Фея страшных снов

Глава 5

День за днем, час за часом простые заклинания, повторяющиеся действия, тоска… Александрина отдыхала ночью, бесшумно скользя между детских кроваток, отгоняя страхи, утирая слезы, наполняя сны покоем. Кухарка перестала ворчать, и еда стала вкуснее, юная преподавательница танцев забыла о тоске по дому и буквально порхала по Школе, готовя воспитанниц к первому королевскому балу. Две скучные старые девы – преподавательницы рукоделия – внезапно полюбили длинные прогулки, а потом одна за другой вышли замуж… Даже госпожа Мафалда смягчилась, и на ее строгом лице стала чаще появляться улыбка.

Между тем политическая обстановка в стране менялась. Старый король задумал отойти от дел и передать бразды правления наследнику. Кронпринцу было тридцать лет, он был женат имел сына, и с любой точки зрения мог принять страну под свою руку. Но Его Величество собирался передать страну в лучшем состоянии, поэтому были проведены проверки всех министерств и ведомств, всюду шли ревизии, составлялись отчеты, начищались медные ручки и хрустальные люстры. Высоких комиссий не избежала даже Королевская Школа для Юных Леди – тоже ведь королевское учреждение!

Лина к тому времени уже освоила свой дар, приняла его и даже получила лицензию на магическую деятельность. Госпожа Мафалда чтила закон и приглашала преподавать в Школу лишь одобренных Короной специалистов. Эта бумага и привлекла внимание проверяющих. Высокие лорды переглянулись, отложили бумаги госпожи Александрины Роден в сторону, а потом коротко переговорили с директрисой.

Здесь почтенная дама не стала ничего скрывать и рассказала все, как есть, правда, добавила:

– Благодаря госпоже Роден, за последние три года в нашей Школе не погиб ни один ребенок. Девушки выходят отсюда воспитанными, спокойными, из них получаются отличные жены для дворян и офицеров королевства. Здоровые и преданные Короне.

– Благодарим за информацию, госпожа Мафалда, – мужчина лет тридцати пяти еще раз взглянул на бумаги Темной и распорядился: – мы оставим госпожу Александрину на прежнем месте, но попросим об услуге.

Директриса напряглась. Этого мужчину она знала плохо – лорд Кавендиш, один из приятелей кронпринца. Когда она покинула двор навсегда, он был еще мальчиком-пажом, а теперь перед ней сидел уверенный в себе мужчина, занимающий важный пост при Малом Дворе. Если она правильно расшифровала намеки, которые добрались до нее через третьи руки Кавендиш будет шефом безопасности нового королевского Двора. Но почему столь высокопоставленный лорд инспектирует простую благотворительную школу? Пусть и Королевскую?

Внезапно женщина поняла в чем дело, но времени предупредить Александрину у нее не осталось. Гневный взгляд бывшей придворной дамы оставил безопасника равнодушным. Зато он сполна оценил ауру вошедшей Александрины и моментально закрылся. Лина заметила его действие сразу, но промолчала. Она не ждала приглашения в кабинет директрисы – зачем высокой комиссии ночная воспитательница? Но ее позвали.

Несколько пожилых утомленных лордов смотрели на нее с равнодушием старости, много повидавшей на своем веку. Их ауры уже не сверкали чистой силой и молодостью, зато были покрыты узорами защитных плетений, а одеяния сияли скромным блеском артефактов и накопителей. Маги, аристократы, привыкшие повелевать и легко пользоваться своими и чужими силами. Их учили с ранних лет и потому они даже не вздрогнули, когда в комнату вошла бледная молодая женщина в строгом синем платье, за спиной которой тянулся шлейф Тьмы. Только самый молодой мужчина среагировал моментально – закрылся и даже попытался ощетинится в ее сторону.

Лина спокойно стояла, глядя на членов комиссии. Они все гораздо сильнее ее, опытнее, жестче. Они привыкли распоряжаться чужими судьбами, казнить и миловать, принимать решения от которых зависят судьбы десятков, а то и сотен тысяч людей. Она лишь песчинка в их глазах, но песчинка интересная. Вон, как хмурится молодой, глядя ей за спину. Да преподаватель бытовой магии объяснил ей однажды за чашкой кофе, что темный шлейф у нее за спиной – это потенциальное воплощение ее силы. Сохранит в себе склонность к добру – в один из дней шлейф станет крыльями, станет использовать магию из корысти, зависти или подлых чувств – темная дымка свернется в рога.

– Добрый день, милорды, – вежливо поздоровалась Александрина, стараясь не обращать внимание на тех тварей, что тянулись к ней от незнакомцев.

– Добрый день, госпожа Роден, – заговорил все же молодой. – Мы ознакомились с Вашей лицензией, – тут маг выдержал паузу, вероятно, надеясь смутить девушку.

Лина не дрогнула. В отличие от большинства директрис благотворительных Школ, госпожа Мафалда считала неправильным лишать юных леди мужского общества. В Школе были преподаватели мужчины. Все в возрасте и счастливо женатые, но были. Кроме того, каждый месяц старшие классы выезжали на детский бал в Кадетский Корпус. Девушек непременно сопровождали воспитатели, в том числе Александрина, ведь страх перед первым балом, танцами или общением с незнакомыми статными кадетами – это тоже страх. Так что девушка имела опыт общения с суровыми отставными военными, исполняющими роли дядек при шустрых юнцах, и не боялась.

Поняв, что Александрина просто спокойно ждет продолжения его слов, лорд Кавендиш решил применить другую тактику:

– Согласно пункту, пятнадцать дробь три Магического Кодекса, Вы являетесь военнообязанной, должной прибыть на службу по достижении Вами восемнадцати лет.

Пауза была долгой, но Лина не собиралась выкладывать свои козыри сразу. Пусть этот яркий брюнет с карими глазами сначала выложит свои.

– Подпункты шестнадцать и восемнадцать, – чуть поскучневшим тоном продолжил лорд, – дают Вам право на отсрочку службы в связи с замужеством или беременностью, Вы ведь не замужем?

– Нет, милорд, – так же ровно ответила девушка.

– Наказание за нарушение этих пунктов предусмотрено статьей двадцать шестой Магического Кодекса, – тон лорда стал особенно неприятным и протяжным, – оно включает в себя штраф до трех тысяч золотых, изымание имущества в пользу Короны, а также заключение в магическую тюрьму сроком на шесть месяцев! – последнее Кавендиш произнес, глядя Лине в глаза и тут же разочарованно прищурился, не найдя в них страха или особенного волнения.

Погладив здоровенную тварь, которая толкала ее лбом в колено, Александрина четко ответила:

– Все перечисленные Вами кары, милорд, падают на голову мага, не объявившего о своей силе, избегающего налогов, либо отказавшегося служить Короне. Я же получила лицензию, что, согласно пунктам трудового кодекса, является объявлением о сфере деятельности, и поступила на службу в учреждение, напрямую финансируемое Короной, чтобы вести в нем полезную для жителей империи деятельность. Отчет о выплате налогов есть у нашего казначея.

Молодой инспектор скрежетнул зубами и явно собрался воздействовать на упрямицу какими-то совсем уж убойными аргументами, но старичок, сидящий рядом с ним, чуть коснулся рукава его мундира и поднял на Александрину выцветшие голубые глаза:

– Похвально, когда столь юная дама знает законы и умеет удерживать свою силу. Мой коллега всего лишь хотел предложить Вам подписать договор о сотрудничестве с королевской Тайной службой.

Лина напряглась, а старичок продолжал успокаивающе журчать, затягивая сознание сладкой патокой:

– Возможно, разовые посещения некоторых людей, страдающих от недостатка сна. Или подтверждение, что человек действительно испуган, а не отравлен. То, что не затруднит Вас, но принесет пользу королевству.

Девушка облизнула разом высохшие губы, погладила колючки жмущегося к ней монстра и попыталась получить подсказку от госпожи Мафалды, привычно найдя взглядом наставницу, но та, сжав губы, смотрела в стол. Ясно, она тоже под воздействием этого добродушного пожилого лорда с румяными розовыми щеками и добрыми глазами всеобщего дедушки. Подсказки не будет, хотя… наставница чуть шевельнула пальцами, словно пересчитывала монеты.

– Надеюсь, в этом договоре предусмотрена щедрая оплата, милорд, – прямо заявила девушка, усилием воли стряхивая невидимые и невесомые клейкие нити. После чего строго обвела взглядом комиссию и вдохновенно добавила: – семья от меня отказалась.

Невысказанную мысль присутствующие уловили – воздействовать через родственников на Темную не получится.

– Поэтому я хочу скопить приданное, – вдохновенно продолжила Лина, – ведь нашему королевству нужны сильные маги, пусть и темные.

Мужчины как-то разом расслабились. Приданное, деньги за службу – это они понимали. Лину пригласили взглянуть на договор, обсудили пару сомнительных пунктов, внесли требование обязательной оплаты не ниже ее жалования и даже компенсацию пансиону пообещали. Росчерк магического пера, и все:

– Можете идти, госпожа Александрина, когда Ваши способности понадобятся, мы за Вами пришлем! – милостиво отпустил ее пожилой лорд в скромном темном камзоле.

Интересно, кто он? Выглядит скромнее всех, но, принимая решение, все неосознанно поворачиваются к нему, словно ожидают его одобрения. А вот лорд Кавендиш проводил ее недоверчивым взглядом и уточнил:

– Проверять способности госпожи Роден не будем?

Старички с сомнением поджали губы, им надоел темный кабинет, утомили жесткие стулья, а этот молодой да ранний… Все это так явно читалось на их лицах, что Лина внезапно решила с озорничать – снова погладила ту шипастую тварюшку, которая так и не отошла от ее юбки, потом склонилась и шепнула:

– Приснись сегодня своему хозяину и объясни ему, что женщин обижать нельзя!

Темный шлейф за ее плечами шевельнулся, а жуткого вида монстр занял место у ног лорда.

– Сегодня ночью Вы сможете убедиться в моих силах, милорд, – вежливо улыбнулась Александрина, а затем, исполнив скромный книксен, девушка вышла, оставив мужчин и директрису одних.

– Что эта… девушка себе позволяет? – сердито спросил Кавендиш у госпожи Мафалды.

– Вы усомнились в ее способностях милорд, и у Вас будет время в них убедиться, – ехидно ответила та, радуясь, что ее уловка сработала.

Пожилые лорды уже вставали, собирая бумаги, прощаясь с директрисой. Только на крыльце они позволили себе парочку насмешливых взглядов в сторону молодого коллеги – чертовски приятно усадить такого молодца в лужу! Пусть и чужими руками.

– Думаю, у Вас будет незабываемая ночь, Кавендиш! – еле сдерживая смех, проговорил лорд Блитшоп.

– Поделитесь потом впечатлениями, – добавил лорд Лиарн, – мне же нужно внести в бумаги силу воздействия нашей новой сотрудницы.

– Да-да, мы все будем ждать Вашего отчета, – веско припечатал старый Гинзбург, беря понюшку табаку.

Кавендиш поморщился – связываться с пожилыми лордами не хотелось, девчонку прищучить тоже не вышло – если он сейчас попытается ей отомстить засмеют. Да и что она ему сделает? Его дом прикрыт от всех видов воздействий, а уж кабинет и подавно. Решено: он проведет ночь в кабинете за работой, спать не будет, а к утру воздействие, наверняка, развеется. Прощаясь с коллегами, он удовлетворённо хмыкнул, довольный своей идеей.

Утром мужчина спал, уткнувшись лицом в бумаги, стопками лежащие на его столе. Спал и вздрагивал во сне. Когда ординарец осмелился войти к начальнику с утренним чаем на подносе, Кавендиш очнулся, едва сдержав крик. Встал, глянул мутными глазами на стол, на поднос, пошатываясь, пересек кабинет, скрывшись в небольшой купальне, устроенной рядом как раз на подобный случай.

Ледяная вода помогла. Через пятнадцать минут мужчина вернулся в кабинет, обнаженным до пояса, вытирая влажные волосы полотенцем. Горячий чай восстановил его самообладание. Лорд распорядился подать чистую рубашку и камзол:

– Я еду домой, Михель! – сообщил он и добавил: – Запомни, никогда не сомневайся в способностях женщины! Мстят они ужасно!

Ординарец подал чистые вещи, помог натянуть камзол и стянуть волосы лентой, а потом робко уточнил:

– Как же они мстят, Ваша светлость?

Кавендиш нахмурил было выразительные брови, но всё-таки признался:

– Все время, которое я спал, мне снилась богомерзкая тварь в платье с воротничком, как у моей гувернантки. Она била меня линейкой по пальцам и требовала, чтобы я писал на доске тысячу раз «никогда не обижай женщин»!

Михель содрогнулся и поспешил проводить лорда до двери.

Глава 6

Некоторое время после визита комиссии Лина опасалась, что лорд Кавендиш припомнит ей бессонную ночь, но мужчина оказался снисходительным. Или просто счел ниже своего достоинства мстить какой-то девчонке, пусть и Темной.

Зато спустя всего неделю, в Школе стали появляться люди с короткими записками от королевской тайной службы. Ничего сложного, ничего опасного – проверить сон, убрать страх, выяснить куда человек спрятал папку определенного цвета… Все это не утомляло, зато приятно пополняло ее личный счет. Вот только было ощущение, что эти легкие случаи лишь подготовка к чему-то большему. Время текло незаметно, и вот, наконец, пришло это письмо. Ее приглашали лично навестить лорда Кавендиша в здании управления Двора. Рекомендовали на входе сразу обратиться к его секретарю.

Госпожа Мафалда еще раз перечла короткие строчки и, вздохнув, сказала:

– Думаю, тебе стоит собрать вещи, Александрина.

– Вы предлагаете мне бежать? – удивилась девушка.

– Нет, – немолодая дама чуть улыбнулась, пододвигая подопечной тарелку с медом. – Просто опыт подсказывает мне, что на этот раз твое задание будет проходить вне стен школы, и отказаться ты не сможешь. Одежду упакуют горничные, и я пришлю ее на любой адрес, но есть же еще личные вещи, мелочи… в общем, смотри сама. Завтра в полдень тебя ждут, значит, стоит выехать заранее, ведь в центре всегда такое оживленное движение.

Лина не стала спорить. Действительно, платья может уложить горничная, которая за ними следит, а вот книги по магии, артефакты-накопители, созданные ею самой обереги, отгоняющие дурные сны – все это лучше упаковать лично. Если они окажутся слишком мнительными, просто воспользуется случаем, возьмет отпуск и съездит к морю, как давно собиралась.

Остаток дня прошел в сборах, а ночью девушка, выполняя свой долг, бесшумно скользила между кроватками, поправляя одеяла, отгоняя страхи, навевая покой. Большая часть сил ушла в амулеты, которые она научилась делать под руководством преподавательницы рукоделия: каменная бусинка в паутине силовых ниток. Ничего сложного, если напитать силой и дать приказ отгонять страхи, только силу нужно вливать довольно часто.

На рассвете Александрина ушла к себе, проверила саквояж и прилегла отдохнуть. На этот раз будить ее пришла сама госпожа Мафалда. Директриса дробно постучала в двери и напомнила:

– Лина, коляска уже у крыльца!

Очнувшись от короткого сна, девушка вскочила, умылась холодной водой, быстро собрала волосы в привычный пучок и закрепила бархатной лентой. Глянула в зеркало и осталась довольна – все, как всегда. Строгий белоснежный воротничок, скреплённый небольшой брошью-камеей, подаренной директрисой на день окончания Школы, скрывает шею и подчеркивает бледность лица. Платье она выбрала светло-серое, утреннее. По правде сказать, столь светлый туалет был в ее гардеробе единственным, ведь она редко покидала свою комнату раньше пятичасового чая.

Теперь шляпка. Модная, как ей говорили, серебристая вуалетка, закрепленная на овальном кусочке фетра. Бархатный бантик, мелкие белые цветы, сумочка на шелковом шнурке, перчатки, а вот саквояж придется доверить служанке, даме не пристало самой носить тяжести. Глубокий вздох – она готова!

Директриса тоже придирчиво оценила внешний вид подопечной и одобрительно кивнула:

– Прекрасно, Александрина, – потом порывисто обняла: – я буду надеяться, что ты все же вернешься!

Девушка быстро спустилась по лестнице, огляделась, едва не свернула привычно к дортуарам. Но нет, швейцар, почтенного вида отставной военный, с поклоном распахнул перед нею входную дверь:

– Всего доброго, госпожа Александрина, – сказал он.

Лину отчего-то морозом продрало по коже от этих слов. Глаза, непривыкшие к солнцу, сразу прищурились, слишком теплый и ароматный воздух ворвался в легкие, а уличный шум заставил покачнуться. Она успела позабыть, что на здании Школы лежит полог, защищающий воспитанниц от воздействия внешнего мира. Нет, она бывала на свежем воздухе – каждый вечер, перед ночной сменой гуляла в саду, но сад тоже был прикрыт от всего и еще эти люди… Множество незнакомых людей шли мимо, разглядывая опрятную коляску с гербом Школы. Кое-кто осмеливался смотреть прямо на нее, а какой-то расфранченный молодчик одобрительно хмыкнул, оценив взглядом тоненькую талию, затянутую в строгий корсет.

Девушка рассердилась. Невидимый шлейф за ее спиной распахнулся и начал скручиваться, разгоняя чувствительных к проявлению магии птиц. К счастью, в этот момент ее снова отвлекли: кучер распахнул перед ней дверцу коляски, а служанка вынесла саквояж и не слишком почтительно бухнула его на специальную полку. Лина выдохнула, закрыла глаза, возвращая себе концентрацию, и как молитву повторила про себя:

– Это недолго. Я скоро вернусь.

Потом девушка села в экипаж, и постаралась увидеть в окружающем ее сияющем солнечном дне что-то хорошее. Высокое синее небо, яркое солнце. Ей тепло, она удобно сидит и с интересом сама разглядывает толпу. Оказывается, она уже очень давно не выходила в город. Правда, иногда в выходной она добиралась до книжной лавки, но вечером обычно было тише. Кроме того, в таких выходах, по традиции, ее сопровождал школьный слуга, или рядом шла парочка немолодых преподавательниц, увлекающихся сентиментальными романами. А теперь она одна днем едет в незнакомое место…