Убийство в Вишневых горах

Глава 1

Женя сидела за туалетным столиком и рассматривала свое отражение в зеркале. Она запустила тонкие пальцы в непослушные медного цвета локоны, оттянула одну прядь так, что тугая кудряшка выпрямилась, а затем отпустила. Локон приобрел свою прежнюю форму, упав Жене на лоб.

После нападения маньяка весной этого года[1], который обрил девушку наголо, волосы уже отрасли сантиметров на пятнадцать. Жене, можно сказать, повезло, ведь она отделалась только потерянной шевелюрой, но осталась жива. Повезло ей и с волосами. Они росли быстро, однако были непослушными, закручивались в мелкие кудри, которые теперь, при такой длине, торчали на Жениной голове в разные стороны, как крошечные антенны. Их невозможно было ни уложить, ни пригладить, ни сделать приличную стрижку. Нет, можно было, конечно, ежедневно пользоваться утюжком для волос, наносить тонну геля, лака и других укладочных средств. Наверное, другая девушка на месте Жени так бы и делала, но только не она.

– Лучше уж ходить с афро, чем с коркой лака на голове, – протянула Женя вслух, состроив своему отражению смешную гримасу.

Женя дунула на пряди, свесившиеся на лоб, и они разлетелись в разные стороны. Она бросила взгляд на часы – почти одиннадцать. А Тамерлан все еще не вернулся. Наверное, нет уже смысла ждать его. Нужно ложиться спать. Муж позвонил ей около семи и сказал, что снова задержится в управлении. Они напали на след преступника по делу, которое расследовали последний месяц, а потому Тамерлан днями и ночами торчал на работе. Женя была не из ревнивых, но иногда и ей надоедало безропотно ждать и ничего не делать…

Женя зевнула, потянулась и в этот момент услышала, как открывается входная дверь. Что ж, сегодня муж хотя бы вернулся, когда она еще не уснула.

Голова Тамерлана тут же появилась в дверном проеме.

– Не спишь еще? – улыбнулся он, увидев сидевшую перед зеркалом Женю.

– Уже собираюсь.

Женя почувствовала, что ответ ее прозвучал недовольно. Почувствовал это и Тамерлан. Он сел на краешек кровати позади Жени и развернул жену к себе.

– Женька, не злись.

– Я и не злюсь, – вздохнула она.

Женя видела, каким уставшим выглядел муж: волосы давно не стрижены, под глазами залегли тени, лицо осунулось, даже кожа будто посерела. Одно сложное дело за другим, работа без выходных. Тамерлан который уже день, а то и неделю толком не ел и не спал. Эти расследования выматывали его, выпивая все соки.

Женя дотронулась ладонью до лица мужа. Он тут же прижал ее руку к своей щеке, а потом поднес к губам и поцеловал.

– Правда, не злишься?

– Не злюсь, товарищ старший следователь, – грустно улыбнулась она. – Просто я за тебя переживаю. Тебе нужен отдых.

– Нам всем нужен отдых, Женя. Мы наконец-то раскрутили последнее дело. В понедельник – заседание суда, а потом…

Женя увидела, как в глазах мужа заплясало лукавство, которого она не видела уже очень давно.

– А потом? – вопросительно вздернула она бровь.

– А потом, милая моя профессорша, я беру отпуск.

Женя ахнула.

– Ты и отпуск? Не смеши меня!

– Я совершенно серьезен, Женя. Я тебе даже больше скажу.

С этими словами Тамерлан подхватил Женю, обняв за талию, и пересадил на туалетный столик, а сам сел на круглый стул перед женой.

– Через две недели мы с тобой едем отдыхать.

– Да брось ты! – Женя недоверчиво нахмурилась, все еще не веря словам мужа.

– Да-да, Женя. Уедем из этой проклятой Москвы, ведь здесь мне и в отпуске покоя не дадут.

– Ну, с этим не поспоришь.

Тамерлан положил голову на колени жены, и она стала нежно перебирать его уже чуть тронутые сединой волосы. Кажется, за последние пару месяцев серебристых прядей стало значительно больше. Женя тяжело вздохнула. Им и правда нужно уехать. Ему – чтобы как следует отдохнуть. Ей – чтобы собрать себя по кусочкам и придумать, что делать со своей жизнью дальше.

После нападения на Женю маньяка она так и не вышла на работу. Сначала она взяла отпуск на пару месяцев, что оставались до конца учебного семестра. Летом прошел суд над убийцей, и Женя почувствовала облегчение, решила, что теперь все вернется на круги своя. В сентябре она была готова приступить к лекциям на родном историческом факультете в Семеновско-Отрадном. Однако в первый же день, когда Женя сошла с автобуса и направилась к парку, она почувствовала, как волосы на затылке от страха встали дыбом. Хорошо, что было ясное утро и из автобуса в парк вместе с Женей устремились стайки студентов. Но к тому моменту, как она преодолела расстояние от остановки до входа в университет, ее накрыл такой приступ страха, что Женя едва-едва могла совладать с собой. Коллеги смотрели на нее с сочувствием, отчего Жене стало совсем тошно. Она кое-как провела две лекции, запланированные на тот день, и позвонила Тамерлану, чтобы он приехал за ней. Женя никак не могла заставить себя снова пойти в парк. Ночью ей приснился кошмар, в котором она опять убегала от убийцы, он схватил ее и занес над лицом острую вязальную спицу. Женя проснулась с криком, взмокшая от проступившего пота.

На следующее утро, выйдя на остановке перед парком, Женя не смогла сделать и шага. Так и вернулась домой, пропустив занятия.

Тамерлан предложил купить недорогую машину и ездить на работу на ней, но Женя боялась садиться за руль. Зная свою способность так погружаться в собственные мысли, что не замечала ничего вокруг, она опасалась, что попадет в аварию. Вот задумается она о каком-нибудь Чингисхане или Батые, забудет следить за дорогой, и что тогда? Женя не хотела признаваться Тамерлану, что, в общем-то, не в машине и ее, Жениной, безалаберности было дело. Ей до жути было страшно снова оказаться рядом с парком, проходить через него, видеть из окна аудитории. В результате Женя уволилась. Правда, декан Алексей Андреевич обещал, что возьмет Женю обратно, когда бы она ни надумала вернуться. Ему жаль было терять такого молодого и перспективного ученого, как Женя. И вот уже два месяца она сидела дома, превращаясь в отчаянную домохозяйку, готовую, того и гляди, впасть в депрессию или еще хуже – кого-нибудь пристукнуть. Нужно было что-то делать с собственными нервами и страхами. Может, отпуск станет тем самым, столь необходимым шансом, способным привести в гармонию ее душевное состояние?

Тамерлан встал со стула, поцеловал Женю в нос и сказал:

– Женька, придумай, куда бы нам с тобой поехать отдохнуть. Куда ты хочешь?

Она пожала плечами.

– Да мне без разницы, лишь бы тебя с работы не доставали.

– Не будут доставать, обещаю. Главное – подальше от Москвы уехать, – устало улыбнулся Тамерлан. – Я даже телефон не буду брать.

– Значит, будем считать, что у нас наконец-то состоится медовый месяц? – хмыкнула Женя.

– Именно. Будет у нас медовый месяц, Евгения ты моя Георгиевна. Так что решай, куда поедем.

– Хорошо, – улыбнулась Женя без особого энтузиазма в голосе. Ей все еще не верилось, что Тамерлан и правда уйдет в отпуск. – Ты голодный?

– Нет, мы в управлении перехватили немного. Анюта пиццу заказывала.

– Анюта, значит? – Женя лукаво приподняла бровь.

Аню, молоденького следователя из группы Тамерлана, Женя знала еще с Отрадненского дела.

– Не ревнуй, Женька, – засмеялся Тамерлан.

– Я и не ревную.

– Ну и хорошо. Я пойду в душ, а потом спать. Устал – не могу.

На следующий день Тамерлан спозаранку уехал в управление, а Женя, обняв обеими ладонями кружку с обжигающим кофе, уселась за компьютер, чтобы посмотреть, куда бы им с мужем можно было отправиться в отпуск. Женя понятия не имела, в какое место она хотела бы съездить. Может, в Самарканд на родину Хромого Тимура? Нет, не лучшая идея. Осматривать достопримечательности, которые она видела не один раз, ей не хотелось. Нужен какой-то спокойный отдых, чтобы вокруг не было толп туристов, чтобы они с Тамерланом могли побольше побыть наедине. А то что у них за жизнь такая? Не успели пожениться, а муж днями и ночами пропадает в управлении. Она сидит сиднем дома, не в силах заставить себя вернуться к работе. Так и до депрессии недалеко, и до семейных скандалов.

Женя перевела взгляд с монитора на окно, в которое барабанили частые капли дождя. Уже начался ноябрь. На улице было серо и стыло. Почти каждый день лило, а солнце совсем не показывалось. Наверное, нужно поехать куда-то к морю, раз они решили, что этот отпуск станет для них компенсацией медового месяца.

Женя и Тамерлан поженились в конце июля. Свадьбу не устраивали. Расписались в четверг, в совершенно будничной атмосфере. Женя даже матери не говорила, что собирается замуж. Позвонила уже после свадьбы и поставила перед фактом. Мама, если и удивилась, то виду не показала, только сказала, что надеется на светлую голову дочери, что Женя сделала правильный выбор. Женя не сказала матери и о том, что Тамерлан – следователь. Знала, что той это не понравится, ведь отец Жени тоже был полицейским и погиб при исполнении. Матери не хотелось, чтобы дочь повторила ее судьбу, связав жизнь с человеком опасной профессии.

В загс с Женей и Тамерланом ходили только ее лучшая подруга Наталья да сослуживец Тамерлана Павел, который в Наталью был влюблен. Правда, жениться ребята не торопились.

После скромной церемонии, на которую Женя надела ярко-красное платье – не хотелось ей выходить замуж в белом, – они все вчетвером поехали отпраздновать сие событие в ресторане, а прямо посреди обеда Тамерлана с Павлом срочно вызвали в управление. В городе снова орудовал маньяк, и группе Тамерлана было поручено новое расследование. Ни о каком медовом месяце речи идти не могло.

Женя бездумно открывала один туристический сайт за другим, но так и не могла выбрать, а главное – решить для себя, куда бы она хотела отправиться вместе с мужем. Не придумала она этого ни на следующий день, ни на третий.

А потом нашлось неожиданное решение.

– Жень, ты что-то уже надумала с нашим отпуском? – спросил Тамерлан.

Они были на кухне, и в кои-то веки Тамерлану не нужно было сломя голову лететь на работу чуть свет. Можно было наконец-то спокойно позавтракать. Женя мастерила бутерброды, щедро намазывая гусиный паштет на ломтики чуть поджаренного белого хлеба, а Тамерлан варил кофе.

– А ты уверен, что и правда пойдешь в отпуск? – вопросом на вопрос ответила Женя.

– Пойду. Что, не верится? – засмеялся он.

– Не-а. Боюсь, что в самую последнюю минуту тебе снова дадут какое-нибудь неотложное дело.

– Не дадут.

Тамерлан разлил кофе по чашкам и устроился за столом напротив Жени.

– Ну так что с поездкой?

– Ничего, – пожала Женя плечами. – Не знаю я, куда нам поехать. Если честно, мне все равно, лишь бы мы смогли сменить обстановку и спокойно побыть вдвоем.

– Значит, все равно? – прищурившись всматривался Тамерлан в лицо жены.

– Да.

– Значит, ты не будешь протестовать, если я увезу тебя на Урал?

– Куда? – Женя удивленно уставилась на мужа.

– На Урал, – Тамерлан игриво приподнял брови.

– И что мы там будем делать?

– Вчера мне позвонил мой двоюродный брат Саид. Ты с ним еще не встречалась, но я, кажется, тебе говорил о нем?

– Подожди, – тут же вспомнила Женя, – это тот, который вместе с женой владеет несколькими гостиницами в Москве?

– Да-да, он самый. Так вот, Саид и Юля открывают новый отель на Урале, где-то в Вишневых горах…

– В Вишневых? – перебила Женя мужа.

– Да, черт его знает, почему эти горы так называются, но не в этом дело. Саид приглашает нас погостить у них. Как раз на следующей неделе будет первый заезд, поэтому они с Юлей решили позвать только друзей и знакомых.

– Они там устраивают горнолыжный курорт? – удивилась Женя, она не думала, что ее мужу может быть интересен такой вид отдыха.

Тамерлан, будто угадав ход ее мыслей, расхохотался.

– Нет, Женька. Я на горных лыжах что медведь на коньках.

– Ну, не такой уж ты и неуклюжий, – улыбнулась Женя, но сравнение ей пришлось по сердцу. Тамерлан был высоким и плотным мужчиной с крепкими мускулами, отчего частенько казался Жене похожим на настоящую гору или… на медведя.

– Саид и Юля открывают элитный отель для очень богатых клиентов, куда постояльцы будут приезжать, чтобы отдохнуть от суеты больших городов и своих дел. Это даже и не отель, а что-то вроде пансионата. Никаких тебе ресепшенов, вышколенных официантов или шеф-поваров. Юля пытается создать атмосферу старых дворянских усадеб, вроде как благородные дамы и господа будут отдыхать от суеты мирской в аристократической, но домашней обстановке.

– Ого, – промычала Женя, делая большой глоток кофе. – Неужели на такой вид отдыха может быть спрос?

– Они считают это перспективным делом. В общем, отель в очень живописном месте, но в удалении от каких-либо населенных пунктов. Полное уединение – кругом только горы, леса, озера.

– Значит, говоришь, маленький отель? – с пробудившимся наконец-то интересом спросила Женя.

– Да-да. Никаких толп туристов, кричащих детей, пьяной молодежи. Все чинно-благородно, как в старой доброй Англии в викторианскую эпоху.

Женя засмеялась. Ну и сравнения у Тамерлана: викторианская эпоха на Урале. Это надо где-то записать.

– Там есть еще кое-что, что тебе обязательно понравится, – с веселыми искорками в глубине черных глаз посмотрел на жену Тамерлан.

– И что же это может быть? – вскинула Женя бровь.

– Саид с Юлей устроили отель на месте старинной усадьбы, там раньше жил то ли какой-то промышленник с семьей, то ли отпрыск старинного дворянского рода. Ну это Юля тебе подробно все расскажет при встрече. А еще, – Тамерлан припас главный козырь напоследок, – говорят, что в тех местах давным-давно проходили твои любимые татаро-монголы и даже жил там какой-то темник или хан.

Женина рука, в которой она сжимала чашку, замерла в воздухе.

– Не может этого быть!

– Может-может. Даже какая-то легенда у них там ходит про этого темника.

– Врешь! – все еще не верила Женя. – Что за легенда? Как темника звали? В какой период это было? Почему я ничего об этом не слышала?

Женя строчила вопросы с той же скоростью, что миномет выплевывает мины. Тамерлан наконец-то увидел в глазах жены вспыхнувший ярким пламенем интерес, которого он не наблюдал все эти месяцы, с того самого проклятого дня, когда Женя чуть не погибла от рук убийцы.

– Евгения моя Георгиевна, попридержи скакунов, – засмеялся Тамерлан. – Не знаю я ничего толком. Поищи в интернете, а не найдешь, Саид с Юлей тебе расскажут. Если мы, конечно, туда поедем.

– В каком смысле – если поедем? – зло нахмурилась Женя. – Почему не поедем?

– Ну, может, ты решила в какой-нибудь Таиланд съездить или еще куда? – подначил Женю Тамерлан.

– Ну в какой Таиланд, товарищ старший следователь? В какой еще Таиланд? – всплеснула она руками.

– Вот и ладненько, – поднялся Тамерлан с места и поцеловал Женю в лоб. – Ты давай закажи нам билеты до Челябинска на вторник, ну и пускайся в свои изыскания насчет темника да Вишневых гор, а я в управление поехал.

Женя проводила мужа до дверей, и на прощание он ей, смеясь, погрозил пальцем и сказал:

– Женька, сначала билеты закажи, а то ведь знаю тебя, как влезешь в свою историю, так ведь забудешь все на свете.

Глава 2

В Челябинск прилетели почти в пять вечера. Пока забрали багаж да выбрались из аэропорта, стрелки часов уже устремились к шести. Женя оглянулась, тут же увидела спешащего к ним навстречу мужчину и толкнула локтем Тамерлана, который возился с чемоданами.

– А, Саид! – заулыбался Тамерлан подошедшему мужчине.

Они обменялись крепким рукопожатием и обнялись.

– А это, должно быть, Евгения? – улыбнулся Саид, с интересом разглядывая ее.

– Она самая, моя Евгения Георгиевна, – Тамерлан по-хозяйски обнял жену за плечи и чмокнул в висок. – Женя, это мой двоюродный брат Саид.

Женя улыбнулась Саиду.

– Ну, поехали? – спросил он.

Они вышли из здания аэропорта, и на них тут же пахнуло морозным воздухом. В отличие от Москвы здесь уже лег снег и стоял легкий минус. Женя поежилась, поплотнее натягивая шапку на уши.

Саид провел их на стоянку, и они сели в большой внедорожник. Тамерлан разместился рядом с водителем, а Женя села сзади.

– Рад, что вы приехали. Я ж тебя, кажется, года три не видел? – спросил Саид Тамерлана.

– Да, года три точно.

– А ты, старый черт, все еще не промах, – засмеялся Саид, бросив взгляд на Женю в зеркало заднего вида. – Вон на какой красавице женился.

Тамерлан тоже довольно засмеялся. Жене Саид понравился. Он вроде бы был года на два младше Тамерлана, но выглядел молодо, от силы лет на тридцать пять. Он был высоким, как и двоюродный брат, но не такого плотного телосложения. Лицо его покрывала густая темная щетина. Красивый мужчина, даже очень. Жене было интересно посмотреть на его жену.

– Долго ехать до отеля? – поинтересовалась она.

– По хорошей дороге два часа с небольшим, – ответил Саид, – до Вишневогорска. Туда доедем без проблем, а вот от поселка до самого отеля придется помучиться.

– Плохая дорога? – спросил Тамерлан.

– Не то слово. Горы невысокие, но дорога до отеля – врагу не пожелаешь, а сейчас уже стемнело, так что будем пробираться на ощупь.

– И какой леший вас дернул там отель строить?

– Ты это Юле скажи, – засмеялся Саид. – Ты же ее знаешь. Как втемяшится что-то в голову, ничто ее не переубедит.

Женя почувствовала, что несмотря на ворчливый ответ, Саид очень любит жену. Он говорил о ней с нежностью и теплотой. Мужчины стали вспоминать былые времена, разговорились о родственниках, а Женя, убаюканная их голосами, пыталась всмотреться в пейзаж за окном, но если в самом Челябинске еще что-то можно было рассмотреть благодаря уличным огням, то при выезде из города ничего не было видно: все вокруг поглотила рано спустившаяся ночь. Женя не заметила, как задремала, лишь краем уха изредка улавливая смех мужчин.

Проснулась она оттого, что ее сильно встряхнуло на сиденье, а потом она съехала по нему вправо, впечатавшись в дверь. Женя от неожиданности и такого резкого пробуждения даже вскрикнула.

– Ты в порядке? – обернулся к ней Тамерлан.

– Да-да, все нормально.

– Простите, Женя. Начался самый сложный участок пути, но совсем скоро мы будем на месте, – объяснил Саид.

– Ничего, – понимающе улыбнулась она, потирая ушибленное плечо.

Женя достала из сумочки мобильник – почти десять. Она, кажется, умудрилась проспать всю дорогу. За окном автомобиля сгустилась тьма. Одна сплошная чернота – ни огонька. Но через несколько колдобин и пару небольших виражей внедорожник выехал на небольшую площадку, а фары выхватили из темноты большое здание, несколько окон которого светились теплым огнем.

– Вот мы и на месте.

Они подъехали к парадному входу, украшенному четырьмя высокими колоннами. Как только Саид заглушил двигатель, входная дверь распахнулась и на пороге появился высокий худощавый мужчина. Он будто сошел со страниц старинных книг: чопорный, с холодно-вежливым выражением лица. Одет он был ни много ни мало, а в настоящую черную ливрею: идеально выглаженную, складочка к складочке, шовчик к шовчику.

– Это что еще за чудо-юдо? – тихо спросил Тамерлан, чтобы его могла расслышать только Женя.

– Это наш дворецкий Петр Семенович, он же администратор, консьерж и вообще человек абсолютно незаменимый, – представил им Саид мужчину, и тот вежливо поклонился.

Женя даже немножко обалдела от манер этого самого Петра Семеновича. Видимо, не зря Тамерлан, рассказывая ей об этом месте, упомянул Викторианскую эпоху. Вот и дворецкий точь-в-точь соответствует стереотипам о вышколенной прислуге тех времен.

Их провели в просторный холл. Женя тут же поняла, что эта гостиница совершенно не похожа на обычные отели, к которым все привыкли. Здесь не было ни стойки регистрации постояльцев, ни каких-то еще атрибутов, характеризующих данную сферу услуг. В огромном холле было темно. Только у самого входа из-под старинного темно-красного абажура, украшавшего большой торшер на золоченой ножке, пробивался тусклый свет. Свет также струился и из-за витражных стекол двустворчатых дверей, которые вели в соседнее помещение.

Женя лишь окинула холл беглым взглядом – ничего не разглядеть в таких потемках. Напротив двери вверх, в темноту второго этажа, убегала широкая лестница, устланная темно-малиновым ковром. Стены помещения были обиты темными панелями, на которых красовалось множество картин, но разглядеть их не представлялось возможным. Пол представлял собой мозаику, которая собиралась в узор, детали его, однако, были скрыты мраком. У стен проступали очертания банкеток, стульев, столиков. Женя, хоть почти ничего и не смогла хорошенько рассмотреть, поняла, что отель этот был воссоздан в стиле старинных усадеб. Никакого современного минимализма.

Откуда-то из темного угла появился совсем еще молодой парнишка, тоже, как и у дворецкого, в идеально сидевшей на нем униформе; вежливо поздоровавшись, он проворно подхватил чемоданы и понес их к широкой лестнице, а оттуда – наверх, в номер, выделенный для Жени и Тамерлана.

Тут же раздался строгий женский голос и второй, робкий и тихий, и в следующую минуту распахнулись большие двери, из которых в полутемный холл ворвался свет. Вошли две женщины. Одной из них была горничная, которая, сделав легкий книксен, сию минуту скрылась в соседнем помещении, а второй, судя по всему, была сама хозяйка, Юлия Алексеевна Розова.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, приблизившись к Жене и Тамерлану.

Юлия не обратила на Саида никакого внимания, лишь подставила ему щеку для поцелуя, когда он к ней подошел. Женя тут же поняла, что в этой паре главной была Юля, но Саида, кажется, совсем это не смущало.

– Юля, ты все хорошеешь! – засмеялся Тамерлан и поцеловал протянутую ему тонкую руку.

Женя опешила. Видимо, Юля умела построить не только прислугу и собственного супруга, но и ее Тамерлана. Вон каким галантным он сделался! Руки целует!

– Знакомься, моя жена Евгения, – обернулся Тамерлан к Жене.

– Очень приятно.

Юля пожала руку Жене. Рукопожатие оказалось крепким, а рука Юли неожиданно теплой, несмотря на то что весь облик женщины напоминал образ Снежной Королевы. Она была невысокого роста, худа, держалась прямо, с по-царски расправленными плечами и гордой осанкой. У нее были длинные, почти до самой талии, прямые белоснежные волосы. Лицо тоже белое, и Женя так и не поняла, была ли эта белизна натуральной или же являлась результатом искусно наложенного макияжа. Юля была красива, но ее красота казалась настолько величественной и холодной, что заставляла окружающих робеть. Однако улыбка, адресованная Жене и Тамерлану, выглядела вполне искренней.

– Как добрались? Сильно вас Саид растряс на наших дорогах?

– Есть немного, – улыбнулась Женя. – Правда, если не считать самого последнего отрезка пути, я всю дорогу проспала.

– Да, к нам сюда просто так не подъедешь, но мы в следующем году что-нибудь придумаем, – пообещала Юля.

– И что же ты придумаешь, дорогая? Гору стешешь? – засмеялся Саид.

– Если понадобится.

– Ох, Саид, чует мое сердце, что тебе как раз и быть каменотесом, – подколол Тамерлан брата.

– Этого я и боюсь, – покачал головой Саид.

– Что же мы все в дверях стоим, – всплеснула руками Юля. – Проходите в столовую. Вы наверняка проголодались. Сейчас мы вам организуем ужин. – Юля двинулась в сторону распахнутых витражных дверей, жестом приглашая Женю и Тамерлана следовать за ней. – Правда, у нас сегодня целый день были неполадки с электричеством, ничего толком не сделаешь. Вы не против, если мы предложим вам только холодные закуски? Вот только-только перед вашим приездом Сима все починил, и наконец-то у нас есть свет.

– Сима – это наш лакей, он же портье, он же официант, он же мастер на все руки, – объяснил Саид.

– Мы не против, Юля, – сказал Тамерлан. – Но при условии, что завтра ты накормишь нас чем-нибудь своим, фирменным.

– Неужели хочешь, чтобы я сама готовила? – возмущенно спросила Юля.

Однако Женя догадалась, что возмущение это было наигранным. Хозяйке, наоборот, была приятна просьба Тамерлана.

– Конечно, Юля. Ты, небось, мужа-то не балуешь кулинарными изысками? – Тамерлан подмигнул Саиду.

– Да некогда мне, ведь за всем самой приходится смотреть. К тому же у нас здесь первоклассный повар. – Юля укоризненно взглянула на мужа, а тот лишь хмыкнул, весело улыбнувшись. – Но завтра, так и быть, с утра сама вам что-нибудь приготовлю, – сдалась Юля.

– Договорились, – обрадовался Тамерлан и объяснил Жене: – Юля – кулинар от бога. Она даже выпустила книгу собственных рецептов.