12-й удар
- -
- 100%
- +
СЛЕДСТВЕННЫЙ ИЗОЛЯТОР.
Сергея поместили в камеру с двумя молодыми парнями. Они ему не понравились с первого взгляда. Оба вели себя нагло и постоянно приставали к нему с расспросами. Хотели узнать за что его посадили. Сергей отмалчивался и всем своим видом показывал, что не хочет разговаривать. Но они не унимались.
И всё же первая ночь прошла относительно спокойно. Наутро Сергея ждало неожиданное известие. Когда охранник сообщил, что к нему пришли – Сергей не поверил. И как он мог поверить, если на всём белом свете у него никого не осталось.
Сергей пошёл на встречу из чистого любопытства. Его завели в комнату и там оставили наедине с какой-то женщиной. Женщина сидела на стуле и держала в руках сумку. Увидев Сергея, она поднялась и мягко произнесла:
– Меня зовут Ирина Аркадьевна. Я очень хочу познакомиться с тобой поближе, Серёжа. Надеюсь, ты не возражаешь против нашего знакомства?
Сергей насупился и ни слова не сказал в ответ. Отчуждение с которым её встретили не могло не расстроить Ирину Аркадьевну. Она поняла, что Сергей не станет с ней разговаривать.
– Вот еда. Пирожки и пельмени. Пожалуйста, не отказывайся, это от всего сердца, – она достала из сумки свёрток и вложила его в руки Сергею. Потом подняла на него глубоко печальный взгляд и тихо прошептала. – Ничего страшного Серёжа. Я всё понимаю…я чужая тебе. У тебя наверняка есть родители, семья. Они конечно беспокоятся о тебе. У меня нет права вмешиваться в твою жизнь. Но если ты позволишь хотя бы изредка присылать немного еды, я буду благодарна тебе. Извини, – вырвалось у Ирины Аркадьевны, когда она увидела, что Сергей изменился в лице. – Я уже ухожу. Прости.
У самой двери Ирину Аркадьевну настиг голос Сергея.
– Вы кто?
– Мать, у которой больше нет сына. – Ирина Аркадьевна повернулась и печально улыбнулась Сергею. – Но тебе, наверное, трудно меня понять.
– Легко. У меня никого нет. Ни родителей, ни семьи. Даже друзей нет. Не уходите! – неожиданно для самого себя попросил Сергей.
– Никого нет? – Ирина Аркадьевна с совершенно растерянным видом опустилась на стул. – Как такое может быть?
Это вопрос послужил началом длинного разговора между ними. Они разговаривали не меньше часа. За это время Сергей успел рассказать Ирине Аркадьевне всю свою короткую жизнь и причину, по которой он находится в камере. Ирина Аркадьевна впитывала каждое его слово и отвечала ему так, как может ответить только очень близкий человек. Впервые за всю свою жизнь Сергей говорил обо всём даже не пытаясь закрыться. И эта исповедь принесла ему в душу удивительное облегчение, и даже радость.
Возвращаясь обратно в камеру, он чувствовал, что его жизнь за эти короткие мгновения успела измениться. У него появился близкий человек. Эта мысль вызвала у него широкую улыбку.
Вернувшись в камеру, Сергей первым делом разделил еду со своими сокамерниками. Потом опустился на корточки в уголке и начал есть. Пельмени и пирожки были настолько вкусными, что он никак не мог остановиться. Однако следовало приберечь еду на вечер. Он бережно накрыл пластиковую тарелку газетой и собирался было встать, но тут произошло нечто непредвиденное. Один из сокамерников ударил ногой по тарелке. Она полетели вниз и перевернулась. Пельмени посыпались на грязный пол. Над Сергеем раздался ехидный голос:
– Поешь когда тебе принесут денег, а ты передашь их нам. Понял? И не рыпайся. Мы из бригады «Дохлого»! Если что мигом уроем. А может ты не слышал о нашей бригаде? – оба сокамерника захохотали.
– Ну почему же, слышал, – Сергей поднялся. – Но он вам не поможет. А знаете почему? Потому что я урыл этого гада.
Сергей метнулся к ближайшему сокамернику и нанёс несколько мощных ударов. Тот свалился. В это время к нему успел подскочить второй и схватить сзади. Сергей вырвался из его объятий и схватив за волосы начал бить головой об стену. Он это делал это до тех пор, пока тот не потерял сознание и не начал сползать вниз. Бросив его, Сергей оглянулся. Тот которого он ударил вначале успел отползти в угол и теперь смотрел на него с ужасом.
– Первый раз за всю мою жизнь…мать принесла мне еду! – с яростью закричал Сергей.
– Я подберу, подберу, – раздался испуганный голос.
Сергей подскочил к нему и схватив за волосы начал бить головой об пол. Раздались истошные вопли. Сергей ударил ещё и ещё, каждый раз сопровождая свои действия потоком яростной брани.
В замке повернулся ключ и в камеру влетели несколько охранников. Они сразу же бросились оттаскивать Сергея. Но этого сделать, сразу не удалось. Тогда они пустили в ход дубинки. Сергей отпустил хватку. Его оттащили в сторону, и надели на руки наручники. А тех двоих выволокли наружу.
– Вызывайте неотложку, – приказал один из охраны, оглядывая неподвижно лежащих сокамерников Сергея, – они все в крови. Могут умереть, – он бросил взгляд через открытую дверь на Сергея и добавил. – С ним никого не сажать. Мне проблемы не нужны.
Как только дверь захлопнулась, Сергей, закованный в наручники, поднялся и подошёл к тарелке с опрокинутой едой. Потом лёг на спину и ухватив пальцами тарелку, поднялся. Тарелку он поставил на стол. Потом повторил предыдущие действия, но на этот раз для того чтобы поднять пельмень. Он делал это до той поры, пока вся еда не оказалась в тарелке. После этого он принялся очищать их от налипшей грязи.
Глава 6
МОСКОВСКИЙ УГОЛОВНЫЙ РОЗЫСК.
Войдя к Ветрякову в кабинет, Матвеев с раздражённым видом положил перед ним листок. Ветряков поднёс листок к глазам.
– Сергей Сергеевич Стрельников, 1975 года рождения. Место рождения Московская область, Коломенский район, село…не разборчиво…
– Не разборчиво значит? – поинтересовался Матвеев. – Я запрашиваю информацию, а вы присылаете мне данные паспорта.
– Больше ничего нет! – Ветряков положил листок на стол и развёл руками.
– Почему не допросили? Надо было у Стрельникова всё узнать.
– Не получится!
– У меня все получится!
– Я имел в виду Стрельникова, – пояснил Ветряков.
– Случилось что?
– Стрельников разговаривать не любит. А вот драться и просить не надо. Двоих ворюг, которые рядом с ним сидели, в больницу отправили. Избил так, что даже нам их жалко стало.
– Врешь ты все, Ветряков! Скажи лучше, почему не хочешь, чтобы я с ним встретился?
Ветряков пожал плечами и сняв трубку коротко приказал привести к нему Стрельникова.
Первое, что поразило Матвеева, когда привели Стрельникова – его глаза. Они смотрели прямо, не мигая. В них затаилось столько злости, что на мгновение Матвееву стало не по себе. Матвеев показал на свободный стул. Стрельников даже не пошевелился. У Матвеева мелькнула догадка: «Может он глухонемой?» – с этим вопросом он обратился он к Ветрякову. Тот расхохотался.
– Когда с друзьями в камере разбирался, разговаривал, хотя не очень вежливо.
– Вот как? – Матвеев подошел к Стрельникову. – Не хотите садиться, не надо. К вам есть несколько вопросов, и для вас же будет лучше, если вы ответите на них.
На сей раз, Стрельников отреагировал. На губах появилась еле заметная презрительная улыбка.
Более часа Матвеев пытался разговорить Стрельникова, но безрезультатно. Тот упорно молчал. Его холодное равнодушие сбивало Матвеева с толку. За двадцать пять лет практики он впервые столкнулся с таким откровенным отчуждением. Пришлось отвести Стрельникова обратно в «КПЗ». Матвеев развел руками.
– Каменная стена! Ничем не прошибешь!
– А ты говорил, убийца!
– Да, этим не покомандуешь, – не мог не согласиться с Ветряковым Матвеев. – Если что и сделает, так только по своей воле.
– Приложи пистолет к его голове, он даже не моргнет. Уверен в этом, Вася. Парнишка железный! Если до тридцати лет доживет, все бандиты от него будут плакать. Попомни мои слова!
– Ладно, спасибо тебе, Ветряков!
– Не за что.
Сев в машину, Матвеев закурил сигарету и задумался.
– Поехали-ка в Коломну, Коля, – наконец решил Матвеев.
– Как скажите, Василий Максимович.
В Коломне Матвеев зашел к начальнику милиции и, предъявив удостоверение, объяснил причину визита.
– Вам нужно к Самойлову! – посоветовал начальник милиции. – Он у нас двадцать лет работает участковым в лесничестве и живет там же. Он всех знает, наверняка и Стрельникова тоже.
– А как его найти? – спросил Матвеев.
– В лесничество надо ехать. Он у нас в отпуске.
Расспросив сотрудников милиции как проехать в лесничество, Матвеев отправился в путь.
Миновав десять километров, они подъехали к небольшой деревне. Матвеев почти сразу нашёл дом Самойлова. Участкового в деревне знали все, от мала до велика. Матвеев открыл калитку. Прошёл по вымощенной камнями дорожке, подошел к двери и негромко постучал. Дверь сразу же открылась. Перед ним появилась дородная женщина старше средних лет.
– Что надо? – спросила она с недовольным видом.
Матвеев показал удостоверение.
– Полковник Матвеев, следователь по особо важным делам Генпрокуратуры.
Женщина мгновенно побледнела.
– Что же случилось, Господи? – всплеснув руками, испуганно закричала она.
– Да ничего. – Успокоил ее Матвеев. – Мне нужно поговорить с Самойловым. Он здесь проживает?
– Здесь, здесь, – женщина засуетилась. – Проходите, пожалуйста.
Матвеев через сени прошел в просторную комнату. Из соседней комнаты появился заспанный хозяин. На ходу он надевал рубашку.
Матвеев снова представился.
– Вы не беспокойтесь, пожалуйста. У меня к вам разговор не долгий.
– В саду беседка есть. Может, там поговорим? – предложил Самойлов.
– Я не возражаю.
– А чай с печеньем будете? – осторожно спросила хозяйка.
– С удовольствием! – ответил Матвеев и улыбнулся ей, показывая что к нему надо относится только как к гостю. Женщина сразу заулыбалась и торопливо направилась в сторону кухни…
Матвеев с Самойловым прошли в беседку.
– Как вас величать-то? – спросил Матвеев.
Самойлов махнул рукой:
– Все «Иванычем» кличут.
– Знаете Стрельниковых, «Иваныч»? – приступил к разговору Матвеев.
– Стрельников у нас один, – ответил Самойлов. – Дядька-то его Варламовым был.
– А родители где?
– Родители у Сережи померли. А почему вы спрашиваете? Случилось что?
– Ваш Стрельников преступление в Москве совершил. Убил двоих человек!
– За дело, значит! – не раздумывая, сказал Самойлов.
– Почему вы так считаете?
– Я его с пеленок знаю. Можно сказать, он у меня на руках родился.
– Расскажите, пожалуйста, все, что вам известно о Стрельникове, – попросил Матвеев.
– А чего рассказывать? – начал Самойлов, – тяжелая жизнь была у Сергея. Отца медведь задрал. Мать его, тогда на сносях была. Узнала о смерти мужа, плохо ей стало. Я сам её в больницу отвозил. По дороге она родила. В больнице умерла. Врачи ей не смогли помочь. А Сергей жив остался. Как вспомню тот день, хотите, верьте, хотите, нет, слезы на глаза наворачиваются. Сережка-то хоть и младенец, так сильно тогда плакал, словно понимал все. А воспитывал его дядька, брат матери. Он как из тюрьмы освободился, сразу приехал в нашу деревню. Хороший был человек! Жалко его.
В это время хозяйка принесла чай. Матвеев поблагодарил её.
– Друзья у него были? – спросил Матвеев, отпивая чай.
– Нет. Сколько помню его, всегда один ходил. Вся молодежь в клуб, на танцы спешат, а он – в церковь. Часами там сидел. Да и боялись его. И ровесники, и ребята постарше обходили Сергея стороной.
– Часто дрался? – спросил Матвеев.
– Бывало, – Самойлов усмехнулся. – Последний раз как раз на днях случилась драка. После уроков на Сергея пять взрослых мужиков набросились. И все местные бандюги. Так он их всех на долгое лечение в больницу отправил. Кулаки у него крепкие, а где они не помогали, камнями бил, палкой. Бесстрашный парень! Бывало, кровь течет, а он все одно – дерется. Поэтому и боялись его, знали – не отступает никогда. Да и дикий он, людей сторонился. Ну, вроде и все.
– А дикий почему?
– Это с отцом связанно. Сергей все медведя искал, который отца задрал. Чуть ли не каждый день в лес ходил. Когда ему четырнадцать годков было, волка приволок! Варламов рассказывал, что Сергей «серого» одним ножом одолел. Никто не поверил, а я верю – он мог это сделать.
– А что с дядей Сергея? Давно умер?
Самойлов кивнул:
– Убили в тот же день, что и Сергей подрался.
– Его дядю убили? – Матвеев насторожился.
– Да.
– А когда это было, не помните?
– Три дня назад! – ответил Самойлов.
– Скажите, а в день убийства Варламова сюда москвичи не приезжали? На охоту, может, или на рыбалку?
– Да они все время приезжают. По несколько машин в день, и все джипы. В тот день тоже были. Да и слушок среди местных прошёл, что Варламова приезжие из Москвы убили. Наши мужики видели чужих людей с оружием.
– Спасибо, вы мне очень помогли.
Поблагодарив Самойлова, Матвеев уехал.
Вернувшись в Москву, он первым делом вызвал к себе Мишина.
– Мне нужны результаты экспертизы. Срочно! Узнайте, они готовы?
– Будут готовы послезавтра! – вернувшись, сообщил Мишин.
Матвеев позвонил Ветрякову.
– Саша, будь добр, узнай, ездил ли «Дохлый» на охоту в район Коломны накануне своей смерти.
– Зачем тебе?
– Мысль есть, Саша.
– Если поделишься, помогу.
– Поделюсь, не сомневайся!
– Вопросов нет.
Через два дня на стол Матвеева легла копия результатов экспертизы. Прочитав ее, Матвеев сразу же поехал к Ветрякову. Тот пробежал глазами по отчету экспертов и недоуменно уставился на Матвеева:
– Что я должен понимать?
– Да ты прочитай подчеркнутые слова.
– «Заячья шерсть под ногтями»
– Вот именно! Заячья шерсть! Это подтверждает мою догадку. «Дохлый» ездил на охоту!
– Это я и сам знаю.
– Откуда?
– По твоей просьбе узнал. Забыл что ли?
– Какого числа узнал?
– За два дня до «Синая».
– Я не сомневался! В этот день был убит дядя Стрельникова.
– Вот оно как, – протянул Ветряков, – мстил парень.
– Никаких сомнений быть не может. Он «Дохлого» за дядю убил!
– А что тогда ребятки «Хромого» там делали?
– Что за ребятки? – не понял Матвеев.
– Те трое, задержанные в день убийства возле ресторана, оказались из бригады «Васи Хромого». Все ранее судимы. Вряд ли они дожидались своей очереди в ресторан.
– Не знаю, – ответил Матвеев, – но уверен, что со Стрельниковым это не связано.
– Тогда одно из двух. Либо «Мазур» хотел убить «Дохлого», либо «Дохлый» – «Мазура».
– А знаешь, ведь ты прав! Всем известно, что у «Дохлого» прекрасные отношения с «Васей Хромым». Вот и решил убрать «Мазура». А Стрельников, скорее всего, просто помешал им.
– Да они все под Ираклием ходят, – проворчал Ветряков. – Как-то раз вместе их взяли, Ираклия, «Хромого» и «Дохлого», да пришлось отпустить. Друзья у них больно высоко сидят, нам не дотянуться.
– Надо в Ростов съездить, с Мазуровым поговорить, узнать, зачем он с «Дохлым» встречался. Неспроста же он в Москву приезжал. Что-то серьезное случилось, уверен!
– Размечтался! Так тебе «Мазур» и выложит все!
Матвеев хитро улыбнулся.
– Если мы правы, и хотели убить его, то он наверняка ничего не знает. А с такими картами, кто угодно перед тобой спасует.
– Попытка не пытка, а аванс – не зарплата! Попытайся, может, и впрямь что получится.
– Завтра же поеду!
– Слушай, Вася, – Ветряков немного замялся, – не мое это дело, конечно, но сказать должен. Ирина к Стрельникову приходила. Я-то ничего, но что другие подумают. Жена следователя ходит к убийце на свидание.
– Моя Ирина? – не поверил Матвеев.
– А ты что, разве не знал?
Матвеев не отвечая, вышел. Ветряков с досады почесал в затылке. Некрасиво получилось.
Дома Матвеев задал жене только один вопрос: «Почему?». Ирина Аркадьевна сразу поняла, что имеет в виду муж.
– Не знаю, поймешь ли ты, Васенька, или нет, – откровенно ответила Ирина Аркадьевна. – Вы привыкли смотреть на таких, как Стрельников, под одним углом, не пытаясь разобраться в характере человека, его душе, истинных причинах, побуждающих совершить преступления. Знаешь, он так похож на нашего Сережу. Когда я его увидела, мне на секунду показалось, что это наш сын.
– Он не наш сын, Ира! А что касается причин – я их знаю.
– Так ты знаешь, что они дядю его убили?!
Матвеев с откровенным удивлением посмотрел на жену.
– Интересно, зачем я столько мучился, зачем в лесничество ездил? Надо было сначала тебя расспросить. Как тебе удалось все узнать?
– Я все о нем знаю, он сам мне рассказал. Мы о многом с ним говорили, Вася. Ты знаешь, ему пришлось тяжело в жизни. Я просто не представляю, как ребенок мог пережить такое несчастье.
– С нами он не разговаривает! – несколько обиженно ответил Матвеев.
Ирина Аркадьевна мягко улыбнулась.
– Со мной тоже вначале не хотел разговаривать. Пойми, он только снаружи дикий. Попробуй поговорить с ним просто и откровенно, по-человечески, и увидишь, какой будет результат.
– Ты и дальше собираешься навещать его?
– Если ты не возражаешь!
Матвеев улыбнулся.
– Раньше надо было спрашивать моё мнение, ты не находишь?
– Извини, мне казалось, что ты будешь возражать.
– Нет, не стану. Как сейчас не возражаю против ваших дальнейших встреч. Я понимаю твои чувства, Ира, и знаю, что Стрельникову нужны – хоть немного – человеческое понимание и участие. Не такой уж я черствый как ты думаешь.
– Я так никогда не считала. Ты можешь сказать, что ему грозит?
– Учитывая возраст, думаю, получит лет восемь.
– Васенька, – Ирина Аркадьевна от ужаса всплеснула руками, – но это же не справедливо!
– Закон судит поступки людей, а не их прошлое и настоящее. Будь Стрельников на два года старше, пошёл бы по полной.
Матвеев поставил стакан на стол.
– Вот какие дела, Ирина.
Глава 7
РОСТОВ
В Ростове у трапа самолета Матвеева встретил молодой лейтенант на служебной «Волге».
– Соловьев! – козырнув, представился лейтенант. – Полковник Бахмуров направил меня в ваше распоряжение.
– Полковник Матвеев!
Матвеев пожал руку лейтенанту и сразу же задал вопрос.
– Знаете, куда едем?
– Конечно, – лейтенант открыл переднюю дверь «Волги». – Прошу вас, товарищ полковник.
Матвеев сел га переднее сиденье. Лейтенант сел за руль и сразу тронул машину.
– В первый раз в Ростове, товарищ полковник?
– Да нет. Раньше приходилось бывать, правда, по служебным делам.
Тон которым был дан ответ исключал дальнейший разговор. Лейтенант всё понял и более не задавал вопросов.
Через три четверти часа «Волга» остановилась перед огромным трехэтажным особняком с декоративными воротами. Матвеев присвистнул, увидев дом в котором живёт Мазуров…
– Я вас подожду, товарищ полковник!
Матвеев кивнул и вышел из машины…
На стук в ворота откликнулся голос с кавказским акцентом:
– Кто?
– Полковник Матвеев из Москвы.
Дверь открылась. На пороге показалось небритое лицо «кавказца».
– Иди за мной! – с хмурым видом бросил он Матвееву.
Первое, что бросилось в глаза Матвееву – довольно сильно покореженный спереди джип. По характерным вмятинам и многочисленным дырам в кузове и в окнах автомобиля, Матвеев понял, что в джип стреляли из крупнокалиберного стрелкового оружия или гранатомёта. Недалеко от машины пять человек перекидывались в карты, и сверлили его взглядами.
– «Хапуга»! Принимай гостя! – закричал «Кавказец».
В дверях дома показался тот самый «ушастый» мужчина».
– Ручки поднимите!
«Хапуга» быстро обыскал Матвеева. Не найдя оружия, он с той же вежливостью попросил Матвеева идти за ним.
Пройдя несколько богато обставленных комнат с множеством декоративных растений, Матвеев, наконец, увидел Мазурова. Мазуров сидел на кожаном диване, с перебинтованной рукой. При виде Матвеева Мазуров заулыбался.
– Какая встреча, начальник! Сам Матвеев в гости приехал! Скажу братишкам – не поверят!
– Здравствуй, «Мазур»! – Матвеев протянул ему руку.
Мазуров театрально прижал здоровую руку к груди, и только потом поздоровался.
– Можно присесть?
– Что за вопрос, начальник?
– Я просил бы не называть меня начальником, – попросил Матвеев. – Времена, когда я посадил тебя, давно прошли. Хотя и приехал я по делу, но визит мой частного характера. Я надеюсь на откровенный разговор. Именно поэтому не вызвал тебя в Москву, а сам приехал в Ростов.
– Слов мудреных сколько! Проще будь! Может, и пойму, о чем толкуешь.
– Меня интересует один вопрос, Мазуров. Зачем ты встречался с «Дохлым»? – спросил Матвеев усаживаясь в предложенное «Хапугой» кресло.
– Баньку затопить? А как на счет девочек, начальник? Небось, жене ни разу не изменял? Пора прекратить такое дело!
– Перестань паясничать, «Мазур»! Я сюда не для того приехал, чтобы брехню твою слушать!
– Как на счет помидорчиков, начальник? – продолжал ерничать Мазуров.
– Каких помидорчиков?
– Красненьких. Вкусные, пальчики оближешь.
– А огурчиков нет? – раздражаясь, спросил Матвеев.
– Не прогони, начальник! Мясо не купили.
– Похоже, не клеится у нас разговор, Мазуров.
– Так и есть начальник. Урожай хороший. Пшеница высокая. Дожди были.
– А жаль, Мазуров, – насмешливо бросил Матвеев. – Я ведь собирался сказать тебе, кто в машину стрелял, которая во дворе стоит. Но видно придётся уехать обратно, так и не поговорив с тобой.
– Подожди, ты о чем толкуешь-то? – остановил Матвеева Мазуров.
– Об урожае.
– Ладно, не прогони за базар, начальник. Скажешь, кто стрелял, в долгу буду! – «Мазур» буквально в одно мгновение преобразился. Насмешливой улыбки как ни бывало. Лицо стало напряжённым. Было заметно, что ответ на этот вопрос ему очень важно услышать.
– Скажу, если ответишь на мой вопрос.
– Базара нет!
– Ты не обманешь, Мазуров? – Матвеев прищурился и бросил в сторона Мазура испытывающий взгляд.
– Тебе вор дал слово.
– Верю! «Дохлый» тебя в «Синае» убить хотел, да Стрельников помешал.
– У «Дохлого» на такие дела кишка тонка. Бандюга он, в вора стрелять не стал бы, – уверенно возразил Мазуров.
– А как насчет Ираклия? Он ведь тоже вор в законе. И большим авторитетом пользуется в преступном мире.
Мазуров вздрогнул. Матвеев понял, что попал точно в цель.
– Зачем ему меня валить?
– Не знаю, – Матвеев пожал плечами, – но, думаю, это связанно с твоей встречей в Москве.
– А ты не воздух гоняешь, начальник?
– Возле ресторана задержали троих с оружием. Они под «Хромым» работают. А «Хромой» с «Дохлым» в одной упряжке ходили. А вожжи от этой упряжки в руках Ираклия находились.
– Сам знаю! – отмахнулся Мазуров и тут же задумался: – Может поэтому и не пришел, паскуда.
– Так ты с Ираклием должен был встретиться? – догадался Матвеев.
– С ним. Но вместо него «Дохлый» пришел. Сказал, что Ираклий в Грузию уехал. Что-то там у него случилось.
– А почему ты хотел встретиться с ним, Мазуров?
– Друг мой попросил, Роберт. Под ним армяне ходят. Его ребята фуры проезжие бомбили на трассе. В одну залезли, а пока коробки вытаскивали, тачка московская подкатила. Вытащили их и постреляли прямо на дороге. Тот, что на стреме стоял, слышал, как один про «Дохлого» что-то сказал. Роберт с ним дел не имеет, вот и попросил меня разобраться, зачем пацанов застрелили. В нашем мире воровать никому не запрещено!
– А что в машине было? Что они там нашли?
Некоторое время Мазуров растерянно смотрел на Матвеева, потом принялся яростно трясти здоровой рукой:
– Паханом живу, а дешевый фраерский кидок не развинтил!
Матвеев уже не слушал Мазурова. То, что ему нужно, он узнал. Он встал.
– Ладно, Мазуров. Мне ехать пора. Будь здоров!
Мазуров протянул ему здоровую руку со словами:
– С сегодняшнего дня другом тебя считаю. Помог ты мне. В долгу у тебя.
Матвеев пожал протянутую руку.
Как только Матвеев ушел, «Мазур» вызвал «Хапугу» и Гришу.
– Слушай сюда! Гриша, езжай к Роберту, скажи: жду сегодня!
Гриша ушел.
– А ты, «Хапуга», – продолжал Мазуров, – узнай наперво, где пацаненок сидит, который «Дохлого» завалил. Ксиву от меня передай. Тронет кто – сам порешу гниду.
«Мазур» горячился всё сильней.
– Понял, пахан.
– Дальше слушай, «Хапуга». Собирай всю братву, «Робертовские» пацаны еще приедут. На уши Ростов поставьте, но чтобы к завтрашнему дню ни одной твари, которая под Ираклием работает, а городе не было. Кто борзый – валите, остальных – под нашу крышу или пинком под зад. И еще… «мусоров» подключи, пусть все фуры шмонают, а сам цыган потряси – узнай, откуда наркоту берут.
– Да мы и так знаем, пахан, они же нам долю откидывают.