Сценарий сериала по роману «Палач Демона» (фрагмент)

Владимир: Я щас, я щас. Шумно сбегает по лестнице. Вид из окна бежит по двору прочь. Бежит по тропинке через лес. Люди, люди, люди.

Сцена 8-я. Наши дни. Особняк Артемьева. Ночь. Гости сидят за столами и смотрят представление фокусника в центре. Хозяин разговаривает с Георгием Никитиным (Ником), сидя за столиком на балконе.

Никитин (Ник): А все-таки красивые здесь места!

Артемьев: Да. Но, по правде сказать, жутковатые.

Ник: Почему? Обычное захолустье.

Артемьев: Здесь еще при царе-батюшке, до октябрьской революции жили мои предки.

Ник: Ой, только не говори, что ты из князей или графов! (смеется) В последнее время меня реально достали все эти истории про бывших. Повылазили! Забыли, видно, как комиссары их к стенке в 17-м ставили! Только и слышишь, тот голубых кровей, этот тоже… Едва успеют нарубить бабла, так им сразу дворянские титулы подавай! Или покупают, как эти клоуны из попсы, или же просто беспардонно врут, как сивые мерины. Мол, благородных мы кровей! А у самих хамская морда кирпича просит! Одни аферисты да мошенники! Со свиным рылом, да в калашный ряд! Быдло!

Артемьев: Нет, у меня в роду кроме крестьян никого не было (сдержанно).

Ник: Да ладно, прости, погорячился. Просто сил нет, надоело смотреть, как каждое ничтожество себе очков набрать старается. Кстати, зачем ты, Михалыч, именно здесь особняк решил поставить? А? Неужели в Питере места не хватило?

Артемьев: Так, уже говорил же. Предки мои тут жили.

Ник: Пре-едки, подумаешь. Мои, например, тоже из этих мест. Так, что же, мне тоже здесь дом поставить прикажешь?

Артемьев: Зачем приказывать. Строй, где душа пожелает. Просто меня Тамбовщина манит.

Повариха кричит снизу:

Поросят добавить? Артемьев согласно кивает и машет, мол, неси. Гости внизу отплясывают лезгинку.

Ник: Ты про здешний страх какой-то хотел рассказать (кольцо дыма)

Артемьев: Зайдем? (входят с балкона в кабинет хозяина) Вот, кстати, дед мой (фото крестьянина за стеклом книжного шкафа) Еще после февральской революции, а потом и при большевиках здесь начались крестьянские волнения (смотрят на книгу История Тамбовского края и на картины с изображением поместий) Люди стали бунтовать и разорять барские усадьбы. Тащили все, что под руку попадалось. Сегодня ты, Георгий Степанович, когда ко мне ехал, видел перед последним поворотом старые развалины?

Ник: Ну, вроде, что-то такое было.

Артемьев: Так вот это бывшая усадьба одной дворянской семьи.

Ник: Так это они, надо полагать, князья или графы? Так?

Артемьев: Нет, просто дворяне. Однако род старый.

Ник: И что? Ну, развалины и развалины… Привидение там, что ли завелось? Пойдем еще по глоточку? (Выходят к столику на балконе и садятся за него) Артемьев: Нет, местные люди говорят, кое-что пострашнее. И не завелось. А существует уже давно.

Ник: Да не верю я во всю эту чушь! Ерунда! На дворе 21 век! У моей охраны, знаешь, какие пистолеты?! Глоки! Вот!

Сцена 9-я. Наши дни. Раздается вой, сменяемый женским воплем. Музыка смолкает, гости испуганно озираются. Отцы выскочили на балкон.

Ник: Что это?! (тихо) Света! Света! (лицо посерело, бежит вниз, за ним Артемьев, оба бегут мимо гостей, гости поспешили за ними, Тамада за столом: А че, нормально (пьяный падает в салат лицом). Музыканты застыли, повариха и дворецкий остаются на месте).

Артемьев (пробегая мимо дворецкого): Иваныч, за старшего!

Фокусник успокаивает испуганную обезьянку: Не бойся, Мила, я же с тобой, кушай.

Все подбежали к воротам, открыли, там Владимир охранник с залитым кровью лицом: Шеф, они там! (указывает рукой в сторону усадьбы и устремляется туда)

Артемьев на бегу: Что случилось?! Откуда кровь? Где Миша?! (кричит) Миша! Вбегают во двор усадьбы, потом наверх, вслед за Владимиром врываются на второй этаж Артемьев, Никитин и несколько гостей, остальные остаются внизу. Им открывается страшная картина: Трупы невесты и охранника Бори, у стены Виктор с окровавленной рукой. Рядом с телом невесты хихикающий жених. Георгий Степанович падает на колени перед телом дочери: Светик, дочка. Закрывает лицо руками в плаче: А-а-а!

Артемьев садится рядом с сыном: Мишенька, что тут случилось? Кто это сделал? Пойдем со мной, пытается оттащить его от тела Светы, но тот, хихикая, отталкивает его руку, упирается.

Владимир вызывает во дворе полицию и скорую: Полиция, это охранник Артемьева. Убийство тут. Быстрее к нам и «скорая» пусть едет. И быстрее, пожалуйста. Да ужас тут! Ужас!

Бывший военный перетягивает ремнем кисть охранника Виктора: Щас перетянем, и кровь остановится. Говорить можешь? Затягивает ремень.

Охранник: М-м-м, устало закрывает глаза. Привалившись к стене.

Бывший военный: Понятно. (оборачиваясь к Артемьеву) У него шок.

Сцена 10-я. Наши дни. Ночь. Общий план старой усадьбы, она удаляется.

Переход. Глаза в кустах смотрят на старую усадьбу крупно.

Переход. Один глаз вид сбоку (крупно) В увеличенном глазу в профиль появляются мелкие всадники на лошадях.

Переход. День, вид сбоку поле – атака казаков-квалеристов в экран. Крупно голова лошади сверху в галопе.

Всадник кричит: За мно-о-ой! Впере-е-од! Справа появляется солдат в австрийской форме и стреляет во всадника. Тот, уклонившись от пули, рубит сверху по голове солдата. Тот с окровавленной головой падает. Конь несет хозяина фуражки (голова лошади сверху и офицерская фуражка) с шашкой в правой руке. Всадник догоняет еще солдата и рубит по плечу. Тот падает. Затем подскакивает к третьему, бегущему солдату. Рубящий удар, у солдата отваливается рука, льется кровь. Всадник скачет дальше. Переход. Поле с наступающей кавалерией сверху.

Закадровый текст: В тот памятный день первой мировой войны, когда русские войска Юго-Западного фронта начали грандиозное наступление на австро-венгерские и германские войска, во время знаменитого Брусиловского прорыва, ему предшествовали ожесточенные сражения. Бои шли все лето, а к сентябрю русские войска завладели частью Восточной Галиции и всей Буковиной, ранее принадлежавшими Австро-Венгрии.

Неоценимый вклад в победоносное наступление внесли 17 Донских казачьих полков и 19 отдельных и особых казачьих сотен.

29 мая 1916 года 1-я Донская дивизия с левого фланга прорвалась вглубь расположения австрийцев и взяла две тысячи пленных. Переход (Колонна пленных)

Переход. Казаки атакуют. В пылу атаки на важный железнодорожный узел Ковель, казаки, словно сквозь масло, прорезали оборону противника. Они так глубоко прорвались во вражеский тыл, что даже обогнали несколько бежавших в панике австрийских пехотных частей.

Переход. (Артиллерийские орудия стреляют) В этот момент противник открыл по наступающим артиллерийский огонь.

Переход. Вид сбоку крупно. Взрывы на поле, некоторые всадники падают вместе с лошадьми. Под него-то и попали казачьи сотни.

Переход. Всадник вид сверху, потом сбоку, под звук взрывов с шашкой наголо несется вперед, вращая шашкой в воздухе, кричит «Ура!» За ним скачут всадники.

Сцена 11-я. Наши дни. Ясная лунная Ночь. В окрестностях особняка Артемьева слышится вой сирен. Вид сверху – по дороге едут машины следственно-оперативной группы (автобус лабораторный, легковая следователя) и «Скорая помощь».

Переход. Двое в машине (следователь Семенов и майор Овчаров)

Опер Овчаров: Что там могло произойти, не сказали?

Следователь: Да нет, дятел какой-то звонил, бубнит «ужас», «ужас». Да свадьба у Артемьева, сына женит. Напился кто-то вдрыбаган, да и свалился откуда-нибудь. А, может, гости на радостях подрались. Свадьба короче. Обычное дело.

Переход. Сред. План. Следователь Семенов звонит в звонок на воротах особняка Артемьева: Хозяева! Открывайте, полиция!

Охранник: Здравствуйте. Нету хозяев, все в старой усадьбе, здесь тихо, туда идите.

Переход. Общ план. Отъезжают.

Переход. Общ. План. «Скорая» и полицейские машины у ворот усадьбы.

Следователь и Овчаров входят во двор. Перед ними бегут вверх по лестнице вверх врач и медсестра с водителем, прихватившие носилки…

Следователь: Это что тут такое? Смотрит, оглядываясь по сторонам, как женщин мужчины приводят в чувство, бьют по щекам, трясут. Кого-то рвет. Один гость молча показывает ему наверх.

Переход. Крупно следователь смотрит на окно второго этажа, откуда слышен голос Артемьева «Миша, Миша» и мужской плач.

Следователь: Понятно.

Переход. Полицейские поднимаются мимо сидящих на ступенях гостей на второй этаж.

Переход. На площадке, освещенной стоящими вертикально большими фонарями, перед залой врач с санитаром оказывают помощь охраннику с перебинтованной рукой, сидящему у стены.

Следователь: Доктор, он же может ответить на вопросы?

Доктор: Какие вопросы? Он в шоке, нашатырь не помогает. Вот, когда выведем из шока, тогда спрашивайте.

Следователь: Подойдя к Артемьеву, уговаривающему хихикающего сына пойти с ним. Здравствуйте, это вы Николай Михайлович Артемьев?

Артемьев: Да.

Следователь: А что здесь произошло?

Артемьев: Зайди, да посмотри.

Следователь, войдя в залу: Ничего себе свадьба. Обращаясь к Овчарову за ним. Как-будто перекушена.

Овчаров: Очень похоже.

Следователь: Подойдя к окну, Альгирдас, экспертная твоя душа! Ты скоро?!

Сцена 12 —я. 1916 год. День. Поле. Всадник скачет: Ура-а! Потом взрыв, он падает с коня, скатывается вниз по холму и утыкается лицом в траву.

Переход. Крупно. Раненый есаул лежит в люльке, привязанной между двух лошадей, открывает глаза.

Переход, Качающееся звездное небо.

Переход. Крупно есаул приходит в себя во второй раз и видит над собой темно-зеленую ткань армейской палатки.

Доктор армейский: Семен, положи ему жгут между зубами. Если очнется от боли, то хоть язык не откусит. И терпеть легче будет

Мы ему сейчас желудок зашьем, чтобы из него ничего не лилось, а дальше его в госпиталь везти нужно. (шьет раненого) Там хирурги в хороших условиях доделают. Осколок из головы вытащат и рану живота до ума доведут. А у нас полевой госпиталь, лекарств не хватает, инструментария не хватает. Бинтов и тех не хватает!

Помощник полевого хирурга: Ваша правда. Безобразие. А есаула после операции куда положим?

Хируг: Да никуда мы его не положим, а отправим мы его, голубчик, незамедлительно в Луцк, там чудесные хирурги трудятся, доложу я вам. В палатку входят казаки и подъесаул Григорий. Доктор и его помощник перекладывают есаула со стола обратно в люльку.

Доктор: Поспешайте, братцы в Луцк, в тамошний госпиталь, да есаула не выроните.

Казак 1: Скажите тоже, нешто мы нашего командира потеряем. Благодарствуем за труды (кланяются). Прощевайте. Подъесаул отдает честь.

Переход. Вид сверху. Казаки везут есаула по полю.

Переход. Крупно лицо есаула в крови, изо лба что-то торчит, потрогал лоб, застонал от боли, снова потерял сознание.

1 Казак: Уважительно. Не боись, ваше благородие, довезем.

2 Казак: По дороге бы надо, по полю качает шибко.

1 Казак: Его благородие этой качки все одно не чует, в беспамятстве он, а так быстрее будет.

Переход. День. Дорога посреди поля. Общий план – везут на лошадях люльку по дороге, молча. Есаул открывает глаза (кадр: небо в красноватом тумане)

Переход. Подъезжают к воротам госпиталя.

Подъесаул: Открывайте! Раненый! Ворота открываются, казаки въезжают во двор госпиталя, куда выскакивает доктор.

Доктор Малич: Заносите братцы, сразу в операционную. Кричит кому-то. Готовьте инструменты! Казаки заносят есаула в операционную и кладут на стол.

Доктор: Кто он? Документы привезли?

Подъесаул Григорий: Так точно, вот. Подает доктору.

Доктор читает: Есаул Маматов? Георгий? Герой, стало быть.

Казак 1: Держись, ваш бродь. А мы помолимся. Выходят. В операционную входит помощник хирурга и доктора вместе делают операцию.

Помощник доктора: Тяжелое ранение.

Доктор Малич: Да уж, не из простых. Но будем надеяться, что выкарабкается. Организм молодой, всего 29 лет, может, сдюжит.

Сцена 13-я. Наши дни. Старая усадьба. Малая зала.

Криминалист: Все следы затоптали, безобразие.

Следователь Семенов: Обращаясь к гостям, толкущимся в зале. Так, уважаемые, покиньте место преступления. Они будто не слышат. Все вышли я сказал! Подошедшему капитану Дупленко – Выдерни мне участкового. А ты, Женя (поворачивается к Овчарову) – опроси, кого сможешь. А я тут начну. Так вы у нас кто такие? (обращается к двум парням)

Паша: Я Паша, однокурсник Михаила и вот, Игорь тоже. Мы были во дворе, на свадьбе. А Света и Миша…

Следователь: Там Света? Дальше. Молодой человек кивает.

Паша: Ну, Света и Миша они куда-то ушли. Когда тамада сказал, что молодые куда-то делись, тут мы только и заметили, что их нет. И вдруг все услышали крик и вой жуткий, какой-то.

Игорь: Нет, сначала вой, потом женский крик и все.

Паша: Потом прибежал охранник, сказал, что в старой усадьбе что-то случилось и все побежали за ним.

Следователь: Во сколько вы услышали вой и крик?

Паша: Ну, я не знаю, мы стояли. Болтали. Выпивали.

Игорь: Около десяти было, уже стемнело.

Следователь: Точно?

Игорь: Да, мне перед этим мама позвонила, без десяти десять, а потом это случилось. Вот, посмотрите (он вытащил сотовый и показал время звонка) Двадцать один, пятьдесят.

Следователь: И что потом?

Паша: Потом мы с Игорем и другие гости прибежали сюда.

Следователь: Видели что-нибудь подозрительное, незнакомого кого-нибудь?

Игорь: Да тут почти все незнакомые! Из гостей мало кто друг друга знает.

Следователь: Что вам запомнилось?

Паша: Впереди нас бежал отец Светы, Георгий Степанович. Когда он увидел, что она мертва, то, чуть было, не упал в обморок.

Следователь: На свадьбе не было ссор или драк? Не поругалась ли потерпевшая со своим женихом?

Парни: Да нет. Тут есть охранники, их надо спрашивать.

Следователь махнул рукой: Один мертв, другой в шоке.

Паша: Есть еще один, который в особняк прибежал и про убийство сообщил. Вы его найдите. Хорошо, но пока никуда не уезжайте. Овчаров! Он подошел к Овчарову, который уже допрашивал охранника. Ну, что у тебя, Женя?

Овчаров: Охранник, Владимир Петраков. Работает у бывшего криминального авторитета и бывшего же депутата законодательного собрания Георгия Степановича Никитина.

Повтори следователю, что мне рассказал.

Охранник Владимир: Ну, после регистрации в загсе мы вместе с Георгием Степановичем приехали сюда. К отцу жениха. На свадьбе все было тихо, никто не напился и не буянил.

Следователь: Невеста ссорилась с женихом?

Охранник Владимир: Не-ет, они сначала сидели за столом. Потом пошли в парк целоваться. Мы с ребятами по приказу Георгия Степановича наблюдали за ними.

Следователь: Зачем?

Охранник Владимир: Ну, так чтобы с ними ничего не случилось.

Следователь: Да-а-а. Хорошо же вы их охраняли?

Охранник Владимир: Да как вы можете! Мы же старались! Боря погиб!

Следователь: Как они очутились в старой усадьбе?

Охранник Владимир: Примерно в двадцать минут десятого вечера я заметил, что Михаил и Светлана выходят за территорию особняка.

Мимо говорящих водитель и санитар пронесли тело Бориса к «скорой».

Следователь: Зачем они туда пошли?

Охранник Владимир: Я не знаю, но хозяин велел не спускать с них глаз. Поэтому мы с напарниками тихонечко пошли за ними следом.

Овчаров: Да не тяни ты кота за все запчасти!

Следователь: Погодь, Женя, пусть говорит по порядку.

Охранник Владимир: Я не знаю, что там случилось. Когда мы подошли к усадьбе, тот не сразу нашли Мишу и Свету. Я обходил первый этаж, А Виктор и Борис пошли на второй. Когда я поднялся к ним, то увидел, что Боря и Витя наблюдают за молодыми через неплотно закрытую дверь. Я пошутил, мол, целуются. Но тут Борис вдруг распахнул дверь и ворвался внутрь.

Следователь: Он что-нибудь крикнул?

Охранник: Да. Он крикнул «назад».

Следователь: И что же произошло дальше? Ты сам туда входил?

Охранник Владимир: Я стоял самым последним и в темноте толком ничего не разглядел. Услышал вой, и как крикнула Света, страшно так крикнула. Потом я увидел какую-то большую тень. Отскочив от Светланы, она накинулась на Бориса, и он упал. А Виктор выхватил пистолет и вытянул вперед руку, но выстрелить не успел. Я увидел, как пистолет упал на пол. Следом свалился и Витя. Мимо меня что-то проскочило, я почувствовал сильный удар по голове и потерял сознание…

Следователь: На какое время?

Охранник Владимир: Не помню, но, когда открыл глаза, увидел, что Светлана лежит на полу, а рядом сидит Миша. Он гладил ее по голове и что-то бормотал. Лицо у него было в крови и щека оторвана.

Следователь: Потом?

Охранник: Я с трудом встал на ноги, меня качало. Подошел к Михаилу и от всей этой картины меня вырвало.

Овчаров: Точно. Недалеко от двери там кучка оливье и, кажется, свекольный салат.

Следователь: Где был второй охранник?

Охранник Владимир: Он сидел возле стены весь белый и хотел перетянуть руку ремнем. Но у него не получилось. Я помог ему и побежал за подмогой в особняк.

Следователь: Что делал третий охранник Борис?

Охранник Владимир: Ничего. У него было разорвано горло, он умер.

Следователь: Все ясно, пакуй его! С нами поедет!

Охранник Владимир возмущенно: Вы что? Я же раненый.

Следователь: Сам посуди, ты пострадал меньше всех. И внезапно заорал: Говори, сука, кто твои подельники?! Где они?! Кого заказали парня или девушку?!

Охранник Владимир: Нет, я здесь нипричем! Ты на меня все это не повесишь! Ладно, поехали.

Овчаров: Ты что, Семенов, не видишь парень не при делах. Потом пригласишь на допрос.

Следователь: Нет, я как дежурный следователь, его и второго тоже, и жениха – всех в отдел доставлю. Ты же мне потом спасибо и скажешь. Или потом побегать за ними хочешь?

Овчаров: Ну, посуди сам, где орудие убийства? И как ты будешь допрашивать жениха, если он, вдруг головой поехал?

Следователь: Орудие спрятали те, кто устроил всю эту бойню. Поэтому колоть их всех надо по горячке. Потом набегут адвокаты, а в камере советчиков пруд пруди. Сам знаешь.

Овчаров: Ладно, только вряд ли тебе генерал Артемьев даст увезти своего сына. Скорее сам на нарах окажешься.

Следователь: Черт с тобой, проследи, куда повезут Михаила Артемьева. Но двоих охранников я все-таки заберу. Встретив Дупленко. Собери всех в особняке Артемьева я скоро подъеду.

Переход. Криминалист вытаскивает клочок шерсти из руки мертвого охранника: А это у нас что? Пакует в пластиковый пакетик.

Сцена 14-я. 1916 год. День. Палата госпиталя. Есаул открывает глаза.

Переход. На подоконнике скачет воробей.

Есаул мысленно: Откуда здесь воробей? И откуда подоконник? Вспомнил.

Переход. Картина боя (как видит он) где он скачет по полю рядом с казаками его полка на окопы. Оттуда строчат пулеметные очереди и винтовочные залпы. Премахнув через бруствер оборонительной линии, Константин видит солдата, целящегося в него. Он уворачивается от пули и подскакивает на коне к солдату, рубит его по голове, тот падает. Потом рубит второго и третьего.

Переход. Палата. Есаул мысленно: Эта славная папенькина шашка снова спасла мне жизнь. Неспроста отец так страстно любит холодное оружие (ухмыляется). Ему удалось собрать довольно большую коллекцию славных клинков! Пред мысленным взором ковры, увешанные холодным оружием в его доме и фехтовальный зал. Отец в боевой стойке с саблей в центре, упражняется. – Отец видно тоже был прежде неплохим рубакой (улыбается).

Переход. Палата. Есаул мысленно: Что же было дальше? Снова продолжающаяся картина боя. Он засыпает.

Сцена 15-я. 1916 год. Луцк. Там же в палате. Есаул открывает глаза и вспоминает: Картина – они с кавалеристами продолжают наступать, потом артиллерийский огонь, перед глазами что-то вспыхнуло, следом раздался оглушительный взрыв. Его швырнуло на траву.

Переход. Крупно есаул: Где я? (хрипло), оглядывая палату.

Медсестра Наталья: В госпитале. Подходит к нему. Он пытается подняться.

Наталья: Нет, нет, нет, господин есаул. Лежите спокойно, пожалуйста, господин есаул! Вам нельзя шевелиться! У вас очень высокая температура!

Есаул: Ощупав лоб, убедился, что из него больше ничего не торчит, и нет крови, а голова перевязана. Неожиданно скорчился от приступа боли в животе. – И долго я здесь лежу?