У беды глаза зелёные. Том 1
- -
- 100%
- +
Черноволосая запрыгнула на лошадь впереди, за ней сидел парень, и на круп, как смогла, взгромоздилась Вира. Бестла понукала коня, желая как можно быстрее отъехать от злополучной деревни. Стараясь, не только сама не упасть, но и придержать Колина, Вира показывала чудеса эквилибристики, сползая то на одну сторону несчастного животного, то на другую, чудом удерживаясь и не падая.
Виорелу безжалостно трясло на этом средстве передвижения. Сцепив зубы, она терпела все неудобства. Уже наступил полдень, когда её ноги в очередной раз свело судорогой, и она не выдержала.
– Можно остановиться? – прошипела сквозь зубы.
Черноволосая спасительница, через плечо глянув на неё, осмотрелась по сторонам и направила лошадь в прибрежную рощу. Только отъехав подальше, чтобы за зеленью их не было видно с дороги, она натянула поводья, останавливая коня.
Вира со стоном сползла со спины этого ужасного транспортного средства. Разминая ноги, девушка мысленно вспоминала красочные и ёмкие обороты, слышанные ею от Колина. Как только она смогла твёрдо стоять на ногах, поспешила помочь спуститься парню.
Колин был в сознании, но от сильной слабости еле держался в седле. И если в дороге его поддерживала Вира, то сейчас он, сам того не желая, опёрся на впереди сидящую Бестлу. Приняв помощь Виорелы, он очень неуклюже сполз на землю, радуясь спокойному нраву коня. Хотел отойти в сторону, но покачнулся и навалился всем весом на девушку.
Ойкнув, Вира, еле переставляя ноги, потащила парня к ближайшему дереву, где более-менее удобно устроила его. Бледный почти до синевы, парень прикрыл глаза. Стоящая рядом Вира не знала, чем ему помочь. От душевных терзаний её отвлекла подошедшая деревенская девушка. Достав из заплечного мешка пирожки, поделилась ими с Вирой, мило улыбаясь.
– Ему, – она кивнула на Колина, передавая флягу с водой, – можно только воду. Яд ещё не весь выведен из организма. Ничего страшного с ним не произойдёт, если поголодает.
Словно ожидая именно этих слов, Виорела поднесла флягу к губам друга, и он с жадностью припал к ней. Напившись, парень откинулся на ствол дерева и прикрыл глаза, наблюдая за незнакомкой. Произошедшее в деревне стало для него неожиданностью. Он никак не думал, что его попытаются отравить, да и яда в питье не почувствовал. Его, как будущего главу рода с детства приучали к ядам, тем самым вырабатывая иммунитет к ним. Но это к ядовитым зельям своего мира, а здесь он оказался уязвим перед ними.
– Скажи, что произошло в деревне и почему ты помогаешь нам? – спросила Вира у девушки, отвлекая Колина от мыслей и заставляя прислушиваться к разговору.
Тем более, что этот вопрос очень интересовал и его. Сидя совершенно расслабленно, он рассматривал незнакомку из-под прикрытых глаз и длинных ресниц. Не знающие его решили бы, что он спит. Но его острый взгляд скользил как по Бестле, так и по окружающему пространству.
– Меня зовут Бестла Скерн. Я сирота, в деревне жила, как приживалка в услужении. Магия проснулась у меня год назад. Я давно хотела пойти учиться в академию, да всё не случалось такой возможности. А тут – вы, – она подарила очаровательную улыбку Вире, а у Колина дрогнули ресницы.
– Дело в том, – начала рассказ Скерн, – что в деревне правило: если девица на выданье не нашла себе пару среди местных, ищет среди тех, кто останавливается в трактире. Того, кто понравится – опаивают приворотным зельем, а потом тащат на сеновал.
Виорела поперхнулась пирогом. Колин сверкнул на неё насмешливым взглядом, а в мыслях промелькнуло: “Моя чистая, наивная девочка”. Он не помнил произошедшего с ним на сеновале, иначе не был бы таким самодовольным. А Бестла уже нежно постукивала по спине Вира и продолжала рассказ:
– Утром приходят мужики, находят бедолагу с расхристанной девицей и под угрозой расправы заставляют его жениться на ней. Опоенный мужчина, обычно, ничего не помнит и не понимает, соглашаясь с требованием деревенских. Тем более, что он находится под действием зелья и думает, что влюблён в девицу. После этого проводят какой-то обряд…
На вопросительный взгляд Виры, она быстро добавила, оправдываясь:
– Я никогда не бывала на нем, меня не допускали. Но новоявленный муж после него сразу терял интерес к бывшим родственникам и прошлой жизни, становясь послушным воле своей жены и оставаясь в деревне навсегда. При мне было два скандала, когда родные такого мужчины приезжали за ним. Но ничего доказать не смогли и уехали ни с чем. После того обряда исчезали следы воздействия, и всё выглядело, словно произошедшее по собственной воле. На твоего друга, – кивнула на парня Бестла, – претендовали три девицы, и каждая из них поднесла приворотное зелье, поэтому ему так плохо.
Виорела испуганно взглянула на Колина, ища в нём помутнение рассудка. Вдруг он прямо сейчас вскочит и побежит назад в деревню к своей “любви всей жизни”? Парень, услыхав такие откровения, тоже прислушался к себе. Но, нет, его никуда не тянуло. Скерн, правильно поняв взгляд Виры, поспешила её успокоить.
– Удивительно, но он сопротивлялся до последнего. Я не встречала мужчин с такой силой выдержки, – её глаза блеснули сумасшедшим исследовательским интересом и мгновенно потухли.
Но Колин заметил этот блеск, и он ему не понравился. А деревенская сиротка продолжала:
– Я дала вам обоим противоядие. Большая часть яда вышла из него, – она кивнула на парня, – теперь надо просто дождаться, когда организм переборет зелье. Никаких последствий не будет.
Счастливая улыбка заиграла на губах Виорелы услышавшей хорошую новость. Только потом до неё дошло, что сказала девушка, и она с испугом глянула на неё.
– Ты и мне дала противоядие? – Вира прислушивалась к себе, пытаясь понять не тянет ли её назад в деревню.
– Конечно, – спокойно кивнула Бестла, – тебя же четверо опаивали.
От услышанного Колин широко распахнул глаза, а крошки пирога изо рта Виорелы полетели во все стороны. Пытаясь унять кашель из-за попавшей не в то горло частички, девушка приложилась к фляге с водой. На её глазах выступили слёзы, придавая ей милый вид. Бестла, выхватив носовой платок из кармана, помогла Вире, вернее, Виру, парню, как думала она, вытереться.
– Ты ешь, не торопись, я много прихватила, – смотрела она озабоченно. – Ну, так вот… Тебя тоже пытались опоить. Но что-то пошло не так, и ты становился только всё веселее и пел такие песни, что ноги сами шли в пляс, – белозубая улыбка сверкнула на лице девушки, – от тебя и отстали, – пожала она плечами, надкусывая пирог.
– И всё же, – из-за слабости тихо подал голос Колин, – ты так и не ответила: почему ты помогаешь нам?
– Так я же объясняю, – мило зардевшись, девушка опустила глаза, – у меня проснулась магия. Мне бы учиться, да из деревни кто бы меня отпустил? Я столько знаю про них! Они и так уже начали подозревать меня. Вот я и решила: спасу первых же, кто придёт в деревню и с ними уйду. Путешествовать девушке одной опасно, а с двумя сильными мужчинами – в самый раз! – она невинно хлопала глазами, глядя на Вира и ожидая его решения.
Вот только Виорела не знала, как поступить, считая, что сама находится на птичьих правах. Она вопросительно глянула на иронично смотрящего на неё Колина. Скерн совсем не нравилась парню, но она спасла его от незавидной участи, а благодарным он умел быть.
– Мы тоже идём поступать в академию, – решил он, – хочешь – пойдём с нами.
– Да, конечно, – восторженно выдохнула Бестла, глядя сияющими глазами на Вира.
Глава 5
Эхор Нибин собирался утром отправиться дальше осматривать уничтоженные деревни, но непонятное чувство держало его именно в этом месте. Второй час он не мог заставить себя встать на крыло. Так и сидел, поглядывая в окно за утренней суетой проснувшегося лагеря.
Винер сдвинул в сторону остатки завтрака, расстилая на столе карту и тем самым привлекая внимание Советника. По дороге к фронту Дорну предстояло прочесать большой район, разыскивая гончих ада, которые могли сбежать.
– Ну и долго ты намерен прохлаждаться? – Винер бросил на своего старинного друга смеющийся взгляд.
Эхор лениво потянулся, собираясь ответить в той же манере, когда его взгляд упал на разложенную карту с отмеченными красными кружочками уничтоженными поселениями. Деревня, в которой они расположились на ночлег, судя по отметкам, находилась аккурат в эпицентре, будто именно отсюда звери разбежались во все стороны.
Мгновенно заледеневший взгляд Нибина прикипел к бумаге. Чистая случайность помогла разобраться в том, что не давало ему покоя, беспокоя душу и не позволяя ухватить разбегающиеся мысли. Эхор благодарил своё нежелание покинуть деревню, связанное с тем, что именно в ней он первый раз почуял свою пару. Если бы не это, то он ещё не скоро сопоставил бы факты.
Сердце пропустило удар: его истинная, он не знал где она. Мысли метались в голове: “Что если ей причинили вред и она сейчас в беде?” Внутренний дракон заворочался, яростно колотя хвостом и требуя выпустить его. Сдержать оборот получилось с трудом.
Твари бездны проложили и расчистили путь для того, кто прошёл межмировым порталом. Зло проникло в Мир и первой под его удар могла попасть его девочка. Дракон внутри него бесновался и требовал действий.
– Капитан, поднимай своих воинов, оцепляй всю деревню и с собой бери человек десять по опытней, – прорычал Нибин и Дорн, вскочив, вытянулся в струнку, отдавая честь.
Резко развернувшись, воин вышел за дверь отдать приказы, оставляя дракона наедине с его мыслями. А они были нерадостными. Потерять истинную означало не просто навсегда остаться одиночкой. Это означало мучительную смерть.
– Советник, всё готово, – опустив голову, чтобы не удариться о притолоку, вошёл с докладом адъютант.
– Деревню оцепили?
– Так точно, Советник, – козырнул воин.
Выйдя на улицу, Нибин оглядел небольшой строй солдат, стоящих перед крыльцом. Как он и приказывал, здесь находились только проверенные в бою воины.
– Наша задача прочесать всю деревню, не пропуская ни одной постройки, – хмуро глядя на воинов, Эхор поставил перед ними задачу.
– Что мы ищем? – из-за спины раздался тихий шёпот Дорна.
Эхор мысленно дал себе подзатыльник: совсем потерял голову. Жёстким усилием воли взяв себя в руки, отдал более чёткий приказ воинам:
– Необходимо прочесать всю деревню и прилегающий к ней лес. Ищите любые нестыковки, необычные вещи. Обо всём, что вызывает у вас вопрос и недоумение, докладывайте лично мне.
Чуть повернув голову в сторону друга, так же шёпотом ответил на его вопрос:
– Я и сам не знаю, но тут что-то нечисто, надо разобраться…
Они шли от дома к дому, заглядывая всюду и придирчиво осматривая и оценивая, что видят. Но ничего необычного не встречалось, даже магический фон оказался не потревожен. Да и что можно отыскать, когда тут воины провели ночь? Если что-то и было, они могли уничтожить, даже не подозревая об его важности. Эхор всё больше хмурился: что-то он пропустил, важное, но неприметное.
Осталось осмотреть последний дом на отшибе. Именно его не заняли на постой солдаты. Надежды на то, что дало бы ему подсказку почти не осталось. Уже подходя к двери, дракон почуял тонкий головокружительный запах истинной и рванул за ручку, срывая дверь с петель.
Ворвавшись в комнату, осматривался безумными глазами. Всё здесь пропахло его парой. Внутренний дракон ревел и бесновался. Вот только никого не было. Нибин ходил по дому и видел, что ещё недавно здесь жили. Двое. И одним из них была его пара, кем был второй никак не удавалось выяснить.
– Слушай, а может парни что-то знают? Они шли этой дорогой…
Перебивая друга, Эхор хищно развернулся к нему.
– Какие парни?
От неожиданности Винер непонимающе моргнул: он же говорил Советнику…
– Ну так, —кашлянул в кулак, – я вчера рассказывал о встреченной нами паре ребят, которые идут в академию поступать…
– Виорел Корза и Колин Эрэссэа? – припомнил дракон.
– Они, – подтвердил Дорн.
Капитан видел, что друг на грани неконтролируемого оборота и не мог понять из-за чего. Он никогда не видел спокойного, холодного, уравновешенного товарища в таком состоянии.
– Капитан Дорн, я вызываю королевских дознавателей. Властью данной мне приказываю: вам надлежит дождаться их и, передав деревню в их распоряжение, двигаться далее, выполняя ранее полученный приказ командования.
– Слушаюсь, Советник, – откозырял капитан Дорн.
Дёрганым движением Эхор поправил шейный платок, словно тот его душил, и открыл рот, собираясь что-то добавить. Но промолчал и резко вышел за дверь. На улице ему было легче совладать со своими чувствами и эмоциями. Рвано выдохнув, достал кристалл связи и привычным пассом бросил вызов Главному Королевскому Дознавателю. Над артефактом появилось изображение довольно молодого мужчины непримечательной внешности. Встреть такого на улице, через минуту даже не вспомнишь. Подняв глаза на Эхора, тот поинтересовался.
– Советник, чем могу быть полезен?
– Господин Мар, я обнаружил место, где твари бездны совершили свой последний прорыв, приведший к столь печальным событиям. По моему мнению это не было самоцелью наших врагов. Кто-то прошёл межмировым порталом с неизвестными намерениями. Вам надлежит по этим координатам, – неуловимый пасс и на стол Раэля Мара лёг лист бумаги с цифрами, – прислать следователей для выяснения подробностей. На месте их встретит капитан Дорн и ответит на все вопросы.
– Советник, я лично займусь этим вопросом, – посуровел Главный Дознаватель, бегло глянув на местонахождение деревни.
Кивнув Раэлю Мару, Эхор отключился. Через один удар сердца он взмахнул мощными крыльями и взлетел в небо огромным сапфировым драконом, направляясь вслед Виорелу Корзу и Колину Эрэссэа. Он должен был лично узнать видели они его пару или нет.
В окно за ним следил Винер, осуждающе покачивая головой. Платком вытерев пот со лба, он присел за стол, собираясь ждать дознавателей. Капитан знал, что эти ребята обязательно найдут того, кто прошёл порталом в этой деревне.
И ни один из них не предполагал, что жизнь Эхора Нибина висит на волоске.
Нибин помнил как Дорн говорил ему, что советовал парням идти по дороге. Дракон злился, что потерял много времени, ребята могли далеко уйти: вчера весь день и сегодня уже полдень. Через пару часов полёта он заметил жилую деревню и рванул к ней. Ещё не опустившись, в воздухе совершил оборот и первый шаг по земле сделал уже человеком.
Дом, к которому он направлялся, был богатым, обычно в таких живут старосты деревень. В поселении без их ведома ничего не происходит. Вот у него-то Эхор и собирался выспросить про парней, а может быть и ещё что интересное услышать.
Не успел он подойти к дому, как на порог выскочил здоровый мужик и непрестанно кланяясь, затараторил:
– Рад приветствовать вас в нашей деревне, господин дракон. Я староста, Потап Мерсотия. Чем могу быть вам полезен? – подобострастно заглядывая в глаза и постоянно кланяясь, амбал вызывал неприятное чувство брезгливости.
Эхору нужна была информация, а разговаривать на улице было не принято. Вот только складывалось впечатление, что его по какой-то причине намеренно не приглашают в дом. Это не только его задерживало, но и жутко раздражало. Дракон недобро усмехнулся и рыкнул:
– Что? Ты так и будешь держать дорого гостя на пороге и не пригласишь в дом?
Мужик, сглотнув, побледнел и сипло залебезил, подтверждая подозрения Эхора, что его задерживают не просто так.
– Что вы, что вы, господин дракон, проходите в дом. Мы рады вам.
Не торопясь, Нибин шёл к крыльцу, прислушиваясь к происходящему внутри здания. А там суетились: переругиваясь что-то двигали, суматошно бегали и всё время что-то роняли. Но как только он толкнул дверь – наступила тишина. Войдя в полупустой зал со стоящими вдоль стен столами, Эхор не увидел ни одного человека, будто они все попрятались от него. Это показалось странным, и дракон обернулся к старосте. Бегающие глаза последнего не добавили доверия местному главе, подтверждая подозрение, что здесь что-то пытались скрыть.
Дракон вздохнул: сейчас ему нужны были только Корза и Эрэссэа, а с тайнами этого пройдохи – старосты пусть разбираются королевские казначеи и следователи.
– Меня интересуют два молодых человека, которые, возможно, ночевали в вашей деревне.
– Так у нас свадьба была, а мы в это время посторонних не принимаем… – Потап Мерсотия побледнел ещё сильнее, выдавая себя с головой.
Такая реакция могла бы раньше вызвать охотничий азарт. Теперь же привела к ещё более сильному раздражению. Он понимал, что скрывая свои тайны, глава деревни будет замалчивать и ту информацию, которую хотел знать Нибин.
Дракон был почти уверен, что парни появлялись в деревне, но вот ушли ли они из неё – не знал. Пройдясь по залу и осматриваясь, он почувствовал лёгкий запах пары. Она точно была здесь… Прикрыв глаза, Эхор с наслаждением вдыхал пьянящий аромат. Староста с его тайнами оказался мгновенно забыт. Всё было неважно. Во всем мире существовала только его пара. Восторг преследования охватил Нибина. Внутренний дракон, нетерпеливо порыкивая, словно охотничий пёс, взял след.
Больше не обращая внимания на старосту, мужчина устремился по оставленному его девочкой следу. Тонкий аромат, словно поводок, вёл его из дома. Повинуясь этому зову, дракон преследовал свою пару, и не было в мире силы способной остановить его в этот момент.
– Господин, вы куда? – неслось ему вслед, но он ничего не слышал.
Ворвавшись в сарай, Эхор растерянно остановился. Запах пропал, словно он почудился дракону. Зато был другой: густой, тяжёлый и тягучий. Прикрыв глаза, чтобы не отвлекаться, Нибин втянул приторно-сладкий запах, пытаясь за ним отследить тонкий аромат пары. И тут же распахнул золотые глаза дракона с вертикальными зрачками. Он идентифицировал запах.
– Приворотное зелье, запрещённое в нашем Мире, – низкий голос рокотал словно гром, не предвещая ничего хорошего.
– Смилуйтесь, господин дракон, – староста упал на колени.
– Ты знаешь закон…
Староста знал, и терять ему было нечего. То ли со всхлипом, то ли с подвыванием в порыве отчаяния Потап Мерсотия схватил вилы и бросился на Эхора.
***
Деревню накрыли куполом. Ни выйти из-под него, ни войти без позволения дознавателей было невозможно. Пока рядовые следователи допрашивали сельчан согнанных на площадь, Эхор Нибин разговаривал с Главным Дознавателем.
Они уже выяснили, что вся деревня пользовалась запретными знаниями. Причём после обряда действие зелья усиливалось, вплетаясь в ауру и судьбу мужчины. Вернуть несчастного к нормальной жизни уже становилось невозможным, как и невозможным доказать, что его опоили.
Из-за того, что не снимаемый приворот начал использоваться повсеместно, причём ориентирован был исключительно на аристократов, в давние времена и издали указ о полном его запрете. Всех пойманных за использованием запрещённых знаний ожидала казнь.
Приговор для жителей деревни был уже вынесен. Дознавателям оставалось только выяснить некоторые вопросы, чтобы в будущем не было повторения. Да, теперь привораживая мужчину, женщины селения не уходили к мужу, оставаясь вместе с ним в деревне, но это ничего не меняло. Совершалось противоправное насилие над личностью.
Эхор Нибин и Раэль Мар стояли на улице. Они давно знали друг друга, но в приятельских отношениях не были, что не мешало им дружески общаться.
– Советник, вы за один день раскрыли два таких крупных дела. Как вам удалось? – дознаватель с профессиональным любопытством смотрел на собеседника.
– Не поверишь, – с прищуром глянул на него мужчина, – иду по следу двух своих будущих адептов, спешащих не опоздать на поступление в академию.
– Даже так? – задумчиво глядел Мар. – И что же в них особенного?
– Вот и мне интересно… – дракон не закончил мысль, мысленно встряхиваясь и уже серьёзно глядя на следователя, – я хотел бы поговорить с Потапом Мерсотией без твоих мозголомов.
– Только в моём присутствии, – отрезал Главный Дознаватель.
– Хорошо, – пожал плечами Эхор.
На самом деле это было неважно и даже хорошо, бывший староста точно не сможет ничего утаить. А дракона очень волновало где его истинная и где Корза с Эрэссэа.
В зале, где ещё недавно гудела свадьба, было мрачно. За столом сидел Эхор Нибин. Перед ним стоял его несостоявшийся убийца, и чуть в стороне, словно прячась в тенях – Раэль Мар.
– Расскажи про парней, что ночевали у вас день или два назад, – потребовал Советник, обращаясь к бывшему старосте.
Скрывать тому что-либо не имело смысла, так как в дознаватели брали только тех, кто имел сильную ментальную магию. Угрюмо взглянув на неприметного парня, стоящего в стороне, незаметного и невзрачного, но явно из тех мозгоправов, что вытрясут тебя всего и оставят пустую оболочку, мужик начал говорить.
– Я уже рассказывал, свадьба у нас была, а музыкант упился. Вот я этих двоих и приспособил. Мальчишку и телохранителя, обоих опоили, потому как у нас в деревне холостых парней нету, а эти смазливые на рожу оказались. Да вот только сбежали они. Никто из баб не мог ожидать, что так случится. Никогда такого не было.
Нибин уже понял, что парни каким-то непостижимым образом могли сбежать. Услышав подтверждение своего вывода, кивнул своим мыслям. В общем-то для следствия ребята как свидетели не нужны, приговор вынесен и изменению не подлежит. Главное – выяснить где они находятся и всё ли с ними в порядке. Честно говоря, Эхору было любопытно взглянуть на парней попавших в такие передряги и раз за разом удачно выходящих из них. Отвлёкшись от мыслей о его будущих адептах, дракон вновь вернулся к вопросу о своей истинной.
– Что за посторонняя девушка жила в вашей деревне? – продолжил расспрос Эхор Нибин.
– Какая девушка? Никого не было… – непонимающе захлопал глазами Потап Мерсотия.
– Я почувствовал её запах здесь, и он привёл меня в тот сарай, где ты напал на меня. Так кто она, и куда делась? – начал терять терпение дракон.
Ранее стоящий неподвижно дознаватель пошевелился.
– Так и не было никого… – развёл руками бывший староста, глядя на так его пугавшего мозгоправа.
Раэль Мар в пару шагов подошёл к мужику и, обхватив лицо ладонями, заставил смотреть себе в побелевшие, ставшие страшными глаза. Когда Потап захрипел и начал валиться, он уложил его на пол. Небольшой обморок и головная боль – это всё, что получит допрашиваемый после сканирования. Брезгливо вытирая руки кружевным платком, Главный Королевский Дознаватель повернулся к вскочившему дракону. Сколько бы Советник не видел этих допросов, привыкнуть не мог.
– Он правду говорит.
От такого заявления Эхор впал в ступор: как же так, он же почуял запах… И она точно была не местной, он видел всё женское население.
– Правду, что вложена в его голову, – продолжил Мар. – У него стоит очень сильный блок на этих воспоминаниях. Знаешь, – дознаватель поднял серьёзные глаза на дракона, – я очень хотел бы пообщаться с тем, кто такое сотворил. Я смог узнать только, что девушка была в деревне недолго. С кем была и куда делась – неизвестно. Как она выглядела он тоже не помнит. В его воспоминаниях она предстаёт каждый раз разной.
***
Небо окрасили первые лучи заходящего солнца. Уставшая от долгой дороги троица подъезжала к городу. Вдалеке уже виднелись крепкие высокие строения. А вокруг дороги появились грязные лачуги бедняков. Из-за заборов за ними наблюдали голодные глазёнки чумазых детей, а навстречу уже бежала стайка ребят постарше. Окружив лошадь и не давая ступить ей и шагу, маленькие попрошайки заголосили на разные лады:
– Лорды, подайте медяшечку…
– Госпожа, подайте…
– Подайте на пропитание…
Бестла, сидевшая первой, застыла, как истукан, не предпринимая никаких действий. Её лицо превратилось в неживую маску, по которой невозможно было понять о чём думает девушка. А вот Вира, наоборот, с любопытством выглядывала из-за спин впереди сидящих. Такое поведение детворы было ей в новинку.
Колин, который уже довольно уверенно сидел в седле, перехватил поводья и собирался послать животное вперёд, когда из-за поворота, грохоча колёсами по деревянному мосту и опасно накренившись, выскочила карета запряжённая четвёркой лошадей. Кучер, сидящий на козлах, не собирался притормаживать, наоборот, сильнее подгоняя коней.
Колину хватило пары секунд, чтобы оценить обстановку. Выбранная Бестлой лошадка и впрямь оказалась очень спокойной и даже не дёрнулась. Серьёзного препятствия для несущейся кареты она тоже не представляла. А вот толпа разномастной детворы могла пострадать. Выхватив горсть мелких монет, он широким замахом зашвырнул их на обочину, подальше от возможного столкновения.
Как и ожидал парень, дети с радостным визгом, пихая друг друга, рванули за раскатившимися монетками, освобождая им путь и убираясь с дороги. Больше не обращая внимания на барахтающуюся в пыли детвору, он тронул бока лошади, понукая её двигаться дальше.