- -
- 100%
- +
Как раз вдалеке показался капитан Лесли, и паренек направился к нему. Вокруг капитана «Карпатии» собралось с десяток местных техников и даже кто-то из командования «Гиперлэндера» – топливная система кораблика почему-то отказывалась забирать у линкора горючее. Ламаряне торопились с починкой, опасаясь, как бы потом не всплыла правда об их махинациях. Терпение у командующего заканчивалось, и он был готов вот-вот выпроводить гостей ни с чем: «Вечно у тебя что-то не так, Лесли!»
– Ну, что я могу поделать, командор Армстронг, без горючего мы даже до ближней орбиты не доберемся.
– Ничего, я тебя подтолкну, – проворчал командор. – Сейчас, только сапоги начищу.
– Капитан Лесли, скажите…
– Чего тебе, парень?
– А я мог бы перевестись на «Гиперлэндер»?
– Забудь, Макс. Они тебя не возьмут.
Тот сразу поник: «Почему?»
– Потому что мы сейчас будем грабить эту посудину.
– Как это «грабить»? – паренек отступил. Почему-то на этот раз его обостренное чувство справедливости не требовало вмешаться.
– Смотри сам.
Лесли отодвинул одного из механиков и протянул руку к топливному модулю, что-то там нажимая. Механизм тут же задергался, трансформируясь, и вот уже вырос целый робот. Ламаряне опешили, а робот поводил из стороны в сторону головой-дулом, и вдруг дал мощный залп по дверям, ведущим в центральные помещения линкора. Первым пришел в себя командор: «Ты с ума сошел, Лесли?! Ты хоть представляешь, во сколько нам обошелся каждый сантиметр этой обшивки?!»
Тот, кажется, вообще никогда не переставал улыбаться.
– Ты-то чего беспокоишься? Теперь спишешь на нас не только топливо с дверью, но и вообще все, что вы растащили с баржи.
Командор почесал в затылке: «Вообще, да», – тем временем пыль рассеялась, и стало видно, что дверь выстояла, даже не погнувшись. – «И что дальше? Ты серьезно думал, что сможешь хотя бы выбраться из доков при помощи этой штуки?»
– Ну, честно говоря, я просто хотел проверить, работает ли она вообще. Они там на Сайфе сейчас распродают всякий металлолом после уаджийской войны, ну я и позарился. Солидная штуковина, да? А что с дверью… – он поднес ко рту передатчик. – Аннет?
– Еще минуточку, пожалуйста, – отозвались оттуда. – Ага. Готово.
Дверь открылась. Командор опять чесал в затылке.
– А ты, значит, Лесли, в террористы какие заделался, что ли? Или, ну я не знаю, мародерствуешь?
– Какие неприятные слова «террорист», «мародер».
– Ну, а кто еще?
– Пират. Космический пират. Мы взяли тебя на абордаж и сейчас ограбим. Совсем как пираты, только в космосе.
– Ты же понимаешь, что находишься в окружении десятков боевых кораблей рядом с целой базой. А у тебя на борту даже оружия-то нет.
– Буду, значит, первым и последним!
Тот только повел бровью. И тут в доки вломилась капсула. Она врезалась в пол, выплюнув человека. Это был Билл Таггард. В каждой руке он держал по многоствольному пулемету и тут же принялся решетить ими потолок, потом с перекатом прыгнул за укрытие и закричал оттуда: «Давайте! На меня! В очередь!» Лесли помахал ему рукой.
– Спокойно, Таггард, они не сопротивляются.
– Почему не сопротивляются?!
– Ну, а зачем им?
Билл сплюнул.
– Да пошли к черту эти казенные баржи! Давай грабить частных торговцев!
Лесли хотел что-то ответить, но ему помешал передатчик: «Капитан, истребители на подходе».
– Ага, спасибо, Хок. …Аннет, кристаллы у тебя?
– Сейчас. Почти.
Лесли обвел присутствующих взглядом.
– Так, ребята и зверята, давайте назад на корабль. У нас мало времени, – он нажал что-то на роботе, но тот не сдвинулся с места. – Вот черт! Так и знал, что здесь что-то не работает! – повернулся к командору. – За сколько купишь? Отличная вещь, гремит, трансформируется. Движок – зверь!
Армстронг обошел робота, будто смотрел в зубы коню.
– Хм. Даже не знаю. Пятнадцать тысяч.
– Я за нее выложил двести семьдесят и правую почку бывшей жены!
– Семнадцать.
Тем временем через док пролетело несколько мелких транспортников, груженых кристаллами. Они обогнули людей и скрылись в «Карпатии».
– Капитан, по нам вот-вот откроют огонь!
Но Лесли продолжал торговаться: «Двадцать две».
– Двадцать.
– Двадцать и твою клевую фуражку. Я знаю, у тебя пять штук запасных.
– Идет, – они ударили по рукам. – Ты как, в «Пьяный хэнджер» на Портене все еще заглядываешь?
– А то! Каждые выходные!
– Давай там тогда пересечемся.
– Ага, забились.
Лесли последним забежал в закрывающийся люк «Карпатии».
Он бежал по коридорам, одновременно командуя: «Включить громкую связь! Вывести мне на компьютер вид за бортом! Отлетаем сейчас же!»
– Капитан, мы еще не отстыковались.
– К черту стыковочный отсек! Давай-давай! Разворачиваемся.
А вокруг собирались мелкие боевые корабли. Люди пока что не понимали, что происходит. С «Гиперлэндера» приходили сбивчивые сообщения. Кто-то куда-то стрельнул, где-то оказались взломаны системы. Большинство думали, что случилась какая-то поломка и не готовились никого атаковать, тем более что время было не военное. Многие пытались связаться с «Карпатией». Эфир прямо-таки бурлил.
Лесли запрыгнул в кресло второго пилота (за главным пультом уже сидел Хок), изучая окружающую обстановку. Кораблики приближались огромными кучами. Многим было просто любопытно посмотреть, что там с этим дорогущим ламарянским крейсером. Пролететь через всю эту кучу корабликов было не сложно, если воспользоваться неразберихой. Но вот стоящие вдалеке линкоры – другое дело. Мимо этих проскользнуть было совершенно нереально. Все понимали, что с орбиты Фавро их никто не выпустит.
Глава 4: Эфир
– Давай прямо на них, – скомандовал Лесли.
«Карпатия» описала дугу и, резко врубив ускорение, рванулась в один из потоков подлетающих кораблей. От пары удалось увернуться минимальными поворотами, многие сами успели кинуться врассыпную, но нескольких столкновений избежать не удалось. К счастью, скорости были небольшие, так что пассажиры «Карпатии» даже не почувствовали удара, только прошелся по обшивке глухой звук, да навигатору пришлось бороться с вращением.
– Отлично, – Лесли похлопал Хока по плечу. – К нам в эфир все еще пытаются пробиться?
– Ну да.
– Пропускай их.
– И что им сказать?
Капитан задумался.
– Пусти в эфир национальный гимн Ламара.
Хок округлил глаза: «Зачем?»
– Поверь мне, они тоже будут искать ответ на этот вопрос.
И вот, трубя во все стороны пафосным электронным оркестром, прославляющим храбрость и волю героического ламарянского народа, «Карпатия» проскочила между крейсерами «Мьюз» и «Оперон», стараясь держаться так, чтобы возможный огонь с одного цеплял бы другой. Кораблик подготовился к прыжку. Капитан уже хотел сказать, что все идет даже лучше, чем он предполагал, но «Гиперлэндер» выстрелил первым. В «Карпатию» вылетела начиненная хэнджерами ракета. Уйти от такой ракеты было невозможно – она взрывалась рядом с целью, выпуская целый рой роботов. И в потоке других кораблей от хэнджеров тоже было не скрыться.
– Уходим в прыжок! – почти закричал капитан.
– Мы не успеваем.
– Успеем!
И тут что-то выбило Хока из кресла пилота. Капитан обернулся: «Макс?» Но тот уже сидел за пультом управления, вовсю вводя новый маршрут и переключая системы на ручное управление. Его глаза горели, да и весь он прямо-таки светился: «У меня есть отличная идея!» Капитан жестом остановил пытающегося подняться Хока: «Думаешь, сработает?»
– Посмотрим.
Лесли в очередной раз усмехнулся. Все-таки ему нравился этот парень: «Ну, давай!»
«Карпатия» резко сменила направление, так что ракета пролетела мимо, взорвавшись в некотором отдалении, а кораблик направился прямо в сторону огромного борта «Оперона», выжимая из двигателей все, что можно.
– Это и есть твой план – разбить нас о линкор?
Ответа не последовало, а «Карпатия» все набирала скорость, и вдруг, уже перед самой обшивкой «Оперона», развернулась и снова врубила двигатели, прожигая в стене отверстие. Уже через мгновение Макс отключил двигатели, не позволяя кораблю замедлиться, так что «Карпатия», почти не потеряв скорости, нырнула в нутро линкора. Следом устремился рой хэнджеров, уже вовсю стреляющих лазерами. Хоку и Лесли оставалось только замереть в изумлении. Кораблик летел по инерции задом наперед, и перед их глазами роились наступающие роботы. А Макс даже не знал, что он делает, пальцы срабатывали сами, заставляя его врубать боковые двигатели, пропуская кораблик через сеть технических тоннелей, уворачиваясь от титанических генераторов и переборок. Где-то в подкорке памяти у него сидела точная схема помещений «Оперона», будто это он сам конструировал линкор. Тем временем хэнджеры настигали «Карпатию», и вот уже первые догнали корабль, закрепляясь на самом стекле обзора. И тут тоннели сменились широким светлым помещением. Ударила вспышка – это «Карпатия» пробила центральный реактор «Оперона». Роботов разом выжгло, а кораблик закрутился, расшвыривая в стороны молнии. Пробив еще несколько переборок, он вылетел с другой стороны линкора, оказавшись прямо перед центральной промосианской станцией. Пушки станции заработали, прицеливаясь в «Карпатию», а со всех сторон приближались корабли Ламара.
– Ну что, парень, еще есть гениальные идеи?
Тот задумался, а потом встал, освобождая пилотское кресло.
– Нет. Простите.
Лесли тут же занял его место, в первую очередь проверив работоспособность систем: те с трудом, но работали.
– Ничего. У меня есть одна.
Лесли погасил вращение и отправил на станцию шифрованную передачу. Те не ответили, но вместо того чтобы открыть огонь, пропустили корабль к докам. Лесли развернулся к всему экипажу «Карпатии», теперь собравшемуся за спиной: «Ну, все, ребята и зверята, концерт окончен, давайте на выход».
Парень вышел из корабля первым, оказавшись в кругу промосианских солдат. В отличие от «Гиперлэндера» помещения станции до сих пор сохраняли все признаки Ковчега. Клаустрофобические низкие потолки, угластые стены, характерная плитка на полу, скрывающая паутину неаккуратных и чрезмерно разросшихся систем жизнеобеспечения. Эти коридоры строились в спешке, без возможности провести дополнительные проверки на прочность, без четкого понимания, какие придется выдержать перегрузки. В каждой линии здесь ощущался страх людей за свое будущее, не знающих, сколько времени им придется пролететь, прежде чем они найдут новый дом, не знающих, как этот новый дом их встретит. Страх управлял этим судорожным строительством, страх задавал ему краски, страх выбирал цвет обоев и длину занавесок в душевых кабинках, он дирижировал, подбадривал, подсказывал решения и, конечно, пугал. Сейчас, конечно, все это было уже позади, люди давно обосновались в Целистике, и только старшее поколение еще помнило те дни Великого Побега. Теперь печать страха оставалась только в Ковчегах, настолько глубоко въевшаяся в металл и пластик этих кораблей, что поколения строителей и проектировщиков чаще всего были бессильны стереть ее. Спустя десятилетия эта печать влияла на людей, летающих на бывших Ковчегах, сильнее, чем они на нее. Даже в форме промосианских солдат ощущалось что-то отчаянное и неуверенное, а в их движениях чувствовалась скрытая инстинктивная тревога.
Конечно, парень тоже ощущал себя не в своей тарелке. Он потерял уверенность, лишь неистребимо теплилось его всепоглощающее любопытство. Остальные пассажиры «Карпатии» следовали за ним, тоже не проявляя особых желаний иронизировать, тем более что солдаты не опускали оружия. В полном молчании их провели через несколько коридоров в зал брифингов и совещаний. Все мониторы в зале были выключены, только стоял посреди пустых кресел управляющий базой. Лесли вышел вперед и протянул карточку. Управляющий коснулся ее пальцем, сканируя, и замер, сверяя информацию по своему имплантанту.
– Что это за карточка? – тут же сунулся любопытный Макс.
– Каперская грамота, – ответил Лесли. – До тех пор пока мы грабим корабли Ламара, любые порты Промоса открыты для нас, обязанные обеспечить убежищем, ремонтом и дозаправкой.
– Но зачем все это? Между Промосом и Ламаром ведь нет войны.
Тут впервые заговорил управляющий станцией. Похоже, что тема была особенно болезненна для него: «Ламаряне считают, что вся галактика принадлежит им. Они подкупили правительства многих планет, подняли армию дипломатов, чтобы распоряжаться нашими ресурсами. Нашим Фавро! Если не помешать им, уже сегодня они завершат полную экономическую блокаду, завтра – используют наши же кристаллы, чтобы построить флот, вооруженный мощным лазерным оружием. И тогда им останется только подвести флот к планете и требовать выполнения любых условий». Все затихли. Кто-то из вежливости, а кто-то мысленно проникаясь такой перспективой.
– Итак… – сказал Лесли, решив, что достаточная пауза выдержана.
Управляющий перевел на него взгляд: «Это было обязательно – грабить крупнейшую баржу Ламара прямо рядом с нашей станцией?»
– Если уж рисковать, то по-крупному.
– Понятно. А маневры эти ваши, они к чему?
– Я надеялся обойтись без помощи Промоса.
– Но надежды не оправдались, да? Оставили нас как запасной вариант, значит. Удивительно мало доверия, учитывая все… соглашения, что нас связывают, – в ответ Лесли промолчал. – И теперь получается, что вы подставили нас на глазах у Ламара.
– В договоренности ничего не было о том, что мы не имеем право грабить те или иные корабли.
– Не беспокойтесь, мы, несомненно, исправим этот недочет в договорах. А у вас, капитан, в конце концов, есть же своя голова на плечах?
– То есть вы отказываетесь от своих обязательств?
– Конечно, следуя элементарному здравому смыслу, мы должны предать вас суду прямо на месте, но мы уважаем даже самые абсурдные договоренности, и поэтому готовы отпустить вас немедленно.
– Ну да, прямо к ламарянским кораблям.
– Это уже ваши проблемы.
– Несомненно.
Лесли развернулся, встретившись глазами с Аннет.
– Груз, – проговорила она одними губами.
– Полагаю, в текущей ситуации, он вам уже не понадобится, – спокойно ответил командующий.
Теперь уже вся команда «Карпатии» выдвинулась, оставляя Лесли и Аннет за плечами. Солдаты тоже пошли вперед, оттесняя пиратов дулами оружия. Билла просто так было не удержать, он заорал, и на него накинулось сразу пятеро. Хок, наоборот, отступил, а Макс просто замер, потому что капитан удержал его за плечо. Дождавшись тишины, снова заговорил Лесли: «Командующий, я дам две возможность, чтобы позволить нам обоим сохранить лицо и некоторое подобие человеческого достоинства. Если вы не прислушаетесь, я сниму с себя ответственность за последствия».
– Ну-ну.
– Во-первых, даже если предположить, что вы заберете наш груз, вам все равно придется иметь дело с ламарянами, которые, безусловно, потребуют его назад. То есть при любом ходе событий, воспользоваться им вам не удастся. Во-вторых, я прекрасно осведомлен о ваших привычках (и именно по этой причине предпочел не пользоваться каперской грамотой без крайней необходимости) и заранее заминировал «Карпатию» достаточным количеством взрывчатки, чтобы разнести станцию, случись здесь с нами что-то. (Макс сразу вспомнил ту комнату, забитую электроникой.) Итак, командующий, какое решение вы примете?
Они простояли еще с минуту, сверля друг друга взглядами. Потом Лесли снял руку с плеча Макса. В молчании пошли назад, все так же под конвоем солдат.
Все так же молчали в доках и при посадке в корабль.
И только когда люки закрылись и на экранах «Карпатии» возник вид на космос, забитый ламарянскими кораблями, Лесли нарушил молчание, скомандовав Хоку сухим голосом:
– Полетели.
Глава 5: Маневры
Двигатели «Карпатии» работали едва-едва. О маневрах не было и речи. Окружающие корабли больше не роились. Они замерли, выдерживая аккуратное расстояние и, похоже, вели переговоры со станцией, ничего не предпринимая в ожидании приказа сверху. Вдалеке восстановилась более-менее привычная жизнь. К Фавро стремился новый поток барж, а пробоины «Оперона» уже вовсю чинили ремонтные суда. «Карпатия» аккуратно курсировала где-то внутри этого кольца, когда корабли вокруг начали перестраиваться, включая сигнальные огни.
– Почему они не стреляют? – спросила Аннет.
– Не знаю…, наверное, … – тут Лесли понял, что корабли сигналят им следовать назад на «Гиперлэндер». – Понятно. Похоже, нас ждет суд.
– Ну, не впервой, – мрачно заметил Билл. Он-то явно уже оказывался за решеткой не раз.
Не торопясь корабль двинулся по указанному маршруту.
– Капитан, нас вызывают.
– Давай послушаем.
Включилась связь. Вызывал их не кто иной, аж сам генерал Объединенных Сил Ламара. Облаченный во все регалии, с белой окладистой бородой. Казалось, что еще немного – и на фоне пустили бы ламарянский гимн (что, учитывая предшествующие события, было бы, конечно, забавно). Лесли присвистнул. Генерал сурово оглядел пиратов, приготовился уже заговорить, и тут вдруг его лицо изменилось: «Вот ты где», – удивленно сказал он.
На «Карпатии» переглянулись: «Кто?» Быстро заметили направление генеральского взгляда. Тот смотрел на Макса.
– Снова он все забыл, – неожиданно доброжелательно пояснил генерал. – Это мой племянник. Никогда не знаешь, где на него очередной раз наткнешься. Ладно, причаливайте, и посмотрим, к чему мы в конце концов придем.
Причалили на этот раз, воспользовавшись обычным доком, а не стыковочными шлюзами. Их никто не вытаскивал из корабля под конвоем (хотя изначально, небось, собирались). Генерал сам лично попросил разрешение зайти на борт. И даже без охраны. У кого-то могли появиться вопросы, что вообще генерал делал на спутнике рядом с Промосом, но тут все было понятно – ситуация вокруг Фавро была критически важной для Ламара. От нее зависело, смогут ли ламаряне создать боевой флот.
Генерал не торопился приступить. В первую очередь он попросил Лесли показать ему корабль, и только после небольшой экскурсии они вдвоем сели за стол переговоров. Разговор сразу же принял неожиданный оборот.
– Как он? – спросил генерал.
– Выглядит довольным.
– Он всегда и всем доволен, – генерал откинулся на спинку кресла, задумавшись. – И как он теперь себя называет?
– Макс.
– В прошлый раз был Статманом.
– А как его зовут на самом деле?
Генерал усмехнулся.
– Что значит «на самом деле»? Документов у него нет, и свидетелей его раннего детства тоже не видно. В его случае «на самом деле» – понятие исключительно нечеткое.
– А его родители на самом деле пропали?
– Не совсем. Это отдельная большая история.
– Вы одобряете его образ жизни? – Лесли и сам заинтересовался, вспоминая то немногое, что он узнал об этом человеке за последние сутки.
– Что мне остается… его невозможно удержать. Я пытался. Да и, в конце концов, зачем? Он свободен, а значит нельзя отнимать у него право совершать свои ошибки.
– Ошибки? Он минимум пять раз рвался драться и минимум три раза в ситуациях, грозящих смертью. Эти его суицидальные наклонности, они всегда были?
Тот задумался.
– … Нет. …Я замечал, что он все чаще стал забывать прошедшие события. Раньше раз в месяц, теперь уже все чаще раз в неделю.
– Тут я могу только огорчить вас, генерал. Сейчас для него каждый новый день – отдельная жизнь.
– Каждый день?!
– Да. Есть ощущение, что еще немного, и его личность прямо-таки растворится в потоке времени.
Они оба замерли.
– Вы правы, Лесли, – заметил генерал скорее самому себе, чем собеседнику. – Это нужно как-то остановить.
– И я не думаю, что остановить его может кто-то, кроме вас. … Или пули в затылок. Причем по поводу последнего я сомневаюсь.
– И снова вы правы, – генерал заторопился, протянув руку. – Ладно, давайте закончим наши дела. У вас должна быть какая-то карточка-пропуск для промосиан. Вы ведь не против?
Лесли передал ему каперскую грамоту. Генерал поднес карту к глазам на мгновение, потом положил рядом и продолжил, уже более холодным официальным голосом: «Замечательно. Итак, я внимательно рассмотрел ваше дело и, как вы понимаете, должен вынести решение как официальное лицо, представитель великого ламарянского народа. Как вы понимаете, ущерб причиненный вашей командой… как вы себя назвали? «Пиратами»? …Занятно. Так вот, ущерб, нанесенный вашей пиратской командой, – значителен, особо если принимать во внимание уничтожение центрального реактора «Оперона». И, признаюсь честно, я до сих пор теряюсь в догадках, как вообще вам удалось такое сделать. В свете этого я уполномочен передать вам следующее.
Генерал положил что-то на стол.
Лесли поднес предмет к глазам. Это была новая карточка, удивительно похожая на ту, которую он только что отдал. «Каперская грамота ламарян», – сообразил Лесли.
– Надеюсь, вы не думаете отказаться от столь щедрого предложения?
Капитану «Карпатии» понадобилось несколько секунд, чтобы справиться с удивлением и выдавить из себя: «Не думаю». Генерал поднялся.
– Договорились, – он спешно пожал Лесли руку и вышел.
Быстрым шагом генерал прошел по коридорам «Карпатии». Команда только что получила от Лесли сообщение о результатах переговоров, и теперь они провожали генерала удивленными взглядами. Макса на борту не было. Генерал вышел в док «Гиперлэндера» и потребовал отчет от охраны. Те ответили, что корабль никто не покидал. Тогда он обошел вокруг «Карпатии», только чтобы заметить, что одна из панелей обшивки выломана изнутри. Как раз рядом с генераторами посадочных стабилизаторов. Конечно, даже теоретически, если кто-то и смог бы вылезти через это отверстие – ему все равно было не покинуть доков. Но что-то подсказывало генералу: если дверь доков уже была взломана всего час назад, значит, ее могли взломать снова.
Нельзя было терять больше времени. Генерал почти выбежал из доков, собирая себе на имплантант информацию с камер. Ничего не найдя, он, следуя интуитивному чувству, сделал запрос по кораблям, вылетевшим с «Гиперлэндера» за последние десять минут. К счастью, такой корабль был только один. К несчастью, это был транспортник, отправляющийся на базу промосиан. Корабль было уже не остановить, он причалил к базе как раз в тот момент, когда генерал делал запрос. А от промосианской базы корабли отлетали во все концы Целистики. Генерал чувствовал, что если он не вмешается, больше не увидит племянника никогда, поэтому он связался с промосианским управляющим и запросил информацию по вылетающим кораблям.
Там был корабль к Олдувай, со строителями в один из подводных туристических городов, корабль со спасателями, собирающимися искать пропавших на Чиринау колонистов, корабль с гуманитарной помощью для кочевых племен Сибиуса и исследовательский корабль с учеными, летящими на таинственный Габион. Генерал мог представить, как паренек в последний момент записывается или пробирается на любой из этих кораблей. Искать дальше не было смысла.
Все-таки он ушел.
Генерал вздохнул и вернулся к обычной рутине. Дел у него, как всегда, было полно. Тем более что теперь, под прикрытием каперских грамот Ламара и Промоса, в Целистике появлялась новая сила – космические пираты.
Эпоха колонизации заканчивалась, теперь космос нужно будет делить. И пираты – это только начало. Нужно было подписывать множество новых бумаг, привлекать множество новых людей, готовиться к новым кризисам. Поглощенный этими невеселыми мыслями, генерал даже не обратил внимания, когда он утверждал списки добровольцев на «Гиперлэндер». Иначе он заметил бы в этих списках Максима Йорки.
Глава 6: Крыло
Малколм копался в механизме робота, а Ник смотрел на лес. Стояла неестественная тишина, не кричали птицы, не стрекотали насекомые.
– Чип GT7Fx, – не переставая что-то паять в металлических внутренностях, Малколм вытянул руку.
– Все-таки странно, – пробормотал Ник. – В природе не бывает абсолютной тишины. Ну, просто так, беспричинно.
– Чип GT7, – раздраженно повторил Малколм.
Ник покопался в сумке и передал устройство напарнику. Он так и не мог оторвать взгляда от верхушек деревьев. Было видно, что где-то вдалеке они колышутся. Но только не рядом, будто бы люди находились посреди мертвой зоны: «Даже ветра нет. Как ты думаешь, почему?»
– Понятно почему, – отмахнулся Малколм. – Потому что это не просто лес. На самом деле вся планета – это огромное существо, и мы с тобой, как мухи у нее на заднице. Сейчас ей надоест офигевать от нашей наглости, почешется, и нам кранты, – он закончил ремонт, заварил грудную панель механизма, замер на минуту, критически рассматривая работу, а потом резко врезал ногой по ценному электронному устройству. От удара тот оживился замигал диодами и попытался прогундеть нечто вроде: «Приступаю к диагностикам систем управления питанием», но Малколм врезал еще раз, и робот заткнулся. На этом их работа была закончена. Теперь если какого-нибудь человека когда-нибудь зачем-нибудь занесет на эту дальнюю планетку, робот найдет его и при необходимости окажет первую помощь. Малколм вытер пот спецовкой. Можно было возвращаться в избушку. Сейчас их флаер автоматически облетал остальные механизмы в системе. Если повезет – больше поломок не найдется, и уже утром можно будет свалить с этой богом забытой планетенки, чтобы получить свою зарплату.