Духовные истоки величия имиджа России

Политические последствия представленных тенденций в мировой экономике: в период правления президента Барака Обамы США как государство увеличило количество ограничительных мер с 50 до 150 в год. В первую очередь против стран ЕС.

Таким образом, разрушен не только экономический, но и идеологический консенсус капиталистического содружества.

Как писал на страницах Le Figaro французский экономист Давид Кайла, есть несколько причин для беспокойства за ближайшее будущее американской экономики. Он заключает: «Миф о мировой экономике, организованной по коллективно разработанным правилам, изжил свой век».

Как реальный факт: США в XXI веке не являются абсолютным гегемоном в мировом пространстве. В свое время Наполеон говорил, что «в России нет дорог, а есть одни направления». В США есть лучшие в мире дороги, но нет направления выхода из исторического тупика. Прежняя уверенность в своем экономическом и военном могуществе толкает государственную систему США на путь ядерных угроз.

Известный шведский экономист и социолог Гуннар Мюрдаль отмечает, что отсутствие у большинства американцев личных воспоминаний об ужасах войны являет собой «угрозу как для США, так и для всего мира».

Во Второй мировой войне, стоившей жизни 55 миллионам человек, потери США составили лишь два процента от наших потерь. Только на одном Пискаревском кладбище в Санкт-Петербурге похоронено больше погибших, чем США потеряли своих граждан на всех фронтах мировой войны.

Две мировые войны, опустошившие Европу и глубоко изменившие отношение европейцев к запаху пороха, лишь обогатили США.

Как утверждает Пол Робертс, «Россию делают врагом потому, что это дает 1,5 триллиона прибыли ежегодно».

Между тем неприкосновенность США – развенчанный миф. Как предупреждает Еd Nаrdс, «США и НАТО могут пыжиться и красоваться, сколько влезет. Но они знают, что нападение на Россию будет означать не что иное, как конец их драгоценного маленького американского эксперимента».

К этому добавим высказывание заслуженного профессора истории Нью-Йоркского и Принстонского университетов Стивена Коэна: «Попытки изолировать такую огромную страну, как Россия, – это тщеславная глупость и проявление скудоумия, которое приводит к противоположному эффекту».

Имеются мрачные данные результатов ядерного противоборства. По оценке военных экспертов, 10 русских «Сарматов» могут уничтожить все США. Или точнее: одна ракета «Сармат» приводит к гибели 33–37 миллионов человек. Или другой вариант печальных последствий: «Посейдон» может вызвать у берегов США мощнейшие цунами, залив значительную часть территории США морской водой. При этом следует учесть и последствия радиоактивного заражения природы, людей, животных.

В ядерном столкновении США есть что терять. Есть что терять и России. Обоюдная заинтересованность в сохранении и приумножении своих цивилизованных достижений стимулирует поиск этих мировых ядерных держав, как, конкурируя друг с другом, можно доказать, в какой стране лучше общественный образ жизни, при котором люди живут долго и радостно.

Для миролюбивого решения этой актуальной проблемы на арену межгосударственного противостояния США и России разумно ввести в оборот их державного соперничества такой градиент, как публичное позиционирование своих государственных имиджей. И предложить всем странам мира принять участие в таком состязании государственных имиджей.

Для осуществления этой долговременной акции гносеологически важно найти консенсус в логическом толковании и импровизации феномена «государственный имидж». Если не будет достигнуто единого толкования сущности этого феномена, то не исключено, что импровизация его содержания может быть субъективно противоречащей. Это неизбежно приведет к бесконечным теоретическим дискуссиям, и – не исключено – в итоге к отказу от подобного межгосударственного соперничества.

Конечно, не исключены разные толкования сущности и интерпретация содержания феномена «государственный имидж». Наличие разных точек зрения по государственному имиджу – это допустимо, но при этом важно, чтобы в итоге однозначно и публично была определена его сущность и соблюдена логика интерпретации содержания государственного имиджа как феномена.

В авторском толковании, сущность государственного имиджа как феномена – это «содружество народа и власти страны».

Естественно, что данное толкование – не истина в последней инстанции.

Из чего исходил автор, давая такое определение сущности государственного имиджа?

Каковы исходные гносеологические позиции для презентации такого толкования сущности государственного имиджа?

Прежде всего, во внимание принят психологический механизм восприятия имиджа как феномена. С научных позиций такой подход к пониманию сущности данного феномена гносеологически наиболее объективен.

Создание имиджа – не самоцель. Например, создание персонального имиджа тогда оправданно, когда его обладатель удовлетворен своим обликом и удовлетворен тем, как его обличье воспринимают люди. То есть, если персональный имидж «не в радость» его обладателю и доброжелательно не воспринимается людьми, то его создание теряет для личности какой-либо смысл.

Подобное следует адресовать к государственному имиджу.

Позиционирование государственного имиджа не оправдывает затрат на его создание, которые весьма велики, если государственный имидж не вызывает у людей впечатление, не формирует у них представление о нем, не вызывает желания дать ему оценку. Только при активном функционировании психологического механизма восприятия государственного имиджа людьми государственный имидж имеет смысл.

Несколько слов о затратах на государственный имидж.

Следует иметь в виду, эти затраты – финансовые вклады на реализацию внутренней и внешней политики государства в целях поддержания и упрочения общественного образа жизни страны. Чем привлекательнее общественный образ жизни страны, тем привлекательнее ее государственный имидж.

При этом значительные финансовые вклады требуются на создание и практическое использование технологии презентации достижений общественного образа жизни страны. В этом плане США обладают явным преимуществом по сравнению с Россией.

Многолетний опыт рекламной деятельности, существование служб по связи с общественностью, квалифицированная подготовка профессиональных промоутеров – специалистов по «промывке мозгов» людей, лучшая в мире киноиндустрия – все это бесценное подспорье для мастерского позиционирования государственного имиджа. Этим США успешно и занимаются.

Психологический механизм восприятия – это исходная позиция человеческого познания. И государственный имидж становится объектом внимания людей благодаря одному и тому же психологическому механизму восприятия. Однако при восприятии имиджа людей и при восприятии государственного имиджа имеет место существенное различие.

В чем это различие?

В эмоциях, которые вызывают имидж людей и государственный имидж.

В логике осмысления имиджа людей и государственного имиджа.

В оценке имиджа людей и государственного имиджа.

Таким образом, один и тот же психологический механизм восприятия персонального и государственного имиджа дает разные итоги. Вот почему при создании и позиционировании государственного имиджа, ориентируясь на представленный психологический механизм, следует подбирать при создании государственного имиджа и особенно при его позиционировании те материалы, которые будут вызывать у людей эмоции, формировать логику их осмысления и стимулировать оценку государственного имиджа.

Вот почему надо четко понимать, что государственный имидж привлекателен для людей тем, каков общественный образ жизни страны, насколько экономически обеспечены люди, каковы культурные и научные достижения страны и т. д., то есть насколько в стране народ и государственная власть находятся в состоянии гражданского консенсуса.

В условиях западного образа жизни принципиально важно, насколько государство руководствуется постулатом М. Вебера, сформулированным им в бестселлере «Протестантская этика и дух капитализма»: каждому гражданину гарантировано право получения законной прибыли в рамках своей профессиональной деятельности.

В этой связи возникает вопрос: если сутью государственного имиджа является связка «народ и власть», то как достичь этого гражданского консенсуса?

На данный вопрос нет однозначного ответа для всех государств мира. Например, для США проблема консенсуса «народа и власти» весьма противоречиво отражается при создании и позиционировании государственного имиджа.

Почему?

Обусловлено это тем, что есть имидж США как государства, и есть имидж США как страны. И эти имиджи – не тождественные феномены, но они взаимосвязаны, что создает противоречивый процесс создания и позиционирования государственного имиджа США.

Почему?

В мире многие люди с уважением относятся к США как к стране, имеющей мужественную историю утверждения своей территориальной независимости, которая обладает мощной индустрией и, конечно, общепризнанным в мире голливудским кланом киноактеров. США как страна – пример успешного решения национальных проблем.

В мире у многих людей иное отношение к США как государству. Причем превалирует негативное отношение. О справедливом таком отношении к США как к государству свидетельствуют факты: за 242-летнюю историю существования США развязали 209 войн и вооруженных конфликтов, США располагают 800 военными базами за рубежом, на которые ежегодно тратят 150 млрд долларов. 50 % оборонного бюджета США достаточно для того, чтобы прокормить Африку. США обрекли Западную Европу на поток мигрантов, которые создали и создают массу проблем европейцам, нарушив их цивилизованный образ жизни.