Дракон, я выбираю развод!
- -
- 100%
- +
Войдя в свою спальню, я первым делом проверила задвижку у межкомнатной двери. Закрыто. Для надежности, я прикоснулась к прохладному металлу и накалила его. В воздухе запахло паленым. Главное не переборщить. Задвижка немного деформировалась, но цели своей я достигла. Теперь никто не сможет открыть ее с моей стороны, а Дарию, чтобы пройти в мою спальню придется воспользоваться главным входом или выломать дверь.
***
На следующее утро я приказала подать завтрак в спальню. За ночь решила, что чем реже буду встречаться с Дарием, тем лучше. Держать себя в руках оказалось слишком сложно. У меня не получалось делать вид, что ничего не произошло, а для Дария, должно быть, перемена во мне бросалась в глаза.
До появления Изабеллы в нашем браке уже были проблемы. Мы перестали делить кровать и наше общение сводилось к пустым разговорам за завтраком, иногда ужином. Не осталось ни тепла, ни близости. И все же при встречах мы сохраняли видимость нормальных отношений.
В комнату постучали.
— Войдите.
Показалась служанка с подносом.
— Где Лиз?
— Простите, госпожа, она занята.
Девушка поставила поднос на столик.
— И чем же? — спросила я, не скрывая недовольства.
— Она провинилась, и господин Бишби с госпожой Тюлоттой разбираются в произошедшем.
— В чем провинилась? — продолжала допытываться я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
Не знаю, что произошло, но Лиз ведь может проболтаться!
— Не могу знать, — развела руками девушка. — Можно я пойду?
Проигнорировав ее вопрос, я схватила халат, накинула на плечи и пошла вниз. В крыло для слуг.
Минуя лестницу и коридоры, я проносилась мимо удивленных лакеев и служанок. Представляю, как они будут обсуждать, что жена хозяина спятила, раз разгуливает по гостиным в халате. На кухне бедная кухарка выронила миску с тестом.
— Где Бишби и Тюлотта? — требовательно спросила я.
— В кабинете… там, — кухарка кивнула в сторону узкого темного коридора.
В этой части дома я бывала от силы раз или два, так что с трудом понимала куда иду. Но проблема решилась сама собой. Уловив знакомые интонации, я безошибочно нашла нужную дверь. Оказалось это несложно, ведь она была открыта.
— Признавайся, куда белье дела! — напирала на Лиз маленькая полная женщина.
Сегодня Тюлотта надела темно-фиолетовое платье, отчего напоминала огромную сливу.
— Ну посмотри на нее, Бишби! Утащила, небось, домой на тряпки, теперь как воды в рот набрала.
— Госпожа приказала выкинуть, я выкинула, — повторила девушка.
Она тряслась, как осиновый лист, и комкала бедный передник. По ее щекам текли слезы, кажется, допрос с пристрастием длился уже какое-то время.
— Куда ты выкинула?! Вот я тебе…
Тюлотта замахнулась. Это представление пора было подводить к концу.
— Прочь от моей служанки! — я вошла в небольшой кабинет экономики.
— Тюлотта! — предостерег ее Бишби.
Мы произнесли это почти одновременно. Экономка, растерялась и руку опустила, но судя по разгоряченному лицу, так просто сдаваться не собиралась. В отличии от Бишби, Тюлотта не утруждала себя даже подобием уважительного обращения к жене хозяина. Чувствовала себя в безопасности из-за благосклонности Гризельды.
— Госпожа Дэвлок, вам здесь не место. Пожалуйста, выйдите. Если вам нужна служанка, я ее пришлю. Позже.
От подобной наглости я даже не нашлась, что ответить. Экономка выставляла меня за дверь! Боги, я и раньше понимала, что у слуг не в чести, но чтобы настолько…
— Где мне не место? — угрожающе тихо переспросила я.
Та, кажется, на секунду поняла, что перешла черту, но быстро от этой мысли отмахнулась. Действительно, подумаешь нахамила опостылевшей жене.
— В моем кабинете, — с деланной важностью сообщила она. — Все вопросы со слугами решаю я, вам не о чем беспокоиться.
Я перевела взгляд на дворецкого. Тот перестал стоять, как истукан, и наконец-то отмер. Его здравого смысла хватило на двоих.
— Эм, госпожа Эвелина, простите, что причинили вам неудобства. Но мелкие происшествия со слугами и вправду не стоят вашего внимания. Мы все решим сами. Или, вы что-то хотели? Мы с госпожой Тюлоттой к вашим услугам.
Последняя возмущенно фыркнула, но промолчала.
— Очень хорошо. Она, — я указала на Лиз. — моя личная служанка. И я не потерплю с ней подобного обращения. Лиз, иди в мою спальню и заправь постель, а я пока поговорю с господином Бишби и Тюлоттой. Конечно, если у них нет никаких возражений? — спросила, с трудом скрывая сарказм.
Возражения, естественно были. Я видела это по лицу Тюлотты, но одного взгляда Бишби хватило, чтобы она промолчала.
Лиз, шмыгая носом ушла, а я осталась со слугами наедине. В кабинете повисло молчание.
Бишби стоял с идеально прямой спиной, точно кол проглотил. Худощавый, высокий старик, с идеальными манерами. Не смотря на его холодность, я его уважала. Меня восхищала преданность Дэвлокам и наследие, которое Бишби в себе воплощал. Я знала, для Дария он больше чем слуга. Он почти член семьи.
— Итак. В чем провинилась моя служанка, что вы снизошли до рукоприкладства?
— Она воровка! — выпалила Тюлотта, прежде чем дворецкий успел вставить слово. — Я нашла в ее вещах ваши серьги и деньги!
— Вы бы осторожнее с обвинениями, — я смерила ее холодным взглядом. — Все это я подарила Лиз сама. Кроме того, вы что-то говорили о постельном белье, которое я приказала ей вчера выкинуть?
— Она его не выкинула! Все вещи, в том числе те, что нужно утилизировать, проходят через меня. И белья среди ветоши не было. Не могу утверждать точно, но скорее всего служанка забрала его домой, а это недопустимо…
— Для кого недопустимо? — перебила я.
Глаза Тюлотты забегали, она повернулась к Бишби в поисках поддержки. Понимая всю щекотливость ситуации, он предпочел отступить.
— За много лет в поместье Дэвлоков сложились негласные правила для слуг. Именно о них и говорит госпожа Тюлотта. Еще раз, простите, госпожа Дэвлок. Мы с госпожой Тюлоттой плохо подумали о Лиз.
— Хм, вот как, — я задумчиво склонила голову. — А я уже решила, что у вас у самих были планы на старое постельное белье, вот вы и изводили бедную девочку.
Лицо госпожи Тюлотты стало багровым. Именно так оно и было. Но если от экономки я подобного ожидала, то от Бишби нет. Он мне казался выше подобных склок.
— В любом случае проблема разрешилась. Что же касается злополучного постельного белья, у меня дома тоже имелись негласные правила. Столь личные вещи, как исподнее и белье, никогда не передавалось слугам. Так что постельнее белье Лиз сожгла по моему приказу в камине.
— Сожгла? — упавшим голосом переспросила Тюлотта.
— Но Лиз ничего нам не сказала, — удивился Бишби.
— Может быть потому, что вы рылись в ее вещах, загнали девочку в угол и собирались избить? — предположила я, специально сгущая краски. — Она совсем юная и недавно в доме, не удивительно, что Лиз испугалась. Вы спрашивали ее откуда у нее серьги и деньги?
— Да, — кивнул Бишби. — Она сказала, что вы подарили.
— Но вы ей не поверили, — усмехнулась я. — Вот вам еще одна причина.
Опасность миновала, кажется, Лиз не успела сболтнуть лишнего. Я почувствовала усталость и раздражение. Склоки с утра пораньше не самое удачное начало дня. Пора было заканчивать фарс и возвращаться к по-настоящему важным делам.
— Господин Бишби, я хотела бы переговорить с вами с глазу на глаз.
Он кивнул.
— Госпожа Тюлотта, выйдите, — сказал дворецкий.
— Но мой кабинет…
— Госпожа Тюлотта, — с нажимом повторил Бишби, и та прикусила язык.
Когда за ней закрылась дверь, я не услышала звуков удаляющихся шагов. Вряд ли Тюлотта с ее комплекцией способна столь бесшумно передвигаться. Уставился на дверь и Бишби. Он пришел к тем же выводам: экономка собиралась нас подслушать. Оно и к лучшему.
— Господин Бишби, — вкрадчиво начала я. — Видите ли, в моей семье никогда не было столько слуг и я многое еще не понимаю. Пожалуйста, просветите меня: кто из вас стоит выше, вы или Тюлотта?
— Я, — смущенно ответил дворецкий.
— Сегодня просто день открытий, — я картинно всплеснула руками. — Клянусь, несколько минут назад даже подумала, это Тюлотта хозяйка в доме, а не я. Представляете?
Бишби прочистил горло.
— Да, неловко получилось, — кивнула я. — Этот вопрос мы прояснили. Что же касается Лиз, на будущее, если вам не понравится ее поведение или действия, обращайтесь напрямую ко мне.
— Госпожа Дэвлок, есть регламент, — осмелился возразить Бишби.
— Есть, — согласилась я. — Но вы явно не справляетесь. Пример тому поведение Тюлотты. Считайте мою помощь с Лиз жестом доброй воли, помощи хозяйки старому слуге. Договорились?
— Как прикажете, госпожа.
В голосе Бишби конечно же слышалось недовольство, но ничего, переживет. Тем более, я еще не закончила. Тихо подойдя к двери, я обернулась и произнесла уже гораздо серьезнее. Время для шуток кончилось.
— Господин Бишби, я знаю, что не нравлюсь вам. Ваша любовь, откровенно говоря, мне и не нужна, но сегодня вы меня разочаровали. Надеюсь, объяснять почему не нужно?
Он покачал головой. Отлично.
— Пожалуйста, впредь не позволяйте Тюлотте или кому-то еще распускать руки.
Без предупреждения, я резко открыла дверь. Лишившись опоры, Тюлотта безобразно упала прямо к ногам Бишби. Я многозначительно посмотрела на дворецкого. Нет, все слуги так или иначе подслушивают и подглядывают, чтобы потом донести дворецкому, но вот подслушивать за самим дворецким… О, это другое дело. Бишби скривился, при виде неуклюжих попыток Тюлотты встать, и протянул ей руку.
На этом я покинула крыло слуг. Разборки отняли слишком много времени. А я ведь еще даже не выпила утренний кофе!
Когда проходила мимо столовой, то уловила запах бекона. В животе заурчало. В комнате меня ждал давно остывший завтрак, а вот в столовой обычно сервировали зачарованный сервиз, который поддерживал еду и напитки горячими. Я прикусила нижнюю губу. Интересно, Дарий уже уехал? Осторожно, на цыпочках, чтобы не привлекать внимания, я заглянула в столовую. Никого. Если не считать полноценного завтрака, выпечки и кофейника.
Боясь, что меня могут застать врасплох, я налила себе кофе и положила пару булочек на тарелку. Сдоба таяла во рту, а кофе вместе со свежими сливками бодрил. Я зажмурилась и чуть не простонала от удовольствия. Сказывался пропущенный ужин.
Приоткрыв глаза, я уже хотела потянуться за синабоном, но моя рука так и замерла в воздухе. В дверях стоял Дарий и смотрел на меня так, словно видел впервые в жизни.
Глава 4
— Забыл документы в кабинете.
Видимо настолько я выглядела растерянной и застуканной врасплох, что он счел нужным это пояснить.
Повисло молчание. Кровь прилила к лицу от осознания, что я сижу в столовой в халате и ем руками, как дикарка.
Мне бы выйти, но Дарий стоял прямо в проходе и, судя по лицу, уходить никуда не собирался. Его насмешливый взгляд скользил по моим распущенным волосам, шелковому халату и вырезу, в котором виднелась кружевная сорочка. Этот взгляд был мне хорошо знаком… когда-то.
— Не стоило пропускать ужин, дорогая, — произнес он.
Уголки его губ едва заметно дрогнули.
На секунду… Всего на секунду мне показалось, что мое сердце вот-вот предательски екнет, как бывало множество раз, стоило Дарию лукаво улыбнуться или посмотреть на меня с нескрываемым желанием. Но прислушавшись к себе я поняла: больше этого не будет. Мое сердце уже разбилось. Множество трещин мучительно и медленно расползались по нему, пока Дарий окончательно не растоптал его в кабинете императора. К тому же, я не понимала, на что он рассчитывает после стольких месяцев отчуждения.
Пусть прибережет все свое обаяние для Изабеллы. Больше я на это не куплюсь.
Отложив кофе и выпечку, я вытерла уголки губ салфеткой. Пора прояснить несколько моментов.
Поравнявшись с ним, я сухо произнесла:
— Вчера у меня не было возможности сказать тебе, поэтому говорю сейчас: не нужно ломиться в межкомнатную дверь. Пожалуйста, если тебе что-то понадобится: посылай слуг.
— Эвелина, да что происходит? — не выдержал он.
От веселых искорок в карих глазах не осталось и следа.
— Почему ты отталкиваешь меня? Я чем-то тебя обидел?
О как мне хотелось все ему рассказать. Выплеснуть злость, обиду, разочарование за предательство и унижение! Но Дарий, что стоял передо мной, еще ничего из этого не совершил. Единственная его вина на данный момент это трудоголизм и отчужденность. А расскажи я ему о будущем, он не поверит и сочтет меня сумасшедшей.
Подавив первый порыв, я глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.
— Нельзя оттолкнуть того, кто и так бесконечно далек, Дарий.
Он не дал мне уйти. Теплые пальцы сомкнулись на моем запястье. Крепко, но ровно настолько, чтобы не причинить боль.
— Я не далек, Лина, — произнес он, притягивая меня к себе. — В любой момент ты можешь ко мне прикоснуться.
Ну уж нет! До скрипа стиснув зубы, я попыталась вырваться, но не так то просто высвободиться из рук двухметрового дракона.
— Прикоснись, — потребовал он и силой прижал мою ладонь к своей груди.
Мне бы пробраться огнем под ткань рубашки, опалить кожу, мышцы, кости и достать до самого его сердца, чтобы он почувствовал, каково это — заживо сгореть. Но злость, что сначала ярко вспыхнула, тут же погасла. Ее залило волной горечи и разочарования. Ком подступил к горлу. Я не хотела ощущать тепло его кожи, быстрые удары сердца, но все равно ощущала. Мое тело еще помнило, каково это — прижиматься ночами к Дарию, таять от ласк и прикосновений, делить дыхание и наслаждение. Все это осталось в прошлом. Мы давно не делили постель, но треклятые воспоминания не выжечь огнем!
— Я здесь, с тобой, — прошептал Дарий, проводя кончиками пальцев свободной руки по моей щеке.
По коже пробежали мурашки. Тело могло сколько угодно отзываться на прикосновения Дария, но разум все еще оставался при мне.
Почему отчуждение сменилось вдруг интересом со стороны мужа можно легко объяснить. Он понял, что я отдаляюсь и решил это исправить. Возможно, еще не до конца отчаялся спасти наш брак и завести наследника. Я не знала наверняка, что движет Дарием, но была совершенно уверена: как только появится Изабелла, он изменится.
— Пока со мной, — горько усмехнулась я и прочитала недоумение на его лице. — Через полчаса ты будешь на работе, а потом где-то еще. Иди, Дарий. Император Леодар не любит, когда кто-то опаздывает.
Он стоял на месте, пристально изучая мое лицо.
— Ты изменилась.
Отлично, Дарий заметил. Его супруга лишилась своего единственного достоинства: удобства. Пусть муж видит, что пути назад нет. Что мост один за другим сгорает, и у него остается один единственный выход: развод.
— Да, — прямо ответила я. — Тебе придется привыкнуть к новой Эвелине.
«Пусть и ненадолго» — добавила уже про себя.
— Господин, карета…
В коридоре показался слуга. Он замер при виде нас с Дарием, и пальцы, державшие мое запястье, наконец-то разжались.
Со всем достоинством, на которое была способна, я прошла мимо слуги. Со смесью растерянности и любопытства он переводил взгляд с меня на Дария. Ох чувствую за одно утро я на полгода выполнила план по сплетням. Уже на лестнице я услышала ледяной голос Дария. Он обращался к слуге.
— Еще раз позволишь себе так смотреть на хозяйку дома — вылетишь с работы без рекомендаций.
— Да, господин… разумеется, — пробормотал слуга.
Нет, не на полгода. Как минимум на год.
***
Когда я вошла в спальню, Лиз уже успела немного успокоиться. Она заправила кровать и точно восковая фигура, стояла около столика с подносом. О пережитом волнении говорили только опухшие глаза, да смятый передник.
— Все разрешилось, — поспешила сообщить я, садясь на прикроватную скамью.
Руки все еще немного дрожали, после разговора с Дарием. Хотелось их чем-то занять.
— Налей мне кофе, пожалуйста, — попросила я.
— Он остыл, — предупредила Лиз.
— Ничего, — отмахнулась я.
Служанка с готовностью передала мне чашку. Едва теплый кофе не доставлял удовольствия, но бодрил. Видят боги, силы мне сегодня еще пригодятся. А чашка немного, но согревала руки.
— Насчет ваших подарков, госпожа Тюлотта думает я их украла, — не выдержала Лиз.
На ее глаза снова навернулись слезы.
— Больше нет. Извинения она тебе вряд ли принесет, но трогать не посмеет. Я за этим прослежу.
Разглядывая напиток на дне чашки, я думала, как быть дальше. Этот скандал из-за постельного белья смешал все мои планы. И с Лиз нужно обсудить щекотливую тему, но не в таком же состоянии. Слишком велик шанс, что девушка откажется.
Служанка тем временем шмыгала носом и косилась на поднос, где лежали тосты, джем и холодный омлет.
— Ты завтракала? — спросила я.
Лиз замотала головой, при этом на ее щеках проступил румянец. Я невольно улыбнулась. А ведь и вправду, она совсем юная. Лет шестнадцать, не больше. Фигура угловатая, как у подростка. Скорее всего из-за плохого питания. Жидкие волосы забраны в маленький пучок. Щеки впалые. Зато глаза красивые, серые. В пол лица.
— Садись за стол и ешь, — приказала я.
— Что вы, госпожа, как можно…
— Лиз, у меня нет сил тебя уговаривать. Просто поешь, не хорошо еде пропадать, а я пока подумаю.
Несколько секунд она мялась в нерешительности, а потом неловко села за стол. Уплетала еду девочка быстро, но не забывала настороженно поглядывать в мою сторону. Ну точно полудикий котенок. Я старалась не смущать ее вниманием и думала. Думала, достойна ли она доверия, в состоянии ли мне помочь и, главное, что я могу сделать для этой девочки в обмен на помощь.
— Спасибо, госпожа, — Лиз встала из-за стола.
Она взяла поднос, но я ее остановила:
— Все потом. Садись, — я похлопала по мягкой ткани на скамейке. — Нам есть что обсудить.
И снова Лиз стала похожа на настороженного зверька, который боится угодить в ловушку. Оно и к лучшему. Значит девочка вовсе не глупа.
— Мы просто поговорим. Да, тебе придется принять непростое решение, но независимо от результата обещаю: никаких последствий не будет.
Она разместилась рядом. Ручки маленькие аккуратные, но в мозолях. Неухоженные.
— Какую работу ты выполняешь в доме? — спросила я.
— Какую назначит госпожа Тюлотта, — ответила Лиз. — Обычно я чищу камины, натираю полы, помогаю со стиркой. Но несколько дней назад меня направили прислуживать вам.
— Кто направил?
— Госпожа Тюлотта.
Я кивнула. Итак, а Тюлотте в свою очередь передал распоряжение Бишби. Вряд ли Дарий сам выбирал кого ко мне приставить. Это Бишби прекрасно знал всех слуг и, как и хозяин, умел просчитывать несколько ходов наперед. С более опытной служанкой я бы держалась отстраненно. Да и у старой прислуги сложилось обо мне представление, как о никчемной жене хозяина. А вот юная неопытная девочка совсем другое дело. Рядом с такой глупышкой можно и расслабиться, не переживать, что за тобой следят.
В одном Дарий и Бишби ошиблись: старой Эвелине нечего было скрывать.
— Больше ты не будешь заниматься тяжелой работой. В твои обязанности теперь входит забота обо мне, уход за моим гардеробом, уборка в спальне и иногда сопровождение. Все остальное только с моего разрешения.
— И что вы хотите взамен?
— Храни мой секрет. Я же сохраню твой и оставлю все как есть.
— Мой секрет?
— Лиз, я прекрасно знаю, что тебе велено следить за каждым моим шагом.
Она потупила взгляд.
— Итак, это станет нашей отправной точкой. Ты молчишь о моем даре, я позволяю тебе за мной следить и доносить Тюлотте.
— Господину Бишби, — поправила Лиз.
— Или ему, — безразлично кивнула я. — Хоть всей Вертии. Учти, с моей стороны больше не будет щедрых подарков или денег. Тебе не всегда будет легко за мной следить, но изводить и издеваться над тобой я не стану. Даже наоборот, если Тюлотта и Бишби позволят себе лишнее, встану на твою защиту.
— Господин Бишби не позволял себе лишнее. Он хороший человек. Помог мне устроиться на работу, когда умерли родители. Это все госпожа Тюлотта! За лишний медяк готова любую служанку со свету сжить, — затараторила Лиз, я даже отвлеклась.
— Но что тогда в кабинете делал Бишби?
— Его вызвала Тюлотта, когда нашла серьги и обвинила меня в воровстве. Он пришел буквально за минуту до вас.
Это несколько осложняло дело. Возможно, союзника в лице Лиз мне все же не найти. Она явно обязана дворецкому. Вон, как пылко его защищает. Я даже засомневалась стоит ли продолжать разговор.
— Я рада, что ты все прояснила, но вернемся к делу. Вчера я спрашивала тебя о сумме… Ты подумала?
— Да, — кивнула она, прикусив нижнюю губу. — Мне хватило бы двойного оклада служанки. Но сразу скажу, это не значит, что я согласна на все ради таких денег.
— А ради каких денег ты пошла бы на все? — не удержалась от вопроса я.
Служанка сцепила руки так, что костяшки ее пальцев побелели.
— Таких денег нет, — твердо сказала она и посмотрела мне прямо в глаза.
Я улыбнулась.
— Хорошо, что у тебя есть принципы. Люди, для которых у всего есть цена, не стоят доверия. Сумму ты запросила скромную, уверена, что ее хватит, чтобы позаботиться о семье?
— Да. Дедушка подрабатывает в городской конюшне. Не полный день, но тоже деньги приносит. Бабушка плетет шляпки и корзинки. Мы даже сможем откладывать. Я… все рассчитала.
— Ну пусть будет так. — Я вздохнула, точно набиралась решимости.
Лиз проверку прошла. Она и так уже в курсе одной тайны, вторая ее тоже вряд ли удивит. По крайней мере первая ее часть.
— Я и Дарий несчастливы в браке. Он любит другую и скоро разведется со мной.
— О боги, — Лиз прикрыла рот ладошкой.
Ее серые и без того большие глаза расширились.
— Это вопрос времени, когда император Леодар признает наш брак недействительным. Все, чего я хочу, это сохранить свою гордость и приготовиться к неизбежному. Как видишь, быть личной служанкой тебе долго не придется. Но за это время я сделаю все, чтобы помочь твоей семье, а также показать Бишби, какая ты полезная и расторопная служанка. Он позаботится о тебе, когда в поместье появится новая госпожа Дэвлок.
— Госпожа, мне так жаль, — прошептала она и я заметила сочувствие на ее лице. — Но как я могу вам помочь? Я ведь никто.
— Мне многого и не нужно. Я справлюсь со всем сама. От тебя же хочу, чтобы держала меня в курсе сплетен в доме. Прикрывала, когда буду выбираться в город, и выполняла мелкие поручения. Все в границах твоих сил и возможностей.
— Но господин Бишби будет задавать вопросы.
— И он получит ответы, но только те, что мы с тобой обговорим.
— Звучит несложно, — сказала Лиз.
— Это как посмотреть, — не стала приукрашивать задачу я. — Тебе придется проявлять находчивость, смекалку, а иногда и за себя постоять перед той же Тюлоттой. Есть еще один щекотливый момент. Я вижу, что ты в долгу перед господином Бишби. Если будешь помогать мне, тебе придется лгать ему. Сможешь ли ты пойти на это?
— Дак ведь уже пошла, — призналась Лиз. — Про ваш дар он ничего не знает. Я и вправду очень благодарна ему, но денег… их очень не хватает. Мне нужно заботиться о своих братьях и сестрах. Я в отчаяньи, госпожа Дэвлок, и обещаю что помогу вам, но прошу, помогите и вы мне. Не только деньгами. Просто… не подведите меня.
Она говорила отрывисто, и выглядела такой ранимой и беззащитной, что у меня сжалось сердце. Я коснулась ее руки.
— Даю слово, что не подведу.
— И я, — Лиз вытерла ладонью набежавшие слезы.
— Вот и решили. — Я ободряюще улыбнулась, а потом вспомнила: — Еще один момент, я знаю, что не нравлюсь слугам. Скорее всего они сплетничают обо мне, а может даже злословят.
Лиз потупилась. Я попала точно в цель.
— Не вздумай меня защищать или оправдывать. Наоборот, делай вид, что работа у меня на самом деле в тягость, и ты выполняешь ее только из-за распоряжения Бишби.
— Но как можно, госпожа? — запротестовала она.
— В жизни и не так можно, Лиз. Пусть служанки считают тебя своей. Так они будут свободно болтать в твоем присутствии, и в будущем это поможет тебе хорошо устроиться при новой хозяйке.
— Как-то это все…
— Неприятно. Грязно. Мерзко, — закончила я за нее. — Будь моя воля, я бы просто вышла из этого дома и никогда не возвращалась, но пока это невозможно.
В комнате повисло молчание. Я понимала, что Лиз должно быть неловко, потому сказала:
— Приготовь платье и шляпку попроще. Сегодня мы снова едем в город. Если кто спросит, скажи госпожа собралась к модистке.
Лиз сделала книксен и удалилась. Я же поставила чашку на поднос и выглянула в окно. Чудесный день, чтобы пуститься в маленькое приключение с переодеванием.