорды старого хеви-метала пошли прахом. Сегодня до поздней ночи он будет ездить по старому городу, если потребуется.

Начался лёгкий дождь, но это Арона не остановило. В гараж, конечно же, сейчас он не поедет. Что-то изменилось. Арон чувствовал, что в старом городе был кто-то ещё. Кому-то нужна была его помощь. Дождь для него не преграда, ведь он гордый байкер. Ездить под дождём было даже интересно.

Сегодня впервые за многие месяцы его одиночество было нарушено.

На обочине стоял молодой человек. По виду – ярый фанат рок-музыки: косуха, напульсники. Арон рассмотрел внешность рокера: голубые глаза, прямой нос, чёрные, как ночь, волосы.

Арон подъехал к нему, завязался разговор.

– Кто ты, незнакомец? Что ты делаешь здесь? – спросил Арон, остановив свой байк возле юного рокера.

Молодой человек посмотрел на Арона, вытащив из ушей наушники.

– Привет, я не знаю, как я здесь оказался. Меня зовут Юра… и, если я тебя встретил, у меня есть пара вопросов, – ответил незнакомец, смотря в глаза Арону.

После этих слов гром прогремел с удвоенной силой. Пошёл сильный дождь, на который Юра не обращал абсолютно никакого внимания. Арон вдруг смутно припомнил, что когда-то тоже был таким: юным, свободным, с желанием раскачать этот мир.

У него сильно поднялось настроение. Помощь Арона была снова нужна, и от этой мысли он чуть улыбнулся. Значит, не зря он ещё живёт здесь.

– Меня зовут Арон. Садись, если не боишься, – сказал он юноше. – Прокатимся с ветерком.

Юноша охотно сел позади Арона на «Харлей», Арон нажал на газ, и от этого звука у Юры забилось сильнее сердце. Арон это почувствовал, так как молодой человек уже крепко держался за него.

– Что привело тебя сюда? – спросил Арон. Он сделал «Айрон Мейден» потише и склонил голову набок.

– Я считаю, что в этом мире у меня нет места. Например, вчера я был на сейшене, однако, даже неплохой кавер на «Короля и Шута» меня не впечатлил… Я чувствовал, что я лишний на этом празднике жизни, и ничто не смогло меня переубедить в обратном. Представляешь, я даже ушёл до окончания концерта, – ответил Юра, когда Арон ещё больше нажал на газ.

Они проезжали снова мимо интересного здания дореволюционной постройки, которое красиво переливалось различными цветами. На первом этаже дверь не открывалась уже лет тридцать. Впервые за много месяцев Арон снова свернул на улицу, на которой он уже был этим вечером. Такого раньше никогда не случалось.

Только теперь – Арон мог в этом поклясться своим магическим «Харлеем» – цвет облицовки здания сменился с голубого на красный. Арон с юношей продолжал рассекать дорогу, радуясь, что больше на ней никого не было.

Жизнь здесь была свободна как от падений, так и от взлётов. С одной стороны, Арону это очень нравилось, с другой стороны Арон признавался себе, что хотел активной и интересной жизни.

К сожалению, приближение грозы всё больше и больше давало о себе знать. Несколько раз Арон и Юра слышали раскаты грома.

Арон попытался заглянуть в будущее этого молодого человека, но увидел там пустоту. Такое было впервые за всё его время жизни здесь, в этом загадочном мире.

Неужели Юра скоро умрёт? Нет, Арон не желал этого допустить.

Он посмотрел снова на молодого человека, думая, как именно ему помочь. Он чувствовал, что рокер сегодня ему преподнесёт немало сюрпризов.

– А почему ты так считаешь? – спросил Арон. – На какую песню был кавер? Может быть, он был недостаточно хорош?

– В заросшем парке… стоит старинный дом, – напел Юра, и Арон сам не заметил, как подхватил мелодию.

Он проехал ещё одно старое здание с полукруглыми окнами, над которым раньше во времена полнолуния луна освещала всё вокруг могильным светом.

– Хороший кавер… Но мне кажется, что у меня там не было единомышленников… Настоящих друзей. Я хочу движения. Хочу жить активной и интересной жизнью.

Выслушав это, байкер уже был готов свернуть в гараж, чтобы поставить там стального коня и затем под хороший ирландский эль поговорить с Юрой в домашней обстановке о его психологической проблеме.

Арон уже подъезжал к калитке своего дома, видя её издалека. Сейчас он нажмёт на тормоз, загонит «Харлей» в гараж и пригласит юношу домой…

– А можно ещё раз проехаться под песню «Металлики» по красивой улице? – спросил Юра, будто бы читая мысли Арона и желая, чтобы всё сегодня было по-другому.

Арон на секунду задумался. Вечер становился всё необычнее и необычнее. Раньше никто не предлагал Арону свой собственный путь «байкерской терапии». Собственно, ничего в этом страшного не было. Быть может, Юре для выхода из депрессии был необходим совершенно иной путь.

– Хорошо, как скажешь, умный рокер, – ответил Арон, разворачивая своего стального коня и снова нажимая на газ.

Дождь пошёл немного сильнее. Арон чувствовал, что уже сильно намок, мокрыми были и волосы у Юры. Однако это его в принципе остановить не могло, так как он был глубоко убеждён в том, что в дождь ехать гораздо интереснее.

Именно поэтому Арон прибавил ещё газу. Он чувствовал, что юноше становилось легче. Сейчас он проедет немного дальше по дороге, затем сделает резкий разворот. Адреналин очень часто помогает бороться с депрессией, прогоняя её в шею и не оставляя ей шансов вернуться.

Он много раз пробовал это средство, правда, по собственному желанию, а не по желанию другого неформала.

Арон смотрел на причудливую смесь грозовых туч и заходящего солнца. С другой стороны горизонта восходила новая луна. Довольно редко можно было наблюдать такую причудливую комбинацию небесных светил и бури, но сегодня был именно тот день.

– Любишь «КиШ»? – спросил Арон у Юры, желая включить «Лесника» – любимую песню многих молодых рокеров.

– Конечно, люблю. Именно «КиШ» была моей первой группой, когда я был очень молод. Не помню… – ответил Юра, – сколько мне было тогда лет. Возможно, лет десять или одиннадцать.

Арон молча кивнул, включив любимую песню Юры. Молодой человек начал усиленно подпевать. Мужчина не ошибся – конечно же, эта песня была у Юры той, на которой он вырос.

Тем временем они доехали до места, где нужно было делать Арону свой фирменный номер. Он сделал свой коронный разворот, мотор взревел, и это до безумия понравилось Юре, который вскрикнул от счастья. Для разворота Арон долго выбирал место. Наконец его внимание остановилось на площади возле здания со статными колоннами. Над самой площадью висели два фонаря, которые так причудливо колыхались от ветра.

Всё это напомнило Арону какой-то эпизод из его прошлой жизни.

Дела шли хорошо, так как первичная депрессия у юноши почти прошла. Осталось только лишь закрепить успех, поговорив с ним о его проблемах дома.

Байкер включил фары. Сумерки потихоньку превращались в ночь. Последние отблески заката закрывало старое здание со шпилями.

– Сейчас поедем домой, – сказал Арон. – Увидишь мой гараж. Говорят, он очень помогает многим рокерам.

– Ну, может быть… Кто знает, – ответил Юра.

Арон чувствовал, что Юра не хочет ехать в гараж: ему безумно нравились скорость и рок на открытом воздухе.

Однако Арон не мог предположить то, что случится дальше в этот прекрасный грозовой вечер раннего сентября.

Что-то резко щёлкнуло в мотоцикле под Ароном, и он внезапно потерял управление. Может, отказали тормоза… о, да, Арон вспомнил, что не чинил свой волшебный байк давно. Наверное, была и какая-нибудь другая причина, о которой Арон не знал. Факт оставался фактом: Арон впервые испугался, оказавшись на этом перепутье миров. Он не помнил, когда пугался так в последний раз. Быть может, это было в ранней-ранней юности, когда ему выбили зуб во время «слэма» на рок-концерте.

Но сегодня страх был гораздо реальнее. Арон пытался не показывать свой страх – иначе какой из него психотерапевт? Как он может предсказывать будущее, видеть прошлое, если сам боится, не зная, что делать в этой ситуации?

Страх для него был давно забытым чувством. Он до конца не осознавал, когда испытывал страх в последний раз. Однако именно это чувство вернуло его в юность. Как парадоксально это ни звучало, именно благодаря страху Арон вновь почувствовал себя молодым.

Арон собрал всё своё хладнокровие и поехал к зданию со шпилями. Краем уха он услышал жуткий треск молнии, которая ударила в самый высокий шпиль.

Сейчас всё должно быть хорошо. Тормоза скоро сами починятся. Это же магический байк…

Или вообще всё это был сон. Не может же быть так, что Арон несколько лет спокойно ездил по одной и той же улице, и всё было хорошо, но именно сейчас, когда больше всего нужна была его помощь другому необычному рокеру, волшебный байк сломался! Он не может сломаться в реальности, просто не может…

Наверняка Арон на самом деле приехал домой и заснул под песню «Арии» «Беспечный Ангел».

С другой стороны, хотел ли он такой жизни? Хотел ли он сейчас проснуться в своей постели? Это был очень сложный вопрос, на который Арон не мог ответить сразу.

Но что-то Арону подсказывало, что всё было очень реально. Исходя из этого, размышления касательно такого вопроса бессмысленны.

Он уже не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, всё ли хорошо с Юрой. Он чувствовал, как рука Юры крепко вцепилась в его косуху, как его сердце забилось ещё чаще.

При всей любви к року, Арон не хотел сегодня пополнять список беспечных ангелов, не хотел повторять судьбу героя песни. И больше всего он сейчас боялся за Юру, так как именно Арон предложил Юре сесть и прокатиться. Следовательно, он нёс ответственность за молодого человека.

Психотерапевт ехал к мистическому зданию, будучи уже не в силах затормозить.

Неужели это и есть конец? Неужели это и есть итог? Неужели в этом мире его миссия закончилась, навсегда закончилась?

Последнее, что почувствовал Арон – толчок от ударной волны, которая исходила от молнии…

Он до конца не мог описать, что именно случилось дальше.

Внезапно он очутился возле какого-то двухэтажного здания с красными стенами, которые были построены из старого советского кирпича. Возле дома было полно людей. Здесь можно было видеть и панков, и металлистов, и готов – всех представителей неформальных течений. Разговор о прелестях рока и различных его направлениях можно было услышать со всех сторон. Арон только затем понял, что его байк каким-то мистическим образом остановился, а Юра сидел сзади, как будто бы ничего и не произошло.

Вокруг были обычные советские девятиэтажные хрущёвки. Мистического шпиля и старого города больше нигде не было.

Только сердце у Арона ещё билось довольно сильно.

– О, я не знал, что за углом такой хороший сейшен, – сказал Юра, спрыгивая с мотоцикла. – Пойдём, будет весело!

Печаль Юры, о которой он рассказывал ещё несколько минут назад, просто исчезла. Как будто рукой сняло.

Арон чувствовал себя как ребёнок, который впервые попал во взрослый мир. С байком было всё в порядке. Но как было такое возможно, если тормоза не работали ещё несколько секунд назад? Наверняка он заснул за рулём. Это нелепое объяснение, которое никак не красило гордого байкера, подходило лучше всего к данной ситуации.

Арон снова поднял голову. Он не помнил, когда в последний раз ходил на сейшен. Это было давно… Более того, Арон был уже не в том возрасте, чтобы ходить на сейшены для тинейджеров. Лучше приехать домой после мотопрогулки и включить любимую «Арию», лёжа на диване.

Ну, может, сегодня был именно тот день, когда Арон сможет вспомнить давно забытое старое, тряхнуть стариной, снова почувствовать себя молодым, неопытным рокером, который только стоит в начале своего прекрасного неформального жизненного пути?

В голову Арона пришло рациональное объяснение ситуации. Он так привык ездить по одному и тому же маршруту, что не заметил, как через пару улиц от его дома открыли новый рок-клуб. Возможно, он на самом деле на секунду заснул за рулём «Харлея» по дороге к этому заведению.

Следовательно, мистический шпиль и удар молнии в него ему просто приснились.

С этими мыслями Арон припарковал байк возле рок-клуба, будучи уверенным, что его никто не угонит.

Байкеры всегда были авторитетом для молодых рокеров, да и кто может управлять его «Харлеем», если ему пятнадцать лет, если он выпил не одну банку пива, и если, в конце концов, ключи остались у Арона?

Более того, до появления Неизвестного Арон был уверен, что это магический байк, и управлять им может только сам Арон.

Возле рок-клуба стояла ещё пара мотоциклов. Но «Харлей» Арона был лучшим. Некоторые рокеры с уважением посмотрели на его мотоцикл.

Последним неформальным заведением, в котором когда-либо отдыхал Арон, был старый добрый «БегеМотоБар», который несколько лет назад закрыли. Арон не раз признавался себе, что безумно соскучился по таким местам.

Он ещё до конца не понимал, был ли это сон или реальность. Если это сон, то наверняка очень хороший. Ночной кошмар, когда Арон мысленно прощался с жизнью, уже закончился. Теперь сон перешёл в иную, более приятную стадию.