Дерзишь, темненькая моя?

Глава 3

Весь следующий день дом стоял на ушах. Малика, волнуясь, наготовила на целую императорскую гвардию. При этом все валилось у нее из рук. Мясной пирог пересолила, картофельную начинку в пирожках, наоборот, не посолила. Надо отдать должное мужчинам: все быстро съели и виду не подали, что что-то не так. Жеан так еще и нахваливал, давясь пересоленным куском пирога.

Я могла понять подругу. Всю жизнь одна, выросла в приюте, а тут выясняется, что бабушка родная есть. Малика от переживаний места себе не находила. Дважды собирала себе чемодан в дорогу, потом еще и в мой нос засунула и принялась проверять все ли я взяла. К вечеру она просто металась из угла в угол. Я не представляю, что будет с ней с утра, когда придет время рассаживаться в карете, которую Жеан взял на время у своих родителей.

– Малика, родная моя, успокойся. Сядь и посиди с нами, – поймав супругу, Жеан потащил ее ближе к камину. Ведьмочка сдалась и, сжавшись на коленях мужа, притихла.

Сидя у самого огня, я вполуха слушала, как мужчины обсуждают нюансы путешествия. Где будут останавливаться, какие постоялые дворы лучше выбирать для ночлега. Все это залетало мне в одно ухо и вылетало в другое.

Никто из них так и не обмолвился о том, что через два дня у меня день рождения, и я стану совершеннолетней. В душе я надеялась, что мне устроят праздник или хотя бы ужин. Малике недавно такой банкет Жеан закатил в ресторане в центре города. Всю ночь гуляли. Да, я понимала, что я для него лишь «придаток» его супруги. Но маленькая девочка внутри меня мечтала о чуде. Наивно и глупо, но все же…

Но, увы. Мужчины строили планы и ни слова о моем дне рождения там не было. Огорчившись, я ушла в себя, погрязнув в невеселые мысли, а потом и вовсе поплелась к себе. Завтра с утра отъезжать, нужно выспаться.

Лежа в постели, я крутила в руках зелье.

Ну, ничего, и я буду счастлива. И у меня будет любящий муж. Закрыв глаза, представила Этьера, кружащего меня на руках. Обхватив его за шею, я счастливо смеялась, а на моей руке красовалось брачное плетение с руной верности. Его тихий шепот: «Люблю». Моё сердечко сжалось в предвкушении. Там, в моих мечтах, он ласкал меня и искал губы для поцелуя.

– Ик, – распахнув глаза, я потянулась за стаканом с водой.

Солнечные лучики неприятно светили в глаза и откровенно мешали спать. Я полночи ворочалась с этой икотой и банально не отдохнула, как следует. Повернувшись на другой бок, попыталась натянуть одеяло на голову, но оно почему-то упорно не хотело подтягиваться наверх, словно держал его кто-то.

– Рояна, – раздалось над моим ухом. Какой приятный низкий грудной голос. Потянувшись, я приоткрыла глаза и обнаружила надо мной нависшего Этьера. Правда, лицо его в данный момент к построению романтических отношений не располагало. – Долго ты еще собираешься нежиться в кроватке? Малика с раннего утра на ногах, сумки собирает. Мечется по дому. Твой чемодан уже спустила, а ты…

– А я сплю, – огрызнулась я.

– Вот именно, а не мешало бы помочь. Она так старается…

– Не лезь в наши с ней отношения. Было время, когда я так же, как она, бабочкой порхала по комнате и собирала ее вещи, боясь разбудить. Не надо делать из меня потерявшую всякий стыд иждивенку.

На мгновение мужчина замер, словно не ожидал от меня такого ответа.

– Рояна, я не то имел в виду, – сменил тон Этьер. Он как-то подсобрался и виновато покосился на меня.

– Мне плевать, что ты там имел в виду, – привстав на локти, я одарила его тяжелым взглядом, – какое ты, вообще, имел право заходить в мою комнату? Я тебе не девка бордельная, чтобы вот так ко мне вламываться!

– Так ведь не чужие же, – виновато пробурчал он.

Мужчина отошел от кровати на пару шагов. Сейчас он казался каким-то растерянным и пристыженным. А мне стало обидно: он поставил мне в вину то, что я не изображаю бурную утреннюю деятельность. Ну почему он всегда такой, черствый и вредный.

– Рояна, я просто хотел разбудить, – он поднял руки ладонями вверх в знак примирения.

– Тогда зачем было стыдить меня? И рассказывать, как там пчелкой летает Малика. Знаешь, это мы ее родственницу едем искать. Ее метания можно понять, а мне-то чего шороху наводить. У меня нежданно-негаданно родственничков не объявится. И, слава богу, и так много ртов на папашино наследство, готовых утопить меня в ближайшей канаве.

Откинув одеяло, я, не обращая внимания на мужчину, встала. Моя шелковая черная ночная рубашка доходила до пола и прекрасно скрывала ножки. Ну, а глубокий вырез спереди только выгодно очерчивал линию и полноту груди. Здесь мне стесняться было нечего. Природа богато одарила формами и размерами. Пройдя по комнате, я подхватила приготовленные с вечера вещи и отправилась в ванную, совершать утренние процедуры.

Прикрывая за собой дверь, не удержалась и глянула на Этьера. Вид у него был слегка пришибленный. Его глаза, полыхая огнем, блуждали по моей облаченной в шелк фигурке, оценивая ее изгибы. Мысленно я восторжествовала. Неужто заметил все-таки, что я женщина, а не угловатая девчонка, к которой можно запросто ввалиться в комнату.

Пока набиралась деревянная лохань для купания, я скинула ночную рубашку и распустила на ночь собранную косу. Светлые волосы волной рассыпались по спине. Я снова вспомнила, как добилась такого цвета волос. Как только у нас, ведьмочек, смелости хватало так друг другу пакостить. Ни я, ни Малика, ни Амелия не знали границ дозволенного, играли грязно и масштабно. А ведь я сейчас и вспомнить не могла, что мы поделить не смогли.

Как тогда было весело.

А теперь все изменилось. Амелия вышла замуж за нашего профессора и стала намного спокойнее. Ведьмочка полностью погрузилась в изучение некромантских зелий. Малика выскочила замуж за Жеана, и теперь все ее мысли посвящены сети аптек и любимому мужчине. А я осталась одна. И с каждым днем это одиночество чувствовалось острее.

И даже напакостить некому – нет выхода ведьминской силе.

Порою, даже сидя в одной комнате с друзьями, я чувствовала, как между нами растет стена отчуждения. У них впереди прекрасное будущее, а у меня сплошная тьма. Рано или поздно мой дар возьмет верх, и двери этого дома закроются передо мной. Жеан никогда не позволит, чтобы его жена находилась рядом с инициированной темной.

Сев в лохань и собрав волосы выше, чтобы не замочить, я погрузилась в воду по самый нос и закрыла глаза. Настроение сутра было премерзким. Чувствуя, что засыпаю, встрепенулась. Еще не хватало тут утонуть на радость всем. Поднявшись, я наспех вымылась и осторожно, чтобы не споткнуться, вылезла из лохани.

Вздохнув, надела на влажное тело нижнюю рубашку, а поверх нее яркое оранжевое шерстяное платье. Пусть моё будущее покрыто мраком, но пока у меня есть настоящее, и жить нужно сейчас, ловя каждый момент. Осторожно запустив руку в карман платья, вынула приворотное зелье, которое припрятала там с вечера. Вот он ключик к счастью. Главное – самой не струсить и не сплоховать. Натянув теплые легинсы. я выпорхнула яркой бабочкой из ванной комнаты.

Этьер обнаружился, сидящим на кровати. В руках он крутил флакончик моих духов. Я годами отдавала предпочтение одному и тому же аромату. Это были духи моей мамы. Не знаю почему, но я раз за разом покупала только этот аромат и наслаждалась родным, знакомым с детства, запахом.

– Рояна, – мужчина поднял на меня глаза, – я хочу тебя попросить, не превращать эту поездку в балаган. Малика так переживает по поводу бабушки. Если ты начнешь разводить свою бурную деятельность по поиску потенциального кандидата в мужья, то это только усилит ее переживания. Тебе это не нужно, просто поверь. Мы едем не решать твои проблемы…

– Пошел вон! – тихо прошептала я. – Убирайся, черствый чурбан. Я могу и вовсе никуда не ехать, если моё общество стало в тягость!

Поднявшись, маг прикусил губу и как-то резко сделал шаг навстречу мне.

– Да пойми ты уже, наконец… – начал было он.

– Этьер, что здесь происходит? – вопрос Малики оказался неожиданным и для меня, и для него.

– Ничего, – зло рыкнула я.

– Но ты кричишь, – допытывалась она. За ее спиной показался Жеан.

От злости у меня все внутри кипело, но я старательно держала себя в руках. Я не знала, что ответить подруге. Какая-то холодная горечь разлилась на сердце.

Молчание затягивалось.

– Я не знаю, что ты тут наговорил Рояне, но извинись, Этьер, – Жеан сурово глянул на младшего брата.

– Я не хотел обидеть, я просто неправильно выразил свою мысль, – маг зло поджал губы. – Я объясниться хотел, понимаешь. Ну, что опять неправильно я сделал?!

– Ты все делаешь неправильно, – рыкнул ведун. В ответ Этьер лишь сжал кулаки.

Это взбесило меня еще больше. Он еще и злиться смеет. Сухарь бесчувственный.

– Вы предельно ясно озвучили свою мысль, господин соф Лумье. Но не могу вам обещать того, что вы попросили. А сейчас сгиньте с глаз долой, пока я непроизвольно не прокляла вас.

Сорвавшись с места, Этьер, словно ужаленный, выскочил из моей комнаты. И ему уж точно не было стыдно или совестно. Да и угроз он моих не боялся. Магу хаоса проклятье, что чих. Просто его бесило, что какая-то мелочь позволила себе повысить на него голос. Ну, ничего, пусть привыкает. Раз смеет не любить такую замечательную меня, так пусть и глотает свои обиды.

Эта поездка еще не началась, а уже все шло из ряда вон как плохо.

– Может, мне действительно не ехать и не мешаться у вас под ногами. У вас семья и это ваше первое приключение, я буду явно лишней, – эта мысль сейчас показалась мне правильной. Я ведь даже не интересовалась у Малики, может, они с Жеаном хотят ехать вдвоем, а тут я как банный лист, прилипший к одному месту.

– Все, что сказал тебе здесь Этьер, – это пустой звук. Не слушай его. Он сам запутался и теперь не знает, как ему быть. Вот и совершает ошибку за ошибкой. Дай нам всем время, девочка, и жизнь все расставит по своим местам, – обняв меня за плечи, Жеан ласково пригладил мои волосы. – Все будет хорошо, Рояна, я обещаю тебе. Ты никогда не останешься наедине со своими проблемами. Ни я, ни тем более Этьер, не бросим тебя.

– Он меня терпеть не может, – шепнула я обиженным голосом, – что я ему сделала, что он так ко мне относится? Это несправедливо, я не заслужила такое обращение к себе. Я стараюсь быть милой. Да я из кожи вон лезу…

– Все не так как кажется, девочка. Дурак он гордый, в этом вся проблема, – Жеан тепло улыбнулся. Иногда казалось, что он чувствует себя моим старшим братом. И мне нравилась эта мысль.

– А если моя сила вырвется, Этьер будет настаивать, чтобы я ушла. Вы ведь не позволите ему меня прогнать? – пользуясь моментом, я решала пробить почву. Насколько, интересно, хватит их хорошего ко мне отношения.

– Он никогда тебя не прогонит, – Жеан, видимо разгадав мой маневр, рассмеялся и потрепал меня по волосам.

– Рояна, – тихо шепнула Малика. Руки подруги крепко ухватили меня за плечи и тряхнули. Я встретилась взглядом с ее чистыми глазами небесной синевы. – Я никогда не оставлю тебя наедине с твоей тьмой и буду бороться за тебя даже, если ты сама опустишь руки. Если Этьер чем обидел тебя, так мы ему отомстим.

Громкий шёпот подруги врезался в моё сознание. Улыбнувшись, я потянулась к ней и тут же оказалась в сестринских объятьях.

– Он правильно все сказал, – тихо призналась я. – Он попросил не лезть со своими проблемами к тебе, ведь вся эта поездка так важна.

– Глупости, – отмахнулась Малика, – мы ведь с тобой ведьмочки способные, все успеем. Так ведь?

– Ага, – невольно я расплылась в искренней улыбке.

Особенно остро в этот момент я ощутила тепло ее рук. Словно старшая сестра, она прижимала меня к себе и как всегда пыталась оградить от плохого и злого мира. Счастливо зажмурившись, я как паразит пыталась впитать в себя как можно больше этой любви и заботы.

– Ладно, можете пока обсудить план мести Этьеру, а я проверю карету. Не хотелось бы получить в дороге такой сюрприз, как сломанная ось, треснувшее колесо или неисправный тормозной рычаг, – хитро глянув на нас, Жеан удалился.

Простояв так еще немного, Малика все же мягко отстранила меня от себя. Пригладив мои несобранные локоны, ведьмочка хитро глянула мне в глаза.

– А теперь признавайся, ведьма кареглазая, чего ты так сильно реагируешь на Этьера. Кто другой бы чего взболтнул, так размазала бы его своей ведьминской харизмой по полу. А тут разобиделась, нюни распустила, – слова рыжей ведьмочки попали в самую точку.

– Ты же не будешь делать, как я когда-то? Не оголишь мои чувства перед ним? – тихо спросила я с мольбой в глазах.

– Я же не такая эгоистка как ты, – Малика царственно развернулась и, схватив за руку, потащила меня на выход. – К тому же любимая свекровь давно просит меня пристроить это бордовоглазое сокровище в чьи-нибудь надежные руки. А ты – идеальный вариант. Ну, сознавайся, влюбилась в него?

Услышав вопрос, я сморщилась. Вот и приперли меня к стенке.

– А если и так, поможешь его заполучить? – хитро поинтересовалась я.

– А есть план? – глаза Малики полыхнули азартом.

– Есть! Я зелье приворотное вчера раздобыла, – я достала из кармашка пузырек с золотистым содержимым. – Валит даже магов хаоса!

– Ого! – Малика приостановилась и, отобрав у меня бутылёк, принялась его рассматривать. – А ты уверена, что оно не навредит?

– Уверена, – я выразительно поиграла бровями. – Я за него приличное количество нарядов отдала. Да и ведьма, у которой я его выменяла, в курсе была того, что я темная. А с нами не шутят.

– Вот и попался голубчик, – Малика потерла руки от предвкушения. – За все нам заплатит. Влюбится как миленький и всю жизнь на руках носить будет. И от Жеана моего отстанет, а то все у них делишки свои.

– Значит, поможешь его заполучить? – мне нужно было услышать ее ответ.

– Еще бы, но обсудим все позже. Ты ведь помнишь, какой у них шикарный слух.

Заговорчески кивнув подруге, я забрала у нее зелье и снова припрятала его в кармашек. Ко мне возвращалась прежняя уверенность в себе. Ну, держись Этьер соф Лумье.

Накинув на плечи плащ, я пошла вслед за хозяйкой дома.

Выйдя на улицу, мы с подругой тут же оценили габариты поданной кареты. Покрутившись вокруг, заглянули внутрь. Красота и роскошь. Ширина и длина сидений позволяли на них даже поспать, не сгибаясь втрое. На окне висели тяжелые зеленые занавески. При желании их можно было задернуть. На сидениях лежали, свисая на пол, даже на вид очень тёплые тяжёлые одеяла. Все-таки на улице зима, а там внутри будет наверняка тепло и уютно. Весь вид портила только гора учебников, заботливо приготовленная мужчинами для бедных ведьмочек.

– Рояна, почему раздетая? – прорычал за моей спиной Этьер. – Где твой шугай? Где шапка? Простыть решила?!

Я смутилась. Ну, свою короткую шубку я оставила в гостиной еще с вечера. А смутило то, что ее отсутствие под плащом заметил именно Этьер. Глянув на подругу, я поняла, что она-то в душегрее уже стоит. Вот я растяпа. И ведь не холодно совсем. Развернувшись, я помчалась обратно в дом утепляться.

Залетев в гостиную, увидела там Жеана, нагруженного корзинками с едой.

– Помочь? – надев шугай, я снова набросила на плечи тяжелый меховой зимний плащ.

– Конечно, помоги, – проворчал ведун. – Малика собрала еды, словно мы не три дня в пути будем, а весь месяц.

Хмыкнув, я оценила количество битком набитых корзин, прикрытых платочками. Мда. Прямо на пикник едем. Хотя нет, скорее и правда жить месяц на природе, не хватает только палаток и топорика для рубки дров.

– Это она от нервов, для нее кухня – лучшее место, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок, – сделала свои выводы я. – Нанял бы ты ей лучше матрону какую, пусть бы ее вязать научила, или вышивать, ну там картины рисовать на крайний случай. А то мы так скоро все в дверные проемы проходить не будем. Раскормит так, что кататься придется по дому.

Жеан задумчиво глянул на меня сверху вниз. Его светлые брови приподнялись, словно мое предложение его удивило и заинтересовало. Склонив голову набок, он снова глянул на свою ношу и скривился.

– Я надеюсь, там ничего больше не пересолено. А то худо нам, Рояна, придется, – светловолосый ведун с какой-то тоской посмотрел в окно на карету, – это придется все съесть. Иначе Малика расстроится, решит, что готовит невкусно и примется тренироваться усерднее и тогда, действительно, придется расширять дверные проемы. А о матроне и вязании я подумаю, главное, чтобы она опять не увлеклась и не переборщила с шарфиками и шапочками. Моя девочка совсем не знает меры в своей заботе. Как думаешь, тут все съедобное?

Я рассмеялась, представив, как мужчинам придется все это уминать в пути.

– Надеюсь, что да. Я все вчера на соль проверила, – успокоила я ведуна. – Все вполне съестное.

Заговорчески улыбнувшись, Жеан вручил мне корзину и открыл дверь, пропуская меня вперед.

На улице уже стояла изящная двуколка, с которой спускались свекровь и свекор Малики. Родители Жеана были людьми легкими на подъем и с радостью поддержали идею своей обожаемой невестки отыскать и познакомиться со своей бабушкой. Милава соф Эсгер души не чаяла в жене своего сына и всячески ее баловала нарядами и походами по магазинам. Но все же моей подруге хотелось отыскать свои корни и свою родную кровь в лице единственной родственницы.

Ну, а пока нас нет, старшая чета соф Эсгер будет приглядывать за домом, приезжая сюда через день.

– Все взяли? – Милава вскочив на ступеньку, заглянула в карету. – А почему только по одному одеялу?

– Остальные в ящике за сидениями, – спокойно пояснил Этьер.

Но ответ женщину не удовлетворил, распахнув дверь, она залезла внутрь пассажирской кареты.

– А подушечки где? А рукоделие? Что, по-вашему, мои девочки будут в дороге делать. И что это за кипа учебников? Каникулы у них или как? – женщина буквально засыпала сыновей вопросами.

Подошедший к карете Жеан спокойно поднял мать на руки и передал отцу.

– Подушечки еще не принесли. Рукоделием заниматься им некогда. В дороге наши девочки, как и положено студенткам Академии Магии и Ведьмовства, будут прилежно учиться. Гора учебников будет этому способствовать. Насчет каникул не уверен, а вот что сдача экзаменов и дипломных работ на носу, это да, – спокойно с расстановкой ответил ведун на все вопросы матери.

– Какой ужас, – Милава соф Эсгер схватилась за сердце. – Девочкам нужен отдых!

– Вот и отдохнут, – подвинув брата в сторону, Этьер покидал на сидения с десяток небольших подушечек. – Как диплом на руки получат, так и отдохнут. А потом изучением делопроизводства займутся. Им еще дела девяти лекарских лавок вести.

Услышав такое, я сглотнула и очень понадеялась, что это маг просто оговорился или решил меня подразнить. Но сама мысль, что я буду учить бухгалтерский учет и делопроизводство, вогнала меня в шок. Нет, конечно, я хотела стать управляющей: ну, там украшать собой рабочее место, ставить на белоснежные листы печать, что говорить, я даже красиво расписываться научилась, но постигать азы ведения дел и документации. Вот это просьба без меня как-нибудь.