Ночь в постели с незнакомцем

- Пиздец! Ты так ненавидишь кавказцев? – взгляд его почернел, став зловещим. – Так значит, да? Я тебя, суку пьяную, из моря вытащил! Лечил полночи. Боялся, что рвать начнет и ты захлебнешься, а она нос воротит! Блядь! – он с силой ударил по рулю и раздался громкий звук клаксона. - А ну пошла вон и чтоб никогда не попадалась мне на глаза, ханжа! Вера ей моя не подходит!

Аля схватила сумочку и пулей выскочила из авто Рашида. Бежала до дома, пока не выбилась из сил, опасаясь, что мужчина от злости станет ее преследовать. Каблуки едва не сломались, когда она наскочила на выбоину в плитке и Аля, расстегнув ремешки, сбросила их, то и дело оглядываясь назад. Но серебристый седан остался позади и она с облегчением выдохнула. Попав домой, сбросила с себя одежду и встала под горячий душ, пытаясь смыть ночные впечатления, запах чужака.

А потом еще месяц ходила по улицам то и дело оборачиваясь, боялась, что Рашид станет мстить. Горячая южная кровь могла быть опасной. Но время шло и несмотря на то, что посёлок небольшой, судьба ее с мужчиной предусмотрительно не сводила. А теперь, узнав, что сестра познакомилась с неким Рашидом, Аля опасалась, что он и есть тот самый хозяин кафе. Тогда она не знала о нем ровным счетом ничего. Думала, он приезжий сезонный работник. Но как проверить, что этот дядя и тот мужчина одно лицо? Или, наоборот, ее опасения беспочвенны?

Позже она не раз жалела, что сказала такие слова мужчине. Дура. Похмельная энцефалопатия ей оправдание. Могла бы сказать, что просто он ей не понравился, одним словом - соврать. Но она сказала то, что ей казалось безопасным и отвадить мужчину навсегда, сославшись на различия в менталитете. А вышло - наоборот.

Глава 5. Аля и Рашид

Наши дни.

Аля какое-то время смотрела на фасад здания прибрежного кафе, пытаясь совладать с эмоциями. Не осталось сомнений, что мужчина, выловивший ее из моря год назад работает в кафе «Пряная устрица».

Рашид. Она с волнением ждала с ним встречи. И боялась одновременно.

Если бы не проблемы у сестры – ни за что бы не пришла сюда. Но дядя Сулеймана был последней надеждой для достижения цели. Набрав в легкие больше воздуха, быстро поднялась по ступеням и толкнула стеклянную дверь. В дневное время кафе пустовало и она на краткий миг растерялась, озираясь по сторонам в поисках администратора.

- Кафе начнет работать с пяти часов, приходите…, - прозвучал вежливо голос с акцентом и Аля резко повернулась в сторону говорившего.

Мужчина резко замолчал, когда их взгляды встретились и он узнал ее. Нахмурился, тряхнув головой, будто не веря видению и, сделав пару шагов ей навстречу, вышел из тени.

- Аля?

- Рашид.

Алевтина, не мигая смотрела на мужчину, отмечая незначительные перемены. Волосы коротко стрижены и уложены на бок. Аккуратная бородка, тонкая полоска усов в купе с чёрным, масляным взглядом делала мужчину похожем на корсара. Белая тенниска контрастно оттеняла смуглую кожу. Типичная внешность горца. Приезжего.

Рашид засопел и на краткий миг отвел взгляд, будто ему больно было на нее смотреть или неприязненно, и Аля поморщилась, ругая обстоятельства, что ее привели к мужчине.

- Кафе не работает, - отрезал Рашид и взгляд его сделался колючим, неприветливым.

- Я по делу. К тебе.

- По делу? Какому?

- Из-за сестры. Твой племянник и моя сестра совершили ошибку.

- Уверена, что сестренка говорит правду? Что не обманывала Сулеймана?

- Сулейман заделал ребенка моей сестре и теперь не хочет признавать его. А Таисия была девочкой, между прочим, и я верю сестре, ясно? И не спала она с Никитой. Она не такая!

Рашид сузил глаза, слушая заверения Али, полностью уверенный, что женщины в сговоре, чтобы охмурить его родственника. Он приблизился к Але и заглянул в лицо.

- Что твоя сестра сделала с моим племянником? – потребовал со злостью и Аля растерянно хлопала глазами от несправедливой нападки дяди Сулеймана. - Покрутила хвостом перед парнем и свалила к своему жениху. А я говорил, ему не увлекайся русскими – пропадёшь! Так и вышло. Дурак наивный! Влюбляется не в тех женщин! – сплюнул пренебрежительно. – В обычных шлюх!

Аля терпеливо слушала отповедь Рашида. Но когда он произнес позорное слово, на инстинктах вскинула руку и влепила пощечину мужчине. Рашид, не готовый к удару, не успел увернутся. Звук пощечины в пустом помещении прозвучал как удар хлыста. Аля непроизвольно съежилась от испуга – не ожидала от себя такой реакции. Отважная идиотка! Да он ее прибьет! На месте шлепнет, как букашку!

Рашид, выпучив глаза, удивленно посмотрел на Алю.

- Ты с ума сошла, женщина?! – и, резко сделав выпад, схватил Алю за плечи встряхнул. – Тебе кто дал право драться?

Оба учащенно дышали, пуча глаза и опаляя жарким дыханием кожу лица друг друга.

- А тебе кто дал право называть мою сестру шлюхой! – выкрикнула ему в лицо. - Шовинист проклятый! Катись на свою Родину и там командуй своими женщинами, а русских не смей трогать! Урод горский!

Рашид утробно зарычал и, обхватив Алю за плечи, потащил в рабочий кабинет.

- Я тебе сейчас покажу горского урода, сучка. Ты вымаливать будешь прощение за свои грязные слова.

- Пусти! Пусти, тварь! – упиралась Аля мысками в пол и, пытаясь отбросить цепкие пальцы Рашида. – Не смей меня трогать, животное!

- Ну уж нет! Ты сама напросилась на порку, Ундина!

И, подойдя к двери кабинета, затащил девушку внутрь. Дверь с грохотом захлопнулась, отрезая Алю от свободы. Аля выбралась из жесткой хватки и отскочила к стене. Ее била мелкая дрожь негодования в смеси со страхом. Что задумал мужчина?

Рашид оттеснил ее и, остановившись в полуметре, навис над ней.

- А теперь скажи мне, Аля, на что ты рассчитывала, когда шла сюда? Что я стану снова спасать твою задницу? Радеть за твою глупую сестренку перед племянником? Убеждать дурня принять чужого ребенка? На что? – рявкнул злобно.

Аля от пронзившей ее боли, закрыла глаза. Если не видит его, то не так страшно.

- Нет… Я не знала. Не была уверена, что ты и дядя Сулеймана - один и тот же человек. Просто шла наобум. Пока не увидела название кафе.

- Ах ты не знала…, - сказал насмешливо и резко отпрянул от девушки.

Запыхтел. Нервно заходил из угла в угол, все больше заводясь. Ему так хотелось сделать ей больно! Мелочно отомстить за все ночи, когда он вожделел эту ксенофобную суку. А теперь она у его ног. Сама пришла. Просит за свою сестренку. Чем не месть?

- Ты такая же сволочь, как и твой племянник! На одной волне с ним! Считаешь Таю шлюхой! Конечно, только вам, мужчинам, можно спать с разными девушками. А если девушка вдруг постояла рядом с другим парнем, то всё – изменила и надо ее забить кнутом! Камнями закидать! – разошлась Алевтина, сверля гневным взглядом Рашида. – Ненавижу вас! Всех мужчин ненавижу! – не сдержав эмоций, всхлипнула и зажала рот ладонью.

Он не увидит ее слез.

Рашид обернулся и, в два шага преодолев расстояние между ними, вперил недоверчивый взгляд.

- Я – сволочь? Я что, заделал тебе ребенка и бросил? А? – в порыве гнева он впечатал ладонь в стену, над головой Али. – Отвечай!

Аля зажмурилась и съёжилась, ожидая удара. Сейчас точно ударит! Шмякнет ее головой об стенку, словно котенка! Довела! Но мужчина лишь шумно дышал в лицо, с трудом сдерживая гнев. А она боялась открыть глаза и встретиться с бурей в его взгляде.

- Ты зачем пришла ко мне? – прошептал зловеще. – Я же сказал, чтобы не попадалась мне на глаза. И тебе это целый год удавалось. Почему сестру не прислала, раз ей нужна помощь, а? Молчишь, сучка.

Рашид ударил ладонью снова. И еще раз. Вымещая злость на бетонной стене. Затирая свою душевную боль физической.

Аля, не сдержавшись, всхлипнула. Замерла, будто летучая мышка, в надежде, что охотник не заметит ее. Страх быть ударенной им молнией прошил нутро. Парализовал. Дура! Смелая и отчаянная, на что она надеялась, переступая порог его кафе? Он же животное. Непрошибаемый танк.

- Чёрт! Да не трясись ты так, не убью я тебя! – рыкнул Рашид и, сграбастав девушку, понес на диван, бросил, не щадя её. – Ну всё, довела ты меня, Ундина.

Отработанным жестом, Рашид сбросил с себя футболку, вынул из шлевок ремень, прозвенев бляшкой, расстегнул молнию и одним рывком стянул штаны вместе с трусами, оставшись голышом.

Алевтина от шока округлила глаза и не могла вымолвить ни слова протеста. Умом понимала, что мужчина решительно настроен на секс. И если она не запротестует, то он попросту возьмет ее силой. Нагло поимеет. Воспользуется ее слабостью. Податливостью. Молчаливым согласием. Но язык слипся с нёбом. Подбородок дрожал, а руки и те будто перевязали тугими канатами – трясутся и не двигаются.

- Я должен был взять тебя еще в ту ночь. Ты бы и не поняла, что сама согласилась, - Рашид наклонился к ней и, схватив за подол цветастого платья, рывком задрал его до талии. – Может тогда бы не сходил с ума по тебе. Но я это исправлю. Трахну тебя и наконец забуду.