Вариор 2. Стать счастливой

Глава 5

Выйдя из портала ведущего в наш дом, попала в руки к Кириту, ну как в руки, просто он, как обычно, оказался в нужном месте в нужное время, магия какая-то. Оглядев меня со всех сторон, он недовольно покачал головой. Да, знаю, самой не хватает физических упражнений и тренировок с холодным оружием. Руки уже соскучились по моим клинкам куинке. Ну что делать, у артефакторов уклон идёт не на крепость мышц и силу. Эх, ждёт меня сегодня вечером полный круг тренировок!

Пока шла по аллее, вспоминала первую неделю учёбы. Хорошо, что наши папочки в своё время настояли на нашем серьёзном образовании, я могла на ту же историю Вариора, “первую помощь” на целительстве, введение в экономику, законодательство и другие похожие предметы, тратить меньше времени или вообще игнорировать, зная, что могу сдать по ним экзамены за полный курс.

А вот Артефакторика занимала практически всё моё время. Кто бы мог подумать, что не только металлы имеют свои магические особенности, но и деревья, кости, травы, а уж про кристаллы, и драгоценные, и полудрагоценные камни, вообще молчу. А сочетание одного с другим могло кардинально поменять свойства обоих предметов. Так что я сидела допоздна, штудируя книги, лекции и занимаясь зубрёжкой. Голова пухла от знаний, но сцепив зубы, шла как упрямый баран к своей мечте.

На всякую постороннюю ерунду и шутки не было, не только времени, но и сил. Братья несколько раз подходили ко мне, предлагая пойти с ними на “дело”, но получая мой очередной отказ, вскоре отстали от меня. А я уже не обращала внимания на вальсирующих призраков, скелетов, таскающихся за студентами и заглядывающих им через плечо.

Даже появление во дворе академии огромного разлапистого дерева, на котором сидела толстая, сисястая русалка с коровьими глазами, прошло как-то мимо меня. Просто однажды, как всегда, идя уткнувшись в свои записи лекций, наткнулась на парней. Подняв глаза, поняла, что знаю их, но откуда не вспомнила. Только хотела извиниться за свою неуклюжесть, как они шикнули на меня и показали пальцем на дерево, к которому шёл незнакомый парнишка.

Любопытство заставило замолчать и вместе с троицей, смутно знакомых адептов, наблюдать за парнем. А тот, подойдя в дубу, со всей дури ударил кулаком по стволу и тут же подставив руки, поймал, с треском слетевшую в его объятия, девицу с рыбьим хвостом. Пару раз, моргнув, пыталась понять, что напоминала мне эта странная картина.

– Ну, я же соскаальзыывааююю! – томно протянула красавица, обвивая руками шею адепта.

Я стояла разинув рот и глупо хлопая ресницами, глядя как парень, зависнув над землёй, начал плавный подъем вверх, где и усадил русалку на дерево. Точно, это братья постарались, помню, рассказывала им мультфильмы про богатырей. А если это не иллюзия, значит они все к этому шедевру приложили руки. Не выдержав, залилась звонким смехом, очень давно так не смеялась, ну шутники! Вот тогда-то я и познакомилась с ребятами, оказавшимися боевиками с третьего курса, правда пообщаться с ними опять не получилось.

На небольшую стипендию я могла позволить себе завтракать и обедать в институтской столовой. А ужина не было, я “худела”, как гордо говорила всем, хотя на самом деле, просто экономила деньги.

– Алина, девочка моя, как же ты похудела за эту неделю! – из головы вылетели все мысли, мне навстречу шла Изия, наша кухарка. – А я говорю, сегодня Алиночка придёт, надо пирожков сладких напечь. Дай, думаю, пойду свежих ягод наберу, а ты вон, уже здесь, а у меня ничего не готово, – заполошно спохватилась она.

– Ничего, Изи, я перекусила в академии, – обняла женщину, любящую нас с Торамиель и братьями, как вторая мама. Она никогда не пыталась заменить нам её, но щедро дарила своё тепло и свою любовь, и мы отвечали ей взаимностью.

– Перекусила она, – добродушно ворчала кухарка, – знаю я как вас там кормят, все невкусно и мало. Братики-то придут сегодня, или, как всегда, в загул уйдут? – я вздохнула, ну что тут ответишь?

Это за мной пригляд постоянный, даже в академии кто-нибудь из братьев обязательно был рядом или со мной, или в зоне видимости. А на выходные у них теперь находились свои планы: поехать к друзьям в гости, помочь Фаби, с разрешения Эдхара и прочее, и прочее. Меня теперь в игры взрослых мальчиков не брали, так что, скорее всего я буду дома одна, но сказать это Изии, не повернулся язык и я, виновато улыбаясь, пожала плечами.

В моей комнате ничего не изменилось. Я ходила трогая вещи, понимая, что соскучилась, а ведь всего-то прошло только несколько дней, прижав к груди своего малинового зайчика, уткнулась в него лицом.

– Алиночка! Приехала! Радость-то какая! – в дверях появилась Хизра, моя горничная, она давно нашла своё счастье с нашим управляющим и вышла замуж за Пуриша.

Я буквально залюбовалась ей: и так всегда весёлая и добрая, она буквально светилась от счастья, ожидая, когда начнутся схватки и она разрешится от бремени. От переизбытка чувств, подошла к ней и немного приобняв, поцеловала в щеку.

– Я тоже скучала, – у женщины намокли уголки глаз.

– Ой, да что же я, тебя же переодеть надо, волосы… – тяжко вздохнула и махнула рукой, – жалко волосы.

– Не жалей, – усадив её в кресло, прошла к гардеробу, выбирая домашнее платье, – и не беспокойся, я все сделаю сама. Не знаешь, Филька сегодня появится?

– Нет, – тяжело вздохнула Хизра, – не приедет, тебе тар Залихар все расскажет, – я с радостной улыбкой моментально повернулась в её сторону, держа голубое платье на руках.

– Отец дома? – я давно его не видела, он часто ездил с инспекциями по разным городам, и мне очень хотелось с ним встретиться.

Мы все надеялись, что может быть он ещё встретит ту, что отогреет его, и в его сердце расцветёт цветок любви. Но время шло, и мы уже потеряли надежду. Быстро натянув платье и дав Хизре зашнуровать его, побежала в кабинет отца, из которого он обычно не вылезал, когда находился дома.

Привычно влетев, и дотронувшись до своих губ пальцами, то же самое сделала и с портретом мамы. За мной наблюдали добрые, мудрые глаза отца, стоящего у окна и державшего в руках открытую книгу. Повернувшись, взметнув подолом, подлетела к нему и повисла на шее. Раньше он выдерживал меня, а сейчас немного покачнулся.

– Ну же, девочка моя, я тоже очень рад видеть тебя. Только, боюсь не выдержать, – последние слова он буквально хрипел, со смехом чмокнула его в щеку и отпустив, уселась в кресло.

– А почему Филька не приедет? Я соскучилась по нему!

– Он прислал сообщение, что приглашён на праздник Роз и будет сопровождать Рами ко двору, вместо её мужа, так как он отправился в провинцию с проверкой, – улыбаясь, ответил отец. – Ты лучше расскажи как ты сама, как тебе учится, что происходит в академии, я слышал, что ты ходила в театр на премьеру в сопровождении Эдхара… – и я рассказывала, обо всем, красочно и со вкусом.

Где-то отец смеялся, над чем-то хмурился, на что-то качал головой, но не ругался и не осуждал. С ним было легко и просто. Я всегда была его любимицей и даже, когда парни чего-нибудь вытворяли, прикрывать их тылы, нашедшие приключения, шла я, и им все спускали на тормозах. Вот и сейчас:

– Если бы я не помнил себя в их возрасте в академии, то надрал бы им уши, – вроде бы грозно хмурясь, проворчал отец, но в глазах не было грозы и я прижалась к нему, даря любовь и получая тепло любящего родителя.

– Вот вы где! – в кабинет ворвался Эдхар. – Я так и знал, что найду вас тут! – таким возбуждённым я не видела его уже очень давно. Его глаза горели лихорадочным блеском. – Алина, у меня для тебя подарок! Пойдём быстрей на лужайку, – он тянул меня за собой, оглянувшись на отца и увидев в его глазах растерянность, пошла за мужчиной.

Так мы и шли. Эдхар нетерпеливо тянул меня за руку, ничего не объясняя, а за нами шёл Лихар, который так же как и я не понимал, что происходит. Уже на первом этаже нетерпение Эдхара, казалось, увеличилось в несколько раз. На лужайку перед домом мы буквально выбегали, и я с удивлением и непониманием рассматривала странное деревянное кресло, стоящее рядом с аэрлингом выпустившим крылья.

Первое, что бросилось в глаза – это выступающие ручки по бокам от сидушки. Память сразу подкинула воспоминания о восточных паланкинах. Но там конструкция была иной. Вырвав свою руку из захвата Эдхара, обошла плетёное кресло по кругу. Оно было изготовлено из прочной лозы для облегчения веса и снабжено ремнями безопасности прикреплёнными крест на крест, как для детских кресел и оставляло в душе неприятные чувства.

Не сразу поняла, что неосознанно сравниваю эту придумку с инвалидным креслом. Эдхар, не видя и не понимая моих мыслей и эмоций, рассказывал как будет здорово, когда я сяду, пристегнусь и они, со стоящим рядом аэрлингом, меня покатают. Как ребёнка, как калеку. Ну уж нет, но и обижать мужчину, который старался и хотел сделать мне приятное, не стоит.

– Спасибо, – смогла совладать с эмоциями и голос не дрогнул. – Но, нет!

– Как, нет? Алина, ты же мечтала о полётах, да, это… – Эдхар махнул рукой на кресло, – не совсем то, но в небо мы тебя сможем поднять…

Замотала головой, перебивая его, как он не понимает, я хочу летать, но сама, а не вот так вот, как ведьма на помеле. Даже она летала, сама управляя своим транспортным средством, а тут… В голове что-то щёлкнуло и я прокрутила ещё раз последнюю мысль. Обида и разочарование улетучились как их и не было.

Точно! Я же учусь на артефактора, так от чего мне не создать для себя средство для полёта? Взвизгнув от переполняющих меня чувств и азарта, бросилась на шею к Эдхару, если бы не он, я бы не додумалась до такого.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – никак не могла остановиться.

Он счастливо улыбался, легко прижимая к себе, быстро чмокнула его в щеку и рванула к дому, на ходу обернувшись и снова прокричав:

– Спасибо!…

Уже забегая в двери поместья, оглянулась и увидела растерянных мужчин, хотя отец скорее был задумчив, смотря мне вслед. Все-таки папа лучше меня знал и понимал. Эдхар же, указывая рукой на кресло с непередаваемо озадаченным и растерянным лицом, крикнул:

– А как же?.. – только улыбнулась в ответ.

– Не нужно! Спасибо! – а дальше меня ждала библиотека и свойства деревьев…

Стремительно пробежавшись между стеллажей и повытаскивав все, что могло хоть немного мне помочь, уселась за стол у окна, но вначале нужно продумать своё будущее летательное средство. Схватив блокнот, принялась рисовать. Не знаю почему, но первым был рисунок кресла Эдхара со мной в нем, но решила, что аэродинамика – так себе.

Задумчиво постучала ногтем по зубам и тут же одёрнула сама себя: “Фу, что за манеры?” Принялась рисовать подобие мотоцикла, но без колёс. Полюбовалась на красивый рисунок: обтекаемый корпус, защитный экран для лица, удобное сиденье и подставка под ноги. Красота! Жаль, я это не сделаю своими силами.

Задумчиво посмотрела в окно, хотя взгляд и мысли были далеко от красот природы. В голове крутилось: “Как ведьма на метле или наша Баба Яга в ступе”… Так вот же, Ушедшие, о чем я думаю, всё уже давно придумано и описано! Идея со ступой была отметена мной как неудачная: и аэродинамика тоже так себе, да и я себя не увидела в ней, все же я не Баба Яга, а красивая девушка, а ступу, как ни крути, стильной не сделаешь. А вот метла… я вспомнила Гари Поттера и чуть не расхохоталась, ну вот же, “Нимбус-2000”… Красивая картинка вырисовывалась. Я лечу вся такая прекрасная, волосы назад… Даже зажмурилась от представленного видения. А что ещё из плюсов? Простой артефакт: палка, ветки и стяжка. Это сделать мне будет по силам. Главное… найти нужные компоненты для этого конструкта, и я углубилась в изучение подходящих составляющих.

Дверь тихо скрипнула, приоткрываясь, отвлекая меня от мира свойств деревьев и расчётов. Я понимала, что мне нужно, но катастрофически не хватало знаний, откинувшись на спинку кресла, устало простонала.

– Может уже отдохнуть надо? – приятный ласковый голос моего любимого отца заставил открыть глаза.

– Да, я тут уже давно сижу, – подтверждая его слова, начала собирать раскиданные во время работы книги и записи.

– Там тебя Кирит ждёт, говорит, что ты запустила занятия, – я покивала, все ещё погруженная в расчёты, выходя из библиотеки.

Быстро переодевшись в своей комнате в штаны и рубашку, выскочила за дверь, торопясь на тренировку. С Кирита станется за опоздание назначить пробежку дополнительных кругов.

– Быстрей, быстрей! Что, не выспался за весь день? Так нечего по ночам по девкам бегать! Что? Не слышу! Спишь плохо? Ничего! Я твой сон быстро вылечу! Сегодня ты у меня, как младенец, спать будешь! – я чуть не застонала, ну надо же было мне вляпаться в одну связку с Тиматеем.

Опять этот проходимец попался на горячем, а гоняя его Кирит и меня не пощадит. Начальник охраны стоял ко мне спиной, и я малодушно решила сбежать пока не поздно, вот только у него, наверное, ещё глаза и на затылке росли, иначе как ему удавалось все видеть и знать, вот и сейчас:

– Алина, что встала? Бегом за этим кобелём, – махнул он рукой в сторону бегущего парня.

Вот черт лысый! Тиматей не на шутку разозлил Кирита, а отдуваться за его проделки придётся мне. Через два часа после бега, растяжек, упражнений и полосы препятствий я еле ползла в свою комнату. Сейчас болело все тело, и мне было страшно думать, что буду чувствовать завтра. Очень хотелось убить Тиматея, но сил не было.

Хизра приготовила ванну и я благодарно ей улыбнулась. Раздевшись, со стоном наслаждения погрузилась в тёплую, ароматную воду. Пока получала ни с чем не сравнимое удовольствие, горничная промыла волосы. Я ещё месяц назад предложила ей не работать, живя в поместье и готовясь к родам, но она категорически отказалась, сказав, что ей совсем не тяжело. Но мне думается, что она, как наседка, боялась отдать своего птенчика, меня, в чужие руки. Мне бы тоже не хотелось менять её на постороннего человека. Переезд в общежитие академии, в этом плане, был очень кстати, пока я живу и учусь там, она может больше внимания уделять ребёнку и мужу.

Выбравшись из ванны и укутавшись в пушистое полотенце, решала, чем займусь вечером. Братьев нет, значит проказ не намечается, “Нимбус-2000” так быстро, как хотелось бы, я тоже не смогу сделать, надо будет посоветоваться с мэтром Гиппом. Решено! Пойду к отцу и мы проведём спокойный, семейный вечер в тишине, слушая музыку и отдыхая.

Подобранное Хизрой платье подчёркивало необычный цвет моих глаз. Мне казалось, что с возрастом, он поменяется, станет светло-серым или чуть голубоватым. Но глаза так и оставались насыщенного серого цвета, временами становясь голубыми, иногда в них внезапно проступала зелень и ещё они мерцали, не всегда, только тогда, когда я чувствовала сильные эмоции, все равно какие: положительные или отрицательные.

Неожиданно, помогая мне, Хизра охнула, быстро обернувшись к ней, увидела как она схватилась за живот, смотря испуганными глазами, а под ногами расплывалась лужа. Воды отошли! Подскочив к ней, повела к своей кровати и заставила лечь сопротивляющуюся женщину, повторяя все время, как мантру:

– Все будет хорошо, лежи спокойно, все будет хорошо. Я сейчас приведу Валионора.

Целитель так и продолжал жить у нас, хотя братья рассказывали, что он частенько наведывается в академию, даже читает лекции и часто сцепляется в перепалках с тари Фисией, лекаркой, которая встретила нас первой во время практики в замке Готрана Борфинора.

Удостоверившись, что Хизра легла и никуда идти не собирается, словно ужаленная в попу, выскочила из своей комнаты и попала в объятия Дара, не знаю куда он шёл, но сейчас был так кстати!

– Дар! Хизра рожает! Валионор нужен! У неё воды отошли! – меня била крупная нервная дрожь, сама не пойму от чего.

Мужчина нахмурился, а молоденькая служанка, проходившая мимо, охнула, зажав рот рукой и уронив поднос с графином воды. Лязг металла и звон разбитой посуды привлекли внимание Дара.

– Что пугаться-то так? Ничего страшного не произошло, – резко высказался, – быстро беги за лекарем, а потом за Эдхаром!

Служанку как ветром сдуло, а меня обняли, притянув к себе и гладили по спине, успокаивая, то ли как маленького ребёнка, то ли котёнка. Не прошло нескольких минут и в моей комнате собрались все. Валионор, как никогда сдержанный, оглядев нас, велел выйти за дверь, из-за которой уже тянул шею Пуриш, высматривая жену.

Меня трясло, я переживала за свою горничную, свою подругу, свою почти “мамочку”, не замечая, что стою в кольце дарящих спокойствие рук, прижимая свои к груди и нервно щелкая костяшками пальцев. Пуриш, бледный как смерть, мерил коридор широкими шагами, а Эдхар подпирал стену, бросая на меня непонятные взгляды.

Дверь открылась, мы все замерли, смотря на Валионора.

– Эдхар, срочно портал во дворец, в лекарское отделение! – я вцепилась в руки, оберегающие меня, а наш, ничем не прошибаемый управляющий, осел на пол.

Глава 6

Мы сидели в золотой гостиной уже третий час. Вернее, сидела я и Дар со мной, не отходя ни на минуту. Отец появлялся время от времени, заглядывал и задавал один и тот же вопрос:

– Ничего не известно? – я отрицательно качала головой и он хмурясь, уходил.

Я же не находила себе места. Хизра для меня за столько лет стала родным человеком и мне было страшно потерять её. Да, она не принадлежала нашему Роду и я не чувствовала её как других. Но если с ней что-либо произойдёт, будет не менее больно. Пуриш, ходил по поместью как привидение, бледный и молчаливый.

Дар, то успокаивал меня, говоря, что все буде хорошо, то обнимал, даря покой, но я опять вскакивала и начинала мерить зал шагами. Мне было приятно его присутствие и внимание, но я осознавала, что у правителя есть дела поважнее. Да и Хизра для него, по сути, никто, это для меня она важный, запавший в душу человек. Вот только Дар каждый раз твердил, что важные дела у него сейчас здесь, со мной.

Я была очень благодарна ему за то, что он рядом. Его поддержка была необходимой. Мои мысли метались от одних страшных предположений к другим. За время прожитое в этом мире, прошлое на Земле почти забылось, растворилось под новыми яркими воспоминаниями. Но вот в такие моменты память возвращалась, подкидывая разные жизненные истории и возможные варианты осложнений при родах.

Дар только поймал меня и усадил рядом, приобнимая и успокаивая, в очередной раз, расшалившееся воображение, как раздавшийся шум в коридоре заставил нас оглянуться на дверь. Первым вошёл Валионор, за ним Эдхар, отец и последним просочился в дверь бледный Пуриш. Я мёртвой хваткой вцепилась в руку Дара, не замечая как он морщится.

– А вы чего? – непонимающе обвёл нас взглядом лекарь.

– Валионор, может ты уже скажешь, что с девочкой? А то не то, что у Пуриша, у нас сердце может не выдержать, – нахмурился отец.

– А что вы переживаете? С ней все в порядке! – недоумевающе огляделся он.

– Ты можешь нормально объяснить? – почти прорычал Дар, отрывая мои пальцы от своей руки.

– Ой, Дар, прости, – отодвинулась, чтобы опять невзначай не сделать больно и только мельком отметила как потемнело его лицо.

– С Хизрой все хорошо! – сказал, обескураженный таким напором, лекарь. – Пуриш, поздравляю, у тебя сын родился, – наш управляющий, схватился за сердце, я бросилась к нему, сама не понимая, то ли поддержать и не дать упасть, то ли поздравить.

Но он взял себя в руки и выслушивал поздравления со всех сторон, благодарно улыбаясь и стараясь незаметно смахнуть слезу с глаза.

– И все же, – все никак не успокаивался отец, – зачем ты девочку увёл к себе в лекарское отделение, что она, тут родить не могла?