Миг безвременья

Он не понял, следует ли её пожать, и предположил, что возможно этот жест в данной ситуации обозначает что-то другое. Ещё ненадолго задумался.

- А пятёрка мне уже не нужна, - сказал в конце концов физруку.

- Почему это? - удивился тот.

- Всему своё время и в каждом возрасте есть свои ценности.

Физрук кивнул.

- Теперь для тебя золото стало единственной ценностью, - усмехнулся он.

- Да, и не стыжусь этого, потому что нарисованные на бумаге оценки в нашей жизни не имеют вообще никакого значения.

На эти его слова физрук уже не кивнул, отвернулся, впрочем, спящий знал, что их учитель этот умер несколько лет назад и от разговора этого приснившегося появлялось неприятное ощущение, потому что он знал — покойники снятся вовсе не к добру.

Товарищ его бородатый во сне разговаривал сам с собой и какой-то внутренний голос, которого прежде он никогда не слышал, нашёптывал страшные слова.

- Вдвоём невозможно владеть сокровищем, потому что рано или поздно наступит момент, когда придётся делиться, - рассуждал голос. - тогда этот момент станет роковым.

- Почему? - пытался спящий вступить в диалог с самим собой.

- Потому что останется только один, - намекал голос.

- Как это? - не понимал спящий.

- Догадайся...

Сжимая в руке пластмассовый цветок, спящий тревожно ворочался и в этот момент виделись ему кровавые сцены, которые вовсе не хотел он смотреть.

- Что это? Что? - кричал он во сне, хотя на самом деле спал беззвучно, даже не храпел.

- Ты должен убить его, убить, - продолжал голос. - иначе это сделает он.

Просыпаясь на доли секунды и приоткрывая глаза, человек видел рядом с собой бородатое лицо своего товарища, с которым вместе они были долгие годы, так что верил он вполне — товарищу этому можно доверять и не мог он ожидать от него ничего плохого. Теперь хотел даже немедленно проснуться и рассказать ему обо всём увиденном, но так как до рассвета было ещё далеко, это ему никак не удавалось.

Одной лишь монахине снился совершенно безмятежный приятный сон, потому что долго она прожила вдали от мирской жизни и пока даже не думала о том, что мир за это время мог сильно измениться. Ей приснилось удивительное странное большое облако, странное потому, что оно было розового цвета — впрочем такие облака бывают, но надо подкараулить момент, чтобы их увидеть, и случалось это в редкие минуты на рассвете или закате. А удивительным оно было, потому что очертаниями своими напоминало огромное сердце — причём двигалось это сердце прямо к ней, будто намеревалось её обхватить и поглотить. Однако от этого приближения вовсе не было страшно, но ощущалось приятное волнение, какое всегда испытываешь от всего необычного, что с тобой ещё не происходило, но вот-вот должно произойти.

- Может именно так выглядит любовь? - спросила монахиня во сне, хотя рядом никого не было, но и ответ на свой вопрос она не рассчитывала получить.

Вдруг облако как-то неожиданно исказилось, порвалось посредине и рваное это отверстие странным образом стало похожим на улыбку.

- Любовь не может никак выглядеть, - услышала монахиня прозвучавшие непонятно откуда слова. - она в сердце.

«А ещё в белом платье и длинной пышной фате», - подумала спящая, но не стала больше разговаривать с невидимым неизвестным.

Вдруг в снах этих шестерых наступил роковой момент — произошло это настолько внезапно, что они так сразу ничего не поняли, хотя сны их продолжались. Но что-то неведомое и явно страшное вдруг загромыхало, отчего их всех будто подбросило и они полетели в какую-то неведомую им пропасть или туда, о каком мистическом месте они никак не могли знать...

Все разом закричали и от криков своих тотчас открыли глаза.

Было ещё темно. От их испуганных голосов и разбудившего их грохота замолчали и разлетелись птицы — казалось в жуткой тишине леса остались только эти люди и произошло с ними тоже что-то очень страшное. Темнота не позволяла ничего рассмотреть вокруг и потому произошедшее представлялось продолжением сна, впрочем, никто и не сомневался, что так оно и есть.

Первой смутилась монахиня, но в темноте, разумеется, смущения её не было видно — она поняла, что сидит верхом на бородаче, которые тоже смущённый протягивает ей пластмассовый цветок.

- Не надо, - прошептала она едва слышно.

Второй бородач ощутил чрезвычайно сильный удар по голове и подумал, что его убивают — тогда он махнул кулаком наугад, надеясь, что попадёт именно в обидчика. Но ударил оказавшегося в этот момент рядом подростка. Тот закричал и наверняка вскочил, потому что драться он не умел и не мог ударить бородача в ответ. Лишь отец этого подростка смог рассмотреть в темноте то немногое, что его напугало до безумия: волосы его жены торчали во все стороны и светились в странном едва уловимом луче неведомого ночного света, появившемся вдруг непонятно откуда, а потом они раскрошились и посыпались прямо на него.

Сначала он смахивал их, но они сыпались снова и снова. Потом от волнения он облизнул пересохшие губы и вдруг ощутил неожиданный сладкий вкус.

- Твои волосы сладкие, - сказал растерянно он.

И это были первые слова, раздавшиеся в тишине после недавнего грохота и криков.

- Это сахар просыпался мне на голову, - отозвалась женщина и тоже принялась отряхиваться.

- А мне похоже мешок с золотом на голову угодил, - догадался один из бородачей.

- Провалились мы с вами, ребята, в какую-то яму, - сказал другой, с которого в этот момент слезала растерянная монахиня.

Так как вокруг было ещё очень темно, то ничего рассмотреть они не могли. Но там, куда они провалились, было ещё темнее, чем в темноте окружавшей их ночи.

- Похоже это погреб помещичьей усадьбы, - высказала предположение потомственная помещица.

- Скорее всего, - отозвался её муж.

Теперь уже все поняли, что они провалились достаточно глубоко, но явно ничего мистического и страшного в их падении не было.

- Вот здесь как раз нас точно никто не найдёт, - сказал один из бородачей и сдержанно засмеялся.

Смех его немного ободрил остальных и все они теперь были уверены, что запросто выберутся отсюда.

- Ну, до утра можем тут остаться, спешить нам всё равно некуда, - рассудили они как-то все разом.

За несколько часов, которые провели они в своих снах, выспаться им всё-таки удалось, так что теперь, отыскав среди провалившихся вместе с ними вещей походный фонарик, люди эти принялись осматриваться.

- Точно помещичий погреб, - подытожили вскоре.

- А значит точно мы здесь найдём что-нибудь интересное, - воскликнул подросток. - ведь до нас здесь точно никого не было.

«Не только интересное, но и весьма ценное», - быстро смекнули бородачи.

- Смотрите, даже винный бочонок сохранился, - сказала женщина.

В самом деле все увидели такую большую деревянную ёмкость, в которой явно раньше хранилось вино, тотчас машинально заглянули внутрь, но, разумеется, там ничего не оставалось.

- Понятно, что вытекло, даже если и было, - рассудили мужчины.

- Здесь могли и мёд хранить, - продолжала женщина. - а кстати, в старину собирали мёд или пчёл стали позднее разводить?

Вопрос её вроде был простой, но никто не знал на него ответа.

- А варенье раньше варили? - продолжала она. - смотрите, здесь и другие ёмкости есть, поменьше, в которых могли варенье хранить.

Но про варенье тоже никто ничего не знал.

Вдруг взгляды бородачей синхронно метнулись в одну и ту же сторону — там только что ненадолго проскользнул свет фонаря, но не задержался, потому что светивший в спешке не заметил там ничего особенного. А они заметили. Метнулись теперь туда сами и ощупью протянули руки — схватили одновременно примеченный предмет. Это как раз и была серебряная ложка...

Свет фонаря скользнул теперь по ним и добрался до их рук.

- Неужели? Вы нашли её! - воскликнула обрадованная женщина чрезвычайно удивлённо. - прямо мистика какая-то, ведь случилось это неожиданно быстро, прямо как будто по волшебству.

Хорошо разбираясь в ценности металлов, бородатые золотоискатели тотчас определили, что находка эта не особенно дорогостоящая и вовсе не стоило за неё бороться, а потому вежливо протянули ложку женщине.

- Она ваша — по праву, - улыбнулись оба.

- Почему ты думаешь, что это именно та самая ложка? - удивился её муж.

- Не знаю, - отозвалась она. - возможно потому, что я всегда и представляла её именно такой.

- Навряд ли такой ложкой разливали когда-то суп, - продолжал мужчина.

Ложка и правда была не слишком большой и вовсе не походила на суповой половник.

- А ты думаешь, помещики хлебали суп целыми тарелками, также как и крестьяне? - насмешливо переспросила женщина.

- Ей впору мёд размешивать или варенье, - продолжал её собеседник.

В самом деле ложка была немного длиннее обычной, так что могла достать до дна небольшого бочонка.

- Остановимся на том, что ей в старину размешивали готовую брагу, и закончим этот спор, - заключили разом бородачи.

Все правда сразу замолчали, но волнение от неожиданной находки охватило всех настолько сильно, что теперь люди эти были уверены — найдут здесь что-нибудь ещё, возможно даже более ценное и интересное.

Стали осматриваться с большим азартом, впрочем вовсе даже не подозревая, как это опасно будет в таком замкнутом пространстве найти по-настоящему ценный предмет — опасно для каждого из них.

- А ведь как наверное в мире много таких вот таинственных мест, схожих с этим, - воскликнул вдруг один из бородачей.

- Конечно полно, - отозвался в темноте его товарищ. - никому только это не интересно, кроме нас.

- Ну, почему, - возразил семейный. - всем может быть интересно, только для этого ведь надо располагать временем, чтобы сюда приехать и тут остаться — прямо вырвать целый какой-то кусок из своей будничной жизни и провести несколько дней здесь. Или несколько недель.

- Да, современный образ жизни сложно нарушить, - вмешалась в разговор женщина. - а я так основательно бы ещё где-нибудь вот так полазила, это намного интересней традиционных путешествий, где всё заведомо известно и распланировано.

Разговаривая обо всём этом, они продолжали осматриваться.

Из земляных стен подвала в разные стороны торчали оголившиеся корни деревьев, и касаясь их случайно в темноте, люди изредка вздрагивали, тотчас направляли туда трепещущий свет фонаря, и снова видя всё те же корни, успокаивались и разочаровывались одновременно.

- Похоже, ничего мы больше здесь не найдём, - подытожили они наконец.

- Да, надо выбираться наверх, - рассудили тотчас.

Ещё в первые минуты, когда они оказались здесь, лестницу наверх заприметили — была она такая же старая, как и всё здесь, приставная, но выглядела настолько мощной, что перекладины её, казалось, могли выдержать очень большой вес.

- Это наверняка для того, чтобы тяжёлые бочонки из погреба поднимать, - догадались они. - так что и мы выберемся без проблем.

Теперь подошли к этой лестнице.

Бородатые золотоискатели решили первыми проверить её на прочность. Уверенно сделали несколько движений вверх. И вдруг лестница под ними затрещала — тотчас посыпались щепки погнившего дерева и оба человека повалились обратно на земляной пол погреба.

- Неожиданно, - пробормотали оба и это слово было единственным приличным среди целого потока нецензурной брани.

- Эй, вы покультурней, тут ребёнок у нас, - заметил им сердито семейный человек.

- Посмотрим мы, каким ты культурным станешь, когда тут подыхать начнёшь, - проворчали ему в ответ те же двое, но слов бранных больше не вставили.

- Никакой я вам не ребёнок, - возразил обиженный мальчуган. - я уже взрослый, вот даже с вами в рискованные походы хожу.

Казалось, он едва сдерживал слёзы, потому что если бы вправду расплакался, этим только подтвердил бы свою незрелость и юность. Хотя явно тревожные эмоции, переполнявшие юное сердце, уже дошли до предела. Тогда почувствовав это, мать обняла подростка за плечи.

- Конечно взрослый, - сказала ему и добавила уже, обращаясь ко всем. - давайте прямо немедленно начнём придумывать, как выбраться отсюда поскорее.

- Были бы акробатами, встали бы друг другу на плечи, - принялись размышлять золотоискатели. - а так запросто это не получится, сноровка нужна, или только кости переломаем друг другу.

Погреб был досадно глубоким... Теперь оказавшиеся там люди снова и снова направляли вверх свет фонарика, и видели, как недостижимо далеко находится выход.

- Может мы ещё спим, а? - с надеждой тогда проговорила женщина. - а скоро вот все проснёмся и удивимся тому, какой одинаковый сон нам всем приснился.

- Нет, мы не спим, к сожалению, - сказал её муж и теперь в свою очередь обнял её за плечи.

С другой стороны к нему прижался сын и он обнял его тоже.

- Мы ведь не сдохнем здесь? - теперь уже с тревогой спросил подросток.

Золотоискатели в темноте тихонько засмеялись от этого грубого слова, которое он повторил вслед за ними.

- Нет, конечно, - попытался успокоить его отец. - вспомни, как часто в фильмах герои тоже попадают в такие вот страшные ситуации, но потом всё заканчивается хорошо.

- Хорошо заканчивается, потому что так режиссёр запланировал, - вмешался в их разговор один из золотоискателей. - а у нас, к сожалению, вовсе не кино. Так что наше приключение может закончится как угодно, возможно даже весьма непредсказуемо.

- Впрочем, режиссёры ведь мы сами, - едва слышно добавил его товарищ, который ещё держал в руке пластмассовый безвременник, тотчас он спохватился, а потому добавил. - кстати, а где наша монашка?

Осмотрелись по сторонам и тотчас увидели её...

Потерять кого-либо в таком маленьком пространстве было невозможно, потому что невозможно было никаким чудесным образом выбраться наверх. Она стояла, уткнувшись лбом в земляную стену, и усиленно молилась.

Бородач подошёл к ней, хотел приобнять и успокоить, видя её волнение, но вдруг свет фонарика, скользнув над её головой, выхватил из темноты какой-то сверкнувший предмет.

- Что это? - тотчас воскликнул он.

- Где? - спросил его товарищ, мгновенно подскочив ближе.

- Да вот тут, посвети получше.

И тогда все уже увидели в земляной стене оголившийся очень маленький гравированный кружочек, весьма похожий цветом и рисунком на серебряную монету.

- Ну нет, это не монета, - тотчас рассмотрев блестящую поверхность внимательней, рассудили они.

Стали торопливо разгребать землю со всех сторон, почему-то предположив, что предмет этот большой и явно занимает много места.

- Эй, да это какая-то дверь! - воскликнули в скором времени бородачи.

То, что они правы, остальные не сомневались, и теперь все разом они ухватились за увесистую круглую ручку и потянули её на себя — ручка приподнялась и скрипнула.

- Прямо фильм ужасов, - прошептал подросток.

- Или ужасный сон, - добавила его мать.

- Лучше фильм, потому что в фильмах всегда всё хорошо заканчивается.

- В снах тоже, потому что ты просыпаешься и забываешь о случившемся.

Но это был не фильм и не сон...

Дверцу открыть никак не получалось, потому что со всех сторон её оплели вросшие корни вековых деревьев.

- Прикиньте, откроем её сейчас, а оттуда посыплются мертвецы, - шёпотом предположил подросток.

- Точнее, скелеты, - засмеявшись, добавили золотоискатели, но такое предположение их не остановило, потому что теперь эта дверца виделась единственным шансом выбраться отсюда.

Дверь была красивая, с выпуклыми резными цветочными узорами, но цветы эти были такие причудливые, какие придумал видимо мастер и каких точно никогда не было в природе.

- Удивительно, что раньше умели делать такую красоту, - сказала женщина. - я думала, в старину все двери были только деревянными.

Никто на это ничего не ответил — всем видимо в этот момент было всё равно, как люди жили в старину и какие у них были двери, главным было открыть именно эту. От общих усилий она в конце концов поддалась и приоткрылась.

***

За дверью был земляной тоннель и шестеро растерянных людей с волнением рассматривали его при тускнеющем свете фонаря.

- Если он нигде дальше не обрушился, значит мы выберемся, - сказал один из золотоискателей.

- Если только он правда ведёт куда-нибудь за пределы усадьбы, - высказалась женщина. Теперь ей стало особенно интересно, зачем и для чего был тоннель в доме её предков — о нём она никогда ничего не слышала.

- Раньше тоннели рыли на совесть, так что будем на это надеяться, - рассудил второй золотоискатель, впрочем понимая, что сказал глупость, и быть уверенным в надёжности тоннеля весьма наивно.

- Это кроты роют на совесть, - заметил ему товарищ. - а люди часто халтурят.

- Ещё время, к сожалению, может всё разрушать, - заметила вдруг монахиня, которая до этой минуты предпочитала молчать — то ли от волнения, то ли от стеснительности.

- Время это единственное, что обладает мощной разрушительной силой, - добавил семейный.

- Ой, да ну вас, давайте лучше не будем философствовать — момент не подходящий, - оборвали их золотоискатели.

Оба они уже протиснулись в тоннель.

Распахнутая так зловеще дверь будто приглашала всех остальных двинуться за ними следом...

- Пойдёмте уже, - позвала монахиня решительно и никто не ожидал от неё такой смелости.

Все сразу воспрянули от её слов.

Ещё она хотела добавить: «На всё воля Божия», но опять постеснялась, понимая, что люди вокруг неверующие и это может прозвучать вовсе неуместно. Все вместе теперь они вошли в тоннель.

- Может зря мы, - лишь боязливо заметила идущая позади всех потомственная помещица. - наступило бы утро и мы обязательно что-нибудь придумали бы, или кто-нибудь приехал бы на развалины и спас бы нас.

- Кто бы нас спас? Тут даже телефонной связи нет, - крикнул ей идущий впереди всех золотоискатель.

Потом они, едва сдерживая волнение, пробирались по тоннелю и молчали.

Каждый шаг казался им решающим и они были уверены — запомнится на всю жизнь. Потому что с каждым шагом появлялись новые мысли — тревоги и надежды, от этого смятение переполняло каждого всё сильней.

«Больше никогда сюда не соглашусь поехать, только выбраться бы», - думал семейный мужчина. «Надо будет написать об этом открытии научную статью», - планировала его жена. «Забавно будет, если тоннель приведёт нас в другое измерение или и вовсе в прошлое», - думал их сын. Золотоискатели ничего не думали — оба хотели немедленно выбраться отсюда и лишь тот, кто по-прежнему держал пластмассовый цветок, был уверен, что это какое-то наказание свыше, данное им за их плохой поступок — за кражу золота: «Вода закончится, а золото останется», так с опасением крутились в его мыслях пророческие слова. «Испытание», - думала монашка, но больше не молилась.

Выход оказался удивительно близко, хотя всем подземный путь показался бесконечным, прямо длинною в целое путешествие.

- А по факту оказалось всего несколько шагов, - воскликнул идущий впереди всех золотоискатель, когда его вдруг ослепил ярко вспыхнувший свет.

Это был выход.

Торопливо люди вышли на свет один за другим. Оказались в лесу и лес этот был на удивление знакомым.

- Да вон же развалины-то и старая усадьба, - прокричал подросток и протянул руку — там, куда он показывал, в самом деле виднелась столь знакомая по очертаниям груда камней.

- Вот и наша машина, - сказал его отец, показывая в другую сторону.

- Уф-ф-ф, всё что ли? Приключение закончилось? - слегка даже разочарованно проговорила его жена.

- Ну, вы если хотите, можете прогуливаться по тоннелю, пока не надоест, даже в обратную сторону, к тому же вещи ваши остались в заваленном погребе, - сказал ей один из бородачей. - а мы вот золотишко своё с собой прихватили, так что нам возвращаться незачем... Пойдём отсюда поскорее, к тому же утро уже наступило.

Теперь и правда было удивительно светло, как будто солнце уже взошло давным-давно.

- Какая-то не стыковка по времени, - рассудил семейный мужчина задумчиво. - ещё минуту назад была ночь, ведь мы шли по тоннелю ничуть не дольше, а теперь уже совсем рассвело, будто прошло несколько часов.

Он нахмурился.

- Не морочь себе голову ерундой, - отмахнулись от него золотоискатели. - заводи свою машину и езжай отсюда, да радуйся по дороге, что жив остался.

- Ничего по-настоящему плохого с нами тут не случилось бы, - крикнула им вдогонку потомственная помещица. - просто на старых развалинах всякое бывает.

- Да, чуть не забыл, - спохватился вдруг один из бородачей. - цветок ваш заберите, воткните его обратно, а то здешние покойники обидятся. Ха-ха.

С этими словами он бросил пластмассовый безвременник и женщина ловко поймала его. В другой руке она держала найденную в подвале серебряную ложку.

- Давай не будем возвращаться за своим барахлом, - сказал ей муж, приобняв за плечи.

- Можно не через тоннель, а сверху как-нибудь все наши вещи достать, - по-хозяйски рассудила женщина. - там ведь палатка осталась, а она почти новая.

Явно потомственная помещица не хотела бросать всё своё добро здесь и уезжать с одной лишь ложкой.

- Поверь, это невозможно, - рассудил мужчина. - иногда надо уметь терять. Ну, или в крайнем случае приедем сюда в другой раз и достанем всё из погреба. Не думаю, что на вещи наши кто-нибудь позарится. К тому же ведь мы кое-что и приобрели — как раз то, о чём ты мечтала.

Он кивнул на серебряную ложку.

Пока во всей этой суматохе и тревогах минувшей ночи они ещё не вполне осознали ценность такой находки и в полной мере не порадовались ей. Теперь столь радужные эмоции начали понемногу появляться в их сердцах, а потери в самом деле показались мелочью, так же и пережитое недавно волнение резко развеивалось, как остатки недавней ночи.

- Всё-таки хорошо, что это был не сон, - заметил их сын-подросток. - иначе ложка бы найденная осталась в этом сне и мы бы уезжали отсюда как обычно с пустыми руками.

- Молодёжь нынче жадная, - засмеялся его отец и потрепал сына по голове, будто тот был ещё маленький.

Но он не обиделся. Теперь все радовались такому своему удачному спасению и удачному стечению обстоятельств.

- А ты куда пойдёшь? - спросили они тогда монахиню.

- Не знаю, пока просто по дороге, а там до куда дойду, - ответила она.

- Садись в машину, мы довезём, - предложили ей.

Она обрадовалась. Взяла у потомственной помещицы пластмассовый цветок.

- Надо оставить здесь, - сказала серьёзно и направилась к тому месту, где едва различимо виднелось среди леса старое деревенское кладбище.

Женщина согласно кивнула ей вслед.

- Вдруг правда покойники обидятся, - проговорила задумчиво.

- Всё-таки странный цветок, - добавил её муж. - как о нём сказали эти ребята?

Он кивнул в сторону удалившихся золотоискателей.

- Он помогает преодолеть время, - всё так же задумчиво отозвалась потомственная помещица.

Она хотела добавить что-то ещё своё, что возможно знала об этом цветке, но почему-то промолчала, будто не желая до поры раскрывать его волнующую тайну.