Власть любви. Академия сиятельных

Глава 5

– Юная госпожа, простите, – мать Ривэна в мгновение ока вырвалась из рук отца и опустилась на колени. – Клянусь, вам, это не…

– Достаточно, – прервал ее ректор и обратился к декану Сизери: – К его величеству мы отправимся вместе. А пока, студентка Прис, вы отстраняетесь от занятий и находитесь под наблюдением академии.

Зея не успела ничего сказать, как в кабинете появилась хранительница общежития артефакторов. Она буквально обволокла собой студентку, и они обе исчезли.

– Абигель… – Ривэн осторожно забрал младшую сестру у ректора. – Поднимись, мама, мы свободны….

– Против артефактов рода сложно поспорить, – изрек лорд Альгар. – С этого момента вы подданные Первого Королевства, а Ривэн – приемный сын лорда Сизери.

Мать Ривэна только начавшая подниматься, опять упала на колени и побледнела так, словно из нее только что выкачали всю кровь.

– Я оставлю вас на несколько минут, – изрек ректор. – Декан Сизери объясните все новым членам вашей семьи и определитесь с местом их жительства.

Ректор вышел, оставив нас разбираться с последствиями принятых решений. До меня только дошел весь масштаб произошедшего. Их же нельзя отправлять в наше поместье, там мама и Белла!

– Встаньте, пожалуйста, – отец галантно предложил руку женщине, помог ей подняться с колен и подвел к одному из стульев. – Присядьте здесь.

Ривэн молниеносно оказался возле матери и передал сестру ей. Это немного успокоило женщину, но она все еще настороженно смотрела на нас и держала за руку сына, чтобы тот не отходил от нее.

– Я понимаю, что лучшим вариантом было бы оставить вас наедине с сыном, чтобы он все объяснил, но, к сожалению, времени у нас на это нет. Семейство Прис совершило преступление, за которое должны понести наказание, – отец внимательно взглянул на женщину и неожиданно вздрогнул, а она, опустила голову. – Но… позвольте спросить, вы так похожи на одну девушку…

Мы недоуменно переглянулись с Ривэном.

– Быть не может! – воскликнул отец, чем испугал малышку Абигель, и та сильнее прижалась к матери. – Леди Айлин? Почему вы не обратились за помощью к королю?!

– Ривэн, возьми Абигель, – тихо, но непреклонно потребовала женщина. – Оставьте нас наедине с лордом Сизери.

– Хейли, выйди, пожалуйста… – сказал отец растерянно.

Дважды просить не пришлось. Мы вышли за дверь, где с секретарем общался ректор.

– О, все-таки узнал, – задумчиво промолвил он, глядя на нас, и отвернулся.

– Ты хоть что-нибудь понимаешь? – шепотом спросила я Ривэна и улыбнулась чумазой малышке. – Привет, меня зовут Хейли.

Та спрятала личико на груди Ривэна.

– Нет, но маму зовут Айлин, – потрясенно выдохнул он.

Больше мы не проронили ни слова. Толку-то, если ни ему, ни мне ничего неизвестно? Терпеливо ждали, пока нас позовут обратно. Почему-то сомнений в том, что позовут – не было. Но вот ректор, вдруг застыл на месте, а затем поспешил в свой кабинет. Нас никто не приглашал.

Мы опять переглянулись с Ривэном. Девочка на его руках продолжала тесно прижиматься к брату, отвернувшись от меня. Пытаться наладить с ней контакт я не стала. Малышка явно потрясена и боится. Может, позже, когда она немного успокоится и расслабится, я сумею подобрать ключик к ее маленькому сердечку.

– Ривэн, – голос отца заставил нас двоих вздрогнуть, – проводи леди Айлин и леди Абигель на преподавательский этаж, вас там встретят.

«Мы и так на преподавательском этаже» – хотела сказать я, но прикусила язык. Скорее всего, отец имеет в виду жилой этаж, где располагаются личные комнаты преподавателей, а не их кабинеты.

Леди Айлин вышла из кабинета ректора. Она выглядела смущенной и была в смятении. Постоянно теребила подол своего простого платья. Но, встретившись взглядом с сыном, улыбнулась.

– Идите, – мягко произнес отец, – и ни о чем не беспокойтесь, все позади.

– Благодарю, ваша ми… – леди Айлин, по привычке низко склонилась, но сама оборвала себя на полуслове. – Боюсь, я еще не скоро…

– Быстрее, чем вам кажется, – папа подошел к ней и нежно сжал ее ладонь, помогая подняться. – Отдохните, проведите время со своей семьей, Ривэн сегодня освобожден от занятий.

– Спасибо, – на глазах женщины застыли слезы, но она улыбалась.

Я и моргнуть не успела, как они втроем покинули помещение.

– Студентка Сизери, аудитория восемнадцать, через пять минут начало лекции, – напомнил строгим голосом отец. – Поспешите, иначе опоздаете.

Мне оставалось лишь кивнуть и стрелой помчаться по коридорам и этажам. Просто потому, что аудитория под номером восемнадцать находилась за главным корпусом, в здании, отведенном факультету Стражей. И за пять минут, честно говоря, успеть было нереально. Но… если у вас в друзьях нет некоего демона.

На улице меня «поймал» Асгар и за секунду перенаправил к нужному крыльцу. Опять же ступеньки я преодолевала бегом. В голове мыслей не было: желание успеть затмило все. От меня все равно ничего не скроют. Рано или поздно, но историю Ривэна и его матери, я узнаю.

– Студентка Сизери, – отец уже стоял в дверях аудитории, а я мысленно чертыхнулась, ну ведь мог бы и меня переместить, раз вместе были, – займите свое место.

Впрочем, тогда бы поползли слухи, что декан делает поблажки своей дочери. А этого допускать не стоит.

– Ну что ж, приступим. Отложите свои ручки и учебники. Сегодняшнюю лекцию мы проведем в новом для вас формате, – Изир Сизери обвел взглядом аудиторию. – Студенты, сдвиньте столы к стене. Стулья можете поставить на них. Они нам не понадобятся.

Повторять дважды не пришлось. В полном молчании мы сложили учебники и письменные принадлежности в сумки. А затем ребята, отодвинули столы.

– Отлично, – выходя в центр аудитории, заявил декан. – Встаньте полукругом. Да, вот так.

Заинтригованные, мы мгновенно выполнили и это. И затаили дыхание, пытаясь понять, что же хочет сделать декан и что показать.

– Не стоит думать, что все лекции будут подобны сегодняшней. Теоретическая часть у вас обширна. Сейчас я покажу вам, что представляет такой предмет, как «Пространственная материя».

Воздух вокруг отца засиял. Сначала это был просто блеск, какой бывает от мерцания звезд на ночном небе. А затем стал перерастать в яркий, как солнечный, свет, пока не образовал идеальный круг ярко-желтого цвета с двумя ослепительно-белыми лучами. И что самое любопытное, глаза легко привыкли к этому сиянию.

– Часы? – удивленно спросил Евар.

– Пространство неразрывно связано со временем, – ухмыльнулся декан и поднял правую руку вверх. – Пространство, которое вы воспринимаете, как окружающую нас действительность, не что иное, как положения материальных объектов и их взаимоотношения, существующие в определенный отрезок времени или момент времени. А вот материя – и есть окружающая нас действительность. Пространство и время – это формы существования движущейся материи.

Кто-то что-то понял? Я – нет. Прокручивала в голове сказанное отцом и остро жалела, что в моих руках нет ручки. Это явно требовалось законспектировать! Пока я предавалась сожалениям, аудитория быстро менялась. Исчез пол, доска, столы и стулья. Остались только мы – студенты и декан, да пугающая темнота с зависшими в воздухе яркими часами и лучами-стрелками.

– Где мы? – задал вопрос папа.

– В пространстве, – мигом ответил Вольт.

– Почему вы так решили?

– Если присмотреться к тьме, то можно заметить колебание уплотненного воздуха, я бы сказал, тумана. Иными словами, частицы этой тьмы находятся в непрерывном движении, а вы только что заявили, что материя – окружающая действительность, пространство же – это форма движущейся материи.

– Мы тоже можем передвигаться, – сказал Тор и подошел к декану, – И мы материальны. Значит, являемся объектами и существуем в… вот этот отрезок времени.

Друг указал на одну из стрелок – лучей.

– Только что она находились в другом положении. Следовательно, в этом пространстве также существует время.

Я чувствовала себя глупой. Они вот так легко усвоили сказанное отцом, а мне их слова казались просто набором букв и звуков. Кажется, с этим предметом у меня будут проблемы.

– Молодцы! – похвалил декан ребят. – Время – это отношение последовательности объектов, в данном случае меня, вас и, как выразился студент Вольт Брэн, тумана, сосуществующих в одной точке пространства. Это параметр, определяющий длительность событий. Кто мне скажет, в чем измеряется время в нашем мире?

– Часы, минуты, секунды, – робко произнесла я. – А что, есть другие миры?

– Это не доказано, – улыбнулся отец, – но чисто теоретически, если существует наш мир, почему не могут существовать иные?

– Действительно, – выдохнула я, – если человек не может дышать под водой, не факт, что другие формы жизни не могут этого.

– Верно. То, что не доказано, еще не означает, что этого нет, – отец тепло мне улыбнулся. – Однако человек-маг дышать под водой может, особенно стихийник с даром водной стихии. Но теория о других мирах остается только теорией. Никаких подтверждающих фактов не имеется.

– А мир демонов? – вдруг спросил Евар.

– Мир демонов? – отец нахмурился. – Кто-то плохо изучал демонологию на первом курсе. Я проведу на первой лекции опрос, чтобы выявить ваши пробелы.

– Евар! – шикнул Али. – Ну, спасибо!

– Итак, как я уже говорил, время и пространство, неразрывно связаны. Это первое, что вы обязаны усвоить. Второе, и время, и пространство – формы движущейся материи. Материя же – это понятие, связанное с любыми объектами, существующими в природе.

Декан Сизери взял паузу, чтобы вернуть нас в аудиторию.

– Назовите мне предметы, являющиеся материей в этом помещении.

– Стол! – тут же отозвались студенты. – Стулья, пол, доска.

– Одежда, сумки, – подала я голос. – Воздух.

– Воздух? – рассмеялся Мэтт. – Это уж вряд ли.

Его смех подхватили другие ребята. Не смеялись лишь трое: Вольт, Тор и Али. Ну, и, конечно, я.

– Студент Валруа, прежде чем высмеивать кого-либо, научитесь думать головой. Кто мне скажет, почему воздух является материей?

Руку подняли те трое, кто не смеялся над моим ответом.

– Али Аран.

– Воздух находится в непрерывном движении. Это проявляется и в виде ветра, и в пламени, а также в облаках.

– Верно, – усмехнулся отец. – Кто может дополнить ответ? Тор Сталлаг?

– Мой брат увлекался биохимией, – сглотнув, начал парень, а в аудитории воцарилась тишина. – Мне всегда было интересно, чем он занимается в своей лаборатории…

Друг замолчал, а я невольно подалась вперед, чтобы утешить его хоть как-нибудь, если это понадобится.

– И однажды я напросился к нему на эксперимент. Так вот, я точно знаю, что материя, какой бы она ни была и в каком бы виде ни представлялась, имеет вес или, как называл Алекс, массу. А частицы воздуха имеют массу. Следовательно, воздух – это материя. К тому же движущаяся, а значит, воздух еще и пространство?

– Хороший вопрос, – улыбнулся декан. – Пожалуй, я поставлю вам за него дополнительные десять баллов. Нет, воздух – это не пространство, это материя, которая заполняет собой пустые места пространства: щели в стене, ямы в земле, комнаты в домах и так далее.

Последующий час декан на наших глазах то расширял пространство, то сужал, да еще вместе с нами! Получалось, что мы становились не больше спички. То вдруг мы оказывались в ином помещении, реальном, как утверждал отец, и даже могли потрогать предметы.

В какой-то момент папа вдруг предложил сыграть в игру. Он материализовал в своей руке пульсар, а нам велел сесть на пол полукругом. Суть игры сводилась к тому, что отец называл какой-нибудь предмет или вещество, а мы должны были, ловя пульсар, отвечать, является ли названное отцом материей. Учитывая то, что материей являлось все сущее, загвоздка была в раздумьях студента, если он тянул с ответом, пульсар в его руках накалялся. Но одно отец прочно вбил в наши головы – материя есть все, и все – это материя.

– Осталось десять минут до окончания лекции, – сказал декан Сизери. – Ставьте столы на места.

Все еще находясь под впечатлением от игры и неудач особо долго думающих студентов, ребята выполнили приказ декана. Та легкость, с которой папа общался со студентами, не могла не вызывать восхищения. Откровенно говоря, я думала, что ему придется сложнее, и отчаянно этого боялась. Не хотелось бы борьбы на родном факультете. Слишком свежа память, когда я сама доказывала свою принадлежность факультету. А с другой стороны, настораживало то, что те немногие, уже прошедшие, лекции носили дружелюбный характер. Словно нас пытались заранее задобрить или сбить с толку.

А может, все дело в изменении учебной программы? Так или иначе, но эта неделя обещает быть непредсказуемой и, наверное, легкой в плане учебы.

– Вы уже выдвинули кандидата на титул короля Академии Сиятельных? – дождавшись пока мы рассядемся на свои места, вдруг спросил отец.

А ведь я совершенно забыла об этом конкурсе! Да и последние события не особо располагали к празднику. В аудитории воцарилась тишина. Отец смотрела на Тора, староста же опустил голову. Ему ведь тоже было не до дурацкого конкурса.

– Посовещавшись, мы решили выдвинуть кандидатуру Тора Сталлаг, – неожиданно заявил Мэтт и поднялся на ноги.

«Вот так удружил…» – подумала я, но вслух ничего не сказала. Тор послал Мэтту полный изумления взгляд и тоже промолчал.

– Возражения есть? Нет. Отлично, – папа потер переносицу. – Значит, от второго курса мы выдвигаем Тора Сталлаг, а от всего факультета Стражей – Хейли Сизери. Это будет впервые, когда за звание королевы академии будет бороться Страж.

– И, наверное, впервые, когда королевой станет Страж? – невинно уточнил Али Аран, за что получил от меня полный праведного гнева взгляд.

– Наш факультет всегда и во всем был первым, кроме как в получении данной награды, – хмыкнул отец и посмотрел на меня. – Не хотелось бы, чтобы в этом мы были исключением, раз теперь у нас появилась возможность.

– Хейли не подведет! – загомонили ребята, я же вжала голову в плечи.

– Время покажет, – неопределенно заявил папа. – Все могут идти, Тор и Хейли задержитесь.

Мы с другом переглянулись и остались сидеть на местах. Ребята быстро покинули аудиторию, но я знала, что они будут дожидаться нас за дверью.

– На самом деле, Хейли можно было и отпустить, – почесывая подбородок, заметил Тор. – Ей не придется участвовать в битве за титул королевы факультета.

– Все это так, – согласно кивнул декан. – Но ей будет полезно познакомиться с этой кухней изнутри, и чем раньше, тем лучше. Поэтому я прошу вас готовиться вместе.

– На нашем факультете борьба всегда велась честно, – пожал плечами Тор. – Если вы хотите познакомить Хейли с коварством участников других факультетов, то, боюсь, не выйдет. К такому вряд ли можно подготовиться.

– И к этому тоже. Хейли, ты наверняка уверена, что конкурс за звание короля и королевы Академии Сиятельных похож на Столичный Конкурс Невест?

Честно говоря, именно так я и думала, поэтому кивнула. Правда, мне ни разу не доводилось быть зрителем подобного конкурса. Знаю только, что он проводится раз в десять лет, а участницами являются невесты из благородных семей. Именно невесты, девушки, которые обручены, но еще не вышли замуж.

По рассказам мамы и статьям из «Вестника» я знала, что девушки должны пройти три этапа соревнований. Первый – это демонстрация манер и воспитания. Второй – знание законов и традиций нашего королевства. И третий – это демонстрация своей красоты и изящности.

– Столичный Конкурс Невест призван выделить одну леди, на которую после ее победы станут равняться все остальные. Пример для подражания, восхищения и, к сожалению, зависти.

– А разве с этим конкурсом не так? – нахмурилась я.

– Нет, конкурс на звание короля и королевы Академии Сиятельных – это в первую очередь борьба индивидуальностей. От вас требуется соблюдение правил, но вы не должны быть одинаковыми, словно сошедшие с витрин манекены.

– Неординарность, харизматичность и успешное выполнение заданий – вот основные критерии отбора, – подал голос Тор.

– К заданиям нужно подходить ответственно, но вместе с тем приветствуется креативность и инакомыслие.

– Да, к примеру, когда участвовал Алекс, одним из заданий для претендентов на звание короля академии было собрать самый прекрасный букет. И он это сделал, в стихотворении.

– А в то время, когда участвовал я, – папа вдруг широко улыбнулся, – нам требовалось доказать силу духа, при этом не прибегая к физическим нагрузкам. То есть мы не могли разыграть сражение или погладить, к примеру, одно из опасных магических существ на глазах публики.

– А почему сила духа измеряется страхами? – не поняла я. – То есть я хотела спросить, почему конкурсанты решили, что нужно сделать что-то, что доказывало их храбрость? Сила духа проявляется не только в этом.

– Вот! – радостно заметил отец. – Ты мыслишь иначе. Потому что большинство пришло к выводу, что нужно показать, насколько смелыми они могут быть.

– А что сделал ты? Прошу прощения, вы, – моментально исправилась я. Субординацию даже при друзьях следует соблюдать.

– На выполнение данного задания, нам давали неделю. Это и на подготовку, и на заявку, и на выполнение. Я сразу же заявил, что все семь дней не буду спать. И получил высшие баллы.

– Хейли, твой отец очень скромный, – с какой-то странной интонацией произнес Тор. – Если бы ты, как и я, с детства грезила академией, то знала, что лорд Изир Сизери был королем Академии Сиятельных.