Враги у свадебной арки

Внезапно в дверь постучали.

«Наверное, это Джинджер», – подумала Хлоя.

Она входила в состав судейской комиссии сегодня. Уж если кто и мог уговорить в чем-то этих упрямых баранов наездников, так это она.

До начала представления оставалось полтора часа. Ворота уже открыли для ранних посетителей. Хлое предстояло позировать фотографу, продавать одежду бренда «Принцесса Родео», но, из-за Пита Веллингтона, она опаздывала.

– Войдите! – крикнула она.

Кто бы сомневался, это была не Джинджер. Пит просунул голову в дверной проем и изобразил шок на лице.

– Что тебе нужно? – Хлоя боролась с желанием разочарованно закрыть лицо руками.

Он пришел не просто так. Неужели снова будет настаивать вернуть ему «Родео»? А может, существует другая причина?

– Может, ты хотя бы оденешься, – сказал он из-за двери.

Ну, хотя бы не пялится на нее.

Хлоя посмотрелась в зеркало.

– Это спортивный бюстгальтер, Пит. Он ничем не отличается от того, что я надеваю на пробежку или в спортзал. Многие женщины носят такие.

У нее хороший бюстгальтер, идеально сидит, подчеркивая достоинства груди. Грудь, правда, самая обычная, не маленькая и не большая, словом, ничем не выдающаяся, но Хлоя довольна. Если бы та была побольше, то болталась бы во время выступления, растягивалась бы кожа и в итоге рано или поздно обвисла бы.

Она немного поправила лямки.

– Это просто бюстгальтер. Хороший, плотный. Ты же не видишь мои соски.

– Черт возьми, Хлоя, я не ты. Пожалуйста, просто надень уже что-нибудь.

Как же ей нравились нотки отчаяния в его голосе. Может, она неверно истолковала ситуацию? Вот уже почти десять лет они огрызаются друг на друга, но она никогда не замечала за ним интереса к себе как к женщине.

Неужели сейчас что-то изменилось. Она явственно слышала напряжение в его голосе.

– Ты прикрылась, женщина?

Она встала, оценивающе посмотрела на себя в зеркало, победно улыбнулась, сняла с вешалки платье, украшенное крупными блестками.

– Не понимаю, чем ты недоволен? Спорю на миллион, ты не раз видел свою сестру в спортивном бюстгальтере. Ладно, я оделась, входи.

– Давай проясним кое-что, Лоренс, ты не моя сестра.

С этими словами он протиснулся через узкий дверной проем гримерной. Расстояние между ними было менее сантиметра. Воздух тут же накалился до предела, едва он увидел глубокий вырез ее декольте.

– И слава богу, – отозвалась Хлоя, проводя ладонями по блузке, разглаживая блестки. – Сочувствую Мэри, ей постоянно приходится с тобой общаться.

С Мэри Веллингтон у нее никогда не возникало проблем. Несколько лет назад, когда они сидели с ней в баре, Мэри обронила:

– Не понимаю, почему Пит не может успокоиться, это всего лишь родео.

Хлоя тоже не понимала, почему. Она медленно застегивала одну пуговицу за другой, пока не дошла до самого верха. Пит стоял, открыв рот, и следил за каждым ее движением. Она могла попросить его отдать ключи от своей машины, и он бы сделал это, не моргнув и глазом, пораженный ее красотой. Он очень падок на нее.

Хлоя неспешно застегивала последнюю пуговичку между грудей. Пит задышал глубже, его зрачки расширились, связки на шее стали отчетливо заметны. Ей захотелось провести языком вверх-вниз по его мускулистой шее. Оба стояли, не шевелясь, а казалось, будто расстояние между ними сократилось. Хлоя распалилась, чувствуя на себе его пожирающий взгляд, кожа стала невыносимо горячей, внизу живота появилось необычное напряжение.

Неужели Пит Веллингтон в полном ее распоряжении? Это очень кстати, хотя она и не учла, что это притяжение взаимно. Она тоже желает его. Года два сходила по нему с ума, а он не обращал на нее внимания. Она только начинала выступать на родео. Со временем стало понятно, что он смотрит на нее не как на девушку, а скорее, как на препятствие.

Сейчас он смотрел на нее совсем иначе. Во взгляде сквозила бесстыдная неприкрытая похоть.

Это меняет дело. Хлоя почувствовала, как сердце сильнее забилось в груди. Она провела пальцами по костюму, проверяя, все ли пуговицы застегнуты, и с придыханием произнесла:

– Вот теперь, надеюсь, я достаточно одета.

Еще пару секунд Пит разглядывал ее стройное тело, потом поднял на нее горящие от страсти глаза. Хлоя еле сдержалась, чтобы не выпалить что-то вроде: «А теперь раздень меня». Или: «Теперь твоя очередь».

– Что ты хотел?

Ее голос прозвучал не как обвинение, а как приглашение к беседе.

Пит сглотнул, его кадык сделал движение вверх-вниз. В глазах читался ответ: «Я хочу тебя».

– Нам надо поговорить. О работе.

Все так, о работе, о «Родео». Вражда между семьями продолжается вот уже тринадцать лет. Хлоя уверена, что он явился, чтобы снова подрывать ее уверенность в себе и попытаться завладеть «Родео», но не могла понять, как он достигнет этого, помогая ей.

И совсем запуталась. Повернулась к зеркалу, наклонилась вперед, проверить свой макияж. Позади себя услышала что-то подозрительно похожее на стон. Посмотрела на его отражение в зеркале и убедилась, что он смотрит на ее плотную попку.

– Ну конечно, о работе, на которую, заметь, ты сам напросился.

– Да, именно.

Хлоя потянулась за белыми ковбойскими чапами[1], которые надевала только на выступление. Те были идеально чистыми, расклешенными, внизу красовался ярко-розовый логотип «Принцесса Родео». Эти брюки были созданы специально для выступления, расшиты украшениями, и такими тяжелыми, что взобраться на лошадь без посторонней помощи она не могла. Кроме белого, у нее были красный и голубой костюмы подобного кроя.

– Вот, пытаюсь понять, – она поставила ногу на стул, надевая чапы, – зачем тебе работа, Пит? Насколько мне известно, на ранчо у Мэри дела идут хорошо.

Хлоя знала, о чем говорит. Конечно, он не так богат, как Лоренс, но в работе точно не нуждался. Шикарный, состоятельный, сильный Пит Веллингтон. Завидный в округе жених, что бы она о нем ни думала.

Пит пожирал ее взглядом, в котором сквозило неприкрытое желание обладать. Если бы он не намеревался отнять у нее «Родео», она бы соблазнилась. Так он и стоял перед ней, выпрямившись. Большие пальцы за поясом, уверенный, жесткий. Тем не менее от взора Хлои не ускользнуло, что он слишком уж сильно вцепился в пояс, даже пальцы побелели. Она была готова поставить немалую сумму на то, что он не решился бы сказать ей, что она ему озвучила.

– Кроме того, я не заметила особого рвения к работе под началом женщины, меня в частности.

Однако Пит оказался полным сюрпризов.

– Я никогда не говорил, что мне сложно быть под женщиной. – Он вещал низким соблазнительным голосом.

У Хлои еще больше сжало внизу живота.

– Более того, я уже начинаю думать, что будет неплохо, если ты окажешься сверху.

Хлоя, как застегивала брючину, так и застыла. Руки задрожали, на этот раз не от гнева.

Черт его побрал. Как ему удается столь изощренно выбивать ее из равновесия и одновременно соблазнять. Она глубоко вздохнула, надеясь избавиться от навязчивых мыслей о нем, но стало только хуже. Теперь аромат его тела, кожи, пота, ранчо наполнял ее гримерную. От него пахло именно так, как и должно пахнуть от настоящего ковбоя. Соблазнительно и маняще.

– Хорошо, – отозвалась она слабым голосом, – я рада, что теперь ты в нашей команде. – Ну вот, так-то лучше.

И она надела вторую штанину.

Тут Пит на самом деле застонал.

Хлоя не знала, что сказать, чтобы он не воспринял это как приглашение к интиму. Она не собирается это делать ни в гримерной, ни где-либо еще.

Чтобы не нагнетать атмосферу, она предпочла промолчать. Взяла широкий пояс с большой пряжкой, украшенной кристаллами Сваровски, надела его, завершив образ Принцессы Родео. Пояс подарил ей отец на восемнадцатилетие.

Должно быть, Пит шагнул вперед, поскольку теперь возвышался над ней в зеркале, как скала. Она ощущала, как от его дыхания колышутся волосы, и это было чертовски соблазнительно. Ей захотелось откинуться назад, привалиться к его могучей груди, посмотреть, что будет дальше. Может, он уберет волосы с шеи и прильнет губами к ее нежной коже или обхватит ладонями ее грудь, а может, скользнет по ее округлым бедрам?

Хлоя потрясла головой, отгоняя навязчивые мысли. У нее было правило не заводить романов на работе, кроме того, она семь месяцев в году жила на чемоданах, а в таком режиме трудно иметь стабильную личную жизнь.

Почему именно Пит Веллингтон? Да, он заводит ее, и она сводит его с ума, их тянет друг к другу. Но это ничего не меняет. Он появился на родео не случайно. Хлоя подозревала, что соблазн – это часть его хитроумного плана, каким бы тот ни был. Может быть, Пит хочет скомпрометировать ее или шантажировать?

Наклонившись, она достала из сумки корону и аккуратно водрузила ее себе на голову.

Вот теперь она настоящая Принцесса Родео.

Пит обнял ее за талию:

– Хлоя!

Она замерла. Никогда прежде он не прикасался к ней. Десять лет они язвили, ругались, боролись друг с другом за место на верхушке «Родео», но никогда не прикасались друг к другу.

Электрический разряд, пронзивший кожу, когда его пальцы коснулись ее талии, жар, разлившийся по телу от ощущения крепких ладоней, останется с ней надолго.

Интересно, каково это – ощутить грубые мозолистые руки на обнаженной коже?

Она отозвалась, чуть дыша:

– Да.

Их взгляды встретились в отражении зеркала. Хлоя хотела обхватить его руки своими, притянуть ближе к себе. Она сходила с ума от вожделения.

Стоп! Надо выслушать, что он скажет. Пит уже было открыл рот. Как вдруг…

«Бам-бам-бам!»

Раздался оглушительный стук в дверь.

– Хлоя, ты там?! – прокричал Флэш.

Пит тут же убрал руки, попятился, в спешке споткнулся о лежащий на полу чемодан и рухнул на пол.

Хлоя раздраженно зарычала. Нет такой ситуации, которую Флэш не умудрился бы испортить.

– Да, я почти готова, – ответила она брату, а Питу тихо прошипела: – Не знаю, что ты там замышляешь, Веллингтон, но…

– Но, – повторил он невозмутимо, хотя глубоко дышал и выглядел совсем не спокойно.

Глубоко вздохнув, она сделала то, чего сама от себя не ожидала.

– Ты прав, мне нужна помощь с подрядчиками и ковбоями. Значит, ты готов работать в «Родео»?

Пит стал серьезным.

– Это все, о чем я мечтаю.

– Нет, ты всегда мечтал поставить меня на место.

Он хитро улыбнулся.

– Так мы определились, кто ты: миссионер или наездница?

Все вернулось на круги своя. Он провоцирует, она игнорирует. Как всегда, Хлоя оставила его вопрос без внимания.

– Ты можешь работать здесь, пока делаешь то, что я скажу и когда скажу. Вот тебе первое задание. Сможешь убедить работников принять мои нововведения, останешься в «Родео». Но если я почувствую, что ты замышляешь что-то против меня, мигом вылетишь отсюда. Уж я прослежу, чтобы ноги твоей больше в «Олл Стар» не было. Понял?

Флэш снова забарабанил в дверь.

– Хлоя, с тобой все в порядке? Я слышал, Пит Веллингтон здесь. Ты не знаешь, что нужно этому засранцу?

Злиться ли на брата или благодарить? Он помешал им с Питом совершить самую большую ошибку в жизни.

– Одну минуту. Словом, Пит, ты меня понял.

Хлоя явственно уловила, как вожделение на его лице сменилось высокомерием.

– Понял, начальница.

– Сможешь незаметно уйти из гримерной?

Пит укоризненно посмотрел на нее.

– Пока он не выломал дверь?

Хлоя с силой дернула дверь и вышла к Флэшу, решительно направившись к арене. Брат последовал за ней. Он уже был в ковбойских штанах, которые, в отличие от ее штанов, были все в грязи и лошадином помете.

– Что? – раздраженно спросила она.

– Кто выступает завтра?

– Ты помешал мне нормально собраться, только чтобы спросить то, что написано на нашем сайте?

На сегодня это уже слишком. Все, что ей нужно, – крепкий напиток и видеозвонок жене брата Рени Лоренс. Они дружат с тех пор, когда Хлоя еще жила в Нью Йорке до того, как отец выиграл «Родео» в покер и перевез всю семью в Даллас.

Несколько месяцев назад Рени попала в передрягу. Ее муж покончил жизнь самоубийством, не желая садиться в тюрьму за участие в создании престонской финансовой пирамиды, которая стала самой большой аферой в истории Америки. Рени приехала в Даллас в поисках Хлои, а нашла Оливера, старшего из Лоренсов. Каким-то образом эти двое сошлись. Рени теперь была не только лучшей подругой, но и членом семьи.

– Да знаю я, просто думал, не изменился ли план завтрашнего выступления?

Странно. Обычно Флэш был занозой в заднице, сомнения не про него.

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Хлоя.

– Ничего, забудь.

Она вопросительно посмотрела на брата. Его интересовали только две вещи: женщины и роль в «Олл Стар». Тут ее осенило.

– Бруки Боннер?

– Нет, что ты, – отозвался Флэш и покраснел.

Бруки – восходящая звезда. В прошлый раз от Хлои не ускользнуло то, что они с Флэшем неожиданно исчезли с площадки, их не могли найти. Пришлось даже на двадцать минут отложить выступление. Потом появилась Бруки, долго извинялась, ссылаясь на то, что заблудилась за кулисами.

Будь у Хлои достаточно времени и сил, она бы расправилась с Флэшем в два счета, ведь из-за него ей приходится работать в два раза больше. Однако сегодня уже нет сил. Она опаздывает, при этом еще не оправилась от разговора с Питом, злится на подрядчиков и ковбоев за то, что не оказали поддержки.

Вместо того чтобы поглумиться над братом, она сказала:

– Если будут какие-то изменения, сообщу тебе, хорошо?

– Да, спасибо. – Флэш улыбнулся ей самой обворожительной улыбкой, которая не могла оставить равнодушной ни одну женщину.

– Кстати, за тобой должок. И да, Пит Веллингтон здесь. Я приняла его на работу, пока на испытательный срок. Прошу тебя, как сестра, и приказываю, как начальник, не вступай с ним в конфликт, ладно?

Флэш не верил собственным ушам. В порыве гнева, заорал:

– Ты с ума сошла? Мы не можем ему доверять. Он явился сюда, чтобы отнять «Родео».

– А кто сказал, что я ему доверяю?

Ей нужна его помощь, чтобы заставить ковбоев замолчать и согласиться на изменения. Когда «Олл Стар» выйдет на новый уровень и закрепится, она выкинет Пита с «Родео».

Хлоя осознанно пошла на этот риск. Он ставит на то, что сможет отнять у нее «Родео», она же уверена, что он и в подметки ей не годится. Каким бы красавчиком ни был, как бы сексуально ни смотрел на нее, она не поддастся. Она же из семьи Лоренс.

Флэш недоверчиво смотрел на сестру.

– Послушай, Флэш, я знаю, что делаю. Просто доверься мне и не задирай его.

– Если тебе нужен кто-то, кто убедит ковбоев, почему бы не попросить меня?

Черт, это серьезно! Неужели не видит и не знает, сколько усилий ей приходится прилагать всякий раз, когда брат пытается «помочь». Флэш всегда был огромным слоном в посудной лавке.

– Потому что ты хочешь быть наездником, а если начнешь участвовать в принятии решений, никто никогда не поверит, что ты собственным трудом заработал свои победы.

Флэша это действительно волновало. Он хотел стать лучшим наездником, а значит, выступать за «Олл Стар». Проблема в том, что даже конкуренты, наблюдающие за его выступлениями изо дня в день, думали, что он купил себе награды и титулы только потому, что Лоренс.

– Ладно, наверное, ты права. Но почему именно Пит?

Хлоя стиснула зубы.

– Понимаешь, к его мнению прислушиваются все, его уважают.

А не ее.

– Если я приведу нового человека, потребуются месяцы, пока люди начнут уважать его, а у меня грандиозные планы. Я не могу ждать. Мне нужно, чтобы к следующему сезону «Олл Стар» пришел уже обновленный.

Это единственное слабое звено, где Питу удалось прижать ее к стенке.

Нет, нет, не так. Питу никогда не сделать с ней этого.

– Если Пит попытается натворить что-нибудь, я выбью из него всю дурь, – предупредил Флэш.

– Согласна. – Хлоя нацепила на лицо лучезарную улыбку, заметив, как семья с двумя маленькими девочками смотрит на них. – Смотри, какие маленькие принцессы пришли к нам сегодня!

И она сфотографировалась с ними.

Пока Хлоя позировала, другие посетители тоже заметили Принцессу Родео и начали собираться вокруг нее. Хлоя увидела вдалеке Пита Веллингтона, беседующего с наездниками. Он повернул голову в ее сторону, будто почувствовав ее взгляд, и приветственно приподнял шляпу.

Ей стало очень приятно.

Плохая, очень плохая идея довериться Питу, особенно после того, что случилось в гримерной.

Пока она держит свои фантазии при себе, а тело подальше от его рук, все будет в порядке.

Примечания