- -
- 100%
- +
Последней выступала еще одна девушка. Когда она вышла к проектору, аудитория оживилась. Длинноногая, в ярко-красной блузе с аккуратным декольте, в которое норовил заглянуть каждый из присутствующих мужчин, чтобы получше рассмотреть выпирающие округлости, в черной юбке до колена и в туфлях на тонюсеньких шпильках, эта девушка, казалось, пришла сюда претендовать не на место в команде дизайнеров, а чтобы покрасоваться. Она тряхнула гривой темно-каштановых волос, обнажила в улыбке белоснежные зубы и, не сводя глаз с главы компании, начала презентацию.
Рита взглянула на Ратмира: тот пробудился от своей дремы и пожирал выступавшую девушку насмешливым взглядом. Рита поняла, что он не слушает, что та вещает. Его глаза бегали от длинных ног к груди девушки, туда-обратно, туда-обратно. «Н-да, – вздохнула Рита. – Понятно, кто получит сегодня работу». На фоне длинноногой красавицы Рита почувствовала себя серой мышью. Эта ее белая рубашка и темно-серая юбка! Пучок этот дурацкий!
Рите вдруг все стало безразлично, и она поняла, что хочет только одного – спать.
Наконец-то выступление последней кандидатки закончилось, и Андрей попросил всех четверых претендентов подождать в холле, пока директора обсудят их презентации и выберут того человека, кому и достанется работа.
Совещались недолго, но Рите показалось, что прошло часов пять – так сильно она устала ждать. В холле администратор предложила им кофе. Рита поняла, что если примет еще хоть каплю кофеина, то заработает инфаркт, поэтому она попросила обычной воды.
– Как думаете, кого возьмут? – спросил один из парней, устав слоняться вдоль огромных – от пола до потолка – окон.
– На этот счет у меня нет никаких сомнений, – ухмыльнулась длинноногая красотка, демонстративно расправляя тонкими пальчиками несуществующие складки на красной ткани блузки. – Мое резюме в сто раз лучше ваших.
«Кто бы сомневался», – подумала Рита, метнув взгляд на декольте девушки.
Дверь в конференц-зал открылась, и их позвали внутрь. Слово взял креативный директор.
– Мы благодарны вам всем за участие, – начал Андрей. – Все четыре проекта выше всяких похвал. Вы действительно хорошо потрудились. Мы не можем взять вас всех, к сожалению. И мы очень долго спорили, кому же отдать это место. Как я говорил ранее, решающее слово за Ратмиром Валидовичем.
Рита, не выдержав напряжения, так громко вздохнула, что все глаза устремились на нее.
– Извините, – покраснела девушка.
– Андрей, да не томи ты уже, а то наша новая сотрудница заработает сердечный приступ раньше, чем узнает, что работа ее, – засмеялся Ратмир.
– Что? – хором выпалили Рита и вторая девушка. Рита – непонимающе, красотка – шокировано. Два других кандидата понуро молчали.
– Мы взвесили все за и против и решили, что работать в нашем ландшафтном отделе будет Маргарита Савельева. Ее проект оказался настолько хорош, что мы в ближайшие дни представим его заказчику без изменений и, если у того не будет возражений, то, Маргарита, – обратился к ней Андрей, – это станет вашим первым личным проектом под эгидой «Валида».
Рита не верила своим ушам. Ее первым проектом? Ее первым личным проектом? Ей что, дали работу? Весь спектр эмоций отразился на лице Риты. Из ступора ее вывел возглас второй кандидатки:
– Эта работа должна была достаться мне. Ты же обещал? – она сверлила взглядом Ратмира.
– Я обещал, что ты попадешь на собеседование и, если окажешься лучше других претендентов, место твое. Ты на собеседовании, но, – Ратмир развел руками, – работу в «Валиде» получают по профессиональным качествам, а не по каким-то другим критериям.
– Ты сукин сын.
Девушка кипела от гнева.
– Все справедливо. Не стоит так расстраиваться. Может быть, скоро мне понадобится новая секретарша, – на лице Ратмира расплылась многозначительная улыбка.
«Господи, куда это я попала?» – подумала Рита.
– Секретарша? Да пошел ты! – взвизгнула красотка. – Я дизайнер.
Она промаршировала к выходу и громко хлопнула дверью. Рита украдкой взглянула на главу компании. Он сидел, как ни в чем не бывало, скрестив руки на груди. «Видимо, у них такое в порядке вещей», – подытожила Рита.
– Ну, раз все споры улажены, – проговорил смущенный креативный директор, – то все свободны. Рита, администратор проводит вас в отдел кадров, а потом зайдете ко мне.
Все встали со своих мест и начали расходиться. Рита тоже направилась к двери.
– Задержитесь-ка на минутку, Маргарита, – услышала она голос Ратмира.
Рита, подавив раздражение, послушно села на свое место, понуро опустила голову. Она не видела мужчину, который теперь стоял у панорамного окна и смотрел на город, простиравшийся внизу будто у ног своего господина. Когда дверь закрылась, Рита хотела было спросить, зачем она здесь осталась, но передумала. Она не понимала, как себя вести с Ратмиром теперь, а потому решила подождать, пока он первым с ней заговорит. Он вроде бы вчера вечером ей помог, казался хорошим парнем, но ведь она обзывала его ужасными словами. Ну не его. Вернее, тогда она не знала, что его. Господи! Она прикрыла глаза рукой.
Рита почувствовала движение рядом и, открыв глаза, увидела, что Ратмир приземлился на стул рядом с ней и сидел, повернувшись к ней и подперев голову рукой.
– Значит, садист, придурок и изверг? – его черные глаза искрились смехом.
– Не садист, самодур, – поправила она его и тут же прикусила язык.
«Черт, заткнись. Тебя же уже почти наняли. Не испорти все дело своим поганым языком», – одернула она себя.
– Еще какие-то невысказанные эпитеты?
Она помотала головой.
– Нет?
– Я же не знала, что ты – это ты, – попыталась объяснить девушка.
– Действительно, не знала.
– Постой, – ее озарило. – А ты ведь знал, да? Когда вернулся от своего друга с флэшкой, ты уже все знал?
Она вспомнила, что его поведение до катастрофы с ноутбуком и после возвращения в «Берлин» несколько различалось.
– Да, знал. Леха открыл презентацию, чтобы проверить, что все работает. Мне хватило одного взгляда на первый слайд, чтобы понять, куда ты идешь устраиваться на работу, – усмехнулся Ратмир.
– Почему же ты ничего не сказал мне? Это не честно.
– Хотел посмотреть, как ты поведешь себя сегодня, – улыбнулся он. – Скажи я тебе вчера, что я и есть Ратмир Закаев, твой потенциальный работодатель, и ты бы, чего доброго, сегодня вообще не явилась.
– Конечно, не явилась бы, после всего, что я наговорила…
– Вот поэтому и не сказал.
– А работу ты мне дал, чтобы теперь каждый день издеваться надо мной?
Ратмир рассмеялся.
– Конечно, хочу на деле доказать, что слухи обо мне не просто слухи.
Вот черт. Рита зажмурилась. Может, да ну ее, эту работу?
– Рита, я пошутил.
Она открыла глаза и с подозрением зыркнула на Ратмира.
– Тебе досталось это место, потому что ты достойна работать в нашей компании. Мы здесь хоть и долго обсуждали, но все единогласно были за тебя, хотя некоторых смущало отсутствие опыта и рекомендаций с предыдущего места работы.
– Значит, я и правда буду здесь работать?
– Конечно. Правда, если клиенту не понравится твой проект, то есть вероятность, что проработаешь ты у нас недолго.
– Ему понравится, – упрямо сказала Рита.
– Я тоже так думаю, – улыбнулся Ратмир. – Иди уже оформляйся.
– Спасибо.
Она на радостях так резко вскочила с места, что опрокинула стул.
– Ой, извини, то есть извините.
– Да ладно уж, какие извинения.
Ратмир проводил ее к выходу из конференц-зала, а когда открыл дверь, чуть придержал ее, не давая Рите пройти:
– Помнишь, что ты обещала сегодня ночью?
– Я? Обещала? – Рита не понимала, куда он клонит.
– Ты обещала, что если получишь эту работу, то пригласишь меня на ужин.
Вот, значит, в чем дело!
– Но ты же мой начальник теперь, – возмутилась Рита.
– Начальники тоже живые люди и любят поесть, – усмехнулся Ратмир. – Так что за тобой ужин.
– Через месяц, после первой зарплаты, – сдалась Рита.
– Буду ждать с нетерпением.
Он открыл дверь, и Рита почти бегом бросилась к администратору. Ей не очень нравилось, как начиналась ее работа на новом месте.
Глава 2
Вчерашний день выдался сложным и бесконечно долгим. После собеседования Рита почти два часа провела в отделе кадров «Валида», заполняя многочисленные заявления и анкеты, подписывая договор и еще кипу бумаг. Однако работа там была хорошо отлажена, и Рита не пожалела о потраченном времени: все было сделано за один раз, и ей теперь не придется каждый день бегать в отдел, чтобы что-нибудь переписать, донести какую-нибудь бумажку или еще что-то. После того, как она оформила все документы, Рита отправилась в креативный отдел, где ей и предстояло работать. Дизайнеры занимали весь двадцать третий этаж. Выйдя из лифта, Рита сразу же оказалась в круговерти шума: здесь громко разговаривали, смеялись, то и дело трещали телефоны, шуршали бумаги, жужжала техника. Ландшафтные дизайнеры и дизайнеры интерьера работали в одном общем помещении, разделенном на небольшие секции перегородками так, чтобы у каждого сотрудника было свое личное пространство. В дальнем конце просторного холла находилось несколько дверей, ведших в другие кабинеты. За одной из них Рита и нашла кабинет креативного директора Андрея Иванченко. Их беседа длилась недолго, и спустя минут двадцать он представил Риту ее новым коллегам, большая часть из которых отнеслись к ней доброжелательно, но были и те, кто одарил девушку изучающим и даже несколько пренебрежительным взглядом: мол, откуда ты такая взялась в нашем отделе. Сразу после знакомства девушку отпустили домой с тем, чтобы на работу она была готова выйти в понедельник.
Трясясь в забитом до отказа вагоне метро – был конец рабочего дня, – Рита радовалась тому, что сегодня пятница. Впереди два выходных. Она не спала уже двое суток. Если бы завтра нужно было выходить на работу, то Рита бы точно не заставила себя подняться с постели.
Домой она приехала совсем разбитая: от стеклянных дверей «Валида» до обшарпанного подъезда старенькой девятиэтажки, где Рита жила с бабушкой и четырехлетней дочкой, было около часа езды – сначала на метро, а потом пешком.
У нее не было сил посвящать бабушку Таню в детали интервью. Она только сказала, что работу ей дали, поцеловала перед сном Лизу и тут же, уткнувшись носом в подушку, моментально вырубилась.
В субботу Рита проснулась, когда стрелка часов перевалила далеко за десять. Бабушка с Лизой уже успели совершить утренний моцион, испечь ароматный клюквенный пирог и теперь ждали ее пробуждения. Быстренько приняв душ, Рита поболтала с дочкой, включила ей мультики и уселась на кухне, рассказывая бабушке Тане о своих вчерашних приключениях.
– Ба, на ее фоне я чувствовала себя замухрышкой, – подытожила Рита.
– Ну какая ты замухрышка, скажешь тоже! – возмутилась бабушка.
– Да ты бы видела! Ноги от ушей, грудь как шары для боулинга, губы краснющие в цвет блузки. Да там у всех мужиков челюсть отвисла до пола. И я. По всей строгости закона: юбка – серая, рубашка – белая, туфли-лодочки. Да еще этот проклятый пучок. Натуральная серая мышь.
– Да иди ты, Ритка, – махнула на нее бабушка Таня. – Работа-то кому в результате досталась?
– Мне.
– Ну вот. А пучок не пучок – это уж неважно.
– Все равно, – вздохнула Рита. – Я чувствовала себя каким-то синим чулком. Ростом не вышла, сисек нет… С первой зарплаты в «Валиде» сделать, что ли, силиконовые?
– Вот не дура ли, а? – строго зыркнула на нее бабушка. – Нормальные у тебя сиськи и рост нормальный. А дылды эти длинноногие кому нужны? Собак на них вешать, что ли?
– Ой, ба, ты еще скажи, что маленькая женщина создана для любви, а большая для работы.
– А и скажу!
– Ага. Только где она, любовь-то эта? Что-то с Владиком все наоборот получалось.
– Ой, Ритка. Владик твой – моральный урод, – бабушка Таня не любила крепко выражаться, но в отношении Ритиного бывшего мужа не стеснялась в эпитетах. – Забудь ты о нем.
– Я уже давно забыла, ба, – махнула рукой Рита, будто отгоняя подальше воспоминания, которые вились надоедливой шальной мухой.
Помолчали. Рита с удовольствием отхлебнула ягодный чай и взялась за очередной кусок клюквенного пирога. Он пах ванилью и корицей, чуть с кислинкой, сладость его была ненавязчивой. Бабушка довольно кивнула.
– Ешь вот лучше побольше, – вставила она свое веское словцо. – И будут тебе сиськи.
– Ба, от твоих пирогов не сиськи растут, а жир откладывается, где не надо.
– Жир! Да ты посмотри на себя, худющая, как эти, как их… аноксерички, что ли?
– Анорексички, – засмеялась Рита. – Ба, не волнуйся, на твоих харчах мне это не грозит. Я и так скоро на сорок шестой размер одежды перейду, если продолжу столько лопать.
– Лопай, лопай.
– Андрей сказал, – резко сменила тему Рита, – что у них в компании нет дресс-кода как такового. Представляешь? Можно ходить в чем угодно. Ну, в рамках разумного, конечно. Только в те дни, когда назначены встречи с клиентами, нужно надевать что-то более официальное. Хочу завтра пройтись по магазинам, хоть пару кофт приличных купить, да и Лизе пора весенние обновки покупать, из прошлогодних она выросла.
– А что за Андрей? – перебила бабушка Таня Ритино словоизлияние.
– Мой начальник.
– Самый главный?
– Нет. Андрей – директор дизайнерского отдела, куда меня взяли работать. А главный там другой. Вернее, их трое братьев.
– И ты всех троих видела?
– Нет, на собеседовании был только один.
«Но мне и его хватило», – подумала Рита.
– Ну а что этот Андрей? Молодой? – бабушка Таня подперла морщинистую щеку кулачком и задумчиво посмотрела на Риту.
– Так. Начинается, – пропела Рита и вскочила со стула, в два шага совершив марш-бросок к мойке.
– Ничего и не начинается, – обиделась бабушка Таня.
– Знаю-знаю. Молодой ли? Симпатичный ли? Женатый ли? Все твои вопросы наперед знаю и не хочу слушать.
Рита домыла чашки и с грохотом водрузила их на сушилку.
– Ой, Ритка. Ну сколько ж тебе горемычить одной? Молодая красивая девка, а крест на себе поставила.
– Ба, во-первых, я не горемычу, – Рита стояла в дверном проеме, скрестив руки на груди. – Во-вторых, на себе крест я не ставила, я его на мужиках поставила.
– Рит, но ведь не все такие, как твой Владик. Ведь душа за тебя изболелась. Замуж тебе надо.
– Даже не начинай. Все, пойду с Лизой поиграю.
Бабушка Таня пошла в большую комнату вслед за Ритой.
– С Лизой она поиграет, – ворчала старая женщина. – Не слушаешь ты меня, а я ведь тебе добра желаю.
– Все, все, все, все, все.
Рита демонстративно зажала уши. Лиза залилась звонким смехом. Бабушка Таня обиженно поджала губы и, схватив незаконченное вязание, начала стучать спицами.
– Мам, а что это ба вяжет? – спросила дочурка, хлопая любопытными зелеными глазенками.
– Свитерок тебе вяжет, чтобы была ты у нас самая красивая на свете девочка, – Рита нежно взъерошила светлые волнистые волосики Лизы. – Так, давай-ка выключим мультики и почитаем книжку.
– Не хочу книжку. Книжку вечером, – надула губки Лиза.
– Тогда давай порисуем…
***К вечеру бабушка Таня отошла и больше на Риту не дулась, так что спать все отправились в приподнятом настроении. Бабушка, конечно, права: не все мужики козлы, как Влад. Но Рите даже думать не хотелось о романтических отношениях, не то что пускаться на поиски нового ухажера.
С Владом они познакомились, когда Рите едва исполнилось восемнадцать. Он был старше ее на пять лет. Ухаживал Влад красиво: каждый день подарки, цветы, сюрпризы. Рита моментально потеряла голову. Да и какая бы юная дурочка не потеряла? Влад был и обходителен, и хорош собой. Восемнадцатилетней Рите их пятилетняя разница в возрасте казалась огромной. Влад вообще казался ей, несмышленой тогда девчонке, небожителем. Светловолосый, утонченный до аристократичности, умный и галантный. Рита была в восторге от всех его слов и поступков. Отношения их развивались стремительно и со стороны казались идеальными. Рите и самой очень долго казалось, что если и есть в жизни принцы из сказок, то ей достался один из них. Может быть, единственный, существующий в природе. Через два года они поженились. Идиллия продолжалась чуть больше года и закончилась с беременностью Риты. Когда Рита была на восьмом месяце, Влад ее бросил. Пришел домой одним солнечным днем и сказал:
– Все, поиграли и хватит. Я хочу развода.
Звоночки, конечно, были и раньше. Когда Влад узнал о ее беременности, вместо того, что должен был сделать нормальный принц из сказки, ну или хотя бы из захудалого любовного романа, а именно: обрадоваться, подхватить жену на руки, поцеловать в еще не округлившийся животик, заплакать, в конце концов, от распирающего его счастья, – Влад сказал Рите, что ребенок им сейчас ни к чему. Карьера Влада только-только начинала идти в гору. Он пропадал на работе днями, а порой и ночами. Ритина беременность была совсем не кстати. Он намекнул, что, может, стоит сделать аборт. Мол, Рите всего двадцать один, ему двадцать шесть, успеют еще детей завести. Но у Риты в голове не укладывалось, как можно сделать аборт от любимого мужа. Зачем же тогда они поженились, если он не хочет полноценную семью? Тогда они крепко поссорились. Впервые за три года, что они были знакомы, Рита встала на дыбы и ни в какую не соглашалась с Владом. Потом, правда, вроде бы все наладилось. Но образ прекрасного принца вдруг потускнел, от него стало попахивать душком, будто что-то медленно гниет. Теперь-то Рита понимала, что это любовь их с Владом гнила и разлагалась вместе с ее детской наивностью.
Всю Ритину беременность Влад никакого интереса к будущему младенцу не проявлял, а когда до родов оставалось чуть больше месяца, пришел как-то и сказал, что уходит от Риты. Он встретил другую женщину, не обремененную пузом – да! так и сказал! – и Рита с ее отпрыском ему не нужны. Рита собрала вещи и ушла жить в бабушкину хрущевку. Она сама себе удивлялась, но не было ни слез, ни разбитого сердца. У нее вдруг с глаз будто сняли шоры: идеальный принц превратился в жабьего короля.
Теперь о жизни с Владом Рита вспоминала как о страшном сне. И каждый раз чувствовала себя идиоткой: ведь не смогла увидеть в нем подлой натуры, мелкого человечишку. Рита не виделась с бывшим мужем с того момента, как они вместе ходили в загс получать свидетельства о разводе: она – с огромным животом, он – небрежно-вежливый. Два как будто бы незнакомых человека. Влад в жизни дочки никакого участия не принимал, только регулярно высылал алименты. Всегда ровно ту сумму, что обозначили в соглашении: ни копейкой меньше, ни копейкой больше.
Когда Лизе было почти два, в жизни Риты появился другой мужчина. Не сказать, что она по уши влюбилась, но сердечко ее трепетно билось в присутствии Саши. Их отношения длились всего несколько месяцев. Но однажды, когда Рита была уже готова перейти от конфетно-букетного периода к новому этапу и наконец-то согласилась прийти в гости в его холостяцкую квартиру, пока Саша возился на кухне с приготовлением романтического антуража для ужина, Рита, в безделье шатаясь по комнате, подошла к столу, где стоял открытый ноутбук. Саша забыл свернуть окно переписки с каким-то другом, и Рите бросилось в глаза Сашино сообщение: «Да кому нужны эти брошенки с прицепом? Такие только для одного нужны – потрахаться. Да они и сами понимают, что нормальный мужик никогда ни о чем серьезном с такой бабой думать не будет. А ноги раздвигают, потому что мужика-то все равно хочется».
Рита не помнила ни как вылетела из Сашиной квартиры, ни как доехала до дома. Тогда она пообещала себе, что ни одного мужчину в свою жизнь она больше не впустит. Не хотелось ей ни себе душу ранить, ни тем более дочери. Бабушка Таня частенько атаковала Риту своими расспросами да советами, мечтая выдать внучку замуж. Но замуж Рите не хотелось, да и вообще, даже смотреть в сторону мужчин не хотелось.
***В воскресенье прямо с утра Рита, подхватив Лизу, отправилась за покупками. На улице в лужах искрилось солнце. Небо набухло низкими весенними облаками, которые гнал в неизвестные дали теплый ветерок. Щебетали птицы. С крыш капало. Весна! Наконец-то. На душе у Риты от такой погоды всегда как-то неспокойно щемило. Будто хочешь сделать глубокий вдох, делаешь один, второй, третий, но никак не можешь надышаться. Видимо, с весенней оттепелью даже у нее оттаивали чувства, просыпались гормоны.
Проехав несколько остановок на метро, Рита с Лизой вышли у большого торгового центра. Шопинг Рита любила, но денег на него всегда не было. Забеременела Лизой она на последнем курсе института, пришлось взять академический отпуск. Учебу-то она закончила, а вот диплом не защитила: народилась Лизонька. Только спустя год Рите удалось-таки получить диплом. А потом начались бесконечные поиски работы. Бабушка Таня и дед Паша запретили ей идти работать не по профессии. Зря, что ли, училась? Работу не получалось найти очень долго. Везде нужны были специалисты с опытом. Все это время жили на скромную пенсию стариков, на незначительные Лизины алименты да редкие Ритины подработки. В прошлом году Рите удалось-таки найти место в небольшой дизайнерской компании, но проработала она там недолго. И вот теперь – «Валид» и огромные возможности.
Рита бродила от бутика к бутику, пытаясь выискать что-нибудь красивое, но недорогое. Все-таки до первой зарплаты еще месяц. Лиза вприпрыжку скакала рядом, напевая песенки.
– Ма, смотри, – Лиза ткнула пальцем в сторону ярко-раскрашенного входа в детский отдел. – Мы сюда зайдем?
– Зайдем. Купим тебе обновок к весне. Но игрушек не просить, у нас с тобой денег маловато, – улыбнулась Рита дочке.
– Ну а маленькую-маленькую, во-от такую маленькую куколку?
– Такую маленькую, я думаю, мы себе сможем позволить.
– Ура!!!
Как объяснить ребенку, почему всем детям покупают игрушки, а Лизе только по большим праздникам? Нет, они не нуждались, но жили очень скромно. Лизу не баловали, но в ее детской всего хватало: и игрушек, и кукол, и книжек. Просто не было такого, чтобы каждый выходной ходить по магазинам да покупать все, что ребенок просит. А ведь хотелось бы! Рита тяжело вздохнула и в очередной раз мысленно прокляла бывшего мужа, а заодно с ним и всю мужскую половину человечества.
Когда они отправились на кассу, в корзинке для покупок лежало два новых платья, джинсики, пара цветастых колготок, кофточка да малюсенькая куколка. Расплатившись, Рита поняла, что о новом платье для себя и мечтать не стоило. Денег оставалось в обрез. Придется Рите довольствоваться купленным чуть ранее джемпером.
Выйдя из детского отдела, Рита увидела, как им радостно машет какая-то беременная девушка, стоявшая у стеклянного ограждения. Рита озадаченно посмотрела на нее, а девушка подошла к ним:
– Привет. Ты, наверное, меня не запомнила? Мы встречались в пятницу в «Валиде».
Рита все еще не узнавала женщину. Та весело улыбнулась, и на щеках ее появились милые ямочки.
– Я заходила в отдел кадров, когда ты оформлялась на работу. Я еще представилась, и мы даже обменялись рукопожатием. Я Лена, личный секретарь Ратмира Валидовича.
Рита наконец вспомнила, что действительно в пятницу сталкивалась с Леной.
– Как неловко, – провела Рита тыльной стороной ладони по лбу. – У меня совсем вылетело из головы. В пятницу столько всего было…
– Да уж могу себе представить. А я давно вас с дочкой заметила в детском отделе. Я там тоже бродила, присматривалась, – Лена положила руку на выпирающий живот. – Но пока ничего не купила. Говорят, покупать заранее – плохая примета.
– А я в приметы не верю, – улыбнулась Рита. – Сколько месяцев?
– Почти шесть.
– А кажется больше.
– У меня двойня.
– Ого!
– Может, пообедаем вместе? – предложила Лена. – Здесь на четвертом этаже есть отличная кафешка.
Рита собралась было отказаться: обед в кафе она себе не могла позволить. Но Лена схватила ее под руку, другую протянула Лизе и сказала:
– Пойдемте, пойдемте. Я вас приглашаю. Посидим, поболтаем.
Рите ничего не оставалось, как согласиться.
Кафе, куда привела их Лена, было действительно хорошим, небольшим и уютным. Здесь кормили вкусно – никакого тебе фастфуда. В дальнем углу расположилась небольшая игровая площадка: дети могли развлечься, а родители спокойно поесть. Лиза сразу же оценила горку, тут же познакомилась с уже игравшим там мальчуганом лет пяти и начала придумывать игры.
– Дочка у тебя – командир! – улыбнулась Лена. – Боевая.
– Это точно. Всегда выбивается в лидеры. Даже не знаю, в кого она такая. Точно не в меня.
– Значит, в папу.
– Нет, от папы Лиза, слава богу, почти ничего не взяла.
Сказала и осеклась. Ну вот! Теперь Лена смотрела на нее с любопытством, хоть тактично и сдерживала готовые сорваться с языка вопросы. Неловкую паузу заполнил подошедший официант.