Комплекс превосходства: Причина
- -
- 100%
- +
— Ты не пойдешь к Лайону?
— У меня нет к нему дел. Да и подруге обещала встречу. Так что, давай-ка сам.
В Цитадели как всегда спокойно. Изредка открывался лифт, впускавший рабочих или кого-нибудь по вопросам регистрации в секторе. Последние — нечастые гости. Сегодня они и вовсе не появлялись. И это было на руку Лайону. У него есть свои дела.
«Virtual private network. Connection is established»
— Где же оно? — буркнул под нос Лайон.
Под его когтями алые виртуальные клавиши клавиатуры блекло мигали при каждом прикосновении. На двух парящих экранах в пустых строках то всплывали, то исчезали цифры, буквы, знаки.
Он шарился по пространству за куполом, соединяясь с наиболее уязвимыми пользователями — подростками, через них — с их родителями. Надеялся выйти на управленцев. Его вторжение в систему то и дело пресекали призраки, и надо признать, что работали они куда лучше бездушных программ. Они научились распознавать спам, невидимки, трояны, ловить червей и зомби. И даже если какой-нибудь программе-шпиону под прикрытием своего клона удавалось подсмотреть содержимое файлов, соединение все равно обрывалось.
Когда-то Лайон поставил себе задачу не из легких — снять горячий внутренний барьер купольного города. Он изобретал вирусы сложнее и сложнее, даже пробовал перегревать центры управления призраками — их мозги — и все без толку. И чем изощреннее были его программы, тем умнее становилась защита.
Но люди там явно скрывали что-то важное, что-то ценное. Чем прочнее двери, тем вернее путь для грабителя. Все эти сложности только подогревали пыл и страсть Лайона, с которыми он искал заветную кнопку отключения барьера.
«Connection terminated»
Не успел Лайон разозлиться, как подскочил от громкого орлиного клекота. Черный лев оглянулся. На подоконник распахнутого окна приземлился Фотон.
— Выбл**ок пернатый, — мягко ругнулся Лайон. — Надо будет попросить Дакоту выдрать эту свистелку из твоей трахеи.
Он развернул экран своих наручников и подключился ко хранилищу Фотона. Листнул видеофайлы и остановился на одном, ознакомительное первью которого показывало вид сверху на большой вездеход с узкими окошками по периметру машины. Сверху — турель. Он двигался по широкой дороге старого района, огибая людную часть сектора. За вездеходом друг за другом тянулись три крупных контейнера-прицепа, держащих дистанционную связь с основной машиной. Замыкала строй еще одна машина.
Караван. Возвращается домой либо с добычей из пустошей, либо с товаром из другого Острова.
— Я смотрю, ты с хорошими новостями, — обратился лев к орлу. — Значит, пора поднимать своих.
Двери в комнатку скользнули вбок, отвлекая Лайона. Заметив Уайта, он приветливо махнул ему и свернул экран.
— Какими судьбами?
— Отис рекомендовал вступить в Прайд, чтобы стать сильнее…
— О как, — обрадовался Лайон. — Больше ни слова, мне как раз нужно отлучиться к кентам, пойдешь со мной.
— Куда? — воскликнул Уайт.
— В логово наше. Как раз все покажу.
— А какая-нибудь регистрация не нужна?
— Считай, что ты уже с нами. Только одно запомни: армии необязательно знать о нашей связи с Норфолками. Усек? Иначе у Норфолков могут быть проблемы с этими ребятами, всем придется несладко. Будешь болтать налево и направо… — Лайон вытащил из кармана своей военной куртки нож-бабочку, крутнул в понятном жесте, раскрывая лезвие.
Сидевший на подоконнике Фотон взмахнул крыльями. И вылетел на улицу. Уайт проводил взглядом величественную птицу, от образа коей так и веяло свободой.
***
Канализация. Тихий плеск воды от случайно упавшего в нее камушка.
— Ладно, похоже здесь никого нет, можно и пошуметь.
Эхо его голоса стихло. Помазав взглядом высокие скользкие потолки, Лайон продолжил идти вдоль стены, ведя за собой робкого белого юношу. В руках он сжимал ружье, ремень коего болтался внизу. К ружью крепился фонарь.
Маяки обоих отключены. Отследить их никто не сможет. Сначала Уайт был возмущен тем, что от связи ему придется отказаться, но Лайон уверил, что рядом с ним Уайту бояться нечего.
— Запомни эти стены, малыш, — воскликнул черный, — тебе ведь тут ходить предстоит.
— К чему такие меры? — спросил Уайт. — Пути сверху нет?
— Ты все увидишь.
Ведущая на поверхность лестница. Далее — замусоренная подземная автостоянка, похороненная под полуразрушенном зданием. Откинув крышку люка, информатор вылез на свет.
Следом поднялся Уайт. Вынырнул и осмотрелся. Встал. Вокруг — древние ржавые автомобили. Вместо ламп пространство освещалось кострами, разожженными в потертых бочках.
Одна такая бочка стояла в шаге от люка, из которого Уайт вылез. Возле нее — пара стареньких матрасов и стеклянные опилки. Чуть дальше у столба — металлическая тумба для инструментов. Сбоку от тумбы на цепях висели стремные толстые крюки для кузовных работ. В свете костра Уайту на миг померещилось, будто крюки покрыты кровавой коркой. Они столь неказистые, столь изношенные, столь истертые, что кажется — если прикоснешься к острию, то поранишься, подхватишь инфекцию ото ржавчины и заживо сгниешь.
Завывал ветер. Шаги Уайта порождали эхо, ботинки оставляли следы в пыли.
Наверх вел неширокий, но высокий лестничный пролет. Вел он куда-то в темноту. И это пугало. Не услышав шагов за спиной, поднявшийся Лайон оглянулся и заметил, что Уайт остановился перед лестницей.
— Чего застыл? Не очкуй, я ж рядом.
Легче от его близости точно не становилось. Но Уайт уже подписался на это, давать заднюю поздно. К тому же, Лайону доверяет Отис, а он не кажется лживым и склизким типом. Наоборот, Уайт чувствовал, что Норфолку-младшему можно доверять.
Пройдя лестницу, они вышли в коридор. Он освещался двумя факелами, крепившимися ко стене. Вдоль стен было много комнат без родных дверей, вместо дверей стояли решетки. Уайт глянул через одну из них.
Ободранные стены и грязные полы. Никакой мебели, даже поломанной, и никакой жизни. Только пустые кандалы тихо звякали от малейшего ветерка. Под кандалами лежал скелет. Кости его выглядели свежими из-за кусочков мяса и сухожилий.
— Не бойся, ты на его месте не окажешься.
Лайон обхватил рукой спину Уайта и повел дальше.
— Этот мертвец — ваших рук дело?
— Потом, все мелочи — потом.
Когда они вышли в холл, Уайт застыл в изумлении. Лайон остановился рядом и довольно ухмыльнулся, увидев восхищение в глазах спутника.
Под холодным уличным светом росло огромное дерево, величественно раскинувшее пушистые ветви. Оно крупнее тех, что растут под куполом.
— Откуда оно здесь? Оно живое?
— Живое. Стараемся подкармливать, чтобы цвело.
На корне под деревом сидела брюнетка в пушистом халате. Полосатые икры, полосатый хвост, ушки темные по краям. Тигрица. Девушка редкой породы. Сама по себе она не была столь интересна, как дерево за ее спиной, но ее присутствие в безлюдном заброшенном месте казалось чем-то невозможным.
— Иди ко всем, — приказал ей Лайон, перекидывая оружие за спину, — здесь мы сейчас с парнями базарить будем, дело не для твоих ушей.
Пожав плечами, та поднялась и ушла. Однако ее шагов не было слышно из-за шумящих окон. Ветер бился о стены здания, но ему каким-то чудом удавалось не рушиться под этим напором.
Тут Уайт начал понимать, почему сюда ходят через подземные каналы.
— Этот ветер настолько опасен, что ко зданию нельзя подойти?
— А ты сообразительный, — похвалил Лайон. — Тебя убьет вне этих стен, если ты не армейский вездеход.
На полуразрушенных площадках двух верхних этажей начали собираться хвостатые мужчины в бронежилетах. Не эластичных, как под куполами, а в простых, висевших поверх одежды. Львы, тигры, ягуары, пумы. Человек пятьдесят. За их плечами висели винтовки, автоматы, дробовики. Одни садились на выступы площадок, вторые спускались по металлическим вертикальным лестницам вниз. Трое — два тигра и один ягуар — подошли к ним с Лайоном.
— Кого это ты притащил? — спросил один из тигров, длинные сплетенные волосы его крашены в яркий синий.
Второй тигр со сломанным носом и короткими волосами косился на Уайта. Зеленоглазый меланист же оставался безучастным. Броня его казалась самой поношенной, где-то с подсохшими алыми пятнами, в руках — помповое ружье. Головорез, не иначе. Как и все они.
— Не важно, — ответил черный лев. Повысив голос, он обратился к собравшимся. — Ну что, орлы, в обход центра движется еще один караван, и примерно через час он будет у одного из загонов. Нужно десять человек, а также один дрессировщик и пара котолаков. Кто хочет наживы? Есть желающие?
Уайт наблюдал, как люди оживленно, наперебой выкрикивали свои имена. Каждый рвался на опасное дело, чтобы обогатиться, невзирая на то, кем были противники. Армия — это не какие-то хулиганы из подворотни. Это обученные профессионалы. Особенно, если они в составе каравана. Ведь за границы купольного города не отпускают тех, кто только вчера выпустился из училища.
Стоявшая перед Лайоном троица переглянулась.
— Мы с Лаки идем, — ответил ягуар.
— Вы в прошлую ходку ходили, — возмутился коротко стриженный тигр.
— Отдыхай, братишка. С твоей раной лучше не шутить.
Все трое выглядели внушительно. Тяжелая броня со многочисленными кармашками и висящими подсумками добавляла им устрашения.
— Если хочешь быть полезным прямо сейчас, — обратился Лайон к раненому, — покажи новенькому, что умеешь.
Уайт вопросительно глянул на льва, а тигр перед ним хмыкнул. Расстегнул броню, снял зеленую футболку, обнажая перекаченное тело со многочисленными шрамами, выращенное явно на стероидах.
Когтем он провел по груди, царапая себя. И когда показались первые алые капли, с мужчиной начало происходить нечто страшное и немыслимое. Что-то тревожно захрустело.
Лицо неестественно вытягивалось, на теле быстро росла шерсть, сам силуэт рос, и продолжал расти до тех пор, пока череп окончательно не изменился, превратив лицо в мощную тигриную морду.
Из-за роста лап ботинки лопнули. Лайон недовольно всплеснул руками.
— Обязательно переводить боты? Снять не мог?
Перед Уайтом — гигант, который больше, чем на голову выше Лайона. Тут белый подумал, что оказался в каком-то дурном сне. Разве такие фокусы возможны? Еще и все вокруг так спокойно на все это смотрят, будто только что человек не превратился в какое-то иное существо, а просто надел голову ростовой куклы.
— Это какой-то бред, — тихо возмутился Уайт.
— Это не бред, братишка, — ответил Лайон. — Это и есть сила. И ее я тебе дам, если захочешь. Ты сможешь так же. Ну не точно так же, конечно. Шерсть-то у тебя белая.
— Он? — с сомнением скрипнул синеволосый, названный Лаки.
Боец хотел что-то сказать, но ягуар рядом толкнул его локтем. И тот затих. Виновато приложил пальцы к губам. И это Уайту не понравилось. Тем временем великан-котолак начал собирать свои вещи. Постепенно он менял облик на привычный.
— Демонстрация окончена, — сказал он и потянулся за своей винтовкой. — Спать пойду.
— Сейчас решим, кого еще возьмем на ходку, — сказал Лайон, — и выдвигаемся. А ты, — он посмотрел на Уайта, — пойдешь с нами. Глянешь на наших в деле.
Файл22: Разлад
В тумане бродили расплывчатые тени людей. Нудл видела их всякий раз, когда попадала за эти бесконечные решетки, утопавшие где-то во мгле над головой. И всякий раз туман сгущался все плотнее. Он давил на нее. Находиться здесь становилось не просто неприятно, как раньше, а невыносимо.
Она сидела у решетки напротив, подтянув колени. И смотрела на тени перед собой. Она уже не пыталась выбраться. Не было ни сил, ни желания. Она утомленно откинула голову, глянув в темную пустоту над собой.
Что-то изменилось. Нудл похмурилась, вглядываясь в очертания чьей-то морды, с низким рычанием просунувшей свой нос сквозь решетку. И испуганно округлила глаза, когда увидела пасть с рядом острых зубов.
Грозный лай будто разбудил Нудл. Она резво поднялась и отпрянула к решетке напротив. Подальше от твари, так упорно пробующей достать ее.
Нудл не могла разобрать, кто перед ней. Не то псина, не то волк, не то что-то еще. Свирепое мохнатое чудище обнажало клыки, яростно брызгалось слюной, маленькие щелки глаз светили алым. И ничего более Нудл разглядеть не могла. Ни лап, ни шеи. Казалось, из тумана к ней вышло само воплощение тьмы.
Под натиском решетка со скрежетом сломалась. Оглушающее эхо ушло в пустоту.
Дрогнув, Нудл проснулась. Проснулась в своей постели. Свет выключен, шторы закрыты. Даже не заметила, как задремала. Перед носом — ее рука с наручным компьютером, который разрывался от прерывистого звука входящего звонка. Чуть дальше на прикроватном столике — полупустая бутылка из под пива.
— Слушаю, — промычала Нудл.
— Скоро буду, — ответил Даффер. — Собирайся, пойдем работать.
— Да, босс. Уже выхожу.
Она лениво оперлась на руку, приподнимаясь. Встала, едва не наступив на бесшумно прошмыгнувший под ногами пылесос. Натянула свою любимую поношенную футболку. И только направилась на выход, как домашний призрак подал голос.
— Я проанализировала ваше настроение…
— Пошла на **й. Я на работу.
— Двери заблокированы.
— Чего? — воскликнула Нудл.
Она остановилась у порога комнаты. Глянула на терминал у стены напротив.
— Прежде, чем вы уйдете, я хочу вас подбодрить.
— Какого…
Полупрозрачный экран над терминалом ожил, осветив комнату. На весь экран — ролик с какой-то женщиной на фоне чистой прогулочной зеленой аллеи. Стояла полубоком. Шла куда-то, но ее остановили. У нее характерные для тигрицы ушки с темными краями и пятнышком посередине.
— …Да, мне здесь нравится, — отвечала она. — Не представляю условий для жизни лучше, чем здесь… Нет, перебираться с семьей не планируем… Мое счастье в семье, разумеется, в чем оно еще может быть… Да, прекрасный муж, троих мальчишек растим… Да, они замечательные…
Поочередно на экране возникали лица тигриц, живущих на Третьем Острове. С чистыми помыслами и в достатке. Но Нудл их уже не слышала. Их голоса стали для нее неразборчивым шумом. Первая рассказала достаточно, чтобы Нудл поняла, каким образом призрак здания решил ее «подбодрить». Вот только социальные ролики никогда не работали на ней так, как надо.
Нудл прохромала к столику. Наклонилась и взяла бутылку. Разогнулась, немного постояла, глядя на этикетку. Исподлобья уставилась на экран, где девушки продолжали со счастливыми лицами рассказывать, чем они живут и какие у них чудесные семьи. Метнула бутылку.
Звон разбившегося стекла. Голоса умолкли.
— …Двери разблокированы, — ответил женский голос, ставший механическим из-за очередной поломки терминала.
— Чудно.
Голос Нудл дрогнул. В глазах защипало.
— Я передала отчет о вашем поведении ревизору. Вам выдано направление к психиатру. Посещение обязательно, стоимость курса оплатит департамент. В случае пропуска вам назначат штраф.
— Стукачка.
Нудл глубоко вдохнула. Медленно выдохнула. Еще немного постояла, ожидая, пока пройдет тяжесть, заполонившая глотку.
***
— Держи.
Даффер, отчего-то жуть какой недовольный, протянул Нудл пистолет-пулемет, когда они встретились около пустой детской площадки, окруженной жилыми высотками.
Нудл уставилась на оружие, будто не понимая, зачем оно ей нужно. Подняла взгляд на Даффера, с невозмутимым видом ожидающего, пока коллега возьмет ПП. И она взяла его.
— А сигареты где?
— Какие еще сигареты? — прикрикнул Даффер. — Ты вообще в курсе, что на твое поведение жалобу подали?
— Ну подали, и что?
— Чего ты опять натворила?
— Да чего ты так завелся-то?
Он замахнулся. Ударил тыльной стороной ладони. От такой пощечины Нудл повело в сторону.
— Меня из-за тебя понизили, дура. Мне из-за тебя прилетает. Понимаешь? Соберись.
Она не посмотрела на него. Сплюнула поалевшую слюну. Ее хвост нервно забил по воздуху. От злости Нудл сжала кулак. Коготки второй руки заскребли по ручке ПП, впиваясь в сталь. Даффер ожидал, что сейчас она полезет в драку, а он снова поставит ее на место. Как в дни их учебы.
Она подняла гневный взгляд и уставилась на него. И на этом все закончилось. Нудл стояла, похоже, о чем-то думая. А ударить Даффера даже не попыталась.
— Урод, — едва слышно ругнулась она. Выдохнула, успокаиваясь. — Есть план?
Она не напала, а ее вопрос, кажется, удивил Даффера. Тем, что задан он по делу. Он чуть смягчился. Неужели пощечина отрезвила ее?
— Сначала достанем Уайта. Заставим его отправить сигнал о помощи Блэку. Дождемся его и уберем сразу обоих.
— Ладно. А план Б есть?
— Будем смотреть по ситуации. Ты, кстати, как?
— А что?
— Ты хромаешь.
— Все в порядке. Лучше некуда. Пошли уже.
***
Маяк Уайта завел их на окраину теневого сектора. Безлюдные кварталы настораживали. Темные здания с забитыми и потрескавшимися окнами-глазницами намекали, что здесь давно никто не живет. Кресты на некоторых дверях и ограждения, защищавшие непонятно от кого, добавляли напряжения.
— Мы вообще куда зашли? — ворчала Нудл, озираясь.
Она остановилась и подняла голову. Крытые переходы меж побитыми высотками опасно свисали над улицей.
— Я не виноват, что Уайта так далеко закинуло, — когда шаги позади стихли, Даффер глянул за спину. — Чего остановилась? Нога болит?
Она посмотрела вбок. Вглубь узкого переулочка, в котором видна лишь пара мусорных контейнеров. Тонкая тропа кончалась тупиком. А, может, и сворачивала куда-то на другую улицу. Этого Нудл разглядеть не могла. Слишком темно.
Нудл не отводила напряженный взгляд от хода меж домами. Явно что-то задумала. Что-то, что может стать проблемой для Даффера. Чуя неладное, он напомнил:
— У нас от силы пара дней. Что бы ни пришло тебе в голову, нам некогда рисковать.
Он повернулся к напарнице. Сделал пару шагов к ней и остановился, увидев направленное на него дуло оружия. Снова.
— Эй, — окликнул он. — Ты чего?
Глядя на него, Нудл молчала. Она сжимала в руках ПП. Не понимая, что на нее нашло, Даффер замер.
Напряженную тишину нарушали карканье над их головами и далекий металлический скрип.
— А знаешь, — сказала она спустя молчание, — я зае**лась уже выступать в этом цирке. Дай мне уйти.
— Что? — удивился Даффер, не веря в услышанное. — Тебе что, нравится здесь, что ли? В этом мусоре?
— Я родилась среди мусора. Грязь мне роднее, чем тот лживый стерильный мир, какой любишь ты.
— Лживый? С чего ты так решила?
— Я не стану оправдываться. Давай разойдемся по-хорошему.
— Я не смогу тебя отпустить.
— Тогда попробуй остановить.
Даффер направил крупнокалиберный пистолет ей под ноги, целясь в больную. И не хотел бы он спускать курок, но Нудл просто не оставляла выбора. Пусть только попробует дернуться. Он меткий, стреляет точнее многих тигров. И кто бы ни стоял перед ним, его рука не дрогнет, когда дело касается интересов государства.
Но кое-что помешало Дафферу сосредоточиться на проблемной девице. Мимолетный запах. Гнусный запах. Запах, вызывающий рвоту. Сначала тигр подумал, что ему показалось, но почти тут же вонь усилилась.
— Ты это чуешь?
— Что ты несешь?
— Гнилью пахнуло.
— Самого себя унюхал, видать.
Он шикнул на нее. Опустил пистолет. Поводил ушами, вслушиваясь. Нудл непонимающе нахмурилась, но потом услышала. Услышала эхо непонятного ритмичного грохота и опустила оружие. К ним что-то приближалось.
И когда звуки стали совсем отчетливыми, Даффер увидел за спиной Нудл какое-то существо, несущееся в их сторону.
— Сзади!
— А?
Только Нудл оглянулась, как Даффер подбежал к ней и обхватил, оттаскивая вглубь тени переулка. От внезапности она выронила свой ПП. Не успела понять, что произошло, как оказалась у здания спиной к напарнику. Даффер прижался к стене за контейнером, не выпуская Нудл.
— Отпус…
Он прикрыл ладонью ей рот. И как только громадная непонятная тварь остановилась в паре шагов от них, Нудл вмиг угомонилась. Существо стояло, обнюхивая воздух, пока двое исполнителей испуганно глазели на него, надеясь, что чудище их не заметит. Сердце Даффера пропустило удар, когда это нечто повернуло к ним свою длинную клыкастую морду со множеством шрамов и растяжек.
Притихшая Нудл тоже смотрела на тварь. Она не стремилась вырваться. Она успокоилась. Но угомонил ее не столько гниющий монстр, безобразная морда коего возвышалась практически над ними, сколько запах, перебивший трупный смрад. То был запах мускатный, будоражащий и одновременно успокаивающий. Тот, от которого низ живота наполняется приятной тяжестью. Тот, который она уже чувствовала, и который вызывал у нее такие смутные воспоминания. Она помнила свой жалобный, плачущий голос.
— …Не оставляй меня одну…
И помнила ответ в той гнетущей темноте.
— …Я здесь.
— Оно ушло. Его что-то отвлекло. Повезло-то как...
Даффер отпустил ее. Нудл глубоко вздохнула и пораженно глянула на напарника. Но ничего не сказала.
— Ты все еще хочешь уйти из-под купола?
Вдохнула, на выдохе зыркнула туда, где только что стояло чудовище, будто привидевшееся в бреду. На дороге лежал ее новенький пистолет-пулемет. Благо не втоптанный в асфальт этим громилой.
Файл23: Дела Прайда. Часть 3
Поздний закат. Солнце вот-вот скроется за разбитыми домами. Площади и центральные дороги на окраине заливал алый свет. Из-за постоянно бродящих угрюмых облаков зрелище это столь же редкое, сколько солнечное затмение. Закатные лучи пробивались сквозь уличную дымку. Они играли на заграждениях, созданных из мусора, на серых руинах незаконченных строек и развалившихся зданий, и на металле плывущего меж всем этим вездехода, освещая линии люка и ребристую поверхность гусениц.
— Чумовая погода для смерти, — Лайон приблизил картинку в бинокле, — для экипажа этот закат станет последним.
Рядом — еще пара тигров-новобранцев, желавших посмотреть на обещанную силу. Однако сперва Лайон передал бинокль не кому-то из них, а Уайту. Двое молодых незнакомцев в темных куртешках недовольно глянули на белого. Тот стоял в такой же одежде, из-за которой сливался с темнотой. Голову скрывал капюшон.
Они стояли у окон в пустом коридоре. Под их ногами скрипела бетонная крошка вперемешку со стеклом от выбитых стекол.
Уайт видел движущийся в их сторону караван, видел двух снайперов в окнах, скрытых под темными брезентами, видел, как один из людей Лайона вставляет снаряд в трубу гранатомета.
Внезапно — шум откуда-то с другой стороны. Лайон глянул туда, куда направлялся караван. Новобранцы уставились туда же. Удивленно приподняв ушки, Уайт направил в ту сторону бинокль и в изумлении вскинул брови. В сторону каравана двигалась огромная тварь. Такая же, как та, которая едва не снесла его в тот же день, в который он навсегда покинул стены города. Но неповоротливая, время от времени врезающаяся в фонарные столбы. Падая, те добавляли грохота.
Выходит, за этих монстров все-таки в ответе Прайд?
— Чего так рано? — проворчал Лайон в рацию. — И почему берсерк так ведет себя? Ты его вообще чем кормил? — однако ответа не дождался и убрал рацию. — Чертов дрессировщик. Лишь бы успели…
Лайон отобрал бинокль у Уайта и уставился на караван. Тот все так же двигался по дороге, все ближе и ближе к их позиции. И, по-видимому, те, кто сидит внутри, поняли, что к ним что-то движется. Какой-то вояка в белом шлеме высунулся из люка и заозирался.
Ухмыльнувшись, Лайон снова всучил бинокль Уайту и прикрыл уши.
Прогремел взрыв, от которого затрясся пол под ногами. На голову Уайта посыпалась пыль здания. Фыркнув, он стряхнул ее с волос свободной рукой и снова глянул в бинокль.
— Что это было? — спросил кто-то со стороны.
— Ведущий на мине подорвался, — ответил Лайон, опуская руки. — Детская ловушка, но надежная.
Еще один взрыв потише. Гранатометный выстрел подбил замыкающий вездеход, лишая караван легкого пути назад.
— Ну-ка отдай.
Один из новобранцев отобрал у Уайта бинокль.
На караван из-за угла здания напало существо, невидимое военным до этого. Прерывисто засвистела плазменная турель, крепившаяся на крышах вездеходов. Повылазили солдаты в своих белых доспехах, и тут же двое замертво упали, попав под снайперский огонь. Второй турели замыкающей машины заработать так и не удалось: в нее угодил второй снаряд гранатомета.
Тварь шла на машины, невзирая на тяжелые, порою сквозные раны, которые оставляла турель ведущего вездехода. А тем временем к отряду спереди подтянулись люди из замыкающего экипажа.
Следом шли двое в поношенной броне и шлемах. Но явно не из числа военных. Вклинившись в отряд, они услышали: