Время, вперед! Гвардия будущего (сборник)
- -
- 100%
- +
– Ну, все, теперь полный пиздец! – отчетливо сказал Гарик. Он в этот момент находился на правом переднем сиденье и теперь пытался слезть с Мишки. Я помог Горынычу перебраться в заднюю часть салона. Суворов, при ударе приложившийся головой о боковое стекло, не подавал признаков жизни.
Меня начала разбирать злость. Теперь я уже был готов убивать этих ни в чем не повинных красноармейцев и охранников. Перезарядив свои пистолеты, я выбрался из машины через ставшую верхней, правую дверь. Наш противник, увидев постигшее нас несчастье, стягивался вокруг поверженного «Росси». Шли в полный рост, не скрываясь. Одним взглядом схватив окружающую обстановку, рывком ухожу в сторону от броневика. Первыми легли, получив по пуле в ляжку, стрелки Гохрана. Затем настала очередь красноармейцев.
Когда из машины, кряхтя и матерясь, выбрались Горыныч и Бэдмен, противник был надежно обездвижен. Со всех строн доносились стоны и вопли. Здоровые молодые парни валялись на земле, зажимая раны, и даже не пытались геройствовать. Увидев, что непосредственной опасности нет, Гарик убрал свою «Гюрзу», сунул мне в руку фляжку с коньяком и пошел собирать разбежавшихся водителей. Мишка, к счастью, отделался лишь огромной шишкой на голове. Хлебнув коньячку, мы, вдвоем, попытались перевернуть свою бедную машинку. Но только совместными усилиями десятка приведенных Гариком шоферюг нам удалось поставить наш «танк» горизонтально.
Столь неудачно начавшаяся операция закончилась полным успехом и без существенных потерь с нашей стороны. Уже через полчаса мы выгнали со склада разгруженные полуторки и взялись за учет трофеев. В наших руках оказались все пропавшие без вести иконы. Правда, состояние их было весьма плачевным, но после необходимой реставрации они вполне могут занять свое место в новом храме. Мы быстренько погрузили свое оборудование, снаряжение и оружие в «Росинант» и отправились праздновать очередную безумную победу. По дороге я позвонил в милицию из телефона-автомата и сообщил дежурному о заложенной на складе взрывчатке. Такую фишку мы придумали специально, для ускорения процесса поисков «подарка». Могу представить себе удивление саперов, нашедших вместо бомбы реликвии, считавшиеся утраченными восемьдесят лет назад.
Пребывая в эйфории от нашей удали, ловкости, безнаказанности, мы чувствовали себя равными богам и не догадывались, что своими экспедициями нарушили глубинные законы вселенной. Чем чаще мы включали темпор-машину, тем больше становилось ответвлений от единого некогда потока времени. И чем больше мы вносили изменений, тем чаще происходили пробои между потоками реальностей.
Пробой реальности 1Охотник Андрей Шевчук, по кличке Шустрец, лежал на ржавой крыше старого дома. Моросил мелкий неприятный дождь, который начался еще засветло. С высоты пятого этажа ему прекрасно был виден громадный пустырь, раскинувшийся на месте художественного театра. На пустыре была забита стрелка главарей банд «Глазастых» и «Железных коней». Лидера «Глазастых» – Александра Данчука, по кличке Полковник, Андрей разыскивал уже три недели.
Встреча была назначена на полночь, но первый патруль «Железных коней» появился часов в девять. Еще через полчаса на крыше соседнего дома появилось трое снайперов. Мощная оптика винтовок, за которую банда получила свое название, не оставляла сомнений в их принадлежности. Вскоре весь пустырь был оцеплен по периметру, даже на крыше, где лежал охотник, появилось трое боевиков, от которых ему пришлось тихо избавиться. За пять минут до назначенного времени прикатил со своими орлами Мишка Ло, и на минуту рев их мотоциклов разорвал тишину.
Полковник приехал точно в назначенный срок. Глядя на этого невысокого человека с невыразительной внешностью, никто бы не сказал, что он главарь самой молодой городской банды. Но благодаря невиданной жестокости «Глазастые» уже завоевали авторитет и сильно потеснили другие группировки в их традиционных сферах влияния. В большей степени благодаря тому, что Полковник и его люди были выходцами из войск специального назначения.
Полковник собственноручно убил несколько полицейских офицеров, и правительство города не поскупилось на вознаграждение за поимку этого опасного преступника. В расклеенных по всему городу листовках сообщалось: «Сто золотых за живого или пятьдесят за мертвого». Андрей решил не жадничать, поскольку брать Полковника живьем было изначально бесполезной затеей.
Главари сошлись лицом к лицу точно посередине пустыря. Скорее всего, их разговор не займет много времени, через несколько минут раздадутся выстрелы со стороны «Глазастых», которые положат конец господству «Железных коней» на центральных улицах города.
Охотник начал действовать немедленно. По всему пустырю одновременно рвануло три десятка толовых и дымовых шашек, заложенных им утром. Осколки от взрывов еще не успели упасть на землю, а Шустрец уже летел по тросу с крыши, надвигая на глаза ноктовизор. В густом черном дыму, затянувшем поле боя, Андрей успел преодолеть половину расстояния до того места, где стояли главари. Но тут пришли в себя уцелевшие боевики – ничего не видя, «Железные кони» открыли беспорядочную пальбу, в то время как «Глазастые» залегли и начали отползать к проезжей части, стреляя по заранее размеченным секторам. Оставалось надеяться, что охотника не зацепит случайная пуля. Единственный зрячий в этом хаосе, Шевчук на бегу прицельно снимал короткими очередями наиболее опасных для него горе-стрелков. Но плотность огня была настолько высокой, что несколько раз досталось и ему – спасли только титановые пластины в комбинезоне. Превозмогая боль в сломанных ребрах, он все-таки добрался до Полковника. Тот уже расправился с Мишкой Ло и использовал труп как бруствер. С разбегу полоснув лидера «Глазастых» тяжелым тесаком по шее, Андрей подхватил отрубленную голову за волосы и рванулся сквозь строй боевиков к их машинам. Группы прикрытия обеих банд не стали стрелять по дымовой завесе, опасаясь попасть в своих, поэтому сцепились между собой. Все были настолько заняты этим делом, что когда охотник, пристрелив водителя, вскочил в первый попавшийся джип, ему никто не препятствовал.
Бросив кровоточащую голову на заднее сиденье, Шевчук рванул вверх по бульвару. На пересечении бульвара с центральной улицей машину сильно тряхнуло, глаза резанул яркий белый свет. «Черт, на мину налетел», – подумал Андрей, но джип продолжал двигаться вперед и слушался руля. «Пронесло!» – с облегчением вздохнул Шустрец, но внезапно увидел вокруг себя десятки автомобилей. От неожиданности охотник резко нажал на тормоз. В следующую секунду в задний бампер джипа влетела какая-то легковушка. Едва от мозга поступил сигнал: «погоня!», натренированные до автоматизма мышцы Андрея уже выполняли императив. Одна рука подхватила страшный, но ценный трофей, другая рука выхватила оружие, ноги вынесли тело из ловушки – машины. Но едва оглядевшись по сторонам, Шевчук понял, что на эту ситуацию у него нет готовых решений. Вокруг него действительно стояли почти новенькие, чистенькие автомобили с горящими фарами. Но, что самое удивительное, в домах, окружающих площадь, ярко светились окна. По тротуарам двигалась плотная толпа нарядно одетых людей. Внимательно присмотревшись, Андрей даже различил за деревьями, которые внезапно выросли на месте спиленных десять лет назад, статую поэта. Это чудо буквально сразило охотника, поскольку он прекрасно помнил, что памятник взорвали в прошлом году у него на глазах.
Вместо привычной городской тишины, лишь изредка нарушаемой звуками выстрелов, здесь было довольно шумно, поэтому Шевчук не сразу услышал, что к нему уже минуту обращается стоящий рядом человек. Лишь только когда незнакомец дернул его за рукав, Андрей, наконец, обратил на него свое внимание.
– Вы очень резко затормозили, я просто не успел… – говорил мужчина, но, внезапно разглядев предмет, который прижимал к груди этот странный парень в порванном и перепачканном комбинезоне, неудачливый водитель глухо хрюкнул и бросился поперек потока машин на тротуар, поближе к людям. До конца жизни несчастного преследовал вид немигающего, залитого кровью глаза. Внезапно осознав необходимость какого-то действия в ответ на сложившуюся обстановку, Андрей огляделся уже вполне осмысленно. Прямой и непосредственной опасности не было. Шевчук убрал оружие в кобуру и, подобрав с пола джипа тряпку, завернул в нее свой трофей. Несколько секунд охотник раздумывал – брать или не брать машину, но со всех сторон путь преграждали другие машины. Поэтому Шустрец, по крышам и капотам добравшись до тротуара, смешался с толпой и зашагал в сторону двора, где он припрятал свой броневик. Но там вместо трехэтажной развалюхи возвышалось сияющее огнями высотное здание. Это окончательно добило охотника.
Через пятнадцать минут на место происшествия прибыла патрульная группа. Милиционеры обнаружили посреди грандиозной вечерней пробки на Страстном бульваре брошенный джип неизвестной конструкции, без номеров и с пулевыми пробоинами. Весь салон этой странной машины был залит свежей кровью, а единственный свидетель, он же виновник ДТП, утверждал, что неопознанный автомобиль свалился чуть ли не с неба, а его водитель нес в руках отрубленную человеческую голову.
Глава 10
После трех вылазок подряд мы решили взять тайм-аут. Мишка зарылся в компьютере, Гарик снова отправился на Куликово поле доснимать свой фильм, предупредив, чтобы вызывали его по малейшему поводу. А я решил махнуть на недельку в Египет, где до этого ни разу не был.
Первым делом я отправился на экскурсию к пирамидам. Возле этих гигантских сооружений я провел целый день. Моей главной задумкой было снять фильм о постройке последнего уцелевшего чуда света. Моя видеоколлекция пополнилась большим количеством эффектных кадров, но особенно поразил меня способ постройки. Я не увидел тысяч рабов, тащивших на волокушах гигантские блоки из каменоломен, также я не увидел и атлантов, силой мысли укладывающих гранитные кубики по 150 тонн весом. Древние строители оказались гораздо более умными. Когда в видоискателе первый раз показались люди, устанавливающие опалубку и потом заливающие ее бетоном, я оторопел. В тот момент мне даже показалось, что я неправильно установил на темпор-глазке дату. Но факт оказался фактом. Все пирамиды возводились непрерывным бетонированием. Теперь понятна удивительная точность подгонки блоков, в щель между которыми нельзя вставить лезвие. Кстати, сфинкс тоже оказался отлитым из бетона.
Плюнув на остальные достопримечательности Египта, я стал ходить к пирамидам каждый день. К концу тура на моем ноутбуке уже не хватало места. По приезде домой я показал отснятый материал Бэдмену, но особого восторга Мишка не проявил. Вдвоем мы за пару часов смонтировали пятнадцатиминутный ролик, имитирующий ускоренную запись. В нем был сведен весь процесс постройки с нуля и под «ключ».
– Ну и кто на это будет смотреть? Где наш зритель? – задал я потолку риторический вопрос, когда мы закончили монтаж клипа.
– Один зритель, второй, третий, восьмой… – отозвался Мишка, непрерывно глядя на монитор.
– Ты кого считаешь? – спросил я друга.
– Пока ты в Африке прохлаждался, я от нечего делать сайт в Интернете создал, – ответил Суворов, – скинул на него все наши фото и видеоматериалы, а также Гариков фильм о Бородинской битве. И ты представляешь, за четыре дня несколько тысяч посещений, причем их количество растет в геометрической прогрессии. Вот только что разместил твой ролик, а народ на него уже попер.
– А как называется твой сайт?
– «Заметки путешественников по времени», – гордо ответил Мишка.
– Ты что наделал? – воскликнул я. – Ты же сдал нас, как стеклотару!
– Ничего страшного, Серега! – спокойно ответил Суворов. – Это же Интернет, во-первых, концов к нам не найдешь, а во-вторых, тут еще и не такие сайты попадаются. Большинство зрителей считает наши материалы отлично сделанной компьютерной графикой.
– А меньшинство?
– А меньшинство верит, что мы действительно путешествуем по времени, но эти же люди верят и в летающие тарелки, и в Атлантиду, и в планету Фаэтон. Ты бы посмотрел, что они на чате пишут. Если бы они это вслух говорили – уши бы в трубочку завернулись.
– Да, интересных ты нашел зрителей!
– Уж какие есть! Кстати, одна дама настойчиво домогается встречи с нами. Сетевое имя – Мария-Антуанетта.
– Ого!
– Вот-вот! Я лично ей отказал, а ты смотри сам. Если тебе интересно, то я подгоню ее электронный адрес.
– Мне еще не хватало свиданий с экзальтированными дамочками, начиталась, наверное, на ночь Блавадской. Или наоборот – считает себя крутым веб-дизайнером и будет просить поделиться опытом.
– Нет, Серега, мне кажется, что она журналистка. И хочет наваять про нас статью или даже, чем черт не шутит, снять передачу. Вот смотри – в почте от нее свежее послание: «Только что просмотрела ваш новый фильм. Он великолепен. Такая альтернативная версия постройки пирамид весьма меня заинтересовала. Очень прошу о встрече с вами. Конфиденциальность гарантирую». Встретился бы, поговорил с ней, а то не отстанет.
– А сам-то что? Это ведь ты у нас любитель женщин. Тебе и карты в руки.
– Я не любитель, а узкоориентированный профессионал, – сделав серьезное лицо, сказал Мишка. – И своим профессиональным нюхом чую – здесь, кроме умной беседы, ничего не обломится, а я предпочитаю девушек определенного возраста, спортивного телосложения и с ограниченными интеллектуальными данными.
– Знаю-знаю, чтобы была красивой дурой и в первый же день в постель ложилась. Не работаешь ты над собой, надо расширять круг своих интересов, – шутливо попенял я Суворову. – Ладно, уговорил, черт красноречивый, пойду на свиданку. Скинь даме сообщение, что я жду ее через час в ресторане «Джонка» на Тверском бульваре. Пусть спросит у метрдотеля господина Иванова.
– Чего это тебя на экзотическую кухню потянуло? – спросил Мишка, набирая текст на клавиатуре.
– Ну, не тащить же ее в «Аль-Казар», где нас каждый официант по имени знает. Вдруг придется уходить от дамы в отрыв, – сказал я. – Какие еще новости, кроме твоего веб-проекта?
– Гарик звонил, говорил, что пребывает в шоке от увиденного. Перегнал мне через файлообменник три гига отснятого материала. Я глянул одним глазком и тоже обалдел – такой мясорубки мне видеть не доводилось. Людей там просто ломтями шинкуют. Кровища так и брызжет во все стороны. Руки, ноги отрубленные летают. Хочешь взглянуть?
– Нет, спасибо, у меня скоро обед, не хочу портить аппетит. Может, все-таки поедешь со мной?
– Нет, спасибо, – передразнил меня Мишка, – у меня столик в «Аль-Казаре» заказан, там сегодня телятинка с трюфелями. А тебя жареными кузнечиками накормят, будешь потом животом мучиться. Ладно, поезжай, тебе отсюда до центра минут сорок по пробкам добираться. Если дама окажется симпатичной и в меру глупой – зови меня на помощь.
Я начал собираться, но вдруг Мишка сказал мне почти вдогонку:
– Да, кстати, я узнал фамилию офицера, отдавшего приказ корпусу Тучкова, – это Беннигсен. Тот самый – командующий русской армией при Прейсиш-Элау и Фридланде. Мотив его поступка просматривается довольно четко – зависть к Кутузову.
– А в результате бездарно погибло крупное подразделение и русские проиграли битву.
– Я также выяснил, по архивным данным, – продолжил Мишка, – что этот корпус якобы прикрывал Старую Смоленскую дорогу и весь день бился с польским корпусом Понятовского в районе деревни Утица и Утицкого кургана. Прикинь?
– Чудеса! Но мы же в том лесу не призраков видели, а вполне реальных солдат.
– Вот так и рождаются загадки истории! – подмигнул Мишка.
Обдумывая эту информацию, я попрощался с Суворовым и поехал на Тверской бульвар. Пробок почти не было, и уже через полчаса я взял столик в «Джонке», предупредив метрдотеля, что у меня будут гости. К счастью, никаких жареных кузнечиков в меню не оказалось, и я, заказав легкую закуску под острыми китайскими соусами и бутылку самого дорогого в этом кабачке шампанского (не китайского, а французского), принялся ждать Марию-Антуанетту. Настроившись на долгое ожидание, я был приятно удивлен, когда уже через десять минут мэтр подвел к моему столику элегантно одетую девушку лет двадцати пяти. Глядя на ее скромный костюмчик из последней коллекции Лагерфельда, сумочку от Гуччи и неброские, но явно очень дорогие украшения, я тихо порадовался, что с утра побрился и надел свежую рубашку.
Демонстрируя полузабытые хорошие манеры, я торопливо вскочил, слегка поклонился и предложил присесть. Пока девушка листала объемистую книжку меню, я внимательно ее разглядывал. Светло-каштановые волосы, загорелая матовая кожа, серые глаза подчеркнуты легким дневным макияжем. Сделав заказ – чашку куриного бульона со специями и сухарики из соевого теста, она посмотрела на меня. Я был голоден и попросил мраморного мяса и креветок в кляре. Пока официант исполнял заказ, я разлил по бокалам вино.
– Полагаю, господин Иванов? – мягким чарующим голосом спросила девушка.
– Вы будете смеяться, но моя фамилия действительно Иванов. Зовут меня Сергей, – ответил я. – А вы, значит, Мария-Антуанетта?
– Вы будете смеяться, но меня действительно зовут Мария, Мария Качалова, Антуанетта – мой сетевой псевдоним.
– Чем продиктован ваш интерес к нашему сайту? – спросил я.
– Я журналист, веду в журнале «Космополитен» рубрику «Новое в Сети», там я стараюсь рассказывать о самых оригинальных сайтах Рунета. И вот буквально на днях совершенно случайно я натыкаюсь на вашу страничку. Меня буквально ошеломил объем и качество представленного материала. Но главная интрига для меня заключалась в том, что компграфику подобного рода делают крупные компании, с большим составом высококвалифицированных сотрудников. Число этих компаний можно пересчитать по пальцам, да и вкладывают они в производство клипов большие деньги. А вы появились словно бы ниоткуда. Поэтому я так настойчиво пыталась с вами связаться, а получала в ответ молчание.
– Но я только сегодня утром вернулся в страну и сразу назначил вам встречу, – стал оправдываться я.
– И уже успели обновить свою страничку новым роликом!
– Ну, это заняло всего пару часов, – скромно сказал я.
– Пятнадцатиминутный ролик вы делали всего два часа. Невероятно! А сколько времени у вас заняла работа над фильмом о Бородинской битве?
– На съемки полтора месяца и две недели на монтаж, – брякнул я и прикусил язык, поняв, что проговорился. Каждый дурак может догадаться – такое время может уйти только на съемки документального фильма. Тут подали горячее, и мы молча приступили к еде. Мария, ловко обращаясь с палочками, о чем-то напряженно думала. Через несколько минут, промокнув губы салфеткой, она сформулировала новый вопрос:
– Вы хотите сказать, что ваши фильмы не компьютерная графика, а натурные съемки?
– Да, – пришлось сознаться мне, терпеть не могу врать в открытую хорошему человеку, уж лучше не договорить. Но я уже сказал «А», теперь волей-неволей придется говорить «Б».
– Но при съемках такого масштаба должна быть задействована масса народа – актеры, статисты, операторы. Для аналогичного фильма Сергея Бондарчука был сформирован отдельный кавалерийский полк. Но я что-то не слышала, чтобы у нас в стране проходили… – в этом месте Мария замолчала и снова задумалась. «Сейчас догадается», – понял я. Минуты две Качалова, отхлебывая мелкими глотками шампанское, смотрела мимо меня. Наконец она сделала выводы из имеющейся у нее информации.
– Сергей, вы действительно путешествуете по времени? – тихо спросила Мария. По ее лицу было видно, что ей очень не хочется получить положительный ответ. Это поколебало бы все ее представление о мироустройстве. Ведь путешествия по времени всегда относились к разряду фантастики.
– Да, – односложно ответил я. Некоторое время журналистка смотрела на меня, словно сомневаясь в моем или своем умственном здоровье. Но, видимо, Качалова была неплохим профессионалом, потому что быстро взяла себя в руки.
– У вас есть еще какие-то доказательства, кроме фото– и видеоматериалов? – задала Качалова новый вопрос.
– Конечно, есть! Хотите потрогать руками императорские регалии или Янтарную комнату? Или побывать на казни Емельяна Пугачева? Принять участие в отражении татарского набега или немецкой танковой атаки? – Я знал, что меня заносит, но ничего не мог с собой поделать.
– Хотелось бы чего-нибудь материального! – ответила Мария.
– Хорошо! – Я полез во внутренний карман и извлек на свет алмаз «Шах». – Надеюсь, такая образованная девушка умеет определять подлинность бриллиантов.
Мария осторожно взяла камень и поднесла его к глазам. Через несколько секунд я убедился в высокой квалификации журналистки – она достала из сумочки небольшую лупу.
– Очень похож на настоящий, все надписи на своих местах, а что лежит в Алмазном фонде?
– Он же, в нашей реальности теперь два «Шаха». Тот, который вы держите в руке, принесен из 1918 года. Практическим путем мы установили, что теория перемещений по времени гораздо более сложна, чем, например, в фильме «Назад в будущее». Любое проникновение в прошлое вызывает ответвление новой реальности.
– То есть вы можете изменить любое произошедшее событие, но на настоящем времени это не отразится? – Мария схватывала на лету.
– Совершенно верно, нам удались все попытки, даже покушение на Ленина, но ведь вы не слышали о том, что вождь мирового пролетариата застрелен в 1918 году из автомата Калашникова.
– Насколько мне помнится, тогда в Ленина стреляла Фанни Каплан! – сказала Мария.
– У несчастной девушки была сильная близорукость, да и пользовалась она бельгийским «браунингом» калибра 6 миллиметров. А этот игрушечный пистолетик с трудом пробивает толстое пальто.
– А какие-нибудь еще загадки прошлого, кроме строительства пирамид, вы раскрыли? – спросила Мария.
– Стыдно, но нет! Даже эти пресловутые пирамиды попали в кадр совершенно случайно – я просто поехал отдохнуть в Египет. Мы просто технари, а не гуманитарии.
– А какое у вас образование? – поинтересовалась журналистка.
– Высшее, но к нашей деятельности не имеющее никакого отношения. Я закончил Московский энергетический.
– Да уж, моя подготовка как-то больше подходит к путешествиям по времени. У меня за плечами исторический факультет МГУ, – улыбнулась Качалова.
– Теперь я понимаю ваш вопрос о загадках прошлого, – сказал я, – профессиональный интерес? Мы даже не задумывались над этой темой. Подкиньте какую-нибудь идейку!
– Ну, например, тайна Атлантиды, Баальбекская платформа, гигантские рисунки на плато Наска. Был или не был Всемирный потоп, строили ли в действительности Вавилонскую башню, существовал ли на самом деле Иисус Христос? И таких вопросов миллион! Вам, наверное, следует завести штатного консультанта.
– Хорошо, попробуем воспользоваться вашим советом. Но мы все больше занимаемся сугубо утилитарными делами.
– Например, какими? – спросила Мария. Наша милая беседа постепенно превращалась в настоящее интервью. Мне надо быть настороже.
– Прикладными! – расплывчато ответил я. – Послушайте, Мария, а что вы собираетесь делать с моим рассказом? Реклама нам ни к чему!
– Сергей, вы же здравомыслящий человек! – Качалова удивленно посмотрела на меня. – Ну что я могу сделать с вашими откровениями? В журнале их напечатать? Так мне никто не поверит! А вопросы я задаю с целью удовлетворения своего личного любопытства. Ведь не каждый день удается встретиться с путешественниками по времени.
И действительно, что это я всполошился? Если я сейчас встану и уйду, журналистка никогда не найдет меня – Москва город большой, а Сергеев Ивановых в нем тысяч пятьдесят! Качаловой, наверное, и вправду просто интересно!
– Извините за подозрение, Маша. Что вы еще хотите узнать? – спросил я.
– Знаете, Сергей, мне сейчас в голову лезут только глупые вопросы. Мне надо обдумать ту информацию, которой вы поделились, – Мария посмотрела на часы. – Ого! Уже восемь вечера! Мы с вами заболтались. Давайте встретимся еще раз.
– Давайте, но я надеюсь, что мы с вами встретимся еще не один раз. В целях соблюдения конспирации свяжемся по электронной почте. – Я подозвал официанта и расплатился по счету. Мы с Качаловой вместе вышли на улицу. – Вас подвезти?
– Нет, спасибо, я на своей. – Мария показала на припаркованную рядом ярко-синюю «девчачью» машинку – «Пежо-206». – А вы знаете, что здесь рядом, на Страстном бульваре, недавно произошло загадочное происшествие?
– Нет, я был за границей, да и вообще новостями не очень интересуюсь, – ответил я.
– Пять дней назад, вечером, посреди пробки возле киноконцертного зала «Пушкинский» обнаружили брошенный автомобиль. Неизвестной конструкции, по-видимому, самосбор, без номеров. Весь салон был залит кровью. Очевидцы утверждали, что машину покинул молодой человек в рваном комбинезоне военного образца. И что самое интересное, якобы этот парень нес в руках отрубленную человеческую голову.