Лестница бога. Ступень 3. Воля демиурга

– А может быть, статус объекта достаточно высок? И он просто хочет на людях казаться скромным?

– Это предположение не объясняет его вежливости с простыми людьми – расшаркиваться перед ними считается признаком дурного тона. Логичнее предположить, что объект, как я уже говорила, не видит разницы в социальном статусе встреченных им людей, наше общество для него чужое. А, следовательно, он родился и вырос вне империи – здесь, как я уже упоминала, с молоком матери впитываются правила этикета и умение на глаз, с первого взгляда определить статус незнакомца. Иначе человек рискует не дожить до своего совершеннолетия. К тому же объект, по моему убеждению, обладает отрывочными, я бы даже сказала – фрагментарными знаниями о реальной покупной способности денег, что, согласитесь, весьма странно. Кстати, и самих денег у объекта тоже практически нет – любой студент нашей академии имеет на карманные расходы больше, чем было у него на момент нашей прогулки. В пользу объекта можно сказать, что он умеет быстро адаптироваться к изменяющейся окружающей обстановке. Адаптация, по–видимому, проходит для него безболезненно, он быстро воспринимает все новое. А отсутствие денег объекту заменяют весьма интересные связи.

– Даже так? И как связи могут заменить деньги?

– Оказывается, легко. Один звонок – и деньги появились, причем практически в неограниченном количестве. Я даже сначала подумала, что это был разыгранный для меня спектакль, призванный показать степень влияния объекта. Но потом, проанализировав поведение объекта на протяжении всей встречи, признала, что его решение было спонтанным – до этого уже имеющиеся у объекта средства виделись ему вполне достаточными. Предвижу ваш следующий вопрос, и отвечаю – на момент начала прогулки у объекта на счету было около пятисот ли. Сумма, вполне достаточная для безбедной жизни на какой–нибудь заштатной планетке окраинной галактики, но совершенно недостаточная для хорошего отдыха в столице. Поначалу объект спокойно оплачивал все наши развлечения, даже не глядя на прейскурант цен, и у меня даже сложилось впечатление, что объект, в противовес выводам аналитиков и скромной академической жизни, весьма состоятелен. Согласитесь – чтобы походя выкинуть на мелкие развлечения пару десятков ли, бросив лишь мимолетный взгляд на экран коммуникатора, чтобы оценить баланс, и продолжать спокойно тратить деньги в прежнем темпе, надо или абсолютно не ориентироваться в имперских ценах, или не думать о таких мелочах, то есть иметь хорошую платежеспособность. Чтобы убедиться в его платежеспособности, я повела объект в один из самых дорогих и престижных ресторанов – в «облако».

– Хороший ресторан и хороший выбор, госпожа…

– Да, я знаю. Даже моих карманных денег на регулярные посещения этого ресторана обычно не хватает, поэтому бываю я там достаточно редко. Однако меню знаю отлично и получаю от каждого посещения этого заведения огромное удовольствие. Так вот, возвращаясь к нашему объекту… За вход в ресторан он расплатился не глядя, причем выбрал одно из самых дорогих мест – под куполом, с обзорным видом на столицу. После чего, усадив меня за стол и предложив просмотреть меню, включил свой коммуникатор и послал прямой вызов матриарху Камэни.

– Неожиданно… Вы хотите сказать, что она ему ответила?

– Более того, во время вызова в рабочем кабинете у матриарха проводилось совещание, и она его прервала. Только для того, чтобы пообщаться с объектом. Вас это ни на какие выводы не наводит?

– Даже на прямой вызов императора стальная госпожа не отвечает, когда у нее проходят совещания. Помню, наш император в аналогичной ситуации очень злился, в особенности, когда ему намекнули на стандартную процедуру вызова – обращение через секретариат клана…

– Не знала таких подробностей из жизни отца… Впрочем, это лишь делает личность нашего объекта еще более загадочной.

– Что–нибудь еще, госпожа? Ваши наблюдения необычайно важны для нас.

– Нет, это все. Остальную информацию об объекте вы знаете и без меня. Впрочем, есть еще один момент, который я упустила…

Бросив задумчивый взгляд на заинтересованное лицо собеседника, девушка продолжила:

– Для того, чтобы планируемая операция захвата прошла более спокойно – объект все же до этого показал себя на дуэли неплохим бойцом, пусть некоторые опрометчиво и считают его победу над одним из ваших офицеров случайностью – я решила немного помочь вашим людям из группы захвата. Вы помните, что я крайне негативно высказывалась именно об этой части операции, отмечая ее недоработанность?

– Вы, как всегда, оказались правы, госпожа. Это наша недоработка и наша вина, что окончание операции прошло не так, как планировалось.

– А ведь я вас предупреждала… Ладно, провал захвата объекта обсудим потом, а сейчас я продолжу дальнейшее изложение событий этой операции. Итак, воспользовавшись предложением объекта сформировать заказ на двоих, я разместила в заказе для него тушеное мясо силлуанского краба под шаньским соусом, а из напитков выбрала сок апаи. Оба этих блюда обладают легким тонизирующим эффектом, но употреблять их одновременно нельзя – эффект имеет свойство накладываться, и их совокупное действие окажется похоже на действие наркотических препаратов, искажающих восприятие и замедляющих реакцию употребившего их. Действие начнется не сразу – активные вещества сначала должны попасть из пищевода в желудок и впитаться в кровь, что было мне только на руку. Стандартными диагностическими средствами этот наркотик не распознается, что неудивительно – эффект возникает не от каждого отдельного блюда, а от их одновременного употребления. Уникальная химическая реакция. Само явление вашей службе известно – на вооружении ваших людей имеются многокомпонентные синтетические наркотики, но вот подобрать их природный аналог действительно очень сложно, необходимые природные ингредиенты являются исключительной редкостью.

– Откуда вы это знаете, госпожа?

– Я многое знаю, тан Шихои, и не все из моих знаний должно попасть в ваши уши. Но мы отклонились от темы разговора… По моему глубокому убеждению, в момент боя объект под наркотическим опьянением не находился – это можно судить по идеальной координации его движений и по его речи – объект полностью контролировал и осмысливал каждое свое слово. Причем я абсолютно уверена – незадолго до этого эффект наркотического опьянения у объекта присутствовал, причем выражался достаточно сильно – это опять–таки было отчетливо видно из разговора, который объект вел со мной.

– Вы уверены, госпожа?

– Абсолютно. Трезвый человек так разговаривать не станет. Одурманенный наркотиком мозг самостоятельно, без контроля со стороны своего носителя, снимает некоторые моральные запреты, и речь человека пусть неуловимо, но обязательно меняется. Однако момент перехода от опьянения к отрезвлению я не уловила. Равно как и то, что применялся антидот.