- -
- 100%
- +
Глава 1
Словоохотливый менеджер Алекс привез Лиззи прямо к репетиционной базе. До этого он всю дорогу любезно развлекал её историями из жизни известных музыкантов, но Лиззи слушала вполуха. Она волновалась, тщательно пытаясь это скрыть.
– Не переживай, – добродушно обратился к ней Алекс, и Лиззи чуть не подпрыгнула на сиденье. – Ребята адекватные. Прослушивание займет около часа, вряд ли больше. Они сразу поймут, подходишь ты им или нет.
Всего час! Так мало на то, чтобы изменить всю свою жизнь.
Машина остановилась, Алекс любезно обошел её спереди и галантно открыл для Лиззи дверцу. У входа в небольшой ангар, который служил группе "Aerial Dreams" репетиционной базой, уже стоял один из музыкантов. Самый среднестатистический парень лет двадцати пяти – шатен среднего роста, ни татуировок, ни вычурной одежды, ни даже сережек в ухе. Даже не скажешь, что рокер. Простые голубые джинсы и толстовка с закатанными рукавами. Сигарета в руке. Лиззи помнила его по подписанным фотографиям с выступлений "Мечтателей" – это их барабанщик Ривер.
Лиззи собрала остатки мужества и решительно направилась к нему, сопровождаемая Алексом.
– На прослушивание? – спросил их Ривер, затягиваясь.
Лиззи кивнула, глядя в его какие-то удивительно добрые карие глаза.
– Это Лиз Кроули, – представил её Алекс с некоей гордостью в голосе. – Возможно, ваша будущая звезда.
Ривер скептически хмыкнул, оглядывая Лиззи с головы до ног.
– Ты от Ноэля?
Лиззи снова кивнула, с опозданием подумав, что она общается как какая-то глухонемая. Лиззи, ты идиотка.
– Да, – подтвердила она.
Ноэль – это бас-гитарист "Мечтателей". Фраза "от Ноэля" звучала как протекция, но на деле была не более чем реализацией теории пяти рукопожатий. Старшая сестра Лиззи Мэрилин была шапочно знакома с его сестрой через общего друга. Когда Мэрилин рассказала, что "Мечтатели" срочно ищут себе клавишника перед туром, Лиззи тут же загорелась. Дальше дело было за малым – Мэри связалась с тем самым общим другом, друг вышел на сестру Ноэля, а та передала брату, что есть подходящий вариант. Лиззи перезвонил менеджер группы Алекс.
И вот теперь "Мечтатели" её с нетерпением ждут.
Ноэля она тоже знала по фотографиям и сразу опознала, когда Ривер докурил и провёл её в репетиционный зал, сев за барабаны. Алекс шёл следом, и снова взял инициативу в свои руки:
– Парни, это Лиз Кроули, пришла к вам на прослушивание.
– Привет! – отозвался Ноэль, который настраивал гитару.
Высокий, длинноволосый, как и положено образцовым рок-гитаристам, в ослепительно белой футболке, так контрастирующей с черной шевелюрой, приветливый Ноэль выглядел классно.
Но главной звездой "Мечтателей" для Лиз стал их вокалист. При звуке голоса Алекса он появился на сцене откуда-то из-за угла и помахал всем вновь появившимся татуированной рукой с кожаным браслетом.
– Это Эдвин или просто Эдж, – тут же представил его Алекс.
Перед собеседованием Лиззи читала об Aerial Dreams в сети. Двадцатипятилетний Эдж со своей группой удостоился небольшой собственной статьи на Википедии, где пафосно именовался настоящим именем – Эдвин Джастин Майерс. Из его полного имени вышло удачное сокращение, которое было в ходу у членов группы и их поклонников.
Эдж кивнул на одиноко стоявший на сцене синтезатор.
– Репертуар наш знаешь?
На этот раз Лиз не стала глупо кивать и решительно ответила, глядя прямо в его пронзительные зелёные глаза:
– Знаю, я слушала ваши треки.
– Отлично, – серьёзно ответил Эдж. – Ну давай попробуем.
Вместо него улыбнулся Ноэль и указал Лиззи на клавиши. Алекс тут же откланялся, сказав, что не будет им мешать и покинул зал. У Лиззи словно выбили почву из-под ног. Оставшись без поддержки, она испугалась, но усилием воли взяла себя в руки. Спокойно, Лиззи, это всего лишь синтезатор, самая привычная тебе вещь!
Нервным жестом поправив волосы, Лиззи поднялась на сцену и встала за клавиши. Аккуратно опустила на них пальцы и извлекла несколько звуков.
– Попробуй подобрать под "Времени нет", – прозвучал справа голос Эджа.
Он стоял в шести футах от неё, одетый в какую-то безумную рокерскую футболку с названиями популярных групп, черных джинсах с металлическим ремнем, и казался безумно привлекательным. Короткие песочного цвета волосы взлохмачены, так что не понять – это случайно или стильная прическа. Лиззи разглядела в левом ухе небольшую черную серёжку-гвоздик. Сейчас Эджа нельзя было назвать харизматичным, скорее замкнутым и неприветливым, но Лиззи видела концертные записи – на сцене он преображался. В микрофоны в клубах, в залах и даже пару раз на стадионах на разогревах у более известных групп пела самая настоящая звезда, способная зажечь и повести за своим голосом тысячи людей.
Видеть так близко рок-идола – по меркам их штата и соседних, конечно – для Лиззи было крышесносно. Чтобы сосредоточиться на клавишах, пришлось заставить себя думать о нотах, а не о том, как выглядит Эдж, например, без футболки.
Когда музыканты сыграли "Времени нет", а Лиззи отчаянно пыталась попадать в ноты, с неё сошло семь потов.
– Ладно. Теперь "Освобожденный", – скомандовал Эдж, поудобнее перехватывая ремень своей гитары.
Эту песню Лиззи тоже знала, потому бодро взялась за дело. По просьбе Эджа, они сыграли её дважды. Лиззи не поняла, зачем, и плохо это или хорошо. По лицу Ноэля тоже было ничего не понятно.
– Давай "Сто тысяч", – предложил Ноэль, когда отзвучали последние аккорды второго прогона.
– Она же новая, – возразил Эдж, глядя на Лиззи.
Под этим взглядом она стушевалась. "Сто тысяч лет назад" входила в список песен из альбома "Мечтателей", вышедшего полгода назад. Как поняла Лиззи, на прослушиваниях группа играет только узнаваемые хиты. То, что выбрано что-то другое, могло означать, что с испытанием хитами Лиззи справилась удачно.
– Ты её хорошо знаешь? – спросил Эдж.
И нужно было ему соврать, не моргнув глазом.
А потом ещё и сыграть.
– Окей, давай, – согласилась Лиззи, опуская пальцы на клавиши.
– Ты знаешь её плохо, – через минуту констатировал Эдж, подняв правую руку вверх. По этому сигналу музыканты разом затихли.
Лиззи почувствовала себя провинившейся школьницей. Самое время сгореть со стыда. Ну и кто просил врать?
– Тогда давайте про глаза, – подал голос сидящий сзади за барабанами Ривер.
Ноэль хихикнул. Видимо, это должно было что-то означать.
"Глаза" – это, конечно, "В твоих глазах", медленная и мелодичная песня про жестокую любовь. Такая должна быть у любой уважающей себя рок-группы.
– Я её знаю, – откликнулась Лиззи и в попытке реабилитироваться бодро сыграла клавишное интро.
Музыканты молчали, пока не вступила гитара Эджа. Потом все инструменты и его вокал слились воедино, рождая печальное звучание истории о любви, которая должна была быть вечной. Лиззи любила эту песню, и даже представить себе не могла, что однажды сыграет её на одной сцене с Эдвином Джастином Майерсом. Вероятно, её и написавшим.
– Хм, – произнёс себе под нос Ноэль, когда они закончили.
Лиззи взмокла. У неё не было наручных часов, доставать телефон было неловко, но она была уверена, что час уже истёк.
– Где ты играла раньше? – сложив руки на гитаре, спросил Эдж, буравя её глазами. Под этим взглядом Лиззи отчаянно пыталась не утратить самообладание.
– Ну, я начинала в пятнадцать, в гаражной группе, с девчонками из своего класса. Потом мы разъехались, кто куда, я поступила в университет, купила себе синтезатор и ну… просто развлекалась.
– Просто развлекалась? – удивлённо спросил Ривер, который вылез из-за своих барабанов и прошел мимо, на ходу доставая сигареты. – А что, не было занятий поинтереснее? Парни, там, клубы, выпивка.
– Тебе бы только клуб с выпивкой, – закатил глаза Ноэль, усевшись на колонку и тихо перебирая струны гитары.
Ривер укоризненно ткнул в Эджа сигаретой:
– Я в них работаю, чаще чем тусуюсь.
Пока Ривер шёл к выходу, Лиззи растерянно уставилась на Эджа, и он снова обратился к ней:
– Да, извини нас, так что там было дальше?
– С момента, когда в твоей жизни появился синтезатор вместо парней и клубов, – подсказал Ноэль, эффектным жестом откинув длинные волосы через плечо.
– Ну я пробовала подбирать аккорды, играла разные песни, – рассеянно глядя на него, ответила Лиззи и перевела взгляд на Эджа. – Я хотела бы попробовать играть в группе, но нигде не требовался клавишник. Да и учеба сильно нагружала. Так что я просто тренировалась в свободное время дома.
– Мммм, – неопределенно высказался Эдж в ответ и посмотрел куда-то в направлении двери на улицу.
В репетиционном зале стало ощутимо жарко. Лиззи ощутила струйку пота, стекавшую по шее и постаралась как можно незаметнее смахнуть её под волосами.
Ноэль поднял голову, оторвавшись от гитары:
– Ты уже закончила университет?
– Да, в этом году. Но я не устроилась на работу. Я… рисую. На заказ, в смысле. Дизайнер-график.
Эдж изумлённо уставился на неё, а Ноэль издал громкий "бамм" на гитаре.
– Рисует, и поёт, и красивая притом. Эдж, давай её возьмём. Моя сестра сказала, она толковая.
Услышать такое признание было неожиданно. Хотя можно было понять, откуда это взялось. Мэрилин приукрасила таланты Лиззи в разговоре с общим другом сестры Ноэля, тот принял эстафету… В итоге перед самой сестрой басиста "Мечтателей" Лиз Кроули, похоже, предстала виртуозом, каковых поискать.
Ноэль назвал её красивой. Хорошо бы, и Эдвин Джастин Майерс с ним согласился.
– Сыграй соло любую песню, какая тебе нравится, – вместо ответа попросил Эдж.
Лиззи растерялась. Список её любимых песен исчислялся десятками композиций, и все они получались на синтезаторе в разной степени неплохо. Но Эджа нужно впечатлить. Потому Лиззи дала себе несколько секунд собраться, и её руки запорхали по клавишам.
Ривер появился в зале под звуки одного из хитов Стинга. Лиззи краем глаза видела, как он прокрался на свое место и продолжала играть. И делала это так вдохновенно, будто стояла тут совершенно одна, ловко чередуя белый и черный цвета, и ни о чем не думая. Здесь не было даже Эджа. Была только музыка.
Когда она закончила, сзади раздались аплодисменты.
– Тихо, Рив, – велел Эдж. – Нормально. Ладно, мы задержали тебя, Лиззи. Спасибо, что пришла и уделила нам внимание.
В голове у Лиззи ещё звучали последние ноты Стинга, и она с трудом включилась в реальность. В ту самую, где Эдж только что поставил точку на прослушивании.
– Я провожу, – тут же снял гитару Ноэль. – Идём.
Лиззи послушно спустилась за ним со сцены. После фразы со словом "толковая" она была уверена, что Эдж даст свое согласие. Но Ноэль по дороге объяснил, что через полчаса к ним подойдёт пробоваться ещё один человек.
Ещё один претендент на успех. Её конкурент.
В той самой статье на Википедии была описана история группы, дискография и прилагался список всех участников. Из статьи Лиззи узнала, что "Мечтатели" были основаны Эджем и его безымянным компаньоном пять лет назад, потом к ним присоединился барабанщик Ривер и клавишник по имени Лоу, позднее решивший завязать с музыкой. Потом вместо покинувшего группу компаньона Эджа место басиста занял Ноэль, а за клавиши встал некий Дейв, и этот состав стал постоянным. Но вот место клавишника снова оказалось вакантным.
– Похоже, оно у нас проклято, – развел руками Ноэль, когда они уже стояли на улице, щурясь от яркого солнца. – Не можем найти никого толкового и надёжного одновременно. Эдж уже бесится. Сейчас у нас несколько выступлений в местных клубах, берём сессионных, но в тур хочется человека, который будет играть с нами и дальше.
– Ну у меня есть шанс? – спросила Лиззи, ковыряя носком кроссовка землю.
– Да, у тебя неплохо получается. Эдж никогда не скажет что-то типа "офигеть как круто". Если он сказал, что играешь нормально, значит, это было очень хорошо.
Лиззи улыбнулась:
– А если бы сказал "очень хорошо"?
Ноэль возвел глаза к небу и поднял руки в театральном жесте:
– Тогда это означало бы, что тебя нам послал сам Господь Бог.
Глядя на этот перформанс, Лиззи не смогла сдержать смех. Видимо, чутье её не подвело, басист из всего коллектива "Мечтателей" – самый приятный человек. Любитель клубов с выпивкой Ривер слишком насмешлив. Зато Эдж… Эдж – это больше, чем вокалист рок-группы. Эдвин Джастин Майерс и есть сама музыка. Воплощённое звучание восхитительных комбинаций семи нот. Его можно слушать вечно. Как и смотреть на него.
– Ладно, – посерьезнел Ноэль. – наш менеджер Алекс тебе позвонит. Спасибо, что пришла.
– Спасибо, что пригласил, – ответила Лиззи, мгновенно помрачнев от того, как это прозвучало.
Как стандартное "мы вам перезвоним", после которого обычно и не бывает никаких звонков. Но прийти сюда ради того, чтобы прожить пару дней с мечтой – определенно того стоило.
Глава 2
Алекс позвонил через день, причем безжалостный звонок разбудил её, когда Лиззи ещё вовсю досматривала сны. В последнее время она ложилась около двух часов ночи, просиживая над срочными заказами.
– Алло, – сонно произнесла Лиззи в телефон.
– Доброе утро, Лиз, это Алекс, менеджер "Aerial Dreams". Эдвин сказал, что они тебя берут. Сможешь быть сегодня на репетиции в семь? Нам нужно будет обсудить некоторые рабочие моменты.
Из всей его бодрой речи Лиззи ухватила только слово "берут".
Они её берут.
Эдж решил, что клавишница Лиз Кроули им подходит!
Господи, она будет играть для него и слышать его голос рядом, а не в ста футах. И его фанатки будут смотреть и на неё тоже. Возможно, даже завидовать.
Лиззи моментально проснулась.
– Да, спасибо, я буду сегодня. Спасибо, Алекс.
– Да не за что, – раздалось в динамике. – До встречи, Лиз.
Лиззи бросила взгляд на часы и застонала. Половина девятого утра! Обычно она вставала не раньше двенадцати, готовила себе ленивый завтрак, читала ленту новостей, иногда переписывалась с сестрой… Но сегодня был не обычный день. Сегодня день, когда Лиз Кроули начинает новую жизнь. И главное место в ней теперь принадлежит зеленоглазому парню со смешной прической. Обладателю пафосного имени и великолепного голоса.
Время до шести вечера тянулось очень медленно. Лиззи успела доделать заказ, съесть ланч, перебрать свой гардероб в попытках найти там что-то, хотя бы отдаленно напоминающее рокерские вещи, провести ревизию в ящике с косметикой. А ещё дважды прерваться на мысли о том, что, возможно, у Эджа есть девушка, отогнать их…
…снова открыть статью в Википедии, убедиться, что нужного раздела там нет…
…не сдаться и прошерстить ещё с десяток сайтов. Найти сайт "Мечтателей". Прочитать об их грядущем туре…
А в итоге не найти ничего о личной жизни Эдвина Джастина Майерса. Никаких сведений или хотя бы любительских фоток.
Лиззи нахмурилась. С другой стороны, это скорее хорошо, чем плохо.
В половине седьмого она была готова. Без пяти минут семь, припарковав машину у репетиционной базы рядом с машиной Алекса, Лиззи решительно толкнула дверь. Внутри она нашла только Ноэля, сидящего в зале.
– Привет, Лиз! Ты вовремя, умница.
– Ну… – стушевалась Лиззи, которая полагала, что в этом нет никакой особой заслуги.
Репетиционный зал напоминал кинотеатр – импровизированная сцена, устроенная на большой площадке, куда нужно было подняться по лесенке, и "зрительный зал" – пара рядов сидений. Лиззи опустилась на кресло рядом с Ноэлем, который уткнулся в телефон. На сцене тем временем появились Эдж и какой-то парень, который выглядел даже моложе самой Лиззи. На вид она дала бы ему не больше двадцати одного.
– Это Твинки, – не глядя на сцену, прокомментировал Ноэль. – Эдж называет его своим соавтором. "Глаза" это, кстати, его текст. Твинки в смысле. Эдж написал сам не все песни. Этот трек на местном радио крутили, он даже в топ-чарт вошёл на пару недель.
Лиззи наблюдала за парой на сцене. Они что-то обсуждали, и, похоже, этот парень – важная часть команды Эдвина Джастина Майерса.
– Эдж называет его своим талисманом, – негромко добавил Ноэль. – Типа если Твинк на концерте, то всё пройдет круто. А то было один раз, что он загремел в больницу, так аппаратура внезапно крупно подвела. С нами такого раньше никогда не случалось. Ривер ему пытался вдолбить, что это совпадение, но Эдж упёрся. Ну и ещё он наши соцсети ведёт. А его кузен – наш звукарь.
– Ну и ну, – только и смогла произнести Лиззи, не зная, как на это реагировать.
– Ты, кстати, не строй на него планы, – вдруг посоветовал ей Ноэль. – Для Эджа есть только музыка. Он помешан на ней и кроме неё ничего в жизни не видит.
– Я не…
– Ну я же вижу, как ты на него смотришь. Просто там без шансов, говорю сразу. Эдж у нас не от мира сего и на такое вряд ли согласится.
Лиззи нервно улыбнулась. В этот момент Эдж наконец, заметил их, махнул рукой, подзывая к себе. Твинки в свою очередь спустился вниз и уселся в "зрительном зале".
Они уже стояли на сцене, каждый в боевой готовности, когда в зал буквально ввалился Ривер, а за ним появился и Алекс – собранный и деловитый, с какой-то папкой в руке.
– Простите, немного опоздал, – пропыхтел Ривер, подбегая к сцене.
Эдж покачал головой.
– Первый страйк.
– Ой, да ладно… – начал Ривер, но Алекс что-то ему негромко сказал, заставив замолчать.
Наконец, Ривер занял свое место за барабанами, и репетиция началась.
Эдж положил на подставку синтезатора листок с надписями песен, и Лиззи увидела, что там примерно половина хитов, а половина названий ей плохо знакома. Дома после прослушивания она нашла последний альбом, послушала треки и пришла к выводу, что в сравнении с хитами все они звучат как-то… блекло. Хотя три трека из тринадцати её зацепили. Подумав, Лиззи добавила их в свой плейлист.
– Мы едем в тур выступать на разогреве у "Скаймастер", – объявил Алекс, и поскольку его музыканты были уже наверняка в курсе, то объявление звучало скорее для Лиззи. – В туре шесть городов. Играете около сорока пяти минут, дальше на сцене они, а вы свободны. С утра перемещаемся в следующий город, заселяемся в гостиницу, репетируете, отдыхаете, вечером снова саундчек и концерт, и так пока не отыграем весь тур. Живём в гостиницах, ездим на автобусе, возим с собой оборудование, инструменты…
– И Твинки, – негромко подсказал Ривер, и Ноэль прикрыл рот рукой.
Эдж одарил его грозным взглядом, а Лиззи невольно посмотрела в зал. Твинки смотрел в телефон и слегка улыбался.
– На концертах Твинки ведёт прямой эфир в Инстаграме1, подписчики рады, фанатки шлют мне сердечки, и мы дружно весело проводим время и разогреваем публику, – продолжил вместо Алекса Эдж. – Будем петь песни из последнего альбома и немного классики. Итак, есть вопросы?
Лиззи настолько заслушалась голосом Эджа, что не сразу поняла, что он обращается к ней.
– У меня вопрос, – поднял руку Ноэль. – Как насчет добавить женский вокал?
Лиззи окончательно растерялась:
– Эээ, что?
– А ты умеешь петь? – заинтересованно спросил у неё Эдж.
– Пусть споёт женскую версию "Глаз", а мы послушаем, – вклинился Ривер. – А Твинки потом нас сочинит песню с мужским и женским вокалом.
– Фанатам может не понравиться, – подал голос Твинки, помахав телефоном.
Алекс согласно кивнул:
– Да, Эдж, аудитория может не оценить новую версию. Я думаю, нам пока рано об этом думать.
– Господи, я же не женюсь на ней, это всего лишь бэк-вокал! – раздражённо ответил Эдж.
Ноэль снова прикрыл рот рукой, и Лиззи с досадой поняла, что так он маскирует смешки.
– Ну можете попробовать, – протянул Алекс, – но я не гарантирую, что аудитории зайдет.
Лиззи вдруг разозлилась. Идея, может, и неважная с точки зрения совмещения двух вокалов в конкретной песне, но кто они такие, чтобы утверждать, что им с Эджем нельзя петь вместе?
– Давайте я попробую, – решительно произнесла она, попутно прокручивая в голове текст "Глаз".
– Давай, – одобрил Эдж и придвинул к ней стойку с микрофоном. Ноэль издал "бамм" на гитаре, а со стороны барабанов Ривера раздалось ответное "дзынннь".
Эдж усмехнулся, а Лиззи начала играть. Она сбилась как минимум в двух местах, потому что одновременно играть и петь было тяжело. Но парни слушали её внимательно и это очень подбадривало. Со второго куплета после припева вступил Эдж, подойдя вплотную к стойке с микрофоном, и Лиззи послушно стала петь тише. Ещё припев, проигрыш, ещё куплет, ещё два раза припев. Проигрыш и финальные аккорды на гитаре.
В репетиционном зале установилась тишина. Лиззи машинально заметила, что Твинки что-то лихорадочно набирает на телефоне. Похоже, её вокал их не особо впечатлил.
– Ну… не так уж плохо, – сказал Эдж.
"Не так уж плохо"в переводе с языка Эджа означает что-то типа "у тебя есть потенциал", подумала Лиззи и сделала еще три больших глотка, довольная собой. Уже на первой репетиции у нее появился задел для будущей карьеры – из клавишницы в бэк-вокалистку! Браво, Лиззи!
– Только у тебя был один косяк, скажешь мне, какой? – вдруг вернул её с небес на землю Эдж, который забрал бутылку себе.
Лиззи озадаченно уставилась на синтезатор. Где же она могла облажаться? В зале снова установилась тишина, и никто даже не думал ей подсказывать.
– В голосе или в клавишах? – спросила Лиззи, как будто у самой себя.
– В голосе, – ответил за Эджа Ноэль, за что получил от вокалиста "Мечтателей" укоризненный взгляд. Этой крошечной передышки Лиззи хватило, чтобы высказать хотя бы догадку:
– Тональность!
– Бинго, – отозвался Эдж, а Ноэль улыбнулся. Лиззи ответила ему благодарной улыбкой.
– Ещё раз? – спросила она, и Эдж кивнул.
И они прогнали "Глаза" ещё раз, и Лиззи отчаянно пыталась не лажать с аккордами и выдерживать нужную тональность голоса. Они с Эдвином Джастином Майерсом стояли практически рядом, пели о несчастной любви, и эти минуты однозначно стали одними из лучших в жизни Лиззи.
После Эдж удовлетворённо кивнул и сказал, что можно переходить к следующим трекам.
Репетиция утомила Лиззи так, что ей казалось, она доберется домой и рухнет в кровать, забыв о работе. Тем более после репетиции слово взял ещё и Алекс со своими организационными вопросами.
И уже под занавес, когда все собрались расходиться, Алекс сказал:
– Напоминаю, завтра в семь у вас выступление в клубе "Энерджи".
– Ты с нами, – кивнул Эдж Лиззи, когда они остались на сцене вдвоем.
– Уже? – только и смогла произнести в ответ она. – Но я нала…
– Нет. Мы с тобой сейчас задержимся и ещё раз отшлифуем. Точнее, столько раз, сколько нужно для идеала. И завтра перед клубом прогоним ещё раз.
Если Эдж скажет "идеально", это значит, что Лиззи готова выступать перед самим президентом?
И только потом Лиззи поняла, что это значит. Они с Эдвином Джастином Майерсом останутся тут наедине. И теперь трудно сказать, что волновало её сильнее – такое событие или риск облажаться завтра.
Музыканты разошлись, Алекс уехал, и даже Твинки спросил, может ли он быть свободен. Эдж кивнул в ответ. По рукам Лиззи поползли мурашки.
– Начали, – сказал Эдж.
У них была гитарная партия, клавиши, и два голоса. Лиззи отчаянно пыталась взять себя в руки. Голос дрогнул дважды, но Эдж сделал вид, что не заметил этого.
В перерыве Эдж спросил:
– Ты сама научилась играть?
– У меня был игрушечный синтезатор, с этого всё и началось. Потом мама отдала меня в музыкальную школу. Потом я попросила на день рождения настоящий синтезатор. В гаражную группу я пришла со своим инструментом.
Лиззи вспомнила свои пятнадцать лет и улыбнулась. Хорошее было время, беззаботное. И вечера в гараже тогда были самыми лучшими. Она порой тосковала по ним.
– У меня похожая история, – сказал Эдж, ловко перебирая струны гитары. – Только я на гитару заработал доставкой пиццы. Ну и мы с моим другом стали пробовать играть. Мне был двадцать один. Мама сказала, что музыка это, конечно, круто, но она бы не хотела, чтобы я спился или стал наркоманом. Похоже, альтернатив для неё не было. Это уже потом родители смирились.
Эдж ухмыльнулся, но Лиззи осталась со странным ощущением, будто ей только что доверили свою психотравму.
– Ты сейчас звезда, – пробормотала она. – Твоя мама может тобой гордиться.
– Ну не такая уж звезда, максимум жёлтый карлик.
– Как Альдебаран?
Эдж удивлённо уставился на Лиззи, и под этим взглядом она улыбнулась уже смело и открыто.
– Ты меня удивляешь, Лиззи. У тебя есть познания в астрономии?
– Моя сестра встречалась с парнем, который был на этом помешан, так что мы слушали его лекции. Парень с большим телескопом. Она ещё шутила про это… Ну знаешь, большой телескоп как…