Переливы тёмно-фиолетовой души

– Да, и лучший способ для этого – застать девушку врасплох, унизить и обидеть.

Я хватаю халат, поворачиваюсь к двери лицом и бросаю на пол полотенце. Мне уже всё равно, что он там видел – не видел, мне неприятно, что он пытается высвободить силу такими методами. Волосы до пояса закрывают спину, а остальное, да и Бог с ним, всё равно не на что смотреть! Натянув халат, я поворачиваюсь.

Тёмно-лиловые глаза сверкают, окрасившись в более красные тона. Ноздри раздуваются, а челюсти сжимаются со страшной силой. Пальцы с силой сдавливают подлокотники стула, и кажется, он сейчас прыгнет и загрызёт меня. Вот это ярость. Я действительно пугаюсь и поспешно выхожу из комнаты.

Позавтракав, застою комнату пустой, но я думала всё же он там. И когда уже иду на работу, всё ещё надеюсь, что он идёт позади или рядом, только не видим для меня. Как только открывается дверь в магазин, я жду, что зайдёт чёрная фигура. Видимо, я слишком была груба с ним, но и он тоже хорошо!

После обеда мне позвонил друг из академии и сообщил, что все должники, в конце концов, сдали проекты и закрыли сессию. И следовательно, такое событие обязательно подлежит пиршеству. Мои друзья любят внезапно собраться и уведомить об этом уже в последнюю секунду, в лучшем случае за сутки.

Веста, разумеется, заметила моё, мягко говоря, невесёлое настроение, но я быстро натянула улыбку, чтобы не было лишних расспросов. Но, думаю, она и так поняла, что сегодня меня беспокоить не стоит.

И вот я уже иду в бар, вроде одежда не пропахла кормами для животных, поэтому даже не забегаю домой переодеваться.

– Опять ты в джинсах. – Кудрявая брюнетка встречает меня возле входа в бар.

– Я с работы.

– Могла бы зайти переодеться, ещё даже половина народа не пришла.

Рика никогда не церемонится, и всё что у неё возникает в голове, тут же появляется во внешнем мире, обретая форму слов. Если бы я её не знала то, посчитала бы это зазнайством, но она всегда открыта и прямолинейна.

Мы заходим в бар. И мои лёгкие сразу наполняются дымом сигарет. Я морщусь, с трудом сдерживаюсь, чтобы не чихнуть, и даже не хочу тратить силы на возмущение. Сегодня мне всё равно.

Рика показывает на столик с диванчиками в углу, там уже сидит несколько наших одногруппников. Мы подходим к зарезервированному столику, где нас радостно приветствуют, и тут же сыплются рассказы про злых и вредных преподавателей. В течение получаса собирается вся группа, и мы можем начать наше веселье.

– Почему ты не хочешь выпить?

Снова начинаются эти разговоры, и заводит их уже изрядно покосившийся Саня. Я запихиваю кусочек кальмара в рот, показывая этим, что я не могу говорить из-за занятого рта, и пожимаю плечами, хотя прекрасно знаю причину.

– Отстань от неё, ты же знаешь, она не любит спиртное. – Заступается Рика.

– Пф, тоже мне правильная какая!

Продолжает бубнить Саня, но хорошо, что он не повышает голос в таком состоянии, иначе бы я вмазала ему по уху. Я уже привыкла к тому, что он постоянно ко мне цепляется по этому поводу, посему даже не обращаю внимания на его болтовню. Ох, да, если бы причина была именно в правильности, я была бы не против.

Шатен с голубыми глазами продолжает бросаться шуточками, даже не замечая, как у него из бокала отливают пиво. Он самый болтливый парень, которого я когда-либо встречала. Его говорливость часто выручает его, особенно когда лентяйство берёт над ним верх. В общем, вся трудоспособность заменена недержанием речи.

Я допиваю безалкогольный мохито, и официантка уносит мой стакан и тарелку из-под салата. В основном ела только я, все остальные наполняли животы исключительно напитками. Но мне всё равно весело, хотя и чувствую себя немного неуютно в компании. Посылаю маме обещанное сообщение, что со мной всё хорошо, и чтобы она не переживала, а ложилась спать.

Время летит и уже подходит к полуночи. Часть группы переместилась ближе к бару, в том числе и Рика. А я наблюдаю, как она ловко и непринуждённо кадрит парня. Я так не могу, да и толку никогда не бывало от моих попыток. Даже у коварного и похотливого демона, я не вызываю никаких чувств, кроме как ненависти и жажды моей силы души. В мыслях я ставлю кавычки к слову «силы», и не сразу замечаю, что показала их пальцами обеих рук. Хорошо, что никто не заметил, все поглощены беспечными разговорами, хотя иногда и проскальзывают философские темы. Я слишком увлекаюсь, когда думаю о нём.

Дейтевиан… Не видела его целый день. И мне уже не хватает его ухмылки тонких губ, немного раздражённого голоса, задумчивого глубокого взгляда. Я скучаю по нему? Не хочу скучать, не буду!

– Ты чего вертишь головой? – с вызовом смотрит на меня Саня. – Не согласна со мной?

– Нет-нет! Всё верно говоришь.

Интересно с чем я согласилась?

А вдруг он ушёл. Совсем ушёл. И я больше не увижу эти прекрасные черты завораживающего лица, чёрные растрёпанные волосы, широкие уверенные плечи, большие сильные руки…

– Ио, у нас проблемы!

– Что?

Я прихожу в себя, оглядываюсь по сторонам, за столиком никого, только на диване съежившись, похрапывает один из наших.

– А где Рика?

– Она ушла недавно с каким-то парнем.

Отлично, кинула меня, значит. Я смотрю в телефон: уже первый час ночи.

– Что случилось? – спрашиваю я Алёну, в глазах которой испуг.

– Я не знаю, что нам делать! Саня вляпался в очередную историю, а половина наших уже сбежала. – Начинает тараторить худенькая и рыженькая девушка.

– Успокойся, сядь. – Я тяну её за руку на диван.

– Да, как тут успокоиться? Где взять столько денег? – Она закрывает ладонями лицо.

– Он что-то разбил? – Я поглаживаю её по спине, в надежде как-то унять тревогу.

– Хуже. Намного хуже. – Она всхлипывает. – Проиграл.

Я не могу понять о чём речь, и только хочу спросить, как она перестаёт дрожать и, смотря большими глазами в слезах, хватает меня за плечи.

– Он сказал, что ты умеешь играть! Прошу, помоги.

Алёна, крепко сжав мою руку, ведёт по залу. Проходим мимо барной стойки и заворачиваем в небольшой коридор, который я даже не замечала. Вижу две сливающиеся со стеной двери, ведущие неизвестно куда. Мой проводник дёргает за ручку ту, что ближе.

Передо мной появляется довольно неожиданная картина.

– Как им разрешили здесь играть? – спрашиваю я шёпотом у Алёны.

– Похоже, что у них здесь всё схвачено.

Подпольное казино. Не думала, что окажусь в подобном месте. Помещение небольшое, но всецело вмещает стол с традиционным суконным зелёным покрытием. Помимо стульев, что приписаны игрокам, у дальней стены стоит кожаный тёмно-коричневый диван. Свет рассеянный, а сама комната вся заполнена сигаретным дымом. Я чихаю.

– Будьте здоровы!

Я, сдерживая следующий чих, смотрю в сторону стола и неопределённо обращаюсь:

– Спасибо.

За овальным столом расположилось шестеро взрослых мужчин и один придурок. Саня смотрит на меня умоляющими и растерянными глазами.

– Так ты за её юбкой хочешь спрятаться? – небритый мужчина в кожаной куртке показывает на меня.

Саня полностью раздавлен, как и его самолюбие, а паника застыла на лицах наших друзей, что забились на диване, но зато все протрезвели. Похоже, они хорошо вляпались. Но чтобы им помочь, мне нужно спрятать свою неловкость, трусость и сомнение.

– Я не ношу юбок. – Я уверенно подхожу к столу. – Вы позволите?

– Разумеется. – Отзывается лысый игрок, вертя телефон в руках.

Саня соскакивает со стула, предлагая мне занять его место.

– Сначала мы сомневались, стоит ли давать возможность отыграться. – Другой участник сборища втягивает дым кубинской сигары. – Но сейчас можно с уверенностью сказать, – маленькие свинячьи глазки на расплывшемся лице оценивающе осматривают меня. – Замена игрока ничего не изменит.

Стая начинает гоготать. Но меня нисколько это не волнует. Возможно, на их месте я бы тоже так реагировала, ведь мой вид не вызывает признания меня в качестве достойного противника. Однотонная футболка с нелепым рисунком, джинсы, кеды, завязанные в конский хвост волосы, лёгкий макияж не прибавляют мне баллов к общему впечатлению.

– Господа. – Обращаюсь я к ним, но до господ им, как до луны на воздушном шаре. – Давайте приступим.

– А ты, похоже, не так проста. – Говорит сидящий на первом и слева от меня стуле худощавый мужчина, смотря на меня поверх очков. – Или просто выпендриваешься?

– Это только он может выпендриваться. – Я, махнув рукой, большим пальцем показываю назад, зная, что некогда болтливый парень вцепился в спинку стула и сейчас стоит помалкивая. – А я играю.

Кажется, я чрезмерно самоуверенна, но собравшихся за этим дьявольским столом это только забавляет.

– Сколько ты им должен? – Не оборачиваясь, спрашиваю я.

– Шесть тысяч.

И наверняка зелёными бумажками. Я не подаю виду, но сглатываю. Да мне до утра придётся здесь сидеть!

– Ладно, разберёмся. Отойди.

Чувствую, что никто не сдвинулся с места, тогда рыжеволосая девушка отводит его к дивану. Век бы не видеть эту пьяную рожу, но сейчас она охвачена ужасом, поэтому ничего не остается, как постараться вытащить бедовую задницу.

С чёрной бабочкой на белоснежном воротнике и невозмутимым неподходящим для данного сборища видом крупье мешает карты. Я присматриваюсь и узнаю в молодом человеке одного из официантов бара.

– Позвольте узнать ваше имя? – Спрашивает игрок под номером один.

– Иоланта.

Теперь в глазах я вижу их интерес. Ну, хоть имя придаёт мне солидности.

Полный мужчина, сидящий по левую руку от дилера, бросает в цент стола фишки, выдыхая смог сигаретного дыма.

– Ой! – Вырывается у меня.

Совсем не соображаю, что творю. Как я села играть, не имея при себе денег, достаточных для такого рода игр.

– Я одолжу вам парочку фишек. – Мужчина в очках двигает ко мне стопку фишек.

Быстро он сообразил, я начинаю сожалеть о своём мнимом героизме.

– Спасибо, я вам верну. – Я тоже кидаю фишки того же цвета и количества.

Снова раздаётся гогот.

– Ты хоть раз играла в Техасский холдем? – спрашивает лысый мужчина справа от меня.

– Не совсем. – Я знаю, что сейчас будет, но врать уже нет смысла.

– Всё гораздо прозаичнее, чем я предполагал. – Хохочет мужчина, что его пузо подпрыгивает.

– Но я смогу продолжить?

Игроки переглядываются, а дилер-официант смотрит на меня, как на сумасшедшую, приподняв бровь.

– Стрит.

У всех без исключения падают челюсти.

Я села играть за покерный стол, толком не зная правил. Я лишь помнила комбинации, а остальное мне в принципе и не нужно. Я редко проигрываю в карточных играх, а если бы для карт была важна только удача, тогда я бы вообще не знала поражения. Это единственная моя суперспособность. Видимо всё жизненное везение, которое у людей расходуется на находку золотых часов, мимо упавшей сосульки, вовремя пришедшего автобуса у меня накапливается и потом эффектно проявляется в картах.

– Новичкам везёт. – Невинно говорю я и захапываю горку фишек.

Это знали мои друзья, так как однажды я выиграла у них много желаний, за которые они отдувались целую неделю, и зареклись больше не брать меня в соперники по карточным играм.

– Хватит уже мешать, раздавай. – Нетерпеливо рявкает мужчина в куртке напротив меня.

После моей первой победы лица бывалых игроков сосредотачиваются и внимательно наблюдают за мной и моей реакцией. Теперь начинается самое сложное – не показывать свои эмоции. Это даже труднее, чем думать и следить за игрой. Основная надежда всё равно остаётся на удачу.

Три короля. Неплохо, но что-то мне подсказывает, что у моего соседа лучше комбинация. Его хитрые глаза засвечиваются очками, на которые падает свет, и я не могу точно прочитать его реакцию. А на пятом стуле сидит пугающий тихоня, который молчит и вообще ни разу не шевельнул мышцей лица. Ладно, игра только началась, я ещё успею отметить их маленькие подсказки, главное не разозлить мою удачу.

Пару раз я уже проиграла, но ставки были небольшие, так что отыграться успею. Да уж, они серьёзные противники, которые опираются на более реальные вещи, чем я. Но удача для меня очевидна, нужно просто верить в свою счастливую звезду.

– Фул-хаус.

Фишки разлетаются по всему столу. Здесь становится опасно.

– Что за фокусы? – Мужчина, напротив меня соскакивает и кричит.

– Это всего лишь игра, успокойтесь. – Говорю я выдержанно, стараясь не вызвать ещё большей злобы.

– Игра? Да как ты смеешь мне указывать!

Мужчина обходит стол и направляется ко мне. Я испуганно смотрю на него, и думаю, что мне конец, но парни, что сидели на диване, вдруг оживают и встают стеной.

– Похоже, что мы отыгрались. Там, – Саня показывает на фишки возле меня. – Больше шести тысяч. Думаю, мы в расчёте.

Взбешённый мужчина явно не доволен, что его остановили, и хочет продолжить своё движение, но тот, что с сигарой разрешает ситуацию.

– Да, всё верно. Вы можете быть свободны.

Господи, неужели пронесло. Все живы и здоровы, надо поскорее сваливать.

Алёна радостно, но всё ещё под впечатлением подбегает ко мне. Трое парней, не спуская взгляда с вспылившего игрока, огибают стол и направляются к двери. Я встаю, и обвитая руками рыжеволосой перепуганной больше моего девушки, следую за парнями.

– А она останется.

– Что? – кто-то кричит вместо меня.

– Она никуда не пойдёт, а останется здесь. – Командует всё тот же зажравшийся мужик, сигарой показывая на меня.

– Мы так не договаривались! – Выступает вперёд Саня.

– Мы с тобой вообще договаривались, что ты завтра бабло принесёшь. А видишь, как получилось. – Пожимает плечами главарь, делая вид, что он тут совсем не причём.

– Но… но… – пытается что-то вставить мой говорливый друг.

– Ты свободен! Не слышал, что ли? – вступает в перепалку лысый.

– Свалите уже!

Все оборачиваются на голос. Сердце моё подпрыгивает, и я не верю своим глазам. В дверях стоит чёрная фигура. Его вид серьёзен и холоден.

– Ты ещё кто? – Слышу я позади голос из-за стола.

– Место игрока освободилось, я займу его.

Дейтевиан бесцеремонно направляется прямо к столу. Парни, видя, что высокий незнакомец идёт напролом, расступаются по сторонам, и я тоже.

– Ага, размечтался. Проваливай! – хриплый голос уже остывшего игрока, вновь набирает обороты.

Но Дейтевиан будто не слышит его и присаживается на моё место. Все сидят в потрясении, но уже собираются наброситься.

– Этого будет достаточно, чтобы войти в игру.

Дейтевиан швыряет на стол чёрную сумку, на которую я прежде даже не обратила внимания. Лысый мужик, подозрительно глядя на странного незнакомца, вытряхивает содержимое сумки, и на стол вываливается несколько зелёных перевязанных пачек. Даже у тех людей, чьи карманы рвутся от жадности, алчно загораются глаза при виде денег.

– Детишки, вам здесь делать нечего. – Лысый делает выпроваживающий жест. – Сейчас начнётся настоящая игра!

Парни стоят как вкопанные.

– Вы что не поняли? – Вызов ярко выражается в голосе бритого широкоплечего мужчины.

Алёна тянет меня за руку. Замечая это, невысокий мужчина в кожаной куртке настойчиво повторяет.

– Девчонка остаётся!

– Без неё мы не уйдём!

Хоть и слегка подрагивая голосом, Саня не намеревается бросать меня, а парни, поддерживая его, ещё больше выпячивают грудь. Всё-таки есть у них достоинство мужчин.

– Всё в порядке, ребята. Вы можете не переживать, я справлюсь.

– Но мы не можем бросить тебя!

Саня отпирается и озадаченно смотрит, но сообразив, что преимущество не на нашей       стороне и бой, какой бы он не был, не выиграть, обречённо соглашается.

– Хорошо, мы будем ждать тебя за дверью.

– Да вас из бара выпроводят раньше, чем вы успеете унести свои задницы из этой комнаты. – Ухмыляется всё тот же грубиян.

– Обещай увести его отсюда. – Шепчу я на ухо Алёне.

Она кивает, но смотрит на меня с тревогой:

– Но как же ты?

– Я в безопасности.

Алёна ещё раз кивает. Она поверила словам, видимо моя уверенность выразилась и на лице.

Ребята уходят, бросая на меня волнующиеся взгляды, а я в ответ улыбаюсь, однако это их похоже нисколько не успокаивает. Но мне не страшно, потому что я не одна. Я замираю на месте и смотрю на Дейтевиана.

– Деточка, иди присядь пока.

Как же мерзко это прозвучало, особенно от этого надменного мужчины, охваченного дымом очередной сигары.

Не опираясь на кожаную спинку, сижу на диване и наблюдаю за профилем Дейтевиана. Он явно пришёл спасать меня, но даже ни разу не взглянул в мою сторону и вообще ведёт себя, словно мы незнакомы.

– У такого человека должно быть весомое имя, известное в обширных кругах. Не назовётесь, чтобы мы знали, кого благодарить за столь щедрый взнос. – Деловым тоном говорит ещё более вздувшийся главарь.

– Нет. – Отрезает Дейтевиан.

Странно, он неразговорчив, хотя обычно любит вставить своё слово. А говорят они с ним на равных. Он выглядит, конечно, более взрослым по сравнению со мной или ребятами, но среди всех сидящих за этим столом, он самый молодой. А может вовсе так статься, что Дейтевиан старше их всех вместе взятых. Надо будет узнать у него. Но во всём виноваты деньги – ослепляющие корыстью и позволяющие закрывать глаза на истину вещей.

Некоторые участники подпольного заседания выглядят разочарованными: хотели обзавестись новым знакомством, которое могло бы пригодиться, а их предложение бесцеремонно отклонили. Но если бы они знали, кто с ними собрался играть в карты, то струсили бы и сами отказались связываться.

– Поменяйте на фишки. – Обращается главарь к дилеру-официанту.

Мгновенно куча денег превращается в несколько стопок разноцветных фишек.

– Если я ни разу не проигрываю, то девушка уходит со мной.

Это была не сделка, и даже не условие, а безоговорочная констатация факта.

– А ты не слишком самонадеян? Собрался выиграть у нас все деньги, да заодно удачливую девчонку захапать? Много болтаешь, а на деле, верняк, сдуешься через полчаса. – Несдержанность вновь впереди мужчины, но он странно двигается, будто куртка становится ему мала.

– Принимается. – Объявляет главарь, не сводя азартного взгляда с каменного лица.

– Чё-ё?

– Да успокойся ты. – Прерывает гневно-удивлённый возглас мужчина в очках. – Разве тебе не интересно, как эта самоуверенность сгинет с его лица, когда он останется ни с чем. – Его хитрые узкие глаза следят за невозмутимой личностью.

Что происходит дальше я не замечаю, за игрой не слежу, всё моё внимание приковано к игроку в чёрном. В отличие от небрежных бросаний соперников, его движение выглядит совсем иначе – плавно и твёрдо под целенаправленным изгибом руки, ещё в воздухе выстраиваясь в точную линию, красные фишки раскладываются на стол. Длинные тонкие пальцы спокойно и уверенно держат карты чуть ли не в открытую, не боясь прозорливого интереса со стороны соседей. Лицо ничего не выражает, в глазах не играет азартный огонёк, и даже профессионалы своего дела не смогут разгадать мысли этой мраморной статуи, а я так тем более.

Не знаю, сколько времени уже прошло. Я лишь только слежу за руками, которые выдают красивые комбинации карт, и судя по возмущённым возгласам, всегда выше соперников. Больше не слышу позвякивания льда о стенки стакана с виски, но уже поздно держать рассудок незатуманенным. У этих высокомерных шулеров нет ни единого шанса выиграть. Я вот ни за чтобы не села играть с демоном в карты.

Он встаёт. Что случилось?

– Ты жульничал!

Меня пробуждает крик и грохот стула.

– Невозможно ни разу не проиграть! – Лысый мужчина тоже встаёт.

Дейтевиан спокоен, но его противники не готовы просто так отдавать столь весомый выигрыш, как гору зелёных бумажек. Неуравновешенный мужчина хватается за куртку и собирается вытащить что-то из бокового внутреннего кармана.

– Мне не нужны деньги, только девушка. – Лицо Дейтевиана становится сосредоточенным, а глаза пристально смотрят за движениями скрытой руки.

Не верю, чтобы его можно было напугать пистолетом или холодным оружием.

– Оставьте его. – Главарь закуривает новую сигару.

Грозящее напряжение только усиливается, а я не могу сдвинуться с места, пока не чувствую на себе взгляд, заставляющий меня повернуться. Я вскакиваю, мгновенно читая нетерпение в сине-лиловых глазах. Дейтевиан направляется к выходу, я спешу за ним, а шесть пар глаз следят за нашим передвижением. Я вспоминаю и резко останавливаюсь возле игрока в прямоугольных очках.

– Те фишки, что Вы мне дали в долг, я думаю, никто не будет возражать, если они будут взяты из этих денег. – Я показываю на гору фишек.

– Мисс, – Обращается он ко мне, строя из себя джентльмена. – Вы знаете этого человека? Не боитесь с ним идти?

– Не знаю и боюсь, но ваши наглые и притворные лица я более не могу терпеть.

Я это сказала. Да они меня сейчас на месте прибьют! Надо удирать.

Я, задравши нос, быстро иду к выходу. Готовлюсь, что меня кто-то схватит, или я получу пулю в спину. Однако Дейтевиан уверенно направляется к выходу, а по атмосфере в целом можно понять, что своей враждебной аурой он смог подавить любое желание гнаться за нами. Я закрываю дверь и преследовательских звуков за собой не слышу.

– А я думал, ты только со мной огрызаться умеешь.

Дейтевиан стоит, опираясь о стену и скрестив руки на груди, а его ухмылка на этот раз не злит меня.

– Слишком много чести для одного тебя.

Я прохожу мимо, улавливая его ещё более растянувшуюся улыбку и прищуренный взгляд. Собираюсь выбежать из этого бара, мучившего меня всю ночь, но у самого входа вспоминаю, что оставила куртку на сидении в зале. Разворачиваюсь и натыкаюсь на собственную джинсовую куртку: Дейтевиан демонстративно машет ею перед носом. Я незамедлительно вырываю её из рук, и даже не поблагодарив, натягивая куртку, вылетаю из бара.

Наконец-то я могу вдохнуть свежий воздух, наполненный пробуждающейся утренней прохладой. Оглядываюсь по сторонам, и к счастью никого из друзей не видно. Я спешу домой из этого адового места и, если не успею к рассвету, то точно получу нагоняй от мамы. Я шагаю вперёд и не оборачиваюсь, но точно знаю, он идёт позади. Меня это напрягает, а со стороны вовсе напоминает преследование. Не могу больше выдерживать это молчание и дыхание в спину.

– Мы просто так ушли? И они останутся безнаказанными?

– Меня не волнует, что с ними будет.

– Но они и дальше будут продолжать обманывать людей!

– Только чтобы ты перестала ныть, я могу убить их, как я и задумывал первоначально.

– Что? Нет! – Я резко оборачиваюсь и столбенею прямо перед ним.

Он на полном серьёзе и при этом так спокоен.

– Ты беспокоишься за этих мерзких людишек?

Дейтевиан останавливается, и я едва достаю ему до подбородка.

– Нет, но ведь нельзя так просто отбирать жизни.

– Можно, если они этого заслуживают. – Его глаза темнеют и устремлены куда-то в пространство.

Зачем я завела этот разговор, надо срочно его отвлечь.

– Ты не любишь играть в карты?

– Почему ты так решила? – Дейтевиан возвращается из глубин своих мыслей и возобновляет движение.

– В тебе не чувствовалось азарта и интереса. – Я подстраиваюсь под его шаг и иду рядом.

– Человеческие игры в карты действительно скучны. В отличие от людей, нас, демонов, деньги не подстёгивают, лишь близкое дыхание смерти заставляет испытывать перенасыщение чувств и увлечение игрой.

«Дыхание смерти». Несколько раз повторяю у себя в голове. Кто же будет играть в карты со ставками на жизнь? И зачем?

– Не ожидал, что ты разбираешься в картах.

– Да я не особо и разбираюсь, просто везёт. Ведь у меня как в пословице, только наоборот: везёт в картах – не везёт в любви.

Зачем я ему это сказала! Теперь будет ещё одна причина надо мной смеяться. Но Дейтевиан молчит. Он явно сегодня не в духе.

– Тебя нужно защищать не только от демонов, но и от людей.

К чему он это сказал?

– Ты про тех карточных увальней?

– Я говорю о людях, что бросили тебя.

– Они не бросали меня! Они мои друзья.

– Будь они твоими друзьями, стали бы они втягивать тебя в такое дело?

Нет, что он такое говорит. Им же нужна была моя помощь. Он не прав!

– Скажи вслух.

Опять он заметил, но я не позволю говорить ему так о моих друзьях.

– Ты не знаешь их.

– Я знаю людей, этого достаточно.

Каждое слово пропитано ненавистью. И здесь даже не надо гадать, как он относится к людям. А я ведь тоже человек, значит, Дейтевиан меня ненавидит.

– Тогда надо было раньше приходит, чтобы этого не случилось. – Перевожу стрелки на него, чтобы хоть как-то убрать мрачное выражение с его лица.

– Но ты отлично справлялась. Я решил не вмешиваться.

– Я так и знала, что ты всё видел – слишком эффектно появился.