Дети Амдусиаса
- -
- 100%
- +
– Не, ты что, я одет, – смутился Димка.
– Ой да ладно тебе, застеснялся как будто я утренний стояк у тебя увидала! Слушай, значит.
Девушка принялась объяснять куда подойти по приезду в город.
***Он вышел из электрички, огляделся по сторонам, ища необходимые ориентиры. Ольга скрупулезно объяснила ему, куда и как идти, но все равно, когда ты впервые в незнакомом городе один, это сложновато. Выйдя из подземного перехода, Дима спросил проходящую старушку, где находится Фабричный пруд, то самое место, где они договорились сегодня встретиться с Олей. Получив указания, он быстрой походкой направился в нужную сторону.
Пройдя через небольшой парк, он вышел к пруду и сразу увидел сидевших на берегу Ольгу, Килограмма и Захара. Настроение упало моментально. Он сломя голову летел, окрыленный приглашением девушки, из своей Марьиной рощи в другой город, в надежде побыть с ней один, познакомиться по-настоящему, а тут друзья. Зачем? Почему она не сказала, что будет так? Но не убегать же обратно, поэтому Дима пошагал в сторону знакомых. Чем ближе он подходил, тем отчетливее слышал разговор, точнее, спор. Ольга что-то рьяно доказывала, иногда переходя на крик, Килограмму, а тот, издевательски улыбаясь, подначивал ее и высказывал свои противоположные ее мнению аргументы.
Захар сидел молча и что-то ковырял небольшим ножом в земле, явно не участвуя в дискуссии, и вообще мыслями был где-то далеко от всего происходящего. Рядом с ребятами стояла двухлитровая наполовину пустая пластиковая бутылка с темной жидкостью внутри.
– ООО! Привет! Димка! – девушка вскочила на ноги, подбежала к нему и обняла. – Вот ты наверняка будешь на моей стороне! Давай докажем этому упырю, что настоящая рок-звезда должна умереть молодым!
– Здарова, Димон, а ты чего это приехал? – спросил Килограмм, протягивая приветственно руку, но то и дело удивлённо посматривая то на Олю, то на друга.
– Это я его позвала! – не дав вставить ни слова Диме, почти крикнула Ольга. – Давай, выпей с нами, сейчас я поведаю тебе суть нашего спора.
Дмитрий сел на молодую травку, взял бутыль, в ней оказался коньяк, уже разбавленный колой, отхлебнул, поморщился и принялся слушать.
– Так вот, я утверждаю, что настоящие рок-звезды умирают быстро и живут словно искра. У таких вот звезд, как Кобейн, Вишес, Моррисон, настоящая музыка. Гениальная! А эти, которых Антоха слушает, сверкнут разок, а потом живут за счет старых побед, и все их заслуги забываются, а иногда даже они противными становятся.
– Оля, а ты конкретно о ком? Я просто не очень знаю, что Кило слушает, – спросил Дима.
– Ну всякие Дип-перплы там или наш вот Шевчук с Гребенщиковым. Уже все в морщинах, а все поют то, что еще в СССР пели, ничего нового и зажигающего душу больше не придумали.
Оля была явно на взводе и очень надеялась на поддержку Димы.
– Но, Оль, если бы тот же Кобейн не погиб, может, он сейчас тоже был бы с морщинами и почивал на лаврах старых своих альбомов.
– Во! Я это и говорил! – засмеялся Килограмм.
– Бля! У тебя что, такое же мнение, как у этого? – щеки Ольги покраснели от злости, на лице была гримаса ярости и бессилия одновременно. – Кобейн бы никогда не стал почивать на лаврах! У него хватило бы смелости убить себя! Потому что лучше смерть, чем старость и беспомощность!
Девушка вскочила на ноги, пнула что есть мочи небольшую земляную кочку и отвернулась спиной к парням. Диме хотелось бежать прочь с пруда, он не понимал, что вообще происходит и почему такая реакция на его, казалось бы, логический довод.
– Захар! – крикнула Оля. – Дай мне нож!
Не дождавшись ответа, девушка нагнулась, схватила рукоятку и вытащила лезвие из земли, быстрым шагом пошла в направлении парка.
– Захар, твою мать, ты олень, что ли? – Килограмм вскочил на ноги и бросился вдогонку за Олей.
Когда он с ней поравнялся, девушка так резко развернулась с зажатым в руке холодным оружием, что казалось, еще миг и лезвие окажется в животе Антона. Дима поднялся с травы и уже хотел было побежать на помощь, но тут Килограмм ударил девушку по руке, выбил у нее нож и схватил его на лету за лезвие. В полной тишине развернувшись, Антон направился обратно, Оля последовала за ним. Захар все это время спокойно смотрел на водную гладь, его ничего вообще не волновало. Он явно перед прогулкой употребил нечто успокаивающее.
– Отдай мне нож, – усевшись обратно на береговую траву, сказала Оля.
– Нет, – спокойным тоном ответил Антон.
Дима увидел, как по рукоятке ножа течет кровь, его приятель порезался, но не замечал этого или не подавал виду.
– Сука, дай мне нож! – громко крикнула девушка.
– Нет, – все так же спокойно ответил парень.
– Димка! Скажи ему, чтобы он дал мне нож!
Дмитрий словно язык проглотил. Положение спас Захар.
– Кило, да дай ты ей ножик, пусть обещает, что ничего себе не сделает, и дай ей. Олька всегда свои обещания держит.
– Обещаешь ничего себе не сделать плохого? – спросил Антон, пряча нож за спину.
– Обещаю! Давай сюда! – крикнула Ольга.
И вот уже деревянная рукоять в ее ладони, и она с неподдельным интересом рассматривает капли крови на лезвии. Дима отхлебнул из бутылки еще раз, но уже гораздо больше. Все успокоились, и в полной тишине каждый приложился к напитку. Вдруг снова началось. Оля принялась резать свои штаны. Оттянув джинсовую ткань, она воткнула лезвие и сделала разрез.
– Ну на кой хрен, Оль? – вскинув руки к небу, воскликнул Килограмм.
– Мои штаны! Хочу дырявые колени! Не ваше дело! Заткнитесь все! У тебя тоже такие с дырками есть, вчера в них щеголял.
–Ну ну, – ответил Антон.
Парни наблюдали, как девушка режет себе джинсы, отрезает куски ткани, делает бахрому. Никто больше не произносил ни слова, все погрузились в свои мысли.
Закончив свою странную работу, она вытерла нож о траву и протянула его Захару.
– Спасибо, классный ножик, но туповат, – Оля улыбнулась и спросила Диму: – Ты меня проводишь?
Секунду помешкав, Дмитрий утвердительно кивнул и, встав на ноги, помог ей подняться. Оля взяла его под руку, и пара отправилась в сторону парка. Дима только успел сказать товарищам, повернув голову через плечо: «Пока, пацаны!»
Димка не знал, с чего начать разговор, он был ошарашен произошедшим на берегу, а Оля, казалось, и не хотела ничего говорить вообще. Но не в тишине же гулять, поэтому, собрав всю волю в кулак, он произнес:
– А зачем ты меня пригласила приехать?
– Ты мне понравился, не такой, как наши местные, просто захотела узнать тебя поближе.
Эти слова вдохновили Диму, ведь он ей понравился! Сразу мгновенно забылись все перипетии ссоры на пруду, они были только вдвоем, и он не такой, как местные, он интереснее, во как!
– Тогда, может быть, погуляем вдвоем?
– Знаешь, я так и хотела, но этот упырь вывел меня из себя! Я теперь сегодня хочу остаться одна, послушать музыку и подумать. Тут уже недалеко до моего дома, иди на платформу, сегодня погулять не выйдет.
– Да я помню, где твой дом, провожал уже, – Димка был в шоке, просто не знал, что еще ответить на это заявление.
– Давай, удачи, позвони мне! Я учусь по будням, так что можно погулять в следующую субботу, ты как? – Оля посмотрела на него своими большими глазами и пару раз моргнула.
– Я тоже учусь по будням, в субботу, хорошо, я наберу тогда.
Димка на самом деле хотел высказать совершенно другое! Он был зол, притащился черт знает куда, чтобы посмотреть странное шоу в исполнении приятелей и погулять пятнадцать минут в тишине с девушкой. Он точно больше такого не хочет никогда, и пропади пропадом этот подмосковный Реутов, но, глядя в ее глаза, он не смог все это сказать. Эти глаза манили, околдовывали его, увидеть их еще раз – это мечта, которая может стать реальностью буквально через неделю.
– Значит договорились, буду ждать звонка, – Оля, поцеловав его в щеку, побежала в сторону девятиэтажного дома.
Обжигающее прикосновение ее губ сделало свое дело, Дима «поплыл» окончательно. Он смотрел ей вслед, глядел, как ее точеная фигурка в зеленых джинсах и в кожаной курточке-косухе удалялась от него, пока девушка не скрылась в подъезде. Наконец, выйдя из оцепенения, парень отправился в обратный путь, в сторону платформы.
Только войдя в метро и по привычке посмотрев на свое отражение, когда вагон въехал в тоннель, Дима увидел отпечаток помады на щеке. Он такой «разукрашенный» ехал в электричке, сразу понял, почему на него так смотрели и улыбались соседние пассажиры. Стерев кулаком «награду» за прогулку, Дима погрузился в воспоминания о прошедшем дне и об аккуратненькой попке Оли в облегающих штанишках.
Перед сном, в кровати, ему в голову пришла мысль о том, что он бы не хотел больше встречаться так, как сегодня. Ведь он чувствовал себя лишним, несмотря на личное приглашение от нее. Врожденная лень сделала свое дело, и в голове разыгралась злоба.
– Ездить далеко, а если не будет никакого профита, то какой смысл? Да, девушка просто великолепна, красива, стройна, но все-таки. Нужно как-то расставить точки над i сразу, в ближайшее время. Уж если и ездить, то хотя бы понимать зачем.
Рассуждения привели к единственно верному, на его взгляд, решению: «Нужно предложить Оле стать парой, моей девушкой, а если нет, то и суда нет, сэкономлю время и деньги, да и к экзаменам подготовлюсь».
***Вбежав в подъезд и поднявшись на свой второй этаж, Оля присела и незаметно посмотрела в окно. Дима медленно удалялся в сторону железной дороги. Его прическа «хвост» забавно покачивалась из стороны в сторону.
Она подумала: «А ведь приехал, значит точно понравилась я ему, хочет продолжения! Круто, игра началась!».
Наверху кто-то зашелестел одеждами, девушка выпрямилась.
– Привет, Оль. Ты чего тут сидишь? Чего там в окне?
– Фома! Привет. Ты прочитал книгу, что я тебе дала?
– Нет, Оль, еще нет, я в процессе, – сказал Фома, опустив со вздохом взгляд своих карих и очень грустных глаз.
– Тогда чего приперся и высиживаешь тут? Прочитаешь, придешь, обсудим. Я тебя послушаю и решу, будем гулять дальше или нет, все-таки уже три месяца прошло с начала. А главное, приходи не зеленый! От тебя за километр шмалью несет. Терпеть этого не могу!
Паренек в черной бейсболке с тремя круглыми серьгами в козырьке, синих, местами грязных джинсах и сером плаще, надетом поверх красно-черной байковой рубашки в клеточку, хотел что-то сказать, но не успел. Девушка захлопнула перед ним дверь своей квартиры с возгласом:
– Мамуль, я дома!
Стань моей девушкой
Hey, little girl
I wanna be your boyfriend
Sweet little girl
I wanna be your boyfriend
Do you love me babe?
(Ramones – “I wanna be your boyfriend” – 1976)3
***Около одиннадцати утра следующего дня Дима решился наконец позвонить Оле, как она и просила, предложить ей стать парой.
– Привет.
– Привет, Дим, – ее звонкий голосок ласкал слух парня.
– Как вчера дома? Все нормально?
– Да, без проблем, а ты как доехал?
– Да тоже неплохо, быстро, – Димка вспомнил отпечаток помады на своей щеке и улыбнулся.
– А ты чего звонишь? Мы же вроде договорились о встрече на следующих выходных, – спросила Оля.
Молодой человек собрался с духом, глубоко вздохнул и произнес, а точнее, выстрелил изо рта слова, которые он обдумывал вчера перед сном:
– Оля, а ты не хочешь стать моей девушкой? Ну, встречаться там и все такое.
– А что это все такое? – спросила Ольга, с интонацией, в которой Дима расслышал то ли смех, то ли издевку.
– Да это я так, просто сказал, я не на что не намекаю, ну так что? – голос парня дрожал, словно он всю ночь провел на улице в мороз.
– Я уж думала, не спросишь. Да, я согласна быть твоей девушкой.
Такой быстрый ответ Дима не ожидал, он до последнего сомневался в том, что она скажет «Да», но и ездить просто так в Подмосковье совсем не хотел, но ответ «Да!». Парень растерялся, несмотря на свои восемнадцать лет, он совершенно не умел общаться с противоположным полом, да и никогда ни с кем серьезно не встречался. Сексуальных отношений за плечами тоже не имел, одним словом девственник.
– А, супер! Класс! Ну значит, ты моя девушка?
– Да, можешь хвастать друзьям, если ты об этом, но у меня есть одно важное для меня условие.
– Какое, Оль?
– Я долго думала, представляла отношения с юношей. Короче, я хочу, как наши мамы и папы. Без современных звонков по сотовым, без электронной почты и тому подобных фишек. Договорились, встретились, как-то так, максимум письма на бумаге в конвертах или записки, что-то в этом роде. Тебя это устраивает?
– Да, конечно, даже будет интересно, – Димка ответил утвердительно, хотя и почувствовал какой-то подвох, что-то неладное, ненормальное, даже извращённое.
– Ну, тогда договорились! Ты заходишь за мной в субботу двадцать первого мая в четыре часа, мой дом ты знаешь, второй этаж, квартира номер шесть, буду ждать, не опаздывай, а сейчас мне пора.
Оля положила трубку так резко, что Дима невольно взглянул на экран телефона, удостовериться, что связь не прервалась, но нет, мобильник показывал полную шкалу сети. Ольга просто прервала звонок, и все. Он посмотрел на настенный календарь, еще шесть дней до встречи с этой странной и ужасно привлекательной особой. Завалившись на кровать, Димка решил позвонить своему другу Маме, поделиться новостью, ведь у него теперь есть девушка. Его первая в жизни девушка!
***Учебная неделя тянулась как никогда долго. Ожидание новой встречи было томительным, да и когда Мамка всем рассказал приятели не одобрили выбор Димы. Особенно это было заметно по Килограмму. Когда он узнал о том, что Оля теперь девушка Дмитрия, то, отведя его в сторону, сказал странную фразу:
– Она девка прикольная, есть чего помацать, но очень мутная и безбашенная. Как подруга ништяк, но вот девушкой я бы ее не стал себе брать. Но это твой выбор, Димон, главное, не особо увлекайся этой тёлочкой.
Димка не воспринял слова Антона всерьез, подумав, что просто ему завидуют парни из Реутова, так как наверняка они все смотрели на Олю с вожделением, а девушка она стала его, а не их.
И вот наконец суббота. Несмотря на все предостережения друзей и их явное недовольство в течение недели, Дима вышел из своего подъезда. Направляясь в сторону метро, он заметил на детской площадке своего лучшего друга. Мама сидел на лавке рядом с детской коляской, как всегда в подвернутых джинсах и джинсовой куртке с закатанными рукавами, но кое-что было странным. Он был в круглых солнцезащитных очках, хотя солнце лишь изредка выглядывало из-за туч с самого утра. На голове его была фетровая шляпа хомбург серого цвета, а в руках пакет сухого корма для кошек, из которого он что-то ел.
– Здорово, Мать! Ты чего это, проголодался? – спросил Дима, подойдя к приятелю. – Что это за шляпа?
Мамка в очередной раз залез рукой в пакет корма и достал оттуда горсть картофельных чипсов, с хрустом принялся жевать.
– Да я чипсов купил, а пакет, когда открывал, лишка порвался, руки дрожат после вчерашнего. Вот и переложил в этот.
– Боюсь спросить, где ты взял этот, – с улыбкой добавил Димка.
– А, этот там вон лежал, бабулька с первого этажа бездомных кошек кормит, ну вот пакет пустой оставила на скамейке, – Мамка показал пальцем в сторону окон дома напротив.
– А шляпа-то тебе зачем? – Дима уже не мог сдержать смех.
– Не ржи ты как конь! Ребенка разбудишь! Сестра двоюродная в гости приехала, попросила погулять с ее дитем, пока она с маман моей трещит, ну вот шляпу и очки для конспирации натянул, а то вдруг телки местные увидят, подумают, что у меня сын есть.
– Да уж, тебя просто не узнать! Особенно куртка и штаны твои неприметные, ты из них уже года три не вылазишь. Ладно, Мам, я поеду, сегодня с Олей встречаюсь.
– Слышь, братан. Может, лучше со мной немного посидишь, а после поедем в клуб? Там сегодня «Пурген» играет, я за билет оплачу и пивка возьму, – с грустью в голосе сказал Мама, он явно понимал, каким будет ответ.
– Нее, ну я сегодня к ней, а на «Пурген» потом как-нибудь.
– Понятно все с тобой! Друг Димон пацанов на бабцу променял. Ну давай, давай, шагай, герой-любовник.
Дима не стал ничего говорить, а просто повернулся спиной и пошел к метро. В мыслях была злость и одновременно обида на друга: «Как Тому зажимать на стройке, так он первый, а я к девушке еду! У меня отношения начинаются, а он со своим “Пургеном”! Нет бы удачи пожелал, ну ладно, Мать, я тебе припомню!»
Дима вставил в уши наушники и включил музыку для поездки, по барабанным перепонкам ударили тяжелые гитарные рифы «Сепультуры». Постепенно он забыл о неприятном инциденте и погрузился в мысли и фантазии о предстоящей встрече.
***Сердце забилось гораздо быстрее, когда он нажал на заветную кнопку звонка шестой квартиры. Через несколько секунд дверь открылась и на пороге появилась она. Ольга была уже одета для прогулки, но волосы еще мокрые, как будто только из душа. В прокуренном подъезде пахнуло запахами лаванды и розы, аромат шампуня и духов девушки быстро наполнял помещение.
– Приветик, ты вовремя! Я сейчас, быстро голову посушу и пойдем, – Оля игриво подмигнула и захлопнула дверь.
Дима сел на ступеньку, достал из кармана сигареты и закурил. Через пять минут вышел сосед из седьмой квартиры в майке-алкоголичке и спортивных штанах с растянутыми коленками.
– Ты кто? – спросил мужчина.
– Я Ольгу жду, она сейчас выйдет, – запинаясь от волнения, сказал Дима.
– Ааа, понятно! – с улыбкой протянул сосед и тоже закурил. – А я Георгий Иванович, думаю, раз ты теперь ее парень, мы с тобой будем видеться часто.
– Ну да, наверное, – молодому человеку показалось немного странным ударение на словосочетании «ты теперь» во фразе мужика.
Перекинувшись несколькими дежурными фразами о погоде, познакомившись с Димой, докурив сигарету, сосед зашел обратно к себе в квартиру. Вновь воцарилась звенящая тишина подъезда, за дверью Оли иногда были слышны шаги в коридоре, но она все никак не выходила. Дима посматривал на часы, пятнадцать минут прошло, двадцать пять, сорок, ожидание затягивалось. Наконец, заскрипел дверной замок и Ольга вышла.
– Чего-то ты долго волосы сушишь, Оль, я уже тут замучился ждать, сорок пять минут прошло.
– Дима! Опоздание для девушки меньше чем на час опозданием не считается! Вот если бы я вышла через час и одну минуту, то да, тут можно и претензии кидать.
– Это кто такое сказал? – удивился Димка.
– Не помню, я где-то читала и считаю это абсолютно верным. Пошли? – девушка протянула свою хрупкую ладонь с крашенными в черный цвет ногтями.
Дотронувшись до ее руки, ощутив исходящее от нее тепло, Дима моментально забыл о своем недовольстве задержкой и уже спускался за ней по лестнице в теплый майский вечер.
– Пойдем в парк, на той стороне города, за линией, ты там точно не был. Там церковь красивая, да и просто погулять можно, на лавках посидеть, если устанем ходить.
– Да, конечно, я тут вообще ничего не знаю, так что веди, Оль.
Майское солнце, освободившись окончательно от оков серых облаков, освещало купола церкви Казанской иконы Божией Матери и небольшой парк, раскинувшийся рядом. В тени деревьев стояли скамейки, занятые другими влюбленными парочками. Кто-то катался на роликах и скейтбордах, бабушки, вышедшие из храма, крестились, оглядываясь на величественный крест часовни.
Молодые люди медленно прогуливались, держась за руки, Оля рассказывала о том, что с ней произошло за неделю в институте, интересовалась увлечениями Димы, какую музыку слушает, какие книги любит читать. Он, отвечая на вопросы, украдкой рассматривал черты ее лица, губы, которые ужасно хотел поцеловать, плечи, обнять которые было бы большим удовольствием, а уж прикоснуться к попке, затянутой в узкие джинсы с дырками на коленях, он и мечтать не смел, но очень хотел.
Ребята проходили по небольшому парку чуть больше часа, как вдруг Оля отдернула руку и изменилась в лице. Выражение лица стало надменное, злое, она смотрела на приближающегося к ним парня. Дима понял, что происходит что-то не то, и на всякий случай засунул руку в карман куртки, где лежал самодельный свинцовый кастет, который ему подарил отец Мамки.
– Фома! Ты что, следишь за мной? – громко спросила Оля у подходящего к ним молодого человека.
– Ты же сказала, когда я дочитаю, сразу к тебе идти, вот и иду, я дочитал.
– Да поздно уже, Фома. Поздно, книгу мне верни завтра, а тот наш разговор забудь, я не одна, у меня вот парень есть, так что все твои потуги бесполезны. Удачи, Фома!
Ольга схватила Диму под руку, смачно поцеловала его в щеку и подтолкнула, чтобы он пошел вперед. Через несколько секунд Димка оглянулся, парень все так же стоял и смотрел им вслед. Он выглядел словно черное пятно на цветном лоскутном одеяле парка. Вечерний солнечный свет словно отскакивал от силуэта парня, темного силуэта самой печали.
Фома несколько минут провожал взглядом удаляющуюся парочку, уходящую от него любовь. Чувства пожирали его изнутри, ему хотелось кричать, догнать их, избить до полусмерти нового парня своей любимой, изуродовать лицо девушки до неузнаваемости, как она изуродовала и разорвала на части его душу, но он просто молча стоял и смотрел им в след полностью опустошённый.
Парень достал из пакета проклятую книгу Вальтера Скотта разрушившую его отношения и выкинул в урну, стоявшую рядом, но этого уже никто не увидел, Димка давно отвернулся и разговаривал со своей прекрасной спутницей.
– А кто это, Оль?
– Да это Фома, влюбился в меня, и вот ходит, ну ты понимаешь, я же ничего так! – девушка отошла на пару шагов, подняла вверх руки и покрутилась вокруг оси. – Правда ведь?
– Ну да, – засмущался Дима. – А что за книга?
– Знаешь, он парень-то хороший, но я терпеть не могу, когда совсем не читают, а он именно такой. Вот я ему и дала задание прочитать «Айвенго» Вальтера Скотта. Я эту книгу прочитала просто взахлеб за три дня, а он месяц мучился, ну и пусть мучается дальше. Я не для таких, как он.
Дима в душе порадовался, ведь он с детства любил книги и это произведение читал, да и кино смотрел.
– Я читал «Айвенго», так, если что.
– Серьезно? Супер! Это моя любимая книга, я часто считаю себя похожей на Ровену.
– Согласен, Оль, ты хорошая, знаешь себе цену, имеешь чувство собственного достоинства, прям как знатная саксонка, – он попытался польстить девушке, угодить ей.
– Ты реально читал! Да, я такая, – она заулыбалась и прижалась к его руке.
Парочка еще с полчаса прохаживалась медленно по парку, обсуждая творчество любимых писателей. Правда, на Вальтере схожесть вкусов и завершилась. Девушка предпочитала классические романы XIX—XX веков, а вот Дима был большим поклонником мистики и ужасов. Кинг, Лавкрафт, Стайн – это его чтение.
Они дошли до второго выхода, рядом с которым на столбе висели часы. Оля взглянула на них и сказала фразу, сильно режущую слух симпатизирующему ей парню, абсолютно неприятную фразу:
– Проводи меня домой, мне мама сказала прийти сегодня пораньше, а уже половина восьмого.
– Хорошо, пошли, – с грустью в голосе ответил Дима.
Он совершенно не хотел расставаться, гулял бы и гулял хоть до самого утра, а лучше вообще до понедельника. Слушал бы ее голос, вдыхая аромат духов, исходящий от тоненькой шеи, но надо, так надо, ничего не поделать. Быстрым шагом ребята направились в сторону многоэтажки, где проживала Ольга.
***Ольга вновь через подъездное окно наблюдала, как проводивший ее Дима уходит в сторону железнодорожной станции. Она уже было хотела идти в свою квартиру, как вдруг заметила двух девушек, бегущих что есть силы к ее подъезду. Юля и Маша, ее бывшие школьные одноклассницы. Ольга с ними не особо дружила, девочки были обычные, слушали поп-музыку, одевались так, как мама с папой скажут, да и немного полноваты обе.
В общем, в глазах Оли это были обычные серые мышки, поэтому, как только отгремел последний звонок, она прекратила общение с этими одноклассницами, да и общалась-то все эти годы лишь для возможности списать контрольные. Но сейчас явно что-то случилось, и она решила задержаться, узнать, что да как.
– Ой, Олька, привет! Слава Богу, ты дома! Там такое, там тебя зовет! – наперебой затараторили подруги, едва забежали в подъезд.
– Да хорош вам трындеть! Что случилось-то? Говорите по одной, а то непонятно ничего, – с недовольной миной на лице медленно проговорила Ольга.
– Там Фома! Он тебя зовет, – жадно глотая воздух, говорила Маша. – Он с бутылкой водки залез на чердак моего дома и несет что-то невнятное, про любовь, про то, что убьет себя, и постоянно говорит, что должен тебя увидеть. А у меня же шестнадцатиэтажка! Вы же с ним гуляете, да?