Сообщество живых теней. Книга третья. Зигзаги судьбы

Глаза Марка вновь заблестели. Он радостно улыбнулся, тут же схватил авторучку, и кинулся было к блокноту, который лежал на столе перед телевизором.

– Нет, Марк, не на бумаге, а на компьютере, – прервал его порыв Джейсон, передав ему свой ноутбук, – на этом устройстве у тебя это получится гораздо лучше.

Кульчицкий готов был сейчас писать на чем угодно, что угодно, и как угодно, лишь бы произвести впечатление на этого крепкого, симпатичного и доброжелательного человека, казавшимся ему все это время настоящим монстром, который никогда в своей жизни даже не улыбался. Он быстро опустился за стол, размял с хрустом свои длинные тонкие пальцы, глянул на секунду в потолок, и приступил к порученному ему делу. Едва он щелкнул по клавиатуре, как полковник поднялся тут же с кресла, позвонил в агентство, и забронировал на свой рейс еще одно место в первом классе, на имя гражданина Венгрии, Шандора Петефи. Спустя полчаса, Марк закончил подробное описание своей жизни, изложив мельчайших деталях всю недолгую «трудовую» деятельность, и предъявил свое сочинение строгому экзаменатору. Однако Джейсон глянул на его многостраничный текст лишь поверхностно, будучи уверен, что тот исполнил его задание с присущей ему скрупулезностью, и решив ознакомиться с ним позже, захлопнул крышку ноутбука.

– Наш рейс №343, вылетаем без четверти час ночи, – сказал он, довольным голосом, – а через полчаса мы встречаемся с Джией, и идем вместе с ней в ресторан.

Радости Марка не было предела. Он был неописуемо счастлив, снова поверил в свою судьбу, и готов был теперь исполнять любую волю этого на вид грозного и неуступчивого, но удивительно великодушного, дальновидного и здравомыслящего человека. Часом позже, переодевшись в выходные костюмы, они вышли из отеля, и поехали на такси на Луард Роуд, к ресторану «Кви Хаус оф Сычуань», где их ждала великолепная Джия. Это был ее любимый ресторан китайской и азиатской кухни, где обычно попивая в уединении зеленый чай, она проводила несколько часов своего редкого досуга, наслаждаясь покоем, уютом и личной свободой, которой ей всегда не хватало. Одетая во все белое, и с новой модной короткой прической, она с радостью встретила своих гостей у самого входа, и проводила к столику, который забронировала еще с обеда. Джия была в этот вечер неотразима, и выглядела, словно настоящая живая куколка. Она была ярко накрашена. На губах ее искрились серебристые блестки. От нее веяло легким ароматом душистых роз. Ее белое шелковое платье с нефритовой брошью на груди придавало ей вид робкой молоденькой девушки, которая впервые выбралась в свет. Но за хрупкой внешностью, милым, и на первый взгляд наивным взором, скрывался твердый характер, не свойственная женщине мужественность, величие острого ума и завидная прозорливость. Даже не заглядывая в карту меню, Джия ознакомила мужчин с богатым разнообразием многочисленных блюд и напитков, которыми славился данный ресторан, дала отдельную и подробную характеристику своим излюбленным деликатесам, которым обычно отдает предпочтение, и молча уставилась на разодетых джентльменов. Джейсон взглянул на Марка, чтобы спросить его мнения относительно заказа. Но видя, что тот совершенно не слушает смачное повествование хозяйки вечера, пребывая все еще в эйфории, махнул на него рукой, и улыбнулся своей бывшей напарнице.

– Все на твое усмотрение, милая Джия, выбирай сама, – сказал он, сглотнув слюну, – у меня сейчас разыгрался такой аппетит, что съем все, что ты закажешь.

Ужин дружеской компании прошел в теплой и дружеской атмосфере, и продлился до одиннадцати вечера. Все трое пили исключительно рисовую водку. Пробовали небольшими порциями каждое блюдо из меню. Вели душевные беседы на различные темы. Спорили о вкусах в еде и предпочтениях в культуре. Рассказывали друг другу шутки, и веселились от души, не обращая внимания на стремительно бегущее время. Наконец, когда подошла пора прощаться, Джейсон расплатился с официантом, взял под руку Джию, и велев Марку следовать за ними, направился с нею к выходу. Девушка сияла от счастья, громко визжала на всю улицу от полученного удовольствия, и все крепче и крепче сжимала в своих ладошках могучую руку Джейсона. Они прошли всего несколько метров вдоль тротуара, как она вдруг резко бросилась к нему в объятия, и неожиданно попросила его задержаться в Гонконге, хотя бы еще на одни сутки. Джия обещала своему видному кавалеру сказочную любовь, волшебные ласки и невиданную для него нежность.

– Если не можешь на сутки, тогда задержись хотя бы до утра, пожалуйста, – прошептала она, прижавшись к нему, как котенок, – мне ужасно хочется свести тебя с ума.

Но сердце полковника давно уже было занято двумя самыми красивыми и лучшими женщинами на свете. Оно было целиком предано только этим, двум прекрасным божественным творениям, которых он очень любил, и которые безумно любили его, терпеливо дожидаясь каждая в своем уютном доме, и молясь о его скором возвращении.

– Прости, дорогая моя Джия, сожалею, но остаться с тобой не могу, поскольку, я человек не свободный. Но должен сказать тебе откровенно, что если бы я не был женат, то не задумываясь, сегодня же соединил свою судьбу с твоей, и не расставался бы с тобой ни на минуту, – ответил он, легонько коснувшись губами ее порозовевшей щечки, – поверь, такому изящному бриллианту очень скоро найдется и своя достойная оправа, и я искренне желаю тебе счастья, которого ты вне всякого сомнения заслуживаешь.

– Что ж, Джейсон, и ты прости меня за эту минутную слабость, что то я совсем расклеилась сегодня, – произнесла девушка, опустившись медленно на землю, – мне так хотелось ощутить себя в крепких мужских руках, что просто не удержалась.

То, что у нее не может быть каких – либо перспектив с этим статным симпатичным мужчиной, Джия осознавала с самого начала, и не строила на его счет никаких иллюзий. Вопреки всем своим строгим принципам неприступной женщины и внутреннему суровому моральному кодексу, ее одолевало в этот вечер неистребимое желание дать в волю своим чувствам, и попытать хотя бы счастья. Однако получив вполне ожидаемый отказ, она даже не изменилась в лице, но сердце ее вдруг сжалось, заныло, а по всему ее тело пробежал холодок. Чтобы бывший напарник не разглядел в ее глазах даже нотки расстройства, она потупила взор, также поцеловала его в щечку, и глубоко вздохнула.

После короткого прощания с Джией, мужчины вернулись к себе в отель, выпили в фойе по чашке крепкого кофе, забрали свои вещи, и отправились в аэропорт. А спустя еще сорок минут, они уже сидели в салоне первого класса роскошного авиалайнера. Едва Кульчицкий занял место у иллюминатора, Джейсон опустился рядом, вынул из нагрудного кармана свой дэйзик, и позвонил Грэгу. Услышав бодрый голос своего шефа, он попросил его встретить их по возможности у самого трапа, чтобы камеры слежения не зафиксировали лица его спутника. Генерал догадался, с чем связана просьба своего сотрудника, и не вдаваясь в подробности, заявил, что всегда готов к его услугам, и непременно сам приедет в аэропорт Гатвик, к половине шестого утра.

В течение десяти минут после взлета, даже тогда, когда разрешили освободиться от ремней безопасности, Марк сидел в кресле совершенно неподвижно, уставившись грустными глазами в иллюминатор. Его взгляд был обращен в ночное небо, в котором ярко сверкал полумесяц, окруженный со всех сторон мерцающими звездами. Но мысли молодого человека были целиком посвящены своим несчастным родителям, чья судьба сейчас беспокоила его гораздо больше, чем своя собственная. Казалось, что в момент этих тягостных раздумий его невозможно оторвать от крохотного овального окошка. Однако когда обаятельная стюардесса предложила пассажирам первого класса шампанского, он вдруг попросил у нее два полных бокала, и один из них протянул с улыбкой Джейсону.

– Простите, сэр, до сих пор не зная вашего имени, но мне бы хотелось искренне поблагодарить вас за то великодушие и благородство, что вы проявили по отношению ко мне, – произнес он, вполне спокойным голосом, который прозвучал уже более уверенно, чем прежде, – я был до последнего в сомнениях, что вы сохраните мне жизнь, ожидая каждую минуту, что вот-вот на мне будет поставлен крест. Поверьте, я никогда не боялся смерти, и казалось, был готов к ней в любой момент. Но когда впервые увидел ваш взгляд, я ощутил в душе такой ледяной страх, который невозможно передать словами. Это ужасное ощущение приближающейся смерти отпустило меня лишь тогда, когда вы завалились в отеле спать, даже не раздеваясь, и при этом оставили ключ на подушке, на видном месте. Вот тогда то я и понял, что вы не собираетесь расправляться со мной, и самое тяжелое наказание я понесу, лишь отправившись за решетку. Но честно говоря, я также думал и о том, что вы можете передать меня в руки российских властей, что стало бы для меня сродни с казнью. Вы же наверняка знаете, что в нашей стране нет никакого правосудия. Закон на стороне богатых и вороватых жуликов, а у простого человека нет никаких прав, кроме пока одного – права бесплатно дышать. Хотя при сегодняшнем отношении к своим гражданам, власти России могут ввести расценки и на воздух. Считаю, что мне невероятно повезло, что встретился именно с вами, а ни с кем – нибудь другим. Поэтому, прежде, чем попаду за решетку, я хочу выпить за вас, мистер неизвестный рыцарь. Пусть вам всегда и везде сопутствуют только удача и успех!

– Меня зовут Джейсон, если тебе интересно мое имя, – ответил полковник, на его откровенное высказывание, – и благодарить меня не стоит, я исполнял всего лишь свой долг. Мне очень жаль, парень, но тюрьмы тебе не избежать, поскольку ты посягнул на самое святое для меня – на интересы моего государства, которому я посвятил лучшие годы своей жизни. У меня с самого начала не было никакого намерения ликвидировать тебя. Моя единственная задача состояла в том, чтобы вернуть украденные тобой деньги своим настоящим хозяевам, предать виновников их похищения в руки правосудия, и вернуться домой к своей семье. Откровенно говоря и мне неприятно отправлять тебя за решетку, опыт такого профессионала своего дела можно было бы использовать и в более честной деятельности. Однако закон суров, но это закон!

По спокойному и даже несколько веселому выражению лица Кульчицкого было заметно, что возможность оказаться надолго в местах заключения, совершено не пугают. Напротив, его улыбающиеся глаза свидетельствовали о том, что он даже рад такому стечению обстоятельств, при котором его судьба наконец-то окончательно определилась, избавив от необходимости размышлять и дальше о своем будущем. Джейсон похлопал его по плечу, сделал несколько глотков из своего бокала, и поставив его перед собой на столик, попросил стюардессу принести им чего – нибудь покрепче. После двух рюмок виски, Марк вскоре охотно разговорился. Он рассказал, что Кульчицкий – это фамилия его приемных родителей, а своей он совершенно не помнит. Когда внезапно умерла его мама, которая работала преподавателем в одном из университетов Москвы, ему было всего два года. Никого из родственников, как со стороны матери, так и со стороны отца, так и нашлось в тот трагический момент в его жизни, и его взяла к себе на воспитание одна пожилая семья, у которой не было своих собственных детей. Они всем сердцем полюбили мальчика, который был очень спокойным, любознательным и упорным ребенком. Вскоре, они оформили его, как своего родного сына, и отправили в детский сад с новой фамилией. Затем он пошел в школу, которую закончил на отлично, и с первой же попытки поступил в физико – математический институт. За время учебы юноша еле сводил концы с концами, но подрабатывая по вечерам на овощной базе, ему удавалось по минимуму обеспечить себя всем необходимым. Он успешно закончил три курса, но затем был отчислен из института за драку. Марк вступился за однокурсницу, к которой стал приставать любвеобильный преподаватель, и ударил того кулаком несколько раз по голове и шее. Вызвали полицию, зафиксировали побои на его голове и шее, а на следующий день, Кульчицкому вручили его документы, и отправили домой. Приемные родители долго горевали по этому поводу, и никак не могли смириться с тем, что их сына отчислили из института. Но Марк не стал плакаться в жилетку, и жаловаться на свою судьбу, и через несколько дней устроился на работу в таксопарке. Спустя месяц, он стал жертвой нападения хулиганов, которые не просто ограбили его, вытряхнув все его карманы, а еще и жестоко избили только за одну безобидную фразу, которую он произнес. Он всего лишь вежливо попросил их не курить в салоне, но это вызвало у хулиганов звериную агрессию. Его машину, стоящую у обочины с включенным двигателем, и открытыми настежь дверями, заметил наряд патрульно – постовой службы, который доставил его уже через пять минут в близлежащую больницу. Там ему сделали операцию, и продержали в одной и той же палате более трех месяцев, пока он окончательно не избавился от следов тяжелых увечий. Болезнь отступала очень медленно. В палате, где он лежал, находился молодой паренек, лет шестнадцати, который попал туда по тем же причинам, что и Марк. Паренька звали Кирилл. Они быстро сдружились, и через несколько дней были уже неразлучны. У его нового приятеля Кирилла был ноутбук, с которым тот не расставался ни на секунду. За короткое время, он научил Марка всему, что знал сам, и в свободное время играл с ним в компьютерные игры. Однако Кульчицкого совсем не занимали игры, к которым был совершенно равнодушен, и он стал изучать компьютер более серьезно. Как только Кирилл засыпал, он брал ноутбук, выходил с ним в коридор, поскольку в палате выключали свет после десяти часов вечера, и подолгу возился с ним. За три долгих месяца, проведенных Марком в больнице, он научился самостоятельно составлять программы, расшифровывать чужие коды, шифры и пароли, быстро печатать тексты, и стал усердно изучать английский язык. Даже выйдя из больницы, он в течение целого года совершенствовал свои познания в компьютере, и продолжал изучать язык. При этом смышленый парень успевал еще неплохо заработать на этом, и довольно хорошо стал обеспечивать всем необходимым себя и своих родителей.

Но Марку хотелось большего. Ему не хватало масштаба, размаха, и он с завидным упорством продвигался все дальше и дальше, углублял свои познания в электронике и английском, и совершенствовал известные к тому времени технические приемы. Позже, он стал составлять серьезные программы, и вскоре получил признание своего таланта. Дошло даже до того, что его пригласили в один из коммерческих банков в Москве, и попросили поставить надежную защиту от взлома. Его работа была щедро вознаграждена, и через месяц, оставив родителям достаточное количество денег, чтобы те не бедствовали, он уехал сначала в Польшу, а оттуда – перебрался в Германию. Когда он накопил приличную сумму денег, и мог позволить себе купить все, что захочет, у него вдруг пропал интерес к этому богатству, и Марк решил помогать наиболее остро нуждающимся людям. Он заходил в систему какого – нибудь банка без всяких проблем, выбирал на каком счете больше всего денег, и незаметно переводил оттуда небольшие суммы, сначала на специальные счета, а затем переправлял их оттуда на благотворительные фонды и организации по защите животных и окружающей среды. Он часто находил по интернету по-настоящему бедствующих и больных людей, и чтобы не пугать их крупными цифрами, анонимно сбрасывал им небольшие, но довольно значимые для них суммы денег, а потом, зайдя в соцсети, читал их благодарности, и искренне радовался их счастливым и восхищенным отзывам. За все время, что был вовлечен в этот криминальный бизнес, Марк не купил себе даже какого – нибудь маленького домика или хотя бы однокомнатной квартиры. Он стабильно отправлял деньги родителям, платил двум жившим по соседству знакомым девчонкам за внимание и заботу к своим старикам, и не позволял себе ничего лишнего. Те огромные суммы денег, что он украл из двух лондонских банков, Кульчицкий собирался потратить на создание своего собственного благотворительного фонда, и оказывать через него адресную помощь всем нуждающимся. Джейсон слушал его, и не переставал удивляться, как ему удавалось в столь молодом возрасте удержать себя от многочисленных соблазнов вокруг, и не сломаться при этом. Он невольно вспоминал себя в его возрасте, пытался мысленно представить на время себя в подобной ситуации, и задаться простым вопросом:

– А как бы ты сам поступил, мистер Коллинз, появись у тебя возможность получить вдруг неожиданный доступ к огромному богатству? Смог бы удержаться?!