Семь эликсиров тьмы

Глава 8. И боги тоже безрассудны.

Однако на следующее утро, Сет, Осирис, Тот и Джейн уверенно и непреклонно отправились на поиски книги. Сет предложил, используя песчаный вихрь, быстро перемещаться из одного города в другой, но Осирис тут же отверг эту идею.

– Так мы вызовем подозрения Апепа, ведь песчаные вихри не могут быть такими частыми и долго проходящими без твоего вмешательства, Сет. Нам придётся пойти пешком.

Они смерили друг друга уничижительными взглядами.

Но идти пешком также никого не устраивало. И вся компания пришла к компромиссу: ехать на верблюдах. Честно говоря, этот компромисс был весьма натянут. Из-за вчерашней ссоры между богами, в Карнаке была ужасная аура. Сет был сам не свой. Он был более вспыльчив, чем обычно и каждое слово воспринимал в штыки.

– Тогда иди, достань нам верблюдов, раз такой умный. – сказал он. – И если из-за тебя мы опоздаем, и Апеп первым доберётся до книги, ты будешь за это отвечать ценой своей жизни.

– Убить меня собрался? – усмехнулся Осирис. – Не видать тебе трона.

Сет хотел было наброситься на брата, но их остановила Джейн.

– И вы называете себя богами? – уничижительным тоном сказала она. – Вам следует найти отличного психолога, потому что проблем у вас немерено. Может, вам следовало бы просто обсудить всё?

– Я не стану ничего обсуждать с этим упрямым идиотом. – сказали Сет и Осирис хором.

Вот с таким настроением, они отправились в этот поход…

Исследователь Лео Фразенус утверждал, что когда-то Сахара была степью-саванной, но сейчас в это верилось с трудом.

Сейчас весь вид пустыни нагонял на каждого тоску и злость. Каждый ехал, еле сдерживаясь, чтобы просто не начать драться с другими. Их останавливали только остатки здравого смысла.

Палящее солнце, горячий песок и тысячи километров, которые предстоит пройти как можно быстрее… Великолепная четвёрка держала путь на юг, к Гизе, где им нужно было пробраться в туннель под лапой сфинкса. А это значило, что они едут искать храм, который пытался найти её отец! И может быть, это даст подсказку, где сейчас Бренден и Николь. Осирис был уверен, собственно, как и все остальные, что они в плену у Апепа, и если они раздобудут книгу и найдут демона-змея, то можно считать, что они нашли и родителей Джейн.

У Джейн появилась теория насчёт предназначения этих туннелей: гиксосы ведь завоевали весь Нижний Египет, а значит, Египет оказался под угрозой. И, возможно, древние египтяне тайно построили туннели, чтобы пробраться в тыл врага и отвоевать земли. Или для того, чтобы перенести туда все сокровища из пирамид.

Девушка пыталась расспросить у кого-нибудь из богов про туннели, про истинное предназначение пирамид, но те отказывались отвечать. Они отказывались отвечать даже на вопрос, сколько действительно лет просуществовала древнеегипетская цивилизация и сколько лет им самим.

– Какие же всё-таки они странные, – подумала Джейн, – хотят, чтобы их культура никогда не была забыта, и чтобы никто не смел лгать про их истинную историю, но, в то же время очень часто отказываются что-то рассказывать.

Стоило великолепной четвёрке выехать из Карнака, как к ним присоединилась Таурт. Таурт была вторым самым ярым противником этого похода после Ра, однако отказывалась объяснять причину. Все очень удивились, когда она, будто она ещё час назад не говорила, что все, кто собрался в поход – совершенные безумцы, бодро ехала на верблюде с видом, будто она едет спасать мир.

Хотя, собственно, они действительно ехали спасать мир – похищение родителей Джейн вряд ли было конечной целью Апепа, это была, скорее, разминка, нежели даже пункт плана.

– И что сподвигло тебя поехать с нами? – удивлённо спросил Таурт Осирис.

Полностью проигнорировав его, Таурт обратилась к Джейн:

– Джейн, прости меня, ладно? Даже боги бывают неправы…

– Эм-м, – ответила Джейн, не понимая, к чему клонит Таурт. – Я на вас и не обижалась.

– Ты проделала такой путь, чтобы добраться сюда, ты чуть не умерла в пустыне, ты готова пожертвовать жизнью ради спасения родителей. Ты очень храбрая и самоотверженная девушка, и мне очень стыдно, что я была среди тех, кто считал тебя просто глупой девчонкой. Апеп всегда строил козни, и никто не осмеливался бросить ему достойный вызов, а многие из нас боятся его настолько, что готовы сбежать хоть в другие миры. И теперь, узнав, что Апеп не в Дуате, все очень испугались. Да и страшно представить, как сильно он мог измениться, пока был в Дуате и насколько могущественнее мог стать.

Тот, Осирис и Сет отвернулись, мол, хватит уже болтать, только зря время теряем. То и дело они хихикали и тихо что-то комментировали, но Таурт не унималась.

Таурт продолжала просить прощения, иногда вставляя фразочки на древнеегипетском. Но, честно говоря, никто не мог понять, почему Таурт сегодня настолько сентиментальна. Да, она и раньше была достаточно эмоциональной, но чтоб настолько…

– Ну, вы тут поплачьте, поностальгируйте, а мы поехали. Съездим за книжечкой и вернёмся, вы как раз успеете отлично поговорить. – Сказал Сет с насмешкой.

Богиня прекратила заламывать руки, и теперь все пятеро ехали по пустыне, каждый думая о своём.

Никто ни с кем не разговаривал, Сет вообще ехал, лёжа на верблюде и закрыв глаза. Возглавлял шествие Осирис, избравший своей тактикой «отстранённость». Он совершенно не смотрел, как там остальная команда. А ведь ещё поговаривали, что, когда Осирис был фараоном, Египет процветал… Сейчас они с Сетом мало чем отличались. Они друг с другом часто ссорились и было вообще непонятно, что они друг о друге на самом деле думают. То они вступаются друг за друга, то полностью друг друга игнорируют. Зато теперь они были больше похожи на братьев. Тем, кто не знал, кто они такие, в жизни в голову бы не пришло, что они братья – внешность, характер, манера говорить, даже стиль одежды…всё было настолько разным, что если бы кто-то и поверил, что они родственники, то точно бы был уверен в том, что они сводные.

Хотя, на самом деле, они в действительности были не родными: у богов и родственных связей-то не было. Их могла объединять стихия, время или нечто иное, но в действительности родственниками они никогда не могли стать. Джейн всегда удивлялась этому раньше, ведь боги то заявляли, что они «всё сделают ради своих родных», то обходились друг с другом крайне жестоко. Но, так или иначе, отец Джейн всегда говорил дочери, что ни один бог или демон другому не родственник, ведь, например, появился же как-то бог Нун из первозданного Хаоса, да и потом сам создал себе жену, Наунет. Вторым доказательством было то, что «дети» богов редко были похожи на своих «родителей». И часто из-за этого боги ещё больше ссорились между собой…

По словам Таурт, а Таурт всё это время продолжала разговаривать с Джейн, Осирис был скуп на разговоры, любил соблюдать традиции, и всем своим видом походил на какого-нибудь жреца тайного могущественного культа. Он всегда носил традиционную древнеегипетскую одежду, стараясь соблюдать правила во всём. Он отчаянно журил всех, кто неправильно произносил какое-то слово или не совсем точно излагал свою мысль, считая, что точность и порядок – основа для всего существования. По сравнению с ним даже Тот, бог мудрости, от которого уж точно ожидалось примерное поведение с иногда промелькивающим циничным жлобством, был более «свободен во взглядах», нежели Осирис. Осирис был ярым приверженцем Порядка, в то время как Тот допускал возможность существования Хаоса для поддержания того же баланса.

В этом Тот был больше склонялся к рассуждениям Сета, которого он, хоть и недолюбливал, но всё же уважал.

Бог хаоса, наоборот, вмешивался в разговоры и, особенно, в споры, даже тогда, когда его совершенно об этом не просили. Он был резок, циничен и остр на язык. Любимой одеждой Сета была традиционная одежда кочевых племён пустыни, но, в отличие от них, да и от всей четвёрки, ехавшей сейчас молчаливо на верблюдах, он практически никогда не надевал головного убора. Он так привык к пустыне, что ни адское пекло, ни духота, ничто не вызывало у него ни малейшего дискомфорта. Он был готов отправиться из Гизы в Карнак босиком в одной лишь набедренной повязке, и без, сомнений, добрался бы целым и невредимым, да ещё бы успел сплести что-нибудь из бамбука.

Таурт ехала рядом с Джейн, очень беспокоясь, как бы девушка не упала с верблюда.

– Так почему ты всё же решила поехать с нами? – дружеским тоном спросила Джейн.

– Знаешь, я просто вспомнила одну историю. Честно, я не понимаю, почему все так тщательно скрывают произошедшее, и почему все так ведут себя, будто они боятся тайну выдать. – Ой, – вдруг запаниковала Таурт, – я, кажется, сама взболтнула лишнего. Просто ты мне понравилась, и я не хотела, чтобы ты чувствовала себя мышью среди змей. Ведь боги нужны для того, чтобы помогать людям.

С этими словами, Таурт поскакала быстрее. Эта выходка Таурт была ещё более странной, чем трактат её недавних извинений. Она была то готовой рассказать обо всём, то отнекивалась, будто тоже боясь, что расскажет какую-то тайну. Богиня была добра и отзывчива, но это, по-видимому не раз сослужило ей плохую службу, и теперь она старалась быль осторожной в словах и поступках, боясь сделать что-то не так…

Отряд решил сделать остановки в городах по пути, сменяя верблюдов. Они старались выдавать себя за обычных людей, простых туристов. Сначала были предложения оставаться на отдых в каждом городе, но странствующая пятёрка слишком спешила, чтобы давать себе поблажки.

– В конце концов, спать можно и на верблюдах, отдыхая по очереди, пока кто-нибудь ведёт поводья верблюда-кровати. – Сказал Осирис.

И в том, что они старались не оставаться в каком-либо городе надолго, крылась одна, на первый взгляд непонятная причина, но после её обнаружения становящаяся настолько заметной, что она теперь казалась главной причиной спешки.

Боги не умели скрывать тот факт, что они боги.

Они готовы были превратить город в руины, как какой-нибудь невежда тушит сигарету о сфинкса (пусть и не настоящего, а сделанного в соседней мастерской из некрепкого камня, но всё же – сфинкса). Боги чувствовали на себе всю боль, когда видели, как кто-то продаёт сумки из крокодильей кожи или яростно рвёт и без того редко встречающуюся траву.

На самом деле и семья Аддерли раньше считалась одной из самых яростных семей, когда дело доходило до осквернения драгоценностей или насмешек над культурой. Из-за этого многие считали их слегка помешанными, но, если присмотреться, то Аддерли просто не терпели вандальских выходок. Но по сравнению с этой четвёркой богов, Аддерли выглядели безобидными гномами, недовольно пищавшими о том, что их неправильно описывают в книжках.

И на самом деле было удивительно, почему боги настолько несведущи о мире людей, ведь они часто вступали с ними в контакт. Но, как бы странно это ни казалось, абсолютно у всех обнаружилось скрытое качество – полное неумение вести вежливые диалоги. Особенно когда дело касалось тем, где спор был уже заранее выигран (так как лишь боги знали истинный ответ) или, когда затрагивались философские темы, например, тема жизни после смерти. Боги свято верили в Дуат, что, собственно, было само собой разумеющимся, и искренне удивлялись всем невеждам, которые пытались им что-то объяснить про Рай или Ад, колесо Сансары, и уж тем более, когда находились те, кто вообще не верил в то, что существует душа, а какая-то загробная жизнь – и подавно.

Наверно, у Сета получилось бы это лучше, чем у остальных, если бы он не встревал в каждый разговор, поправляя каждого, кого он считал неправым. И упаси Маат24, если ему попадётся на пути какой-нибудь хулиган, который по глупости своей и невежеству, решит подшутить над богом разрушения.

Осирис старался не реагировать ни на что, однако ему пришлось хуже всех – его ведь изображали мумией с кожей зелёного цвета. Так что, если тема разговора касалась его внешности, Осирис закипал порой и похлеще Сета. Осириса можно было понять – из всего, что говорили про его внешность, правдой были только бинты. Он обматывал руки бинтами до локтей по неизвестной никому, даже другим богам, причине.

И, кстати говоря, Осирис был самым социопатичным богом. Он практически ничего не знал о жизни людей и поэтому часто попадал в неловкие ситуации. Однажды он решил заплатить за покупку верблюдов древними монетами. Он почему-то решил, что раз в мире существуют разные виды валют, то почему бы и не «перевести» древние деньги в доллары? Самый яростный защитник ценностей, хранитель традиций и страж порядка, собирался отдать то, что по сути, могло являться ценнейшей из находок, которую бы поместили на самое видное место в музее. И музей, которому удастся заполучить эти вещицы, вмиг приобретёт славу. У продавца засияли глаза. К счастью для всех, Джейн не дала этой сделке состояться, но обидевшийся покупатель, назло удвоил цену.

Из всей пятёрки самой спокойной была Таурт. Хотя порой она вела себя как ребёнок, который уже вырос, но пытается залезть на детские качели. Она с радостью играла с детьми, которые чувствовали себя в безопасности рядом с ней. Родители этих детей не знали, умиляться им или настораживаться, когда их ребёнок играет с какой-то совершенно незнакомой «тётей-богом» с большим восторгом, чем с ними. Таурт вообще всем своим видом напоминала милую нянечку, заботливо ухаживающую за ребёнком, и все дети чувствовали себя окружёнными любовью и заботой, находясь рядом.

Глава 9. Два способа решения проблем.

Набрав целый ворох подобных историй, которые можно было бы обсуждать часами вечером за чашкой чая, они подъехали к Асуану. Тот предложил сесть на поезд и так доехать до Каира, а оттуда уже, притворившись обычными туристами, приехавшими на экскурсию, добраться до Эль-Гизы.

В среднем, это путешествие должно занять примерно двое суток, если не больше, ведь только до Каира ехать четырнадцать часов. Поэтому великолепная пятёрка должна была запастись поистине божественным терпением.

Летом, в связи с дьявольской жарой, народу на экскурсиях не так много, поэтому расписание поездов меняется. Ведь нет смысла отправлять двадцать поездов, которые были бы заполнены лишь на треть.

К вечеру, ужасно уставшие, они добрались-таки до Асуана. Они быстро отправились искать вокзал, но их ждало разочарование.

Последний поезд ушёл два часа назад, а следующий будет лишь утром.

Гостиниц в Асуане было не так много, как в Каире, и все они были куда дешевле. Хотя, и сервис тут был прямо пропорционален снижению цен. Джейн вспоминала того араба-торговца, который владел одной из таких гостиниц. Она и понятия не имела, что тогда с ним произошло, но всё-таки была абсолютно уверена, что это были проделки Апепа.

Они выбрали гостиницу получше, решив тратить столько денег, сколько у них есть (не считая древних монет, которые Осирис захватил с собой). А было у них немало: оказывается, Сет промышлял мелкими кражами кошельков, из-за чего он имел небольшие сбережения, которые, в сумме с деньгами Джейн, образовывали вполне приличную сумму. Конечно, не стоит клеветать на бога пустыни всякий раз, когда вы что-нибудь потеряете, находясь на экскурсии в Каире или на раскопках в Сахаре, но всё же и такая причина потери ценных вещей тоже была вполне правдивой.

Уставшая пятёрка переступила порог гостиницы, которая показалась им самой идеальной. По многим причинам, они не планировали оставаться в Асуане больше, чем на одну ночь, а там после покупки билетов на экскурсию к пирамидам и Сфинксу, деньги им больше не понадобятся, так что они решили забронировать один из самых дорогих, и вместе с тем, богатых и просторных номеров.

– Вот, пожалуйста, заполните эту анкету, и номер ваш. – Вежливо сказал араб-администратор новым постояльцам.

Тот внимательно читал анкету. Она была сделана кое-как. Её составитель пытался сослаться на какие-то законы, но слегка перепутал статьи. Но, как полагается всем нормальным гостиницам, внизу была одна мелко написанная фразочка: за утерю личных вещей администрация ответственности не несёт.

Тот был готов уже начать спорить по этому поводу, ведь это одна из самых хитрых и двусмысленных фраз, которую можно было написать, как вдруг сзади недовольный пьяный голос крикнул: «Эй, придурки… Этот номер занят! Я там живу».

В дверях стоял пьяный мужчина лет тридцати на вид. Вернее, он пытался стоять, но он выпил столько, что просто медленно сползал вниз по косяку двери.

– Извините, но мы вас выселили. – Администратор попытался предотвратить конфликт. – За девиантное поведение.

– А я никуда не уезжал! – стоял на своём мужчина.

Администратор нервно поправил галстук.

– Господин, мы завтра съедем, позвольте нам потеснить вас немного. Вы купили номер на пятерых. Мы не будем вам мешать, и заплатим вам за вашу щедрость. – Вмешалась Таурт.

– Отвали, жирная баба! – перебил её пьяница. – Хотя нет, может, ты будешь разговаривать и хоть чуть-чуть калории скинешь, а то, небось, тяжело такой жить.

– Это тебе сейчас тяжело жить будет. – Сет бросился на наглеца.

Мужчина с ужасом заметил, как Сет сделал большой прыжок в его сторону. И было бы это не так страшно, если бы при этом низкорослый пацан не стал превращаться в демона с острыми когтями и сверкающими не менее острыми клыками.

Но в последний момент Осирис, всеми силами старающийся не дать случиться убийству, схватил Сета за плечо, из-за чего демон чуть не потерял равновесие. Выходка Осириса заставила его передумать и спасла пьяницу от участи быть разорванным на куски.

– Зато от тебя несёт так, словно ты всю ночь провалялся в Авгиевых конюшнях25, а потом пришёл Геракл и турнул тебя оттуда. Вот туда и возвращайся, а не то…

Сет одним мановением руки создал песчаный вихрь, который тут же захватил мужчину в раскалённые тиски. Горячий воздух жёг ему горло, а его руки и ноги кто-то словно растягивал в разные стороны, как на дыбе26.

– Умоляю, пощади, отпусти! – Взмолился мужчина из последних сил.

Со злорадным смешком, Сет, одним щелчком пальцев, разогнал вихрь. Мужчина свалился на пол, но тут же вскочил и умчался прочь быстрее, чем несётся гоночный автомобиль.