Виви 2. Инициализация

– Не стоит, – тихо произнесла я и подошла в плотную к панорамному окну. Ладонь сама легла на его холодную поверхность.

Объять необъятное, почувствовать неизведанное, ощутить бесконечность – насколько я близка сейчас к этому, настолько и далека. И во всём этом присутствует большая трагедия, свойственная любому разумному существу.

– Мы тленны, Айкс. Всё во вселенной тленно. Нам не познать всех тайн. Вспыхнуть и сгореть мгновенно…

«Мы не одни, Вивиан», – резко оборвал меня Айкс и показал на стоящего за спиной гостя. Им оказалась та самая Тори, в руках которой были мои ботинки.

– Мне больше нравится другое выражение из вашей культуры – «Все эти мгновения затеряются…».

– «Во времени, как слёзы в дожде». Это старинный фильм, но фразу говорит не человек, – прервала я сержанта.

– Как и ты. Но и в тебе есть душа, разве не это был главный посыл того фильма? – сказала Тори и протянула мне ботинки.

– «Бегущий по лезвию» слишком глубокое произведение земного кинематографа. К чему ты клонишь? – спросила я и принялась натягивать обувь.

– К тому, чтобы ты нашла себя среди нас. У тебя есть предназначение. Хочешь ты этого или нет, но на этот путь ты уже ступила. Осталось лишь его осилить.

Как же странно она говорит! Были бы эмоции, меня бы передёрнуло от подобной сказочности и таинственности. И почему все вокруг стараются разговаривать загадками?

«Они все шпионы, диверсанты, разведчики. Тяга к секретам у них в крови», – лаконично подметил Айкс и с этим не поспоришь.

– Да будет велика мать моего народа! – произнесла на своём языке Тори. Она поклонилась и приложила кончики пальцев ко лбу – так гальеты обычно молятся своей богине Гаель. – Теперь я верю…

– Что ты от меня хочешь? О каких легендах, путях, вестниках и прочей чепухе пытаешься сказать? Сейчас кое-что тебе покажу, – сказала я, подойдя к сержанту вплотную и дала мысленно команду на включение режима осмотра тела.

Тори смотрела внимательно за появлением на лице и других видимых частях моего тела чёрных выемок, соединявшихся постепенно в одну большую сеть. Краем глаза посмотрев на себя в отражение в панорамном окне, я увидела бегущие по рукам голубые следы сигналов – система проводила диагностику.

– Может ли великий «профатэ геральдэ» так?

Левой рукой я дотронулась до щеки и отсоединила элемент внешней обшивки, обнажив серебристый аргетан под кожным покровом. Кусок вложила в руку Тори и несколько раз щёлкнула пальцами, повысив интенсивность потоков.

Сержант внимательно рассмотрела часть моего корпуса и отдала обратно мне. На лице прекрасной гальет не появилось ни намёка ни на одну из известных мне отрицательных эмоций. Её глаза по-прежнему выражали неимоверное восхищение и преданность, с каким верующие прихожане обращаются к своему богу. Только что божественного в человеке-синтетике, вроде меня?

– Ты помнишь себя до преобразования? Кем ты была? – поинтересовалась Тори.

– Кем, кем! Обычной девушкой в самом опасном городе Земли, которая спала и видела, как свалит оттуда. Поэтому и училась, не распыляла себя на клубы, случайные заработки и торговлю своим телом.

– Но ты уверенна, что твои родители – настоящие?

Этот неожиданный вопрос поставил меня в тупик.

Внимание! Снижение производительности!

Контроль эмоционального состояния…

Выполнено.

– Сейчас пожалуйста аккуратнее и по порядку, сержант. Достаточно мне психологических встрясок. Сначала ты меня в мессию записала, а теперь и в сироты? Что за бред?

Дверь лифта открылась и на обзорную площадку вышел Хогас. Вот сейчас то он мне всё и должен поведать! По всем законам жанра, именно в такие моменты вскрываются многие тайны. Но это только в книгах и кино.

– Полковник, думаю, она готова! Теперь ваш выход, – отчиталась Тори и выпрямилась в струнку, приложив правую ладонь к левой груди – таковым является воинское приветствие в Корпусе.

«Могу включить фоновое музыкальное сопровождение, подходящее для столь напряженного момента».

– Дальше я сам, сержант, – Хогас выполнил аналогичный жест.

Как только лифт тронулся унося Тори вниз, курнаец набрал на своём боевом мониторе какую-то команду, включив подавитель сигналов. Не хочет, чтобы нас подслушивали! Происходящее становится всё чудесатее и чудесатее… Хотя, казалось бы, куда уж больше!

– Итак, мистер Хогас, кто же я такая? Неужели, сегодня я узнаю истинную причину своей уникальности, о которой мне твердят все вокруг?

«Айкс, пожалуй выключи Ханса Циммера!» – подумала я, поскольку в ушах стоял эпичный трек от старого киношного композитора.

– Стоит начать с другого. Я не мог говорить тебе на Земле этого, но сейчас ты на корабле Корпуса, а значит несёшь всю ответственность за сохранение подобной информации.

– Хм, интересно. Продолжайте, – сказала я и приложила часть своей обшивки на место, возвращая себе нормальный вид. Непривычно видеть себя в отражении без части лица.

Режим диагностики тела завершён.

– Для тебя не новость, что в галактике неспокойно. Всегда были войны, конфликты, мятежи, экономические и социальные кризисы. Грядущее противостояние – апофеоз всего, к чему шло наше галактическое общество. Думаю, и без Айкса ты знаешь о трёх мировых войнах в истории Земли. А как тебе первая галактическая война?

«Подобной информации нет в базе. Возможно, мистер Хогас прогнозирует какой-то масштабный конфликт».

– Пока, что никак. Это ваши безосновательные прогнозы. Ближе к сути моего вопроса, пожалуйста, – ответила я, давая понять Хогасу, что не намерена поддаваться на его попытки разговорить меня.

– Так вот, несколько лет назад мне было поручено задание по уничтожению одного проекта, разработанного «Метус Синтетикс». Имя этому детищу «Архангел». Суть проекта заключалась в создании уникальных людей.

От слова «уникальных» меня должно было передёрнуть. Начиналась очередная цепочка фактов, которая должна была привести к какой-то страшной тайне. Хогас между тем вывел голограмму со схемами и данными на этот проект.

– В планшете Малиса подобного не было, иначе бы я знала, – сказала я, анализируя информацию об отличительных признаках подобных людей.

– Малис тоже был «перфектом» – это ваше неофициальное название. Идеальные, уникальные, прекрасные – такие были эпитеты ваших создателей. И ты была перфектом, Виви.

Я отвернулась от Хогаса и вгляделась в бескрайний простор космоса. Корабль продолжал рассекать газовые образования, проходя вблизи небольших планетоидов. Наблюдая за этим, пыталась осознать сказанное Хогасом.

«Вивиан, я проанализировал информацию из файла, предоставленного мистером Хогасом. Органический модуль твоего тела вошёл в симбиоз с множеством имплантов, создав при этом новую структуру. Отсюда и способность регенерировать и изменять внешний вид».

– Здорово это слышать. Рада, что тебе всё стало ясно.

– Я не понимаю тебя, Виви, – сказал Хогас.

– А я и ни вам говорю! Мой догадливый помощник наконец то прозрел и теперь может объяснить все процессы в моём теле. Но вы же не закончили, верно? – спросила я, не поворачиваясь. Хогас продолжил рассказ.

– Перфекты создавались для увеличения численности людей, улучшения генофонда, решение проблем с бесплодием. Каждый из них обладал интересными способностями. Например, небезызвестная тебе Регина Каэль могла одним взглядом гипнотизировать мужчин и подчинять их своей воле. Малис обладал большой физической силой и интеллектом, а у тебя – невероятная способность к выживанию…

Тут же вспомнились последние слова Регины – идеальный гомо сапиенс, мы не одни такие. Значит ли это, что мои родители мне никто?

– Почему же я тогда похожа на свою мать? А черты лица моего отца? Как вы это объясните? – спросила я, оставаясь спиной к курнайцу.

– Очень просто – генетические образцы огромного числа людей были собраны «Метус Синтетикс». Великий город, в котором более двадцати миллионов взрослого населения. Оттого исследовательские центры корпорации и остаются в Метусе – удобно собирать материал. И налоги платить не надо.