Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви
- -
- 100%
- +
Мгновенно пробудившись, высунула нос из-под одеяла и испуганно взглянула на здорового рыжеволосого мужика в сюртуке с широкими манжетами на старый лад. Такие, наверное, графья при дворе носили. А под ним виднелась вполне современная рубашка.
– Я сплю? – выдала самую банально-идиотскую фразу, на которую была способна. Здоровый как шкаф мужчина приподнял темную бровь. – А разве у рыжих не везде волосы одинаковые? – выпалила и прикусила язык. Вторая бровь взлетела следом. – Видимо, нет, – по-своему поняла я его недоумение.
– В последний раз спрашиваю, ты Алевтина Миленина?
Я молчала, не зная, как реагировать на присутствие чужака в своей комнате. Покосившись в коридор, смекнула, что до ножки табуретки далеко. Да и… Еще раз взглянув на хмурого визитера, прикинула, что скорее моя импровизированная дубинка пострадает, чем этот бугай. Хотя нужно признать, симпатичный. Ладно, красивый. Темные волосы с рыжиной, высокие скулы, чуть впалые щеки. Породистый.
– Слушай, девочка, встречать рассвет у твоей кровати я не намерен. Ты Алевтина? – Я хлопнула ресницами. – Будем считать, что «да». Хотя темно-русые волосы, зеленые глаза, невысокий рост… Вроде я по адресу.
– Нормальный у меня рост! – выпалила, снова обретя дар речи. – Вы как здесь оказались? А ну, валите из квартиры. А то так заору, что и без звонка милиция услышит.
До меня окончательно дошло, что никакой это не сон и передо мной забравшийся в окно мужик. Вместе с пониманием пришел страх. Набрав полную грудь воздуха, я собралась исполнить свою угрозу и завопить, но незнакомец оказался проворнее. Усевшись рядом, он обхватил мою голову рукой, зажимая рот.
– Только попробуй поднять шум, девочка. Делать мне больше нечего, как с тобой возиться. Попросила бабуля доставить, так сделаю, а способ мы с ней не оговаривали.
И столько злости и досады в его голосе!
Кажется, все куда серьезней. Изловчившись, я ощутимо укусила его за пальцы.
– Вот зараза мелкая! – прошипел он. – Что-то ты слишком бойкая. Мне описывали скромницу да умницу, цветочек тепличный. А тут гарпия. Может, и правда ошибся?
– Не-а, по адресу, – рыкнула я через его ладонь. – Только тронь меня и узнаешь, что я за «цветочек»!
– У-у-у, какая злючка! Ничего, и на этот случай у меня кое-что припасено. Как чувствовал, что бабуля недоговаривает. – Свободной рукой он залез в карман сюртука и достал красную шелковую ленту. – Она заговорена на немоту, – пояснил, – полезная штука, когда нужно все сделать без шума и пыли.
В комнату, хлопая крыльями, влетел небезызвестный голубь.
– А, Гаспар, друг милый, и ты здесь! Значит, не ошибся я, ты и есть Алевтина. Письмо получала? Кивни, если да. – Я закивала так, что на мгновение показалось – голова оторвется. – И вещи собрала? – Я покачала головой. – Почему? Ты хоть прочла все, что там было?
– Не-а, – замычала ему в ладонь.
– Зря. Письма нужно читать до конца. Но, собственно, не собрала – твои проблемы. Все равно одежда ваша мало подходит. В Шаливаре иная мода, разве что личные побрякушки. Но сначала все же это… – Он быстро убрал ладонь. Я и пискнуть не успела, как губ коснулась красная ткань. Незнакомец повязал ее крепко, но не туго.
– Вот так! У тебя есть пять минут, чтобы сложить на постель самое необходимое. Время пошло!
Соскочив с кровати, я рванула к выходу. Но, вспомнив, что в соседней комнате спит мама, изменила направление.
Чуть-чуть не добежала.
– Алевтина, ну и бойкая же ты! – И огромные лапищи схватили меня за талию.
Повиснув в воздухе, попыталась сорвать с лица тряпку, но не ощущала ее пальцами, будто ее и не было.
Меня аккуратно занесли в спальню и усадили на кровать.
– Еще раз, Алевтина Миленина – это ты?
– Гур-р-р, – подтвердил голубь, гордо вышагивая по столу.
– Спасибо, Гаспар. Ты, девочка, зачислена в академию Шаливара. Хочешь ты там учиться или не хочешь, меня не волнует. Я не почтальон, красавица, я доставщик! Мне сказали, что письмо в твоих руках, но ответное ты не прислала. Значит, я явился сам. Сделала бы все, как написано, и меня бы тут не было.
– Да… а… – пыталась высказать, что о нем думаю, но ничего, кроме отдельных букв, выдавить не удавалось.
– Артефакт! – Рыжий высокомерно задрал подбородок. – В этом я мастер. Кстати, твой будущий учитель. Но это позже. Сумка какая-нибудь есть? – Я покачала головой. – А если найду? – Уголок его губ приподнялся, в светло-карих глазах вспыхнул озорной огонек.
Разведя руками, указала на шкаф. Пусть ищет.
Он кивнул и принялся изучать содержимое полок.
– А вот об этом я не подумал, – он откинул в сторону стопку полотенец, – упущение. Ну ничего, мамка твоя все пришлет через недельку. А мне простительно, я еще никого никуда не собирал. Так, Алевтина, вещей, что сразу с собой взять хочешь, много? – Закатив глаза, я покосилась на окно. Сигануть, что ли? Всего лишь первый этаж. – Не советую.
Быстро разгадали мои мысли!
– Гур-р-р. – Голубь остановился и захлопал крыльями.
– Вот, послушай его, Гаспар дело говорит. – Мой похититель, кажется, веселился. – Это почтовый голубь рода Валынских. Найдет кого угодно и где угодно. Бабуля с ним письмо отправила. Да и не пристало мне бегать по людскому городу за девушкой, облаченной в коротенькую футболку и трусики в горошек. Так что давай не будем усложнять.
* * *Минуты тянулись, а я продолжала сидеть на кровати и таращиться на незнакомца. Странно, но рыжина ему шла. Волосы с темным бронзовым отливом доходили до весьма мощных плеч. Мужчина казался каким-то нереальным. И дело даже не в вычурной одежде. Сама манера держаться, толика высокомерия, словно он герой романа.
«И все же я сплю», – шепнул разум.
Могла бы предположить, что передо мной маньяк, но как быть с этой донельзя странной тряпицей на моих губах? Снова коснулась пальцами рта. Ну нет ее! Но ведь вижу…
– Смотрю, ты в волшебство-то не особо веришь, – усмехнулся незнакомец, – а зря. Советую срочно проникнуться магией. Ведьмы, ведуны, маги-стихийники, проклятия и зелья… – Я приподняла бровь, как бы восклицая: «Да ладно!» – Да-да, и даже оборотни есть! – Я одарила господина Совершенство таким взглядом, что он, кажется, смутился. – А между тем, Алевтина, у меня для тебя подарок. Его передал человек, которого ты никогда не знала, но ты ему очень дорога. Кулон!
Он вытащил из кармана украшение. На тонкой цепочке из крошечных звеньев в форме сердца висела объемная овальная подвеска с прозрачным голубым камнем на конце, словно капля.
Красиво. На мгновение я замерла, рассматривая эту прелесть.
– Голубой бриллиант – редкий камень, – пояснил рыжеволосый красавец. – Он универсальный накопитель магии и служит своему хозяину всю жизнь, а после него – детям и внукам… И детям внуков. Этот камень был отшлифован и заговорен на служение тебе, Алевтина.
– М-м-м, – замычала, пытаясь выведать, для чего украшение мне.
Я ведь ни разу не маг, зачем мне накопители? Хотя… Бриллиант так чарующе сверкал, что взгляд не отвести.
– Ты ведь чувствуешь его? В нем часть души дарителя, его магия. И он готов отдать ее тебе. Просто так. Потому что любит и желает тебе лучшего. Примешь его, и тебе перейдет сила, что хранится в камне.
Я недоверчиво прищурилась. Ну да, кто в наше время магическими силами разбрасывается. Бракованный дар, зуб даю. Какой-нибудь темной ведьмы.
Некстати вспомнились мама со своими травками и прабабка, которую всей деревней черной ведьмой величали. Ой, не к добру это. Чует моя пятая точка – не к добру…
– Никто не знает, что за дар здесь. Готова рискнуть? – Незнакомец довольно улыбнулся.
Я активно помотала головой, намекая, что совсем не готова. Абсолютно… Ни капельки…
– Что? Нет… – Он понял меня правильно. – А зря. Скучная ты, Алевтина, никакого в тебе азарта. Ну не хочешь по-хорошему, придется одаривать по-плохому. Выбора-то у тебя нет. – С этими словами он двинулся ко мне.
Скинув на пол одеяло, я, собрав всю смелость, резко подняла ноги и пнула чужака в живот. Он пошатнулся и сделал два шага назад.
– Ах ты маленькая зараза! – простонал. – А говорили, степенная серьезная девушка, пироги печь любит. Хозяюшка!
Я, не теряя времени, вскочила с постели. Рыжий поймал меня на ходу, но споткнулся об одеяло. Я резко ударилась о его грудь, выставив локоть. Незваный гость странно крякнул и разжал руки. Рванув в коридор, я запуталась все в том же злосчастном одеяле и повалилась навзничь на пол.
– Алевтина, ну что же ты? Больно, девочка? – Мужчина снова попытался меня поднять, но я не сдавалась и, повернувшись на спину, принялась лягаться. – Вот неугомонная! – Он легко ухватил мою ногу и, крутанув, вынудил улечься на живот. В таком положении сопротивляться я уже не могла. – Ну и характер – огонь!
Засмеявшись, он за ногу потащил меня обратно в спальню.
Но нет! Я из последних сил цеплялась за пол. Схватив коридорный коврик, утянула его за собой вместе с обувью и веником.
– Ну, Алевтина, это уже несерьезно.
Я снова сидела на кровати, удерживая половичок, и мычала от злости.
Казалось, у меня пар из ушей пойдет.
– Сложно с тобой, даже опасно, – нависая надо мной, мужчина сложил руки на груди, выражая недовольство. – В общем, или сама надеваешь кулончик, или это делаю я. – Протестующе замычав, повторила его жест, демонстративно сложив руки на груди. – Так, да? Значит, по-плохому. Люблю трудности!
Бросив в него коврик, залезла на кровать с ногами. Живой не дамся! Меня так просто сомнительным даром не наградишь. Не на ту напали!
Зайдя сбоку, рыжий снова двинулся на меня. Завязался неравный бой. Я сопротивлялась, как могла. Крутилась, вертелась, брыкалась… А в итоге оказалась лежащей на животе на собственной кровати, а на мне верхом, как на мустанге, восседал рыжий здоровяк.
– А дело приобретает пикантный поворот. – Он зловредно усмехнулся, удерживая мои ладони за спиной. – Вот уж не думал, что окажусь сегодня в постели с красоткой.
– М-м-м, – взвыла я.
– Чтобы это значило, интересно? – Он отвел мои волосы в сторону. – Да ладно! Обычно в постели я дам устраиваю. Ты первая, кто высказал свое «фи».
Он откровенно веселился за мой счет.
– М-м-м, – завопила громче.
– Минуточку. Надеваем кулон, – он ловко протащил его через голову, – и все! Перед нами новый маг Шаливара. Снимать накопитель уже бесполезно.
Замерла, услышав знакомое слово. Происходящее перестало казаться дурным сном.
– Полдела сделано, – рыжий нарочно медленно слез с меня, – осталось доставить в особняк. И знаешь, Алевтина, ну их, вещи твои! Как я уже сказал, твоя матушка потом все перешлет. Напишешь ей завтра. Она будет думать, что ты поступила в людскую академию на провизора, но вынуждена уехать в другой город. Небольшое ментальное воздействие. Но это уже не моя часть работы. Так что кутаем тебя в одеяло – и на остановку. Времени уже ни на что не осталось. – Он действительно спеленал меня пледом и поднял на руки. – Ну что, Алевтина, с новой жизнью тебя!
– Гур-р-р, – напомнил о себе голубь, что все это время тихо сидел в сторонке.
– Гаспар, друг мой, лети домой. Оповести, что новоявленная студентка Миленина едет покорять академию Шаливара.
С этими словами мужчина вскочил на мой стол, оттуда на подоконник и в окно…
Я замычала от страха, но приземлились мы удачно, даже о ветки карагача не поцарапались.
Выйдя из палисадника, этот тип со мной на руках двинулся в известном только ему направлении. Навстречу нам попался лишь один поддатый мужичок. Проследив за нами сонным взглядом, он почесал затылок и шаткой походкой ушел в кусты.
А на небе появилась яркая алая полоса.
– Опаздываем, Алевтина. Провозилась ты, – задумчиво протянул рыжий похититель.
Его шаг ускорился, он практически бежал.
Впереди замаячил пустырь.
В начале XX века там был крупный купеческий торговый квартал. Двухэтажные деревянные дома, мощенные булыжником дорожки… Но в одну ночь всего этого не стало – пожар. И вот уже сто лет здесь пустошь. Пожухлая трава, покосившийся единственный уцелевший дом с прогнившей табличкой, указывающей его номер.
«Как есть маньяк!» – пришла в голову страшная мысль. Я закопошилась активнее, пытаясь высвободить руки.
– Алевтина, не дергайся. Знать бы, который час. Если дилижанс ушел, придется еще сутки во внешнем мире торчать.
– М-м-м!
– Да, – кивнул он в ответ на мое мычание, – и мне не хочется. Но что делать, если опоздали. И заметь, это не я бегал по стенам и лягался вместо того, чтобы быстренько собрать платьица и туфельки.
– Хм?
– Что? – Он усмехнулся, глядя на меня. – Не моя это вина. Так и поедешь в дилижансе в одном одеяле. Скажем, заболела. Миленины часть нашего рода, а портить репутацию – не дело.
Я лишь тяжело вздохнула. Маньяк!
Глава 4
Мы ждали. Вернее, похититель непонятно чего дожидался, а я, замотанная в собственное одеяло, с торчащими из него голыми ногами, вынуждена была молча восседать на его руках.
Вот же рыжая зараза! Куда меня тащить собрался? Неясно! Что там высматривает вдалеке? Тоже под вопросом. Главное, чтобы в высокую траву не поволок… или кусты… или еще куда.
Ух, как мне сейчас хотелось громко заорать, выдернуть руки из одеяла и врезать некоторым самоуверенным по физиономии! Но тряпка эта на губах… Я ее и зубами схватить пыталась, и между щекой и плечом зажать. Ничего не выходило. Не чувствовалась ткань, будто иллюзия. Но отчего-то же лишилась я способности говорить. Значит, лента вполне реальна.
Я еще раз попыталась поймать ткань губами.
– Что такое? – усмехнулся он. – Снять самой не выйдет. Или что? Есть что мне сказать?!
Оскалилась в улыбке. Ух, я бы сейчас рассказала все, что о нем думаю. В красках, с речевыми оборотами… Уши бы у кое-кого одного цвета с шевелюрой стали.
– М-м-м! – рявкнула.
Он склонил голову и прищурился.
– Злишься? – Я утвердительно кивнула и сделала очень страшные глаза. – Мстить будешь?
Ты смотри, какой догадливый!
Плотоядно усмехнувшись, закивала еще интенсивнее.
– Ведьма? Что-то в тебе такое родное, красавица. Я ведь ведун, свою не признать не могу. – Закатив глаза, отвернулась. – И все же, Алевтина Миленина, есть в тебе ведьминская кровь. Но это не моя забота. Протестируют в академии и выяснят, на что ты годишься – травки выпаривать будешь или грядки вспахивать…
– М-м-м?
Снова взглянула на него. Какие грядки? Где я, а где ботаника? Верните меня в постель, я на такое не подписываюсь! Мне и дачи хватает.
– Что за паника? Что за испуганное личико? Ну, Алевтина, рано переживать. Факультет бытовой магии готовит отменных спецов. Несмотря на то что туда поступают студенты с невысоким уровнем магии, они востребованы и без должностей уж точно не остаются. – Он замолчал и щурясь всмотрелся вдаль. – О нет, девочка, мы не опоздали. Наша карета подана.
Повернув голову, я узрела самый обычный «пазик».
Старый, дребезжащий, извергающий выхлопные газы как паровоз. Но это ладно, автобус как автобус, ничего примечательного. Но то, что творилось за ним…
Водила, не разбирая дороги, катил прямо по высокой траве. Вроде и пустырь, но стоило присмотреться внимательней, как буквально на глазах за автобусом появлялся старый город.
Дороги, тротуары, деревянные дома. Магазинчики, лавки, люди…
Мимо нас пробежал, материализовавшись прямо из воздуха, черноволосый мальчишка лет двенадцати в кепке и коротких штанишках. В руках он держал пачку газет.
– Новости! – донеслось до меня. – Свежие новости! Ректор академии магии много лет скрывал свою дочь во внешнем мире! Новости! Свежие новости Шаливара!
Старый покосившийся дом вдруг выпрямился. Стены, еще несколько мгновений назад черные и облупившиеся, преобразились и стали небесно-голубыми. Табличка с номером выровнялась. Трещины на разбитых окнах срослись как по волшебству, и даже осколок, что застрял в раме, встал на место.
Магия, не иначе…
Голубые шторки отогнулись, и в окошко выглянула молодая женщина в строгом платье под горло. Она как будто смотрела на меня из прошлого и смеялась. Рядом с ней появилась малышка с двумя косичками. Девочка ткнула пальчиком в приближающийся автобус и заулыбалась, демонстрируя ямочки на щеках.
За нашими спинами послышался необычный грохот. Выглянув из-за мужского плеча, уставилась на карету. Кучер, поймав на себе мой взгляд, приподнял шляпу и склонил голову в приветственном жесте. Я кивнула в ответ.
– Новости! – голосили мальчишки. – Ректор академии магии лишился единственного наследника!
Я вертела головой в разные стороны. Разве так бывает?! Я же в самом настоящем прошлом! Красивые женщины в украшенных перьями шляпках, мужчины в сюртуках, цветочница с корзинкой в руках…
И только автобус выбивался из этой картины. Поравнявшись с нами, несуразный, местами проржавевший монстр кашлянул выхлопными газами и замер. Дверь со скрежетом распахнулась.
Вереницей потянулись люди в привычной для меня одежде.
– Господин Валынский, рад вас видеть! – Из автобуса выскочил молодой смуглый парень в кожанке, эдакий байкер в бандане.
Склонив голову в приветствии, он мельком взглянул на меня.
– Давно не виделись, господин Рязульски, – голос моего похитителя приобрел важные нотки. – Слышал, у вас намечается свадьба.
– Да, нашел невесту во внешнем мире. Избранная! Теперь пытаюсь уладить этот вопрос со старейшинами, и еще нужно как-то любимую подготовить. А вы, смотрю, тоже не с пустыми руками. – И снова смешливый взгляд на меня.
Я замычала, но кто бы обратил на это внимание.
– О да, везу первокурсницу в академию. – Меня слегка подкинули на руках. – Так обрадовалась своему счастью, что пришлось усмирять.
– М-м-м! – завопила я протестующе.
– Эмес, вы ли это? Вот уж не думал когда-нибудь увидеть женщину на ваших руках. Она Валынская? Из вашего рода?
– Миленина, родственница нашей Златы.
– А-а, да-да, слышал ту историю. Девушка ведьма, – молодой человек натурально принюхался, – я порой чувствую их магический аромат среди людских женщин. Моя невеста тоже имеет капельку ведьминской крови, и это здорово облегчает мне жизнь.
– Конечно, Алевтина ведьма. Как же ею не быть, если она из нашего рода.
Я снова замычала, а мужчины лишь улыбнулись. У-у-у злыдни!
– Ну, счастливо довезти будущую студентку. – Парень раскланялся и поспешил с пустыря.
Водитель нетерпеливо просигналил. Мой пленитель, по совместительству – провожатый, не мешкая, вскочил на ступеньки, аккуратно занося меня в автобус.
Тут мой мир снова совершил сальто. Потому как таким огромным салон «пазика» быть не может! Я с трудом могла различить сидевших на задних рядах.
Таинственный Валынский важно прошагал вперед и наконец опустил меня на мягкое удобное кресло – сиденьем это никак было не назвать.
Я выдвинула вперед подбородок, пытаясь сдернуть неосязаемую тряпку, и требовательно помычала.
– Ага, сейчас! Я сниму, а ты начнешь верещать на весь дилижанс. Привезу, сдам бабушке, пусть она и стягивает. А я умою руки.
– Фыр, – выдохнула носом.
– Согласен, неделикатно с моей стороны, но нянькой девицам я не нанимался. И в сопровождающие не набивался.
– Фыр, – повторила, выражая крайнее неодобрение.
– Ничего, переживешь. – Зловредно улыбнулся и уселся рядом.
Автобус тронулся.
Прислонившись лбом к окну, я наблюдала, как стремительно меняется мир. Меня словно увозили по трассе времени в далекое прошлое: аккуратные деревянные дома с флюгерами на крышах, ровные заборчики; женщины в платьях на шнуровке, мужчины в котелках, многие с тростью. Чудно и немного страшно.
Поняв, что рыжий хам тряпку с моих губ не уберет, я притихла. Это я переживу. И что еду, простите, в одном нижнем белье и в футболке тоже. Ничего, я ему еще отомщу! Он еще попляшет, гад рыжий!
Как-то некстати вспомнился Андрей из магазина, или Андрэ, как он сам себя называл. Неужели он не обманывал и не придуривался?!
Таинственный Шаливар существует, и меня зачем-то тащат туда волоком. Учиться? Если это правда, то я, пожалуй, еще немного помолчу. Пусть сначала зачислят куда надо, а уж потом я им покажу, как девушек из кроватей воровать.
* * *Изнывая от голода, я исподлобья зыркала на полную девушку, восседавшую напротив меня. Облаченная в красное, не к месту пышное бархатное платье, эта особа, никого не стесняясь, прямо у меня на глазах пожирала сочные бутерброды. Третий! В ход шел уже третий ломоть хлеба с толстой жирной котлетой, ломтиками помидора и сырым лучком…
От такого беспредела мой живот завопил, даже дремлющий рядом рыжий злыдень открыл глаза и покосился на меня.
– М-м-м! – промычала, взывая к его совести, хотя были у меня сомнения, что такая вообще существует в природе.
Мужчина призадумался… Мой живот снова громко высказался. Впереди сидящий старичок обернулся.
А что я поделаю? Последний раз ела ночью, а сейчас уже давно обед.
– Не покормил… – Мой доставщик почесал подбородок, на щеках мужчины наметилась легкая щетина. – А я им говорил, что сопровождающий из меня аховый. И неважно, что я жил во внешнем мире: внимательности к нуждам мелких пигалиц это мне не прибавило. – Я закатила глаза, намекая, что сам он пигалица. – Не бухти, – усмехнулся он, – еще час, и прибудем в городок при академии. Там у нас небольшой семейный особняк. Бабушка тебя и приоденет, и накормит.
Это ж сколько еще ждать еды!
Поджав губы, я снова послала злобный взгляд на пожирательницу бутербродов. Та, расправившись с последним кусочком, довольно вытерла руки салфеткой.
Живот снова предательски заурчал, жалуясь на вселенскую несправедливость.
– Так есть хочешь? – хмыкнул рыжий.
Я отвернулась. Не буду унижаться. А то будто не слышит, как у меня желудок на тромбоне играет!
– Алевтина, мы можем выйти на следующей остановке. Там харчевня. Хорошая. Ты, правда, не совсем при наряде… Но кого это волнует?! Я сниму с твоих губ красную заглушку, если обещаешь без истерик. Мы выйдем, поедим и как раз успеем на дирижабль. Он привезет нас на каких-то двадцать минут позже. Не критично, на мой взгляд. Ну так как? Обедаем?
Моя гордость требовала даже голову в его сторону не поворачивать, но живот… У него было иное мнение. Он вопил на весь салон, требуя сейчас же кусок хлеба с майонезом и шматом колбасы и чашку чая.
– Не факт, что мы успеем к обеду. Возможно, придется ждать ужина. А в харчевне такие хрустящие гренки, жаренное на углях мясо, бульон с зеленью и начиненные сметаной с чесноком томаты.
Я медленно повернула голову. Ну гад же! Знает, о чем с женщиной разговаривать надо. Чем ее соблазнять. Гренки. Шашлык. Помидорчики… Хочу!
– По глазам вижу, ты за «поесть», – тихо засмеялся мужчина. Надавив на гордость пяткой, кивнула. – Вот и договорились. – Протянув руку, он легко убрал ненавистную красную тряпку.
– Я это запомню! – не удержавшись, прошипела, глядя в его теплые светло-карие глаза. – Вот дождусь, чтобы вы забыли, и как напомню! Век вздрагивать будете, услышав мое имя…
– Ну и ладно. Можешь вставать в очередь мстящих, – хохотнул он в ответ, не впечатлившись.
– И встану! – зловредно усмехнувшись, я замерла… Ну нельзя же так! – Она ест четвертый бутерброд! – жалобно взмолилась. – Нагло, у меня на глазах.
– Так не смотри. – Рыжего мой праведный гнев веселил.
– Не могу я не смотреть, как люди едят. Я тоже хочу!
– Алевтина, ты же женщина! А как же фигура, стройность… – Я приподняла бровь и скептически усмехнулась. – Ну хорошо. – Он склонился ко мне и зашептал: – Пойми, это жрущее милейшее создание – оборотница. Ей просто физически нужно есть…
– А я вот ни разу не мохнатая, – тихо зашипела в ответ, – но тоже, представляете, люблю завтракать. И у меня стресс! Меня похитили из собственного дома! А стресс, как известно, лечится вкусняшками. Раз уж вы приперлись за мной, могли бы и озаботиться этим вопросом. Правильно говорите, сопровождающий из вас… Приличного слова нет, чтобы вас охарактеризовать.
– Можно и неприличными, – он пожал плечами, – разве я запрещаю?! Но прежде чем ты откроешь рот, сообщу, что я наследник рода и сейчас, когда мой дед отошел от дел, стал главой! Не советую со мной серьезно ссориться…
– Ой ли, какая птица широкого полета, – резко перебила. – А больше причин вас уважать нет? Вы, я смотрю, и сами это понимаете. Мол, я ж самый главный! Люби меня таким, какой я есть, иначе худо будет!
Он медленно кивнул и склонил голову еще ниже, касаясь моих волос.
– Молодец, Алевтина, правильно все поняла. Главное, запомни все, что сейчас сказала.
– Хлыстовск! – прокричал водитель.
– Наша остановка. Что-то и мне есть захотелось. Теперь и у меня стресс!
Встав, он поднял меня на руки, даже не крякнув от натуги.
Пока мы продвигались вперед, я старалась поджимать босые ноги, чтобы не зарядить сидящим пассажирам по лицу.