Строптивая любовь

- Сладкая вата – Вита, - страстным шепотом произнес в её шею Елисей, потирая спину девушки через одежду. – Хочу тебя до одури, Строптивая!

- Пусти, животное! – растопырив пальцы, уперлась ими в лицо Дамирова. – Только о сексе думаешь, плейбой!

- О сексе с тобой, Нагиева! О сексе с тобой! – ответил невнятно, лизнув раскрытую девичью ладонь.

Вита вырвалась, а Елисей уже и не держал, разжав пальцы. Оба шумно дышали, буравя взглядами. Капюшоны с головы спали, волосы всклочились от борьбы и на ветру.

- Видеть тебя не хочу больше! Ты просто самец орангутанга! – топнула ногой Вита, выбивая крошево льда из-под каблука, - и, развернувшись, припустила к подъезду.

- Придет время, и ты все равно будешь моей! Поняла? А если у тебя кто-то есть, то ему же хуже! Отобью любого, кто встанет между нами! – кричал Дамиров в спину убегающей Виталине до тех пор, пока она не скрылась за дверью.

На этот раз он всё испортил. Но сказанного не вернёшь. Елисей пообещал себе, что придет время и он реабилитируется. Главное, что он по-прежнему не безразличен ей. А её гордыню победит терпение и любовь.

Глава 7

Родители

Виталина, едва закрылась дверь в подъезд, прислонилась к ней и шумно задышала. Негодование боролось с самодовольством и Нагиева расплылась в улыбке. Она по-прежнему небезразлична Елисею! Он ее ревнует к воображаемым соперникам. И хотя Дамиров перегнул, потребовав отчет о личной жизни, поцелуй с ним был умопомрачительный. Даже лучше и слаще, чем тогда, в одиннадцатом классе.

Вита оттолкнулась от двери и пошла к лифту. Приложив пальцы к припухшим губам, смаковала ощущения, прокручивая в голове воспоминание о жарких и напористых губах Дамирова. А немного позже, забравшись в постель, вспоминала о его голосе с низким тембром, сильных руках, сжимающих ее тело, нежных пальцах, сплетающихся с ее, и томно вздыхала, беспокойно ворочаясь в постели. Аромат его туалетной воды пропитал ее волосы, став единым. Несмотря на то, что с отцом они пользовались одним брендом, от Елисея пахло иначе: юностью, энергией и… как не стыдно ей признаться: сексом. Кое-как заснув, Виталина видела сон, в котором она не убегала от Дамирова, а стремилась навстречу. Навстречу к мужчине в форме командира воздушного судна. Он сходил с трапа, такой красивый! И Вита бежала, не чувствуя под ногами земли, летела ветром, а когда приближалась, то лик рассеивался и взору представлялась пустота. Виталина проснулась в испуге, что потеряла Дамирова, и села в кровати. Каждый раз сны были разные, но финал один: они никак не могли обнять друг друга.

Ближе к обеду, Виталина зашла к отцу в кабинет и взглядом спросила: могу я поговорить? Влас кивнул и поманил дочь рукой.

- Как встретили Новый год? – пытливо всмотрелся в лицо дочери Влас.

Виталина натужно улыбнулась, не желая делиться с отцом очередным разочарованием, но все же хотелось подробнее расспросить о новом увлечении родителя. Усевшись на колено к отцу, как она часто это делала в детстве, обняла за шею и хитро посмотрев ему в глаза, начала издалека:

- Пап, тебе кое-кто передавал привет.

- Да? И кто же? – Влас в удивлении поднял брови.

- Перестань делать вид, что не догадываешься, - ответила строго и видя, что отец не поддается, выпалила: Дамиров!

- Дамиров…, Дамиров, - задумчиво пожевал губу. – Халид?

- Нет, пап, его сын Елисей! – фыркнула, недовольная, что отец посмеивается над ней. – И почему ты мне не рассказал, что взял под опеку группу ребят из спортивной школы.

Влас открыто посмотрел на дочь и спросил:

- Почему это тебя удивляет? Мне приятно быть полезным своим избирателям. Как-то раз посетив тренировку у Халида Руслановича, я пришел в восторг не только от его упорства и мастерства, но и атмосферы, что царит в зале, от бешенной энергетики детворы, - глаза Власа горели, когда он делился с дочерью впечатлениями. – Отец Елисея вносит неоценимый вклад в новое поколение страны и я не смог остаться в стороне и решил по возможности спонсировать спортивные единоборства, особенно детям из низкобюджетных семей, матерям-одиночкам.

- Совсем не удивляет, пап. Но я чувствовала себя дочерью, которой безразлично чем живут ее родители. Мне сделалось неловко от того, что я не в курсе твоего меценатства, - скуксилась Виталина.

Обхватив шею отца, с упоением слушала как он делится впечатлениями о соревнованиях, которые теперь посещает, пусть и не разделяемых мнением супруги.

Влас, очень желал иметь сына, но Алиса наотрез отказалась рожать второго ребенка. Он обозлился на жену и стал увлекаться посещением соревнований по каратэ.

- Вы помирились? – пытливо посмотрел на дочь Влас.

Вита горестно вздохнула и закатила глаза к потолку. Вновь посмотрев на отца, призналась:

- Да. Но потом снова поругались.

- Вы не можете существовать, чтобы все у вас было гладко, - усмехнулся, прикусив губу Влас Олегович. – Молодые, порывистые.

- Ты тоже против, чтобы мы были вместе? – настороженно спросила Вита.

- Совсем нет. Я лишь желаю тебе счастья, девочка моя, и приму любой твой выбор.

***

- Мам, ты не против, что к нам Демид придет? А то с дедом он уже в открытое наступление переходит. Старик доконал его лекциями о правильности жизни.

Гюнель кивнула в знак согласия, пряча улыбку и продолжила готовить рождественский ужин.

- Что выпить не даёт и укладывает в девять спать? – пошутил Халид, вызвав усмешку жены и сына. – Как вы тут без нас кстати время провели? – требовательно спросил и посмотрел в упор на сына.

Елисей в общих чертах рассказал о встречи нового года, не упомянув про Виталину. Но Халида его ответ не удовлетворил и он спросил прямо:

- С мажоркой своей еще не виделся?

Елисею не пристало врать, да и сестра наверняка сдала их встречу в кафе.

- Виделся, - пожал плечами, напуская безразличие. – Она приходила вместе с другими одноклассницами к нам.

Халид в удивлении поднял брови, ожидая подробностей. К дочери Власа он относился двояко. С одной стороны чиновник ему импонировал и совсем не по причине альтруизма, а как человек располагал, с другой он знал, что пасынок со школьной парты влюблен в его дочь, а он не хотел, чтобы парень так рано ввязался в серьезные отношения. Да и не нагулялся еще. Первая любовь недолговечна.

Дальнейший разговор прервался звонком Демида и Елисей, извинившись, отлучился.

***

Рождество в семье Дамировых отмечали так же, как и мусульманские праздники: ужином в семейном кругу, лишь исключая поход в церковь. Пшеничников, раз познакомившись с родителями Елисея, с радостью спешил к ним в гости. Рано потеряв родителей, инстинктивно тянулся к Нель и Халиду. А еще ему нравилась юная прелестница Фаиза. Порою он представлял ее повзрослевшей девушкой, и эта мысль наполняла нежностью его сердце и… сожалением, что у них разница в годах в десять лет.

Фаиза же наоборот поначалу смущалась улыбчивого и открытого парня, который всякий раз при встрече с ней говорил на равных, как со взрослой.

Когда начали пускать праздничные салюты, дети попросились на ручки к брату и Елисей, подхватил Билала первого, посадив на шею, чтобы лучше видеть праздничное шоу за окном.

Фаиза обиженно насупилась и побежала к стулу, чтобы подтащить к окну и стать выше. Демид, искренне желая помочь девчушке, перехватил ее на полпути: подхватил на руки и, сев на корточки, приказал залезть на спину.

- Смотри скорее, Фаиза! – усадил удобнее на шее, придерживая за ноги. – За голову держись, не бойся, я не уроню. К тому же теперь ты выше брата, - и, взглянув в сторону Елисея, гордо просиял.

Демид был выше Елисея на десять сантиметров.

Девочка сначала напряглась, но, почувствовав, что хватка Демида крепкая, а плечи под попой широкие и устойчивые, облегчено выдохнула и принялась смотреть фонтаны фейерверков за окном.

Елисей, задумчиво посмотрел на друга, чувствуя неловкость, его одиночество и желание стать частью большой семьи.

***

Нагиева и Дамиров после расставания в новогоднюю ночь больше не виделись. Елисей несколько раз звонил Виталине, но девушка игнорировала его звонки, будучи еще обиженной. Если Дамиров считал, что она спит с кем ей взбредет, то какого же он в целом о ней мнения? А доказывать обратное, что она по-прежнему невинна, не хотелось. Ей вообще теперь не хотелось с ним секса. Хотя поцелуй с ним и объятия впечатлили и Виталина постоянно прокручивала в памяти сладостные моменты.

Гордость не позволила Дамирову отправиться к дому Виталины и выманить девушку на улицу. Он решил, что им обоим надо остыть. Для себя же сделал вывод: его чувства никуда не ушли, а были крепко заперты на замок. Скорее даже обострились, примешивая плотское влечение, пугающей силы желание заниматься любовью с той, которую любишь, сходишь с ума.

Сразу после Рождества Елисей и Виталина разъехались по городам, чтобы продолжить обучение.

Так совпало, что пути их на краткий момент пересеклись: Влас вёз дочь в аэропорт, а Халид до границы соседней области и на переезде железнодорожных путей обе машины по судьбоносной случайности остановились перед шлагбаумом на переезде.

Елисей повернул голову вправо и наткнулся на удивленный взгляд девушки из окна рядом стоящего авто.

- Витка…

- Что ты про нее вспомнил? – толкнул его в бок Демид.

Елисей, прикинув время стоянки транспорта, действовал молниеносно: под удивленные взгляды отчима и друга, вылез из машины и подскочил к автомобилю Власа Нагиева.

Виталина заметила приближение Елисея, но не успела и рта раскрыть, как дверца отворилась и голова парня появилась в салоне. Елисей, опираясь ладонью о проём двери, быстро, но уважительно поприветствовал отца Виты и наклонился к девушке.

- Игноришь меня, вредина?! – спросил насмешливо. – Так обиделась, что разговаривать не хочешь, Вит?

- Елисей…, - захлопала глазами Виталина, глядя на него снизу вверх. - Ты совсем обнаглел? Люди вокруг! – заелозила на сидении от волнения и огляделась по сторонам.

- А что мне они, Вит? Мне главное, чтобы ты отвечала взаимностью! – добавил с жаром и в порыве желания, схватил Виталину за затылок и быстро поцеловал.

Железнодорожный состав, простучав колесами, мелькнул последними вагонами и скрылся из поля зрения, колонна машин, стоящих позади начали предупреждающе сигналить, прося поторопиться с прощанием.

- Елисей! – рявкнул Влас. – Прощайся уже!

Дамиров кивнул, нехотя отпуская Виталину из рук, не упустив возможность шепнуть в ухо:

- Я не отступлюсь, Витка! Придет время и ты станешь моей!

Вита, обескураженная его поведением, таращилась на Дамирова, не в силах произнести слова протеста.

Елисей несколько секунд постояв у авто, захлопнул дверцу и проводил взглядом отъезжающий Мерседес, профиль девушки, которую добивается уже который год.

Города снова разведут молодых на полгода…

Глава 8

Марина

- Сегодня мы рассмотрим устройство парашютной системы Д-6, - объявила преподаватель тему урока и вывела на интерактивную доску схему устройства модели парашюта.

Пшеничников склонился к Дамирову и, глядя на подиум, где с упоением делилась знаниями молодая учительница, тихо спросил:

- Так ты что с Маринкой теперь расстанешься? Или двух будешь обхаживать?

Елисей мельком взглянул на учителя спортивной дисциплины и тяжело вздохнул. Не поворачивая головы в сторону соседа, так же тихо ответил:

- Нет. Двоих не буду, - продолжая рисовать макет реактивного самолета. – Это нечестно по отношению к обеим.

- Мажорка дала шанс?

- Можно сказать и так, но мы поругались снова, - произнёс с горечью. - Но теперь я точно знаю, что как любил ее раньше, так и люблю сейчас. Хотя между нами как и раньше всё сложно.

- Вот и я думаю, что для тебя врать бабам - не вариант.

Елисей вновь взглянул с галерки вниз и встретился на миг с глазами Марины. Изобразив мимикой извинения за болтовню, сказал другу:

- Я все улажу, Дём, не переживай за мою совесть.

Урок завершился звонком и курсанты, вскочив со своих мест, быстро разбежались из аудитории. Демид тоже покинул класс, оставив Дамирова наедине с инструктором по парашютному спорту.

Елисей, нарочно тянул со сбором учебников и спустился последним. Кинув на рядом стоящую парту, рюкзак, подошел к постаменту и, облокотившись на поверхность стола, наклонился к девушке. Едва не касаясь носами, задорно произнёс:

- С Новым годом, Марин!

- И тебя, курсант Дамиров! – мило улыбнулась преподаватель. – Вижу, ты в хорошем настроении. Встреча с родными пошла тебе на пользу. Вон даже щеки появились.

- Ага! Матушка баловала разносолами, - усмехнулся в ответ.

- Понятно. А с…, - запнулась, не зная может ли произносить ее имя, но Елисей и так понял о ком подумала Марина.

- Ну, не совсем так, как бы мне хотелось, - протянул Елисей. – Но думаю, что я на верном пути, - потом став серьезным, открыто посмотрев в глаза учительницы, тихо спросил: - Увидимся сегодня? Нам надо поговорить.

Марина, повертев шариковой ручкой, согласно кивнула, сообщив, что напишет ему, когда освободится.

***

Марина Юрьевна была старше Елисея на 6 лет. Имея за плечами многолетний опыт и звание мастера спорта по прыжкам, диплом педагогического университета, второй год вела спортивную дисциплину в летном училище. Вместо карьерного роста, она сбежала из большого города и спряталась в неприметном поселке на карте – Красный Кут. Влюбившись в своего тренера, а позже столкнувшись с непониманием с его стороны, уехала от мужчины, затерявшись среди лётчиков-курсантов. Но не затем, чтобы искать другую любовь, а чтобы решить для себя, что важнее: карьера или семья.

Большинство студентов-парней, особенно новички, скептически относились к девушкам-сокурсницам и преподавателям женского пола, не веря, что слабая женщина может их чему-то обучить в сугубо мужской профессии. Марина привыкла к пошлостям, остротам и ловко отбривала наглецов, желающих облапить при возможности инструктора или пригласить на свидание. Дамиров же выбивался из студенческой толпы: отличался уважительностью, благородством и желанием прийти на помощь, при этом не унижая чьих-то достоинств. Этим и подкупил Марину. Нет, она не влюбилась в юного курсанта, но все равно вышло так, что однажды они оказались в одной постели.

В тот осенний день, совершив на поле показательный прыжок, Марина неудачно приземлилась, растянув лодыжку. Поначалу она мастерски держалась, украдкой приняв обезболивающее и продолжая рассказывать, как собирать парашют, что делать в случае обрыва или спутывания строп, если занесло на высоковольтные провода и за пределы зоны десантирования. Но по окончанию урока, когда они стали уходить с летного поля, поврежденная нога выдала себя хромотой. Дамиров, сгрузив свое снаряжение Демиду, подхватил инструктора и закинул на спину. Марина возмущалась, приказывала отпустить, угрожала наказанием за непослушание старшего по званию, но Дамиров проигнорировав ее угрозы, донес учительницу до медпункта. А позже проводил до квартиры в городке. Марина уже и не помнила, кто произнес заветное слово: останься. Или: я могу остаться?

И он, и она страдали от неудачной любви, нуждались в поддержке, дружбе. Елисей по-настоящему стал мужчиной и был благодарен Марине за преподанный ему сексуальный опыт. Виталина осталась в день выпускного бала в отеле, в мире бесшабашной юности, перечеркнув их будущее одной фразой. Он не переставал ее любить. И одновременно ненавидел в минуты одиночества. И забывался на время в объятиях другой, такой же, как и он, одинокой души. Они не сыпали страстными признаниями, не обещали любви, не планировали будущее. Они дрейфовали в рутине из бытовых забот, урывая маленький кусочек счастья.

***

- Проходи, - широко раскрыла дверь Марина, впуская вечернего гостя.

- Я ненадолго. До отбоя хочу вернуться, - посмотрел в глаза девушке, с порога, давая понять, что пришёл исключительно для разговора.

Марина еще в аудитории, едва встретившись взглядам с курсантом, почувствовала перемены в своём друге-любовнике и готова была к этому разговору.

Девушка пригласила его на кухню, предложила чай, кофе, но Елисей отказался, не желая выглядеть полным наглецом.

- Нравишься ты мне, Марин, и как женщина, и как человек хорошая, - начал Елисей. - И если бы не любил другую…

- Прекрати, Елисей, - оборвала Марина поток его признаний. – Мы с самого начала договорились, что наша связь временная. Мы просто нуждались в поддержке. Моё сердце ведь тоже не остыло к Георгию, - стыдливо отвела взгляд, обхватив себя руками.

Дамиров устало вздохнул и заправил руки в карманы брюк. Желание утешить молодую женщину рвалось из его благородной души, но он решил, что лучше обрубить отношения одним махом, а не растягивать на время, мучая друг друга и свою совесть.

- Я очень тебе благодарен за то, чему ты меня научила. И не только в постели. Ты научила ждать и слушать сердце.

- Будешь добиваться свою Строптивую? – искренняя улыбка скользнула по ее губам.

- У Виталины нет выбора! – подмигнул в ответ.

- Я рада, что встретила тебя, Дам, и надеюсь, ты навсегда останешься таким благородным мужчиной, любящим одну единственную. Твоей мажорке повезло.

Марина подошла к Елисею и дружески обняла. Елисей на миг крепко сжал ее в ответ. Похлопав по спине парня, она отстранилась и, развернув его за плечи, подтолкнула к выходу. А когда Дамиров вышел за порог, назидательно произнесла:

- Смотри, Дам, не оплошай! А то я буду чувствовать, что мои уроки прошли впустую.

Елисей смущенно хмыкнул и ответил:

- Обещаю четко следовать инструкции, товарищ секс-лёт-инструктор! – шутливо отдал честь и исчез в пустом коридоре.

Елисей ушел от Марины навсегда, чтобы начать с начала с той, которую любил по-настоящему.

Глава 9

Ночной клуб

В тот день, когда Виталина закрыла зимнюю сессию и с однокурсницами собралась в ночной клуб, она впервые получила сообщение от Дамирова на телефон. Сначала не поверила зрению. Ведь прошло больше двух недель, когда в последний раз они виделись и Виталине казалось, что их встреча была сном, ее разыгравшимся воображением, потаенным желанием. Судя по стилю сообщения - Елисей заигрывал и это было непривычно, учитывая, как он напирал на нее на Новом году, заявляя права на ее личное пространство, не скрывая ревности.

Вита перечитала смс.

"Привет моя строптивая девочка! Как твои дела? Сессию не завалила? Халид на днях разговаривал с твоим батей и тот сообщил, что они ждут тебя на зимние каникулы. Жаль, что я не смогу быть дома и не увижу тебя… У меня все норм. Крыльями машу активно, но пока не взлетаю. Шучу. Не готов еще к полету, как говорит наш препод. Но часы на тренажере наращиваю. В апреле готовимся к полету на настоящем самолете. Будешь переживать за меня?

Вит…, очень хочу увидеть тебя.

Люблю тебя.

Если злишься – пошли меня – будешь права. Но я надеюсь, что любишь больше".

В конце маячил смайлик из двух сердец.

Виталина перечитала несколько раз и отложила гаджет, не веря в написанное. Сердечко все еще частило от волнения, ладошки вспотели, и она потерла ими о ткань трико, ругая себя за реакцию на Елисея. Почему, когда она решила, что сможет забыться в компании ровесников и оторваться по полной, Дамиров напомнил ей о себе, о ее совести, введя в раздрай. “Моя строптивая девочка”, “люблю тебя” – переливом звучали его слова в голове, не позволяя вычеркнуть парня из жизни. И эта его фраза, что она будет его при любом раскладе, вызывали спорные чувства: смесь тщеславия и раздражения.

- Ты чего сидишь, не собрана?! – ворвалась в спальню Люба. – Заболела? – испуганно приложила ко лбу Виталины ладонь, проверяя температуру.

- Да перестань охать, Любашка, я здорова! – увернулась от заботливых ладоней подруги. – Просто немного растеряна, - и Вита показала ей сообщение от Дамирова.

Люба прочитав его, хитро улыбнулась.

- Что?

- Поиграем на ревности горца? – подмигнула подруга. – Я сегодня сделаю много компрометирующих тебя фото, с максимально выгодного ракурса и выложим их на страничку в ВК. Пусть слюни пускает на экран, как бульдожка! – загорелись глаза Любы.

- Хочешь, чтобы он разъярился? И снова высказал мне, что я продаю тут себя? – нахмурила брови Вита. – Не думаю, что хорошая идея. Блин, надо что-то ему ответить…, - задумалась Виталина, потирая подбородок пальцами.

- Ответишь, что у тебя все в полном комплекте: сессию закрыла и идешь в клуб отмечать окончание семестра. Я очень хочу посмотреть на реакцию горца.

- Да какой он горец!? Наполовину только! – фыркнула Вита.

- Ага, но тиран и собственник на все сто! А может наоборот: сессию не сдала, меня исключают, но я встретила крутого парня-богача и выхожу замуж! – расхохоталась подруга.

- Ты обалдела, так шутить!? Да он тогда на всю жизнь мне приклеит статус меркантильной суки! – всплеснула руками Вита. – Не, такие шутки с этим товарищем не прокатят. Но я постараюсь о нем не думать сегодня в клубе, - блеснули глазки Нагиевой от предвкушения вечера.

Сообщение от Елисея подняло градус настроения. Ответила ему, что сдала сессию и с подругами идут отмечать событие в ресторан. Ответ Дамирова или удовлетворил, или он не успел прочитать, оставив без ответа.

Но Виталина не думать о Дамирове не могла – она слишком долго с ним дышала одним воздухом, чувствовала его всеми органами и желала не меньше, чем открыто заявлял Елисей, но вида не подавала.

***

Новомодный клуб-бар “Golden boy” и в обычные дни собирал многочисленную толпу студентов, а уж в дни окончания сессий там не было места, где разместиться. Виталина и Люба вместе с группой однокурсников прибыли на машине одного из парней и, заранее забронировав кабинку, разместились на втором этаже. Несколько залов с разным направлением от интеллектуальных игр и мастер-классов до ночных вечеринок и приват-танцев.

- Девушки, я заказал вам коктейли-зодиаки, - произнес один из парней, брат однокурсницы – Артём.

- Мне только слабенький, я пью совсем немного, - опасливо покосилась на парня Нагиева.

- Да чего ты боишься, они же как лимонад, - плюхнулся на диванчик рядом с Витой старшекурсник и положил руку позади нее. Поиграв локоном, выбившимся из прически, продолжил: - Сессия закрыта, можно хоть до утра тусить, первота!

Виталина повела плечом, незаметно вытягивая прядь волос из хватких пальцев парня. В последнее время он терся рядом, изображая, что пришел навестить сестру, но Виталина уже знала этот неприкрытый приличием похотливый взгляд, невольно проводя параллель между Игнатом Губаревым и Артемом.

Тем временем кабинка заполнилась другими ребятами и, официант закатил столик, уставленный их заказом.

- Витка, я сегодня напьюсь! – загорелись глаза провинциалки Любы. – Надо хоть раз в полгода потерять разум.

- А не боишься лишиться за так самого ценного? – придирчиво посмотрела Вита на соседку по комнате. – Того, что на аукционе продать собралась?

- Так, смотря с кем проснусь, - игриво ответила девушка. – А там можно и компенсацию затребовать или заявление в полицию. Пусть выбирает.

- А ты не так проста, как заявляла, провинциалка, - поцокала Нагиева, принимая из рук парня пузатый бокал с напитком.

- Ш-ш…, - приложила палец к своим губам Люба. – Для всех я прежняя деревенщина, наивная и доверчивая Любаня. Но жизнь в обществе золотых карет и принцесс научила меня быть хитрее.

Немного спустя, когда градус в крови повысился, а однокурсницы стали обжиматься и целоваться со своими парнями, Виталина почувствовала себя неуютно. Артем терся бедром при любой возможности, нечаянно клал ладонь на колено и Виталина поняла, что парень намерен продолжить вечер приватно. Общение с Дамировым, хоть и не дало сексуального опыта, но открыло понимание, что все парни одинаковы: они примитивно хотят спариться. А те, кто изображает равнодушие к женскому полу, либо тщательно скрывают либидо, либо геи. Других вариантов нет.

- Люб, пошли потанцуем? – шепнула на ухо подруге и потянула за рукав.

- Девчонки, вы что, нас бросаете? – вскинул голову и выкрикнул Артем.

Сокурсник Иван растерянно застыл с кружкой пива.

- Проверим температуру на танцплощадке! – махнула рукой Виталина, выбравшись из-за стола с другого края.

- Присоединяйтесь, мальчики! – Люба кокетливо вильнула бёдрам и вышла следом за Виталиной, оставляя парней среди целующихся парочек.

Танцевальная зона заполнилась желающими потрясти телами, разогнать алкоголь по крови и пообжиматься в парном танце. На сцене выступала хорошо известная в молодёжных кругах московская рок-группа и разгорячённая толпа, заведенная музыкой, подбадривала её исполнителей возгласами и хлопаньем в ладоши.