У беды глаза зелёные. Том 2

Колин, после молчаливого приказа императрицы покинуть комнату, так никуда и не ушёл, стоя под дверью своей дари. Его сердце сжималось в плохом предчувствии, но он старательно гнал от себя тревожные мысли. Здесь его и нашёл посыльный с письмом от отца. Привалившись плечом к стене, Колин с замирающим сердцем подрагивающими пальцами сломал печать рода и развернул послание.

“Здравствуй, сын. Да, именно Сын. Я горжусь тобой, мой мальчик. Вернее, тобой гордится вся наша семья. Мы очень хотим тебя увидеть, но ты понимаешь сам, что наши земли слишком далеки от столицы. Если будет возможность, приезжай, мы будем рады увидеть тебя. Мать и брат передают тебе свою горячую любовь.

Твой отец, Скидан Эрэссэа.

PS почтим за честь, если ты продолжишь называть себя именем рода.”

У Колина увлажнились глаза: он даже не надеялся на меньшее, а получил подарок судьбы. Его губ коснулась слабая улыбка: отец, как всегда, немногословен, если не сказать больше.

Хлопнула дверь, и Колин поднял глаза. Императрица, словно какая-то растерянная, выходила от Виры. Проводив её задумчивым взглядом, Колин вошёл в апартаменты. Девушка с закрытыми глазами и с совершенно белым лицом лежала в кровати. Услышав шаги, она открыла почти чёрные, чужие глаза. Сердце парня провалилось куда-то в район желудка и пришло понимание: уже ничего не будет по-прежнему.

– Уходи. Я не желаю тебя видеть, – приоткрылись побледневшие губы.

Это был прямой приказ, которому магия крови не позволяла сопротивляться. Тело, словно марионетка, дёрнулось и деревянно шагая, вышло из комнаты, унося Колина всё дальше и дальше от его любви и надежд.

В коридоре Колин столкнулся с Аркано, выходящим из кабинета императора. Парень был задумчив и не сразу заметил Эрэссэа, который безрезультатно пытался взять под контроль своё тело, но пока ему это не удавалось. Заметив знакомого, принц обрадовался такой удаче и поспешил ему навстречу, он сам собирался встретиться с Колином, но тут, вот он, его и искать не надо.

– Эрэссэа, рад тебя видеть! – принц широко улыбнулся парню.

Но Колин, зыркнув на него, молча продолжал идти неестественной для бывалого воина деревянной походкой. Оторопевший Аркано собирался уже резко высказаться о задравшем нос зазнайке, но прикусил язык, таким он Колина никогда не видел. Поведение парня резко отличалось от всего, что знал о нём принц. Сопоставив вид дайона и направление откуда тот идёт, схватил Колина за руку, резко дёргая на себя и посылая несильный импульс силы.

Парня тряхнуло так, что его зубы клацнули и он прикусил язык, а из уголка губ показалась тонкая струйка крови. Быстро достав платок, Аркано поднёс его к губам Колина, промокая кровь. Принц внимательно следил за переменами в состоянии парня: напряженная мускулатура опала, взгляд стал живым, но тоскливым, да и сам он остановился, перестав бесцельно идти.

– Ты как? – Аркано с тревогой заглянул в глаза дайона.

– Спасибо, – принимая платок чуть подрагивающей рукой, поблагодарил Эрэссэа, – бывало и лучше.

– Пойдём ко мне, там и поговорим, – почти приказал принц, направляясь по коридору в ту сторону, куда двигался Колин.

– Ты думаешь стоит? – проворчал тот в ответ, впрочем, не ожидая ответа от сына императора, но всё же направляясь вслед за ним.

Зайдя в свои апартаменты, принц кивнул на кресло, показывая дайону, куда тот может присесть, а сам отошёл к бару. Открыв шкафчик, выбрал бутылку и плеснул в бокалы по капле крепкого алкоголя. Колину требовалось выпить, чтобы прийти в себя. Да и по этикету полагалось наливать бокал гостю и себе, как хозяину, даже если ты сам не собираешься пить. Протянув один фужер дайону, посоветовал:

– Выпей, тебе станет полегче, – свой же бокал Аркано отставил в сторону.

Колин, задумчиво качнув жидкость в стакане, опрокинул её в себя и зашипел от боли, алкоголь попал на рану, дезинфицируя её, но вызывая неприятные ощущения. Ему, и правда, стало немного легче: телесная боль немного перебила душевную.

– Что у вас произошло? – уверенный в своей правоте поинтересовался Аркано, усаживаясь напротив дайона.

Колин молчал, опустив голову. Ну что он мог сказать, что дари прогнала его, не желая видеть и отказываясь выслушать? Принц правильно понял молчание парня. Они никогда не были близки, и сейчас Аркано жалел, что не сблизился с парнем раньше. Вздохнув, он попытался зайти с другой стороны.

– Это то, о чём я думаю? Когда дари отдаёт прямой приказ, дайон не может противиться ему?

Заметив лёгкий кивок и ещё сильнее опущенную голову Колина, продолжил расспрос.

– Я так понимаю, она велела тебе уйти? Всё-таки, может быть, расскажешь, как это случилось? Ну же, давай, не молчи, может быть, я смогу чем помочь, – он дотронулся до вновь затвердевших мышц парня, заставляя их расслабиться.

В голове Эрэссэа метались мысли от неконтролируемой паники, до исступлённой надежды: а вдруг она передумает и позовёт? Всё-таки помощь ему была нужна, пересилив себя, он заговорил. Рассказ не занял много времени. Да и что мог сказать Колин, что до прихода императрицы всё было хорошо, а потом – в одно мгновение вся его жизнь рухнула?

Аркано, выслушав его, встал с кресла. Задумавшись, он прохаживался по комнате, вспоминая всё что когда-то читал и знал о кровной связи, сопоставляя эти знания с произошедшим. Получался неприятный вывод. Выходило, что императрица какими-то своими словами или поступками спровоцировала нежелание Хранительницы видеть своего кровника.

Он много лет знал эту добрую, душевную женщину, ставшую ему второй матерью. И мог с полной ответственностью сказать, что специально она не могла так поступить, не могла намеренно навредить дочери. Но вот за столько лет правления страной, она так и не смогла научиться сперва думать о последствиях своих слов, а потом говорить. Случались в её жизни импульсивные моменты, о которых женщина и сама потом жалела.

Это были крамольные мысли, которые Аркано никогда и никому не раскроет, но перед собой он должен оставаться честным. Получалось, что мать что-то сказала такое, отчего Хранительница восприняла действия своего дайона, как предательство и прогнала его. Обдумав эту мысль и рассмотрев её со всех сторон, решил, что она верна. Другие варианты просто не подходили под такие резкие перемены.

– Да, пока не выясним по какой причине она прогнала тебя, ты не сможешь показаться ей на глаза. Да и потом я не могу сказать с уверенностью сколько может пройти времени, пока твоя дари передумает. Тебе сейчас стоит покинуть дворец. У тебя есть место, где можно переждать? Если хочешь, я дам тебе ключи от дома в городе.

– Нет, спасибо, – качнул головой Колин, – я вернусь к родителям. Отец написал письмо, они ждут меня.

– Это же очень хорошо! – просиял принц. – Значит тогда поступим так: сейчас выходим в город и идём до стационарного портала. Перемещаемся к тебе. Там я отдаю дань уважения твоему семейству. Но, извини, не больше двух часов, и потом возвращаюсь назад, оставляя тебя там.

Колин непонимающе поднял глаза на улыбающегося принца. Он не ожидал такой помощи от него.

– Зачем это тебе? – невольно вырвалось у парня.

На лице Аркано появилась широкая улыбка.

– Это надо тебе. Я считаю, что давно пора поменять отношения к дайонам и сделать их такими же, какими они были тысячелетия назад. Поэтому постарайся спрятать свой похоронный вид за улыбкой. Пусть все встречные видят двух друзей, прогуливающихся по городу, – и тревожно глянув на Колина, немного засомневался, протягивая ладонь для пожатия. – Ты же мне друг?

– Друг, – открыто улыбнулся Колин, пожимая руку принцу, с его плеч словно свалилась гора.

***

В спальне императорской четы царил мягкий полумрак. В неверном свете подрагивающего пламени свечей женщина, расчёсывающая волосы перед зеркалом, выглядела молоденькой девчонкой. Аратон Эрниль, сидя в кресле, любовался своей женой, вспоминая, как впервые увидел её.

Тогда он пришёл на аудиенцию с одной единственной просьбой, чтобы она обратила внимание на другого претендента на роль императора. Боль от смерти его первой жены была ещё слишком сильна, да и он не хотел идти на поводу древних родов, предавая её память, создавая новую семью. Но разговор с императрицей как-то сам собой пошёл не по плану, и он так и не озвучил тех слов, какие хотел сказать.

Аратон давно уже благодарил Мироздание за то, что промолчал тогда. Он нашёл в этой женщине своё счастье, на которое когда-то даже не рассчитывал, “похоронив” себя в родовом поместье на окраине империи.

– Я не знаю, что делать с Виорелой, – вздохнув, Сильвея отложила расчёску, поворачиваясь к мужу, – чтобы я не предпринимала, ничего не помогает. Она замкнулась в себе. Я уже не знаю, чем её можно встряхнуть. У меня была надежда, что сегодняшнее её представление народу, как Хранительницы Мира, разбудит девочку. Но мои ожидания провалились. Она совсем не чувствует мир, и люди это поняли. Боюсь, пойдут разговоры, что Вира подложный Хранитель, могут начаться волнения.

Да, император тоже не думал, что всё пройдёт настолько плохо. Девочка вернулась в свой Мир, но так и не приняла его. Мужчина весь день думал о произошедшем, но решение пришло в голову только сейчас после слов жены, словно она дала подсказку.

– Дорогая, всё дело в том, что этот мир, по сути, для неё чужой. Она не знает и не любит его, именно отсюда все проблемы. С контролем силы у неё тоже затруднения после разрыва с истинным и с дайоном. Как бы мы этого ни хотели, но принц Айканар не может один совладать с потоком такой мощи. Да и, как оказалось, он не якорь Хранителя.

– Да, он хороший мальчик, – кивнула женщина, вновь берясь за расчёску. – Я рада, что он нравится Ольме. Но нам-то что делать? Ну не увеселительные же балы устраивать? Тем более, что Вира уже несколько раз отказывалась…

– А ты предлагала? – живо отреагировал мужчина, смотря, как смущается его жена.

– Да, думала, может, хотя бы это её растормошит, – повинилась Сильвея. – Но она наотрез отказалась принимать в них участие. Тогда я отказалась от этой идеи.

– И правильно сделала, – кивнул император. – Не с этого надо начинать. Поступим так: осенью, когда начнётся обучение, Виорела, Ольма и Айканар пойдут учиться в Межрасовую академию Хранителя. Это самое престижное заведение, да и находится оно довольно близко от столицы. Дети приглядят за Виорелой, она будет там не одна. Девочке пора разобраться со своими силами, раз на Рукруане это не получилось. А до поступления… – мужчина замолчал, загадочно улыбаясь и интригуя жену, которая замерла, не завершив движения расчёской по волосам и с любопытством глядя на него. – Мы отправим её в поездку по империи. Надо познакомить Виорелу с Миром. Она не может быть в стороне от бед народа и проблем Мира, ей придётся впустить их в своё сердце, это её Суть.

– Ты уверен, что это сработает? – женщина прикусила нижнюю губу, уже мысленно собирая гардероб в поездку.

– Да, полностью, – легко улыбнулся Аратон.

– Тогда надо организовать всё, – всполошилась Сильвея, роняя расчёску и вскакивая с пуфика, – маршрут, разослать письма в родовитые семьи, чтобы встретили девочку. Да в конце концов собрать гардероб, слуг, охрану…

– Ничего не нужно! – отрубил император.

– К-как?.. – непонимающе хлопая глазами, женщина потеряла дар речь, опускаясь на пуфик. – Но ведь…

– Ничего не нужно, – более мягко повторил мужчина. – В этом вся задумка, надо чтобы Виорела познакомилась с миром не из окна кареты, а изнутри. И дворцовая одежда ей не понадобится. Достаточно будет дорожного мужского костюма. Тем более, что он ей привычнее всех тех нарядов, какие ты пошила для дочери.

– Но хотя бы охрану, – Сильвея с мольбой смотрела на мужа, и он не смог отказать.

– Хорошо, кроме Аркано я приставлю к ней ещё одного охранника.

***

Приказ императора не подлежал обжалованию, потому Аркано, немного удивлённый скоропалительным решением отца, получив строгие указания, вёл Виру за территорию дворца. Отец запретил брать ездовых животных, этот пункт изрядно удивил принца. Он не понимал в чём прелесть путешествия по империи пешком и налегке. Радовало хотя бы уже то, что их не ограничили в золотых монетах.

До сегодняшнего дня новоявленная сестра практически не выходила из своих апартаментов во дворце, общаясь с минимумом людей. Поэтому Аркано предположил, что именно это послужило требованием к пешим прогулкам, так Хранительница сможет увидеть больше жителей империи и вникнуть в их проблемы. Отец не ограничивал принца в выборе направления. Поэтому немного подумав, Аркано решил отправиться на море.

На посту охраны дворца их поджидал телохранитель, который должен был сопровождать их в путешествии. Это тоже казалось странным: путешествовать почти без охраны с Надеждой Мира абсурд. Но отец настаивал, требуя сохранять инкогнито. Принц с сомнением смотрел на молодого черноволосого парня с ярко-синими наглыми и ехидными глазами. Он видел его впервые. Мысленно перебрав всю охрану дворца, решил, что им подсунули новенького. Сомневаясь в назначении, потребовал вызвать на пост начальника охраны. Разбираясь с подчинёнными, принц совершенно не обращал внимания на происходящее вокруг.

Самого телохранителя, казалось, не интересовало пойдёт ли он с принцем и девушкой или останется во дворце. А подопечная Аркано во все глаза смотрела на подозрительного парня.

Наконец, принц получил положительный ответ и, ожидая, когда подойдёт начальник охраны дворца, обратил внимание на Виорелу. Её интерес к странному субъекту заставил его ещё больше засомневаться в человеке, которому ему придётся доверить свою спину и жизнь Хранительницы. Удивительно, но этот незнакомый воин с самой первой минуты не нравился Аркано. Ему хотелось оградить от него Хранительницу, держа наглеца как можно дальше от неё.

– Тебе не нравится этот сопровождающий? Может, возьмём другого? – тревожно смотря в глаза Вире забеспокоился принц.

– Нет, зачем? Просто он напомнил мне котёнка и ещё одного зверя… – задумчиво наклонив голову набок, девушка продолжала внимательно разглядывать ухмыляющегося телохранителя.

– Как тебя зовут? – обратилась она к парню.

– А ты догадайся, – наглая широкая улыбка, которую Аркано так хотелось стереть кулаком, расцвела на лице наглеца, и Виорела кивнула соглашаясь.

– Я буду звать тебя Сэнди.

Улыбка мгновенно пропала с лица нахала, словно её и не было, а острый, как бритва, взгляд ожёг девушку.

Аркано совсем не понравилась перемена поведения в странном охраннике и слова Виорелы.

– Вы знакомы? – вырвалось неожиданно для него самого.

– Нет, – очень быстрый ответ охранника.

– Нет, – с небольшой заминкой, словно девушка сомневалась в своих словах.

Это “нет” подняло градус недоверия к парню на новую ступень. Они явно что-то скрывали. На Вирее Хранительница не могла познакомиться с воином, практически не контактируя ни с кем. Значит, это произошло в Рукруане. Пройдя по логической цепочке, принц пришёл к выводу, что стоящий напротив Виорелы парень не тот, за кого себя выдаёт. Аркано повернулся к находящимся на посту охранникам, собираясь отдать приказ арестовать подозрительного типа, когда в дверь вошёл начальник охраны дворца.

– Ваше Высочество, вы хотели меня видеть?

– Да, Ледиен. Скажи, кто это? – палец обвинительно уткнулся в незнакомого охранника, продолжающего всё также спокойно стоять на месте, чем немного обескуражил принца.

Начальник охраны дворца удивлённо моргнул, такого вопроса он не ожидал.

– Это Костас. Я распорядился, чтобы он шёл вместе с вами, потому что он лучший в своём деле. Вы против его кандидатуры?

– Почему я никогда не видел его во дворце? – не мог успокоиться Аркано.

– Потому что он выполнял особые поручения и не светился в обществе. Его мало кто знает. Костас лучший кандидат для вашей миссии, я ручаюсь за него.

Слова начальника охраны успокоили принца, но неприятный осадок остался. Аркано доверял выбору проверенного временем подчинённого, поэтому, превозмогая своё отношение к воину, он нехотя согласился.

– Хорошо. Раз вы говорите, что он лучший…

Резко развернувшись, и не глядя следуют ли за ним девушка и телохранитель, принц вышел с поста охраны, мысленно чертыхаясь. Можно было взять кого-то другого. Но если уж Ледиен поручился, то этому парню можно было доверять. Но он всё равно настораживал Аркано. Причём, что именно так напрягало его, парень не смог бы объяснить и себе.

Обходя территорию дворца по периметру, принц вывел своих спутников к столичному парку, плавно переходящему в рощу туёвников, уходящую за черту города. В это раннее утро ещё никого не было на тропинках, и троица путников никем не замеченная легко выбралась из города.

Вира, не желающая никого видеть, честно говоря, засиделась в четырёх стенах. Её угнетал сам дворец и все, кто пытался её развлекать. Суета вокруг раздражала, и девушка боялась, что рано или поздно она сорвётся. Чем это всё закончится, не могла сказать даже она сама. Только знала, что точно ничем хорошим.

Это путешествие она восприняла, как долгожданную возможность сбежать от всех и просто быть собой, не оглядываясь ни на кого. Ей было проще находиться среди незнакомых людей, которые её знали и, естественно, не ждали от девушки какого-то чуда. Да, Вира понимала, что ей придётся стерпеться с присутствием на прогулке принца, но это было меньшим из зол.

А когда девушка увидела приставленного к ней охранника, поняла, что в этой прогулке ей ничего не будет угрожать. Глядя на этого самоуверенного парня, ей вспомнились глаза Сэнди, а потом всплыло и другое воспоминание: клешня, вместо мягкой лапки котика, что срезает цепочку. Ещё в академии Рукруана после того происшествия девушка, готовясь к занятиям в библиотеке, интересовалась существами и расами мира. Но не встретила упоминаний о таких возможностях.

Тогда-то в её памяти и появилось странное слово “метаморф”. Вначале оно было бессмысленным, но через какое-то время так же неожиданно всплыло и понимание: метаморф – существо способное менять облик и перевоплощаться во что-то иное. Вот тогда-то память и стала подбрасывать воспоминания: монстр в клетке, котёнок, парень в столовой, нищий ребёнок на базарной площади. Казалось бы что может быть общего между ними? Но общее было: ехидный взгляд синих глаз и ощущение знакомого, близкого существа. И если Виорела была права в своём выводе, этот индивидуум не причинит ей вреда.

Сейчас идя по дорожке парка, вернее уже рощи со странными деревьями похожими на берёзы своей белой корой и мягкими иголками вместо листьев, Вира была рада, что с ней есть кто-то, кому она могла доверять. Это существо не говорило правды, но и никогда не обманывало. У него было много возможностей убить её, но оно не воспользовалось ни одной из них, наоборот, даже спасло её ценой раскрытия тайны о себе. А то, что это точно Сэнди, Вира была уверена, чувствуя в нём маленькую искорку своей силы. Удивительно, но она и сама не смогла бы сказать как это у неё получалось чувствовать нечто подобное.

Задумавшись, девушка не заметила, как они вышли на огромное поле. Захлебнувшись от восторга, Вира споткнулась, не замечая ничего вокруг, кроме… Аэропорта? Аэродрома? Или какого …дрома?